Тьма, окрашенная Светом

Смешанная
R
В процессе
467
«Горячие работы» 364
Размер:
553 страницы, 124 части
Описание:
Предательство. Это всегда больно, теперь пути назад нет...
Ацуши переходит в Портовую Мафию. Кажется, что здесь сплошь и рядом одна темнота... Но свет всё же есть. И имя этому свету — Чуя Накахара. Рыжий становится наставником и напарником для юного тигра. Теперь Накаджиме предстоит начать свою жизнь с нуля и стать совершенно другим человеком.
Примечания автора:
Группа ВК https://vk.com/club187791195
Иллюстрация к 80 главе https://vk.com/photo-187791195_457239220
Публикация на других ресурсах:
Уточнять у автора/переводчика
Награды от читателей:
467 Нравится 364 Отзывы 101 В сборник Скачать

Музыкальные завывания

Настройки текста

***

— Что ты делаешь? — спросил Дазай, когда увидел Дашу, держащую в руках какую-то коробку. — Хлам разбирать буду. Я, конечно, занимаюсь этим каждый год, но никак не закончу. Нужно разобраться со всем этим хламом из прошлого. — объяснила Донцова. — Ясно, мне лучше оставить тебя одну? — Да нет, тут нет ничего такого секретного. Тем более, большего позора в моей жизни, чем связь с моим бывшим, быть не может. Можешь остаться, так даже интереснее. В конце концов, я иногда люблю иронизировать над собой.       Она поставила коробку, после открыв. Там были какие-то книги, куча желтых папок, парочка тетрадей, ещё несколько конвертов. Даша взглянула на Дазая, а-ля: «Выбирай с какого позора будем начинать». Осаму тыкнул пальцем на одну из папок, о чём через пару минут вполне успешно пожалел. Ибо когда блондинка открыла её, то там было множество фотографий Донцовой с Достоевским. «Клянусь, я его ненавижу.» — мысленно прошипел шатен, его даже немного перекосило. — Ты в порядке? — поинтересовалась Даша. — Всё замечательно. — ответил детектив, хотя его взгляд всё ещё был тёмным. — Если он тебя хоть пальцем тронет, я покажу, что такое связываться с Осаму Дазаем. — Так-так, остынь. — она попыталась угомонить его. — Хотя с тобой что-то не так в последнее время. И, погоди, ты ревнуешь? — Допустим. Мою подругу, адъютантку, а также соседку, в любой момент может убить её бывший. Как ты думаешь? Да, я, может, самую малость ревную. — Чёрта с два я когда-нибудь умру. — заявила Даша. — Хотя, у Феди точно в планах избавиться от меня — это факт. Он оставляет лишь то, что ему нужно. Я же ему давно уже не нужна. — она нервно усмехнулась. — Может я впрямь когда-нибудь умру от его руки. Кто знает. — Не говори так. — возразил шатен. — Ты через столько всего прошла, чтобы позволить потом кому-то убрать тебя касанием пальца? Мы ведь оба понимаем насколько это глупо. — Я знаю. Умирать легко, юноша. Жить труднее. — серьёзно сказала блондинка.       После этого они оба молчали, смотря друг другу в глаза, не находя нужных слов. Даша привыкла ценить жизнь — накопившийся опыт играл своё. И кто бы мог подумать, что она влюбится в того, кто частенько относится к этой самой жизни посредственно? Это даже самую малость смешно звучит. — Ух ты, ты писала книги? — поинтересовался Дазай, достав из коробки рукописи. — А? Да, что-то вроде того. В основном, мои работы, связанные с карьерой. Большинство книг я писала, но где-то в соавторстве и Федя указан, хотя по большей части я писала, а не он. Если хочешь, можешь ознакомиться. — С удовольствием. — шатен кивнул головой, после порывшись в коробке и достав тетрадку. — Это, что, песенник? Ты тут свои песни записывала? — Стой, нет! — крикнула Донцова, когда увидела, что Осаму начал листать тетрадь. — Пусть темнота ползёт ко мне, пусть разбивает моё тонкое стекло. Я всё равно тебя найду в себе, я всё равно приду, приду к тебе. Ты только помни, что без неба и нету слёз. Секреты спрятаны в руках у нас с тобой. Пусть засмеётся ночь огнями пьяных звёзд. Пусть забирает прочь меня с собой. Может быть, на тот свет… — читал Дазай строки, пока Даша не выхватила у него записи. — Ты дурак, да?! — Я и не знал, что ты писала такие песни. — Я тогда только с Федей разошлась, дурочкой была, сдохнуть хотела. Как ты думаешь, про что мне писать надо было? — Может быть, сыграешь? Мне вправду интересно. — на эти слова она покачала головой, после чего шатен взглянул на неё щенячьими глазками. — Ну пожалуйста. — Чтоб, тебя. Ладно… — вздохнула Даша, после сходив за гитарой. — Так, как же там было? Точно!       Она действительно давно не играла эту песню, ведь когда-то пообещала себе, что ни за что не возьмёт гитару в руки, чтобы спеть вот это. У Даши был страх того, что подобной музыкальной лирикой она вновь вгонит себя в депрессию, в то состояние, в котором находилась много лет назад. Но откинув эти предрассудки, Донцова запела:

Я на окне рисую дождь, Глазами красных пирамид, Здесь тишина, Стекло звенит. А за окном сгустилась тьма, Она сегодня влюблена В моё лицо, в мои глаза.

      Она помнила как писала эти строчки на эмоциях, как будто это было вчера. Как разбила зеркало в прихожей кулаком, как болела рука от осколков стекла, как обрабатывала ладонь перекисью и накладывала бинты. Даша никогда как писала эту песню, этот выплеск всех её эмоций:

Пусть темнота ползёт ко мне, Пусть разбивает моё тонкое стекло. Я всё равно тебя найду в себе, Я всё равно приду, приду к тебе! Ты только помни, что без неба и нету слёз, Секреты спрятаны у нас с тобой, Пусть засмеётся ночь огнями пьяных звёзд, Пусть забирает прочь меня с собой! Может быть, на тот свет? Может быть, на тот свет…

      Даша не умеет играть без эмоций, без чувств. Никогда так не умела, поэтому всегда относится серьёзно, эмоционально. Она не могла представить музыку без эмоций, без ярких нот и цветов. Да, Донцова явно не музыкант, для неё музыка — просто способ самовыражения, выпустить свои эмоции и чувства. Даже сейчас в её зелёненьких глазах можно было увидеть слёзы:

Стою у края крыши, Нет больше места тише, выше, Здесь всё решу — один лишь шаг…

«Чёрт, я слова забыла.» — выругалась Даша, играя аккорды, после наконец вспомнив:

Стою у края крыши, Нет больше места тише, выше, А там, внизу — сгустилась тьма. Она меня так хочет, Она дождём хохочет, Здесь всё решу — один лишь шаг…

      С каждым словом сердце её билось чаще, Донцова ощутила какое-то болезненное чувство в груди, прямо в сердце. Даша посмотрела на Дазая, который прекрасно понял, какие эмоции она испытывала, поэтому лишь смотрел со взглядом, как будто бы молча говоря: «Извини. Если тебе трудно и сложно — прекращай». И блондинка была благодарна за такое понимание, но было некое чувство долга — она обязана доиграть, музыка не должна обрываться:

Пусть темнота ползёт ко мне, Пусть разбивает моё тонкое стекло. Я всё равно тебя найду в себе, Я всё равно приду, приду к тебе! Ты только помни, что без неба и нету слёз, Секреты спрятаны у нас с тобой, Пусть засмеётся ночь огнями пьяных звёзд, Пусть забирает прочь меня с собой! Может быть, на тот свет? Может быть, на тот свет…

— Ну как? — спросила Донцова, пытаясь отдышаться. Осаму, находясь в некотором шоке, медленно похлопал. — Это… — пытался хоть что-нибудь сказать он. — Это невероятно. И более того, ты сама невероятная. — Спасибо. — прошептала она. — Для меня это много значит. — Мне стоит принести извинения. Это ведь весьма болезненная тема для тебя, и… В общем, мне жаль. — Принято, Осамушка. — улыбнулась Даша.

***

— Позволь узнать — какого чёрта ты в последнее время творишь? — спросил Антуан, заметив, что Чуя стал как-то странно смотреть на пальцы Накаджимы последние несколько недель. — Ты секреты держать умеешь? — в ответ шепнул рыжий. — Пф, благодаря мне Алекс до сих пор верит в некоторые вещи, правду о которых я ему не говорю. Как думаешь, умею ли я тайну держать? — Ладно, — вздохнул Накахара. — Я хочу сделать предложение Ацуши. — Ничего себе. — удивился шатен. — Погоди, а сколько вы встречаетесь. — Почти шесть месяцев. — Нет, это похвально, конечно, но не слишком рано? — Видно, что ты знаешь нас не так хорошо. Мы знакомы достаточно давно, и начали бы встречаться намного раньше, если бы не определённые обстоятельства. — То есть, если бы не ваша тупость? — Ну да, — нервно ответил Чуя. — Я хотел сделать Ацу предложение после победы над Достоевским, но последнее хер знает когда случится. Поэтому, я не особо хочу молчать. — Так что у тебя за фетиш на пальцы? — Пытаюсь подобрать размер кольца. Не могу же я просто прямо ему всё сказать. — Логично, — согласился Антуан. — Но знаешь, я бы мог тебе помочь с этим. Доверься мне и ты совершенно беспалевно получишь информацию. Гарантирую.

***

— Это что? — спросил Дазай, когда блондинка достала из конверта какой-то рисунок, где на жёлтом листке был криво, по-детски, нарисован парень высокого роста, карие глаза и коричневые волосы. — Да так, рисунок из детства, — улыбнулась Даша. — Когда я была маленькой, у меня было представление, что-то вроде идеального парня: высокий рост, карие глаза, шатен, умный, но с хорошим чувством юмора, — вот этих слов Осаму прям засветился, — Хей, ты чего? Думаешь, что это глупо, да?! Мне было тогда пять! — Нет, это даже мило, — ответил шатен. — Просто кое-что забавно — как под эти пункты подходил Фёдор? Да тут он под силы только про пункт про рост подходит, ум не беру. Будь он умным — не бросил бы такую потрясающую девушку. — Дурак. — прошептала Донцова, покраснев. «Да! Да! У меня есть шанс! Я идеально подойду под каждый пункт! Дарья, я ещё смогу завоевать твоё сердце, а как только сделаю это, залечу все твои раны.» — в мыслях ликовал Дазай.

***

— Держи, — сказал Экзюпери, протянув Накахаре какую-то записку. — Идеальные размеры пальца твоего драгоценного тигра. — Спасибо. Но у меня небольшой вопрос — почему ты всё это делаешь? — поинтересовался рыжий. — По сути, вы нас приютили, вообще спасли от Достоевского. Это меньшее, что я могу сделать для вас. Во-вторых — может, вы это и не замечаете, но от вас, от вашей пары, исходит какая-то необыкновенная энергия, которая вдохновляет и бодрит всех, кто знает тебя и Накаджиму. Ну и в-третьих — я ж тоже человек, понимаю все эти штучки с любовью. — тут Антуан вздохнул. — Ко всему прочему, я, кажется, испытываю чувства к Алексу. Ну, ты понимаешь. — Могу понять. Это нормально, что в силу определённых обстоятельств вы сближаетесь, сначала думаешь, что он тебе как младший брат, а потом доходит — чёрт возьми, нет. Тут нечего стыдиться. Мой тебе совет — просто скажи ему о своих чувствах. Никто не скажет тебе как всё пройдёт, но если ваши чувства взаимны, то думаю, исход будет понятен. — посоветовал Чуя. — Кстати, а как вы признались друг другу? — Ну, это весьма интересная и занятная история. — улыбнулся рыжий. — Видишь ли, в то время Ацу всё ещё работал на Достоевского, ну как сказать, работал, скорее не мог понять что надо делать. К тому моменту Ацуши понял, что Фёдору по бую на него, но некое чувство привязанности осталось, из-за чего он метался по поводу своей миссии — моего убийства. — Чего?! Он должен был тебя убить?! — Экзюпери был в шоке. — Ага. Но ты меня не дослушал. И вот, в одну ночь, он почти это сделал, пока я спал, держал надо мной нож. Однако на Ацуши сильно совесть давила — думаю, не стоит пояснять на этот повод. Сквозь сон я услышал его рыдания, проснулся, выхватил из рук нож, потребовал объяснений. Как выяснилось, Ацу влюбился в меня, признался мне в любви, в тот момент отбросил все свои чувства и привязанность к Достоевскому. Я помню ту ночь, как будто это было вчера, и забыть не смогу никогда. Помню, как дотронулся пальцем до его губ, а потом поцеловал. Думаю, что в тот момент я понял, что нельзя больше ждать — надо действовать. — Ого. Это сильно, — прошептал Антуан, — Однако вы сейчас счастливы, так что... — Да, мне полностью плевать на то, что творил Ацу, находясь с Фёдором. Я прекрасно понимаю, что он наделал в тот период кучу ошибок, пускай даже по отношению ко мне. Но я простил это, не держу вообще никакого зла на него. Потому что понимаю, что каждый может измениться, и моя задача — не дать ему сбиться с верного пути. — Чуя. — А? — Не упусти свой шанс. — серьёзно сказал Экзюпери. — Спасибо. Желаю тебе того же. — ответил Накахара, чуть усмехнувшись.

***

— Ну что, продолжим? — с весельем в голосе спросила Даша, держа в руках гитару, на что шатен лишь кивнул.       Донцова с Осаму в какой-то момент забыли про ту коробку, отставив её в дальний угол, решив устроить музыкальный вечер. Из них даже начал выходить неплохой дуэт:

Пушистый, сахарный снег принёс мне новую весть, И задувая свет от фонаря, Откроет в комнату дверь большой таёжный медведь, Стряхнёт с себя привет от января. Ля-ля, стряхнёт привет от января...

Примечания:
Автор: Да-да, угадайте кто решил помузыкалить? Ага, да, я. А ещё у нас тут, это, юбилей небольшой — у фанфика сотая глава.
*пошла открывать шампанское* Выпьем за любо-о-овь!

Бета: /бечено/ *сидит в немом шоке, а слёзы рекой текут по щекам* Господи... ФЕДЯ, ЕСЛИ ХОТЬ ЧТО-НИБУДЬ СДЕЛАЕШЬ, Я ТЕБЯ САМОЛИЧНО ПРИБЬЮ! Господи, как это мило... Автор-сама, вы БОГ! *притащила коньячок, который налит в бутылку с дюшесом* Выпьем за любо-о-о-овь!
Отношение автора к критике:
Приветствую критику в любой форме, укажите все недостатки моих работ.
Укажите сильные и слабые стороны работы
Идея:
Сюжет:
Персонажи:
Язык:
© 2009-2021 Книга Фанфиков
support@ficbook.net
Способы оплаты