Простые вещи

      Джейн с улыбкой слушала новую песню Мариден и негромко подпевала ее словам. Получалось у капитана, конечно, отвратительно, но в гвалте до отказа набитой таверны этого никто не слышал.       Рут пытался пробиться ближе, кто-то неосторожно пихнул парня в плечо, и он чуть было не упал на Шепард, сидящую рядом. Он принялся извиняться перед грузным храмовником из числа новоприбывших и с облегчением выдохнул, когда тот быстро ушел прочь, не устраивая склок.       – Ох, ну наконец-то, нормальная еда. – Паж поставил на пустой угол стола свою тарелку и плюхнулся на скамью, с довольным прищуром вдыхая аромат горячей каши с мясом и травами. – В Теринфале и всю дорогу обратно лило как из ведра – ни тебе поохотиться нормально, ни костров развести. Дороги размыло и пришлось объезд искать. Не вылазка, а издевательство.       – Судя по нашим новым гостям, все прошло удачно? – Джейн придвинула парню кружку с пивом, которую запасла заранее, как только узнала, что в Убежище вернулся отряд Герольда Андрасте.       – Ну, мы привели не больше четверти гарнизона крепости… Ой, Шепард, я не могу говорить этого.       – Ладно, не говори, не говори. – Женщина только улыбнулась, ее забавляла неопытность пажа Лавеллан, но он показал себя отличным помощником. – Инавир в порядке?       – Я бы не сказал, – придвинувшись, шепотом ответил он, а потом продолжил в своей обычной манере: – Все в порядке. Леди Лавеллан удалось то, что остальные считали невозможным. Я слышал, через день она планировала устроить большое собрание перед церковью, может быть тебе даже удастся поговорить с ней наконец-то.       – Не думаю, что агенты сестры Лелианы подпустят меня к ней.       – Но…       – Это будет проще сделать, если Герольд сама захочет со мной поговорить.       Рут кивнул и решил свернуть разговор о Герольде.       – Тебе удалось выбить право носить оружие? – он указал на охотничьий нож на поясе женщины.       Она только пожала плечами и не стала отвечать, спрятав наглую ухмылку за кружкой пива.       – От этого только больше проблем будет.       – Больших проблем, чем уже есть, я вряд ли смогу себе заработать.       Порядочному парню такое отношение не нравилось, он насупился, демонстративно отвернулся и стал молча есть, наблюдая за происходящим.       В таверне становилось все многолюднее. Храмовники теснили деревенских, деревенские теснили магов, те жались к стенам, стучали пустыми кружками по столам, требуя еще выпивки и еды, не имея возможности прорваться к стойке или кухне. Завсегдатаи, кто были ближе к Мариден, подпевали ей на все голоса, просили исполнить что-то особенное, а певица уже сбилась со счета спетых песен.       – Ну, пожелай мне удачи, Рут. – Джейн встала со своего места, и решительно отодвинула со своего пути какого-то солдата.       – Эй, ты куда, Шепард?       Паж остался сидеть за столом в попытке не дать чужим занять место Джейн. С его комплекцией это было сложно. И пока он спорил с помощником кузнеца, Шепард подошла к тавернщику, выпросила у него еще порцию еды и пива. Дождавшись подноса с едой, она отнесла это к столу, а потом направилась к менестрелю.       Когда Мариден закончила петь очередную песню, и весь зал взорвался оглушительными аплодисментами, Джейн бережно взяла ее под локоть, привлекая к себе и указывая на занятый стол. Со своего места Рут видел только, что она бессовестно шепчет что-то девушке на ухо, держа ее за руку. До сего дня так нагло еще никто в Убежище не осмеливался поступать с артисткой. Мариден покраснела, стыдливо отстранилась, но после еще нескольких слов, улыбнулась. Она отложила свой инструмент в сторону, и под руку с Шепард подошла к столу. У Рута пропал дар речи после такого зрелища, как и у части посетителей. Народ возмущенно загомонил, требуя продолжения выступлений и придираясь к обнаглевшей Шепард.       – Нашей прелестной сладкоголосой певунье тоже нужен отдых и хороший ужин! – Джейн тут же пресекла попытки ее остановить. – Покажите, каким гостеприимным может быть Убежище!       Для местных это было сродни вызову. Раздобревшие в тепле и захмелевшие посетители считали себя самыми гостеприимными ферелденцами, они не могли себе позволить ударить лицом в грязь. Не прошло и минуты, как на столе, словно сама собой, появилась бутылка вина, кувшин пива, несколько медных кубков, свежий хлеб, сыр и овощи. Солдаты, у кого были деньги, не скупились на угощения. Мариден с улыбкой пользовалась плодами своего таланта, а Джейн, улучив момент, с хитрой улыбкой подмигнула ошарашенному Руту.       – Как мило было с вашей стороны пригласить меня к столу. – Менестрель села напротив и с мягкой улыбкой придвинула к себе свой ужин, отломив кусок хлеба. – И умысел у вас, разумеется, был полон не только благородства?       – Мои мысли полны корысти, милая Мариден. – Шепард откупорила бутылку вина и наполнила кубок девушки, а потом долила в кружки пива, с усмешкой отметив, что ее бывший напарник, наблюдает и краснеет от выстроенных им теорий. – Но не могу же я позволить вам петь весь вечер, так и не присев, и не отдохнув после долгого дня.

***

      – Ворота церкви уже заперли, ты уверен, что это хорошая идея, Рут?       – Я ни-и в чем не уверен. – Парнишка споткнулся о каменную ступень и повис на локте Джейн, стараясь не рухнуть на землю.       – Держись давай, немного уже осталось.       – Я держусь, – как можно более решительно ответил паж и попытался выпрямиться, вышло не особенно убедительно.       – Заметь, я предлагала тебе остаться ночевать на чердаке таверны, ты отказался.       – Не одна ты можешь таскать еду с кухни и презентовать ее прелестным девицам! – воскликнул он и пьяно икнул.       – Но я-то это делала на трезвую голову, а ты выхлебал все, что я тебе наливала.       – Но леди Лавеллан такая! Такая… Ей нужно принести ужин, я уверен, никто не позаботился о ней.       На такую отповедь, можно было только пожать плечами, сложно было сделать что-то с фанатичной преданностью пажа своей госпоже.       На фоне зимнего синего неба каменное здание церкви смотрелось жутковатым черным монолитом, заслоняя собой звездный горизонт. Мороз окреп, и расхристанный хмельной паж мелко дрожал, хотя и продолжал шагать вперед. Джейн несла в одной руке корзинку с едой, другой поддерживала парня, когда его вело в сторону.       Как бы пьян ни был напарник, но он был прав. В суматохе многие могли и забыть о том, что их святая нуждается в обыкновенном ужине. Сама она в таверну не приходила и, кажется, слуг никто не присылал. К тому же Джейн помнила слова о том, что поход в Теринфаль не дался эльфийке так просто, как внушалось общественности.       – А Мариден красивая, я тебя понимаю… – на выдохе с тоской произнес Рут и остановился на мгновение, глядя в пустое небо. – Поет так красиво, но все время себе на уме. И она же тут ненадолго. Упорхнет от тебя в другой город, как только появится еще один герой для песни на горизонте.       – Мариден красивая, а тебе бы не помешало тверже стоять на ногах. – Джейн стоило большого труда удержать пажа, когда его в очередной раз повело в сторону. – Мог бы хотя бы сказать, чтобы я не наливала тебе больше.       – Я не думал… что меня так скособочит.       Стражник у ворот церкви спал, судя по гулкому храпу. Он уселся на валок сена и укутался в походное одеяло почти с головой. Из этой кучи сухой травы и ткани торчала только макушка легкого шлема и алебарда. С тех пор как дела в Убежище стали налаживаться, дисциплина в рядах новобранцев изрядно просела. Руководству без четкой иерархии с постоянным наплывом новых необученных солдат справиться было сложно.       Рут клевал носом и еле волочил ноги, Джейн приходилось уже почти волоком тащить его к стене церкви и окнам, выходящим на поросшую елками полянку. Большая часть ставен уже была закрыта, только несколько окон еще оставались открытыми, и через слюдяные пластинки в тонкой частой обрешетке пробивался тусклый свет свечей и каминов.       Шепард добралась до окна комнаты, в которой жила Лавеллан, и прислонила рядом к стене засыпающего оруженосца.       – Сделай хотя бы вид, что ты трезв, солдат, – шикнула на него капитан, ткнув рукой в бок, но тщетно.       – Я нормально… – пробурчал в ответ парнишка и медленно осел на снег, собравшийся у стены.       – Вот же бедолага.       Женщина осторожно постучала костяшками пальцев по раме, надеясь в полумраке комнаты рассмотреть хоть что-то. Но слюда преломляла свет и искажала и без того неясные силуэты на фоне рыжего пятна ярко полыхающего пламени камина.       – Леди Лавеллан? – Джейн постучала чуть громче, хотя и опасалась разбудить кого-то в соседних комнатах. – Инавир, можешь открыть? Я привела Рута.       Только после этого она уловила какое-то движение в комнате. Спустя пару мгновений света там стало больше и Шепард увидела эльфийку, приблизившуюся к окну. Она держала в руках подсвечник и куталась в шаль.       Девушка открыла одну створку, с недоверием глядя на бывшую охранницу.       – Что ты тут делаешь?       – Рута привела, он переборщил с пивом в таверне, не оставлять же его там. – Женщина махнула рукой в сторону оруженосца и протянула Герольду корзинку с едой. – А это тебе. Мальчишка боялся, что о тебе не позаботились.       Лавеллан взяла корзинку, опустив голову, и вернулась к камину, не став отвечать, но и не закрывая створки окна. Расценив это как приглашение, Шепард легко перемахнула через подоконник и оказалась внутри, а затем затащила в комнату окончательно уснувшего оруженосца, бормочущего что-то про красивых девиц.       – Ему еще учиться и учиться, а ведь он тебе утром понадобится. А сам будет мучиться от головной боли. – Джейн говорила все вслух, чтобы дать понять эльфийке, что она рядом, и одновременно попытаться втянуть в разговор и оценить ее состояние. – Ты не замерзла?       Капитан закрыла окно и задернула занавеси, чтобы преградить путь сквозняку, пробивающемуся в щели старых рам. Потом она стащила сапоги с Рута, свалила его на его тюфяк и накинула сверху покрывало, чтобы парню не было совсем уж зябко.       – Сам бы он точно остался в таверне на лавке и простудился. Кухарки до утра печи и очаг топить не станут.       Инавир так и не притронулась к корзинке, поставив ее рядом с собой. Джейн заметила, что она не сменила дорожной одежды, хотя и избавилась от брони. Судя по аккуратно застеленным постелям, она большую часть времени провела перед камином, подкидывая в огонь поленья. Пришлось стащить с кровати покрывало и укутать в него девушку, она никак не сопротивлялась.       – Что с тобой не так? Расскажешь?       Шепард присела рядом, глядя в бледное лицо девушки. Она только покачала головой и попыталась отвернуться.       – Тогда хотя бы поешь.       – Я не хочу есть, – чуть севшим голосом ответила она.       – Может выпьешь немного вина и попытаешься уснуть?       Эльфийка снова покачала головой и спрятала лицо в складках покрывала.       – Тогда я еще немного тут побуду, ты не против? Рут точно посреди ночи проснется по нужде, и ты его не доведешь. Я о нем позабочусь, а ты будешь отдыхать.       Зная, что ответа она не услышит, Джейн просто стала разворачивать бережно упакованные в тряпицу хлеб и мясо из таверны. Запах хорошей еды мог бы и мертвого из могилы поднять. А в корзинке, кроме прочего, оказались еще и плошка с засахаренным медом, тщательно завернутая в полотенце крынка подогретого молока и вино.       – Уж не знаю, что случилось в Теринфале, – Шепард пристально наблюдала за реакцией девушки и заметила, что она вздрогнула при упоминании крепости храмовников. – Но никому не будет лучше, если ты умрешь голодной смертью. Если ты будешь слаба, ты не сможешь вести за собой людей, а ведь ты так хорошо начала.       Лавеллан все еще не смотрела на еду и даже не поворачивалась в сторону Джейн, хотя та продолжала говорить, словно читала лекцию. Эти же слова капитан сама себе повторяла не раз еще совсем недавно, повторяла как мантру, пока не осознала что просыпается, бормоча заученные слова.       – Любая остановка и торможение для тебя может стать фатальной. Ты взяла хороший темп и не можешь остановиться. От тебя зависит не только твоя собственная жизнь, в твоих руках теперь жизни всей твоей команды. Ты их щит и их меч.       Джейн тяжело вздохнула и взглянула на отмалчивающуюся эльфийку.       – Ты не хотела быть их лидером, но им стала. Это будет значить, что ты откажешься от всего личного и корыстного, иначе вся Инквизиция потерпит крах. Благополучие каждого из них, это и твое благополучие тоже. Ты должна будешь стать их опорой, а они поддержат тебя и вытолкнут вперед, на самую вершину. Если ты покажешь себя лидером, тебя нельзя сдавать позиций, иначе ты подведешь тех, кто готов положить жизнь за общее дело. У тебя нет времени и права впадать в отчаяние.       – Ты говоришь ужасные вещи.       – Это то, что тебя ждет. И если ты дашь слабину уже сейчас, то ты не справишься.       – Творцы… за что мне это… – девушка заплакала, снова спрятав лицо в покрывале и тихо всхлипывая.       – Думаешь, тут виноваты Творцы? Или Создатель? Или еще черт знает какая мистика? Судьба? Нет. Просто ты оказалась не в том месте и не в то время. Но только тебе, а не кому-то еще, решать какой дорогой идти и что делать с новой силой и людьми.       – Но я ведь среди всех этих шемов никто, я для них только кукла, они помыкают мной.       – Если бы это в самом деле было так, они бы не дали тебе прогнать с поста Ульрика. Нашли на его место очередного храмовника. Ты показала им свою решительность и заняла важное место среди них.       Эльфийка задумалась, видимо оценивая последние события с новой точки зрения.       – В Теринфале я сама приняла решение, без подготовки, без указки.       – И ведь это было совсем не плохо?       – Я просто хотела, чтобы для всех нас весь этот кошмар скорее закончился…       – Ты сделала то, что считала нужным в момент, которым распоряжалась только ты одна.       – Кассандре это понравилось.       – Она начинает верить тебе?       – Наверное, хотя она все еще грубая.       – Она такой и будет. – Джейн ободряюще улыбнулась и положила руку на плечо эльфийки. – Но она дала тебе волю и начнет следовать за тобой. Это дорогого стоит. Ты стала частью Инквизиции, они все пойдут за тобой и станут твоей семьей.       – А если я окажусь не тем лидером, которого они хотели? Совсем не той святой пророчицей?       – Тогда рядом должен быть тот, кто сможет тебя остановить. Тот, кому плевать на богов.