***
Всю долгую и томительную дорогу домой я вовсе неспокойно шёл, размышляя об этой странной и немного сумасшедшей Франции и обдумывая её неподобающее для меня поведение. Что с этой женщиной не так? Кто ей вообще подарил вход в этот огромный, казалось беззаботный, но полный несчастий, глупых ссор и почти нерешаемых на первый взгляд проблем мир? Ох, ну и зачем же я теперь во всём виню её родителей?.. Но ведь это же они её так воспитали! Во всём виновато то мировоззрение, которое они ей в её дурную и странную голову вложили! Ах, ну до кого же опускаюсь? Не нужно винить родителей во всём. Да, иногда мы так делаем, что не совсем верно. Ведь они вкладывают всё в нас! Делятся своим богатым жизненным опытом, заботятся… Да стараются сделать из нас людей, а не человекоподобных обезьян в конце-то концов! Но… если посмотреть с другой стороны? с тёмной стороны медали? Родители, которые всячески спиваются, уделяя алкоголю больше внимания, нежели своим (может уже и нежеланным) детям. Многие несовершеннолетние вступают в половые отношения, толком и не зная ничего о методах контрацепции. А потом мы удивляемся тому, почему у нас беременные шестнадцатилетние девушки по улицам ходят! И становится глубоко интересен один факт… Чему своего ребёнка смогут они научить (что они смогут ему дать?), если, конечно, не сделают аборт. Казалось бы: подобные запрещённые и развратные темы не имеют права обсуждаться в обществе! Но ведь это не так. Нужно заниматься половым воспитанием детей, чтобы не было детей с детьми! Ну вот зачем я заладил об этом? Мне правда есть дело до её родителей? И вообще. Каждый сам выбирает свою жизнь, своё будущее, кем быть и как жить. У каждого свои точка зрения, мнение и мысли, а также взгляды на жизнь. Навязывать кому-то свои вкусы неправильно, если только это не касается вещей, за которыми стоит банальная логика. М-да уж, вот это размышления по дороге домой. Не думал, что эта особа заставит меня шевелить своими мозговыми извилинами после тяжёлого рабочего… — Дня! Работа! Точно! Вот где я её видел! Она же работает со мной! Иногда мы пересекались в коридорах офисного здания, где я работаю! Ну завтра я ей, — как только до меня дошло, что я кричу во весь голос, стоя у входной двери в свой дом, мне пришлось прикрыть этот болтливый рот, что изрекает иногда не самые лучшие речи, и засунуть некоторые мысли куда подальше. Сейчас нужно просто отдохнуть перед завтрашним днём, ведь завтра меня ждёт очередная встреча с ней. И завтра же предстоит серьёзный разговор.***
На столь прекрасном чисто-голубом небе светило такое яркое красно-золотое солнце, всё время пытаясь высушить и согреть землю от недавнего знакомого всем дождя и всячески «разогнать» (или же отогнать) от себя пушистые, мягкие белые облака, что яростно пытались закрыть его собой и своими неровными боками. Я с интересом наблюдал за этой картиной, как вдруг в дверь моего кабинета (моего личного пространства) кто-то (как мне показалось) неуверенно постучался своим кулачком. — Входите! — крикнул я, отвлекаясь от наблюдения за природой и постепенно поворачиваясь от окна в сторону деревянной двери. Когда некогда неизвестная мне личность вошла в моё помещение и закрыла за собой дверь, я очень сильно удивился, благодаря чему резко встал со стула, с громким звуком ударив обеими руками стол. — Франция! — с какой-то радостью крикнул я, постепенно начиная корить себя за свою несдержанность. — Встреча состоится? — спросила спокойно она. Не знаю почему, но в её голосе я услышал какие-то презрение и нежелание разговаривать со мной, из-за чего я почувствовал себя… виноватым? — Сегодня вечером? Да, конечно. Желание дамы — закон, — с последними словами я поклонился, положив свою правую руку на грудь, в области сердца, а левую отведя в сторону. На этот жест она мягко улыбнулась, да и выражение её лица изменилось. А ведь в таком виде она вовсе и не кажется сумасшедшей или странной… Иногда психически больными людьми оказываются с виду совершенно безобидные люди. Они среди нас. Но стоп! С чего вдруг я решил, что у Франции есть психические заболевания?! Может это у меня что-то не так с головой? И это мне нужно к психологу сходить? Не знаю-не знаю, но над этим предложением нужно подумать. — Приятно слышать, — сказала француженка и уже собиралась уходить. Её голос смягчился, и улыбка с лица не пропала. От этого так на душе тепло стало. — Прошу у Вас прощение за вчерашнее, — сказал я напоследок, подняв свою правую руку вверх и сделав знаменитый жест Ричарда Никсона и Уинстона Черчилля (два пальца вверх «V»).* Она резко остановилась и повернула свою голову в мою сторону. Выражение её лица на секунду изменилось, выражая некую неприязнь, но быстро сменилось на прежнее спокойствие. — Ой, боюсь-боюсь, Великобритания, — после этого кабинет наполнился её смехом, а я и не понимал почему. — Ну Вы меня рассмешили! — во время этих слов Франция размахивала своими руками, всё время показывая мне открытые ладони*, продолжая смеяться. — Не понимаю причину Вашего смеха и веселья, — она стала успокаиваться, заставив свои руки принять позу «шпиль вниз»*. — Знаете, Франция, — я уже давно опустил свою руку вниз, прижав к телу. — Вы странная, — я замолчал, посмотрев ей в глаза. Она убрала руки за спину. — Об этом мы поговорим на «излюбленном» Вами месте, — слово «излюбленном» она проговорила в саркастическом тоне. Я понял, что имелось ввиду. Видимо, мы играем в «эффект зеркала». — А теперь — до свидания! — в сию же минуту Франция исчезла. После этого я занялся своей работой.***
— Великобритания! Какая неожиданная встреча! — радостно заявила Франция, резко повернувшись ко мне. — Так о чём Вы хотели поговорить со мной? — спросил я, особо не церемонясь. — А разве не я должна задавать этот вопрос? — ответила она, из-за чего я впал в ступор. Действительно. — Вы странная, Франция, — это всё. Больше я ничего не мог выдавить из себя. Снова её мягкая улыбка. — Ах, как же Ваши высказывания предсказуемы, — она посмотрела мне в глаза. Холодный у неё взгляд. Это не предвещает ничего хорошего. — Вы называете странными тех, кто отличается от общепринятых стандартов. Тех, кто выделяется из толпы. Тех, кто не соответствует Вашим порядкам и нравам, Вашим взглядам на жизнь, Вашим… — задумалась. — Кхм, представлениям «нормального» существа. — я задумался. — Можно долго перечислять, да и продолжать эту цепочку можно почти бесконечно. — она замолчала и вопросительно посмотрела на меня. — Простите, — я извинился перед ней. Не знаю даже причину этого. Может быть… я почувствовал себя виноватым? Это всё странно. Да и она стра-а-аНЕТ! — Я был не прав. Я… считал Вас странной, сумасшедшей, ненормальной… Я ненароком оскорбил Ваших родителей у себя в голове! Не знаю почему, но внутри себя я считал Вас врагом. Заклятым врагом. Считал Вас одиозной, не «такой». Думал о Вас плохие вещи. Считал Вас, — она подняла свою правую руку вверх, согнув её в локте. Я уже хотел заговорить, но Франция положила свой указательный палец левой руки мне на губы, заставив замолчать. — Я поняла Вас, — широко улыбнулась. Не думаю, что это поддельная улыбка. — Вы знаете, что только сильный и умный человек может признать свои ошибки? — она мне подмигнула, после чего убрала свой палец с моих губ, развернулась и ушла прочь. — Подождите! — крикнул в след ей я, но она даже не остановилась (и даже не повернула голову в мою сторону), а продолжила идти. Снова обдумал всё сказанное. После этого мне стало как-то тепло на душе. Нужно ещё поговорить с ней! Я нуждаюсь в этом общении!***