Неприятности с динозаврами

Ты действительно проспала ночь без всяких кошмаров, но утром всё равно проснулась в холодном поту — виной тому была мысль, осенившая тебя на границе между дрёмой и бодрствованием: Оуэн не пил с тобой за компанию. Он хотел помочь, но сам должен был оставаться трезвым как стёклышко, пока он за тебя в ответе. А если бы и выпил — то всё равно не столько, чтобы забыть вчерашнее. Теперь ты это осознала — накануне же, видимо, разум помутился от виски, раз возникла надежда, что никто ничего не вспомнит. Хоть ты и приводила себя в порядок в бодром темпе — старая привычка, заложенная отцом, — на самом деле влезала в потёртые джинсы с неохотой, через силу застёгивала старую хлопковую блузку и закручивала непослушные волосы в пучок. От стыда в пору было провалиться сквозь землю, поэтому ты мечтала оттянуть момент встречи с Оуэном. Однако он и виду не подал, что что-то не так. Пока вы направлялись к загону с динозаврами, ты исподтишка рассматривала его, пытаясь разгадать, что у него на уме. Вместо этого поймала себя на том, что любуешься закатанными рукавами рубашки, плотно облегающей его натренированные руки, идеально сидящей жилеткой и ровным загаром, на контрасте с которым глаза Оуэна казались ещё светлее и ярче. — Как спалось? — нарушил он молчание, и ты чуть не подпрыгнула, будто тебя застигли на месте преступления, молниеносно отвела взгляд. — Нормально… То есть, хорошо, спасибо. А что, если прямо сейчас, задавая вопрос, Оуэн вспоминает вчерашний вечер? Надо ли тебе как-то оправдаться, или лучше вообще не поднимать эту тему и похоронить в памяти твою глупость раз и навсегда? Никогда ты так не радовалась рапторам, как сегодня — по крайней мере, тому, что вы уже пришли к месту назначения, и можно отвлечься от бесполезной рефлексии, занявшись, наконец, делом. — Начнём с азов, — оповестил Оуэн. — Перед встречей с любым динозавром нужно убедиться в том, что пахнешь ты собой — никаких духов, сигарет и прочего. У этих ребят тончайших нюх, сильные запахи их раздражают, и плюс — они должны привыкнуть именно к твоему. Ты натянуто улыбнулась и кивнула — с этим проблем не будет: ни духов, ни сигарет у тебя не водилось. — Перед тем, как войти, нужно удостовериться, что каждая особь на месте, — Оуэн указал на экран. — А что, возможны варианты? — голос против желания дрогнул. — Возможно всё, — сказал он. — Поэтому никогда не заходи, пока не проверила, что рапторы заперты. Сейчас всё в порядке, так что — погнали. Стоило тебе оказаться внутри, как рапторы заворчали. «Если бы не я, у вас бы тут стояла невыносимая вонь, ящерицы неблагодарные», — подумала ты. Оуэн со всей ответственностью отнёсся к знакомству, официально представив тебя своим подопечным, а затем назвав их имена и статус тебе. Услышав термин «бета-особь», ты не удержалась от шуточного вопроса: — А где же альфа? На ответ ты не рассчитывала, но Оуэн приосанился и, слегка задрав подбородок, сообщил: — Перед тобой. Ты хмыкнула, собираясь вставить какую-нибудь ироничную реплику, но поймала себя на мысли, что высмеивать, в общем-то, тут было нечего. Оуэн выглядел мужественно и уверенно, от него за километр веяло силой и надёжностью, так что, чёрт возьми, он имел полное право считать себя альфой. То, как умело Грэйди обращался с рапторами, только подтверждало это. Так что вместо подколов ты спросила: — Как ты их различаешь? Или имена — это так, формальности, и каждый раз приходится тыкать пальцем в небо? Оуэн состроил настолько оскорблённую гримасу, что стало очевидно — ты сморозила глупость. — Матери же различают близнецов, Т/И, вот и у меня нет никаких проблем. — Оу, не думала, что всё настолько серьёзно. — Ладно, смотри, — Оуэн провёл тебя дальше, велев оставаться за оградой, и выпустил динозавров на арену, где они тренировались. — Чарли — немного крупнее остальных. У Эхо — самая тёмная чешуя на хвосте. Дельта уверенно держит лидерство по количеству поглощаемого корма. Ну, а Блю… Ладно, признаюсь уж — она моя любимица. Точнее, я её любимчик, судя по всему. Тут он опять расправил плечи с весьма самодовольным видом. — Мда, всё действительно серьёзно, — засмеялась ты. — А я, наверное, смогу найти общий язык с Дельтой, пристрастия у нас совпадают. Но ты была не до конца искренней. Вообще-то лучше всего ты понимала Блю. Особенно теперь, заворожённая тем, как Оуэн осторожно, балансируя на грани, подходит к каждому раптору, а они вьются вокруг него в причудливом танце — создания, далёкие от красоты и изящества, однако наделённые какой-то только им присущей грацией. Ты рассмотрела это лишь сейчас, впервые — потому что невольно прониклась тем, как к ним относится Грэйди. Он видел в рапторах не только и не столько монстров, хотя и не забывал ни на миг об опасности. Он установил с ними связь — шаткую и призрачную, способную рассыпаться в пыль из-за малейшего неверного шага или взгляда, — и раз за разом бесстрашно входил к ним без оружия, без защиты, укрепляя доверие. Ты ощущала кожей его волнение — и его гордость. Мамонтовы бивни, да он действительно был как родитель для этих жутковатых рептилий: ну и что, что детишки запросто могли перекусить папочку пополам? — Т/И, присоединишься? — голос Оуэна вывел тебя из оцепенения. — Я на самоубийство не подписывалась, — парировала ты. Хотя внутри шевельнулась дикая мысль — если рядом будет Оуэн, то, наверное, и не на такое отважишься. — Я тоже не горю желанием видеть тебя в качестве закуски, — ухмыльнулся он. — Начнём с малого — я верну девчонок в клетки, и ты попробуешь их погладить. — Только через мой труп, Грэйди. — Это легко устроить. — Спасибо за поддержку! Оуэн запер рапторов и снова вышел к тебе, уже без насмешливой улыбки. — Если не хочешь — то, конечно, не будем. Ты помолчала, прислушиваясь к приглушенному порыкиванию рапторов и к собственному сердцу, дрожавшему, как загнанный зверёк перед хищником. Угрюмо рассматривая свои кроссовки, пыталась понять, что чувствуешь. Было ли страшно? Безусловно. Но если до этого дня кроме страха динозавры других эмоций и не вызывали, то сегодня тебе открылось что-то новое — и всё благодаря Оуэну. Если рискнуть — то только вместе с ним. Ты облизнула губы и подняла взгляд. Оуэн смотрел туда, где твой язык только что оставил влажный след. Сообразив, что ты это заметила, он как-то неловко улыбнулся и взъерошил волосы. — Нет, я как раз решилась, — сказала ты, краснея. — Только научи, как правильно себя вести. Оценивающе прищурившись, Оуэн подошёл совсем близко. — Основное правило старо как мир: главное — не бояться. Ты едва не взвыла от досады. Ну правда, эта фраза с детства тебя бесила. Какой дурак поверит, что можно не испытывать страх перед хищником? Сплошная демагогия. Руководство, которое невозможно применить на практике. Ты надеялась, что уж Оуэн-то посоветует что-то более толковое. — О, ну конечно я не боюсь, — в эту фразу ты вложила весь доступный тебе сарказм. — Действительно не стоит, потому что они не желают тебе зла. Вскинув брови, ты скрестила руки в ожидании, когда Оуэн не выдержит и взорвётся смехом. Очередная глупая шутка и попытка тебя подловить — на этот раз не пройдёт. Однако он оставался серьёзным. Когда ты поняла, что Грэйди не пошутил, брови взлетели ещё выше. — Издеваешься?! Да они проглотят меня не глядя, если выпустить их! — Но для них в этом нет ничего плохого. Просто инстинкты, а не злой умысел. — Это меняет дело, ага, — ты покрутила пальцем у виска. — А то! Если рапторы чувствуют агрессию, угрозу — а тот, кто боится, часто начинает угрожать, — то они классифицируют тебя как врага. Если же ты спокойна… — …то как тушку на обед, да, ясно. Но на самом деле ты поняла, что он имел в виду. Это не очень-то облегчало жизнь, но смысл в этом всё-таки был. Вздохнув, ты подчинилась рассудку: Оуэн действительно разбирался в тонкостях динозавроведения, так что нужно прислушаться. — Я не знаю, как не бояться, — доверительно сообщила ты. — Постарайся не накручивать себя, — порекомендовал Грэйди. — Не рисуй в воображении жутких картин. И дай мне руку. Твои пальцы слегка дрожали, когда Оуэн крепко, но бережно обхватил их. Вы вошли внутрь, и взору снова предстали рапторы, на этот раз лишённые свободы передвижения. Оуэн сжал запястье чуть сильнее. — Блю, это опять мы, — позвал он ближайшего к вам динозавра. Она повернула морду и сверкнула глазом. Раньше взгляды рептилий казались тебе нечитаемыми, но сейчас — то ли фантазия разыгралась, то ли Оуэн повлиял на твой скептический настрой, — почудилось, что Блю глядит с любопытством. Ты набрала в лёгкие побольше воздуха, готовясь сказать ей что-нибудь, как вдруг Оуэн поднял твою ладонь и положил на нос раптора. Она бы и секунды там не продержалась, но с визгом отдёрнуть её не удалось по той простой причине, что Грэйди предусмотрительно накрыл её своей. — Дыши спокойно, — шепнул тебе он. Блю замерла, словно прислушиваясь, втянула ноздрями воздух. Её кожа оказалась очень плотной и изрытой неровностями — ощущение такое, будто запустила руку в гальку. Динозавр приоткрыл пасть, но ты не запаниковала — знала, что так они лучше воспринимают запахи. Прямо как кошки. Только в кошках, при всём уважении, не было такой мощи. Ты осознала, что очень впечатлена. И, пожалуй, даже не умираешь от страха, как предполагала. В этот момент к вам вломился Вик Хоскинс. — Грэйди, твою за ногу, где тебя носит? Что здесь делает эта мелюзга? Блю дёрнулась, и ты испуганно отскочила назад. — А ты какого врываешься как бешеный?! — огрызнулся Оуэн, бросив в сторону: — Всё испортил! У них завязалась перепалка — ты не стала даже вслушиваться. Они каждый раз спорили об одном и том же, и можно было предсказать каждую реплику заранее. Хоскинс настаивал на применении рапторов в военных операциях, Оуэн выступал против. Теперь, правда, Хоскинс прицепился ещё и к тому, что Грэйди привёл тебя сюда. Тот послал его куда подальше. — Пусть убирает дерьмо, — продолжал разоряться Хоскинс. — На что она ещё годна? Повторить твои фокусы любой может, пусть девчонка лучше займётся делом. Тебе показалось, что Оуэн сейчас просто врежет этому хаму, так гневно он сжимал челюсти и раздувал ноздри не хуже рапторов. Но Грэйди внезапно сказал: — Ну, повтори. Хоскинс вытер пот со лба и недоуменно замолчал. — Давай, Вик, повтори, — настаивал Оуэн. — Что угодно, хоть самое простое — свистни, и пусть рапторы сядут. Фирменный свист Оуэна был его визитной карточкой. Он раздавался то тут, то там, и динозавры безошибочно определяли этот сигнал, каждый раз угадывая, что от них требуется. — Чушь собачья, — нервно сказал Хоскинс, поймав твой пристальный взгляд. — Да подавись, Грэйди, вот! С этими словами он свистнул, но, конечно же, рапторы ничего не сделали — только зарычали и принялись недовольно бить хвостами. Раздражённо сплюнув, Хоскинс вышел из вольера, приказав следовать за ним. Наверняка Вик ещё долго будет мыть Оуэну мозги, желая отыграться за то, что тот выставил его дураком. Надо бы вклиниться в спор и поддержать Оуэна, но сделала ты почему-то совсем другое — словно что-то удержало тебя на месте. Мужчины в пылу перепалки не обратили внимания, что ты не последовала за ними. Благоразумие голосило, что необходимо срочно их догнать, но другая часть тебя — сумасшедшая, по-видимому — подкинула странную идею. Ты медленно перевела взгляд на Блю, которая по-прежнему была к тебе ближе всего и ощерилась, стоило Оуэну покинуть помещение. Для неё ты оставалась чужаком — хоть и не таким мерзким, как Хоскинс, хотелось верить. — Всё хорошо, — шёпотом произнесла ты. — Оуэн надерёт Вику задницу, но вас в обиду не даст. Рапторы продолжали смотреть настороженно. Вдох. Выдох. Медленнее, размереннее. Ты подождала, пока собственное дыхание станет спокойным, а четвёрка динозавров перестанет напряжённо порыкивать. Они застыли, наблюдая за тобой. Тогда ты снова положила ладонь на нос Блю — и когда поняла, что она не проявляет недовольства, свистнула, ловя её взгляд. По твоим ощущениям, прошла вечность. А потом Блю неспешно подалась назад и, согнув задние лапы, опустилась на пол. Ты всплеснула руками, не сдержав восторженного возгласа, и это было ошибкой — рапторы отреагировали на резкий звук сердитым ворчанием, Блю тут же поднялась снова и щёлкнула зубами. Ноги мгновенно стали ватными, и ты попятилась к выходу, заодно бормоча что-то примиряющее. Но всё-таки получилось ведь! Оуэн точно упадёт от удивления, когда узнает! Однако он куда-то запропастился, и ты до вечера оказалась предоставлена самой себе — и своим непосредственным обязанностям уборщицы. Тем не менее, даже отскребая вольеры, ты раз за разом проигрывала в памяти события дня — он вышел таким насыщенным, что эмоциональное напряжение, скопившееся за всё это время, требовало разрядки. И когда стемнело, ты, не отдавая себе отчёта, направилась к подсобке. — Т/И, опять шатаешься без дела? Я думал, давно дрыхнешь без задних ног! Оуэн высунулся из крошечного оконца подсобки, и ты чуть не подпрыгнула от радости. — А я не могла тебя найти… — Вик, зараза, пилил целую вечность… А потом ещё и в «Мир юрского периода» вызвали. Устал как собака. — И я, — призналась ты. — Ну что, выпьем? Грэйди аж закашлялся, а потом подпёр подбородок рукой и окинул тебя изучающим взглядом. — Дорогуша, что скажет твой отец, если я верну тебя домой алкоголичкой? — Смирится с тем, что в твоём окружении любой рано или поздно спивается, — мрачно ответила ты. Оуэн фыркнул и скрылся из виду, чтобы через пару секунд показаться уже в дверях. — Виски — отличная вещь, но одна маленькая строгая девчушка недавно тут распиналась — мол, неэтично выпивать на рабочем месте. Ты, часом, не знаешь такую? — Ты-то выпил, — сказала ты, уловив слабый аромат алкоголя. — Я знаю свою меру, — посерьёзнел он. — А если ты начнёшь прикладываться к стакану каждый день, добром это не закончится. Разом растеряв запал и желание обсудить с ним всё, что произошло за сегодня, ты опустила голову и молча побрела к своему домику. За спиной послышались уверенные шаги, и Оуэн мягко взял тебя под руку. — Не дуйся, м? Давай просто поболтаем перед сном, расскажу тебе пару историй, спою колыбельную… Вот увидишь, и без виски заснёшь прекрасно. Стараясь не выдать, как тебе приятна его забота, ты безразлично повела плечом. К счастью, Оуэн расценил это как согласие, и вскоре он уже расположился в плетённом кресле напротив твоей кровати, действительно принявшись травить всевозможные байки. Часть из них ты прослушала из ванной, умываясь и переодеваясь, часть — свернувшись калачиком на постели, укрывшись пледом по самый нос. Рассказчиком Оуэн был первоклассным, и ты чудом не надорвала живот от смеха из-за его перлов и уморительной мимики. И всё же усталость брала своё — сквозь смех начала проклёвываться зевота, что не укрылось от Оуэна. — Пора на боковую, — сказал он тоном занудного воспитателя. — Вы прослушали цикл «Ночные истории Оуэна Грэйди», и вам гарантирован крепкий сон. — А как же колыбельная? — сонно проговорила ты, не сомневаясь, что он отшутится. Однако Оуэн вдруг замурлыкал под нос какую-то песенку — вряд ли это была именно колыбельная, но звучало очень нежно и мило. Кто бы поверил, что такое возможно, но глаза не врали: суровый укротитель динозавров тихонько напевал ласковую мелодию, а потом ещё и склонился над кроватью, чтобы пожелать спокойной ночи и погладить по голове. Всё это выглядело очень трогательно и абсолютно по-дружески — пока ты, поддавшись секундному порыву, не запустила пальцы в волосы Оуэна, притягивая его ближе. Чёрт, а тебе и правда не нужен алкоголь, творишь безумства и без него! — Т/И… — хрипло выдавил Оуэн. Он смотрел так, словно ты была опасней раптора — поэтому нельзя было моргнуть или прервать зрительный контакт. Смотрел с удивлением и… затаённым восхищением? Ты и сама замерла, не зная, что делать дальше. Жест получился слишком интимным, обернуть всё в шутку теперь было непросто. Спасение пришло неожиданно — в лице Барри, который выкрикнул где-то вдалеке имя Оуэна, потом ещё несколько раз, уже громче. — Ну вот, ещё одному не спится без колыбельной, — выпалил Оуэн и, поспешно освободив волосы от твоих пальцев, стремительно вышел на улицу.