Жизнь во снах...

Во время пробуждения Эвелины

Полина и Данил

— Она проснулась, — удивлённо сказала я и повернулась к Данилу, — а где Димаш? — Я здесь, но тоже просыпаюсь. Что-то не даёт мне остаться, — откуда-то сверху раздался голос Димаша. Я подняла голову и увидела его, парящего в воздухе, но через секунду там никого не было. — И он проснулся… — Мы вдвоём… — шепнул Данил мне на ухо, обжигая кожу горячим дыханием. — Эй… — пискнула я, но мне вновь нагло закрыли рот мягкие губы. Я снова почувствовала жгучее тепло, разливающееся в крови, и подалась ближе. — Данил… — с губ сорвался стон. Он начал расстегивать пуговицы джинсовой куртки. Я взяла его за руку, не давая продолжить, — Нет… — прошептала ему в губы я. — Никто не увидит, это сон. Ничего страшного не будет. — Не надо, — я крепко обняла его, поцеловала в щеку и медленно встала, — на этой неделе я не смогу приходить сюда, — начала я. — Почему? — Нас с Эвелиной взяли на работу. На этой неделе будем пахать за семерых — огромные суточные нормы. — Целая неделя… Я понял, — уголки губ Данила опустились, этим придав лицу выражение вселенской печали. Я хихикнула от такого сравнения, и Дэн тут же поднял голову, — что смеёшься? — У тебя очень комичное выражения лица, — собеседник поднял брови, я пояснила, — эдакий Пьеро на выходе. — Что?! — парень прыснул в ладонь. — Думаю, они скоро вернутся. — Почему? — глаза сузились, между бровей пролегла едва заметная складка. — Вне сна сейчас часа четыре утра, нормальные люди в это время спят, — пояснила я. — Через полторы недели в школу, — перевел тему друг. — И… — Это слишком долго. Во сне мы видеться не сможем, что уж говорить про реальность, — Данил снова погрустнел и опустил взгляд. — Всего лишь неделя. Потом я смогу сниться. — Да… Всего лишь неделя… Вдруг поднялся ветер, и мы оказались в кинотеатре. Шел фильм «В метре друг от друга». — Зачем мы здесь, — спросила я. — Этот фильм полностью воплощает то, что я чувствую сейчас. Ты совсем рядом, буквально в соседнем доме, но так далеко… — с горькими слезами в голосе проговорил парень. — Я ничего не могу поделать. Нужно подождать неделю. Одну. Неделю. Потом мы сможем встретиться. — Потом я уеду, — остановил меня любимый голос. — На сколько? — До первого сентября. Второго уже буду в городе. — Значит я буду сниться тебе, а ты мне, — я повернулась к нему всем корпусом и посмотрела прямо в глаза, — это недолго. И вообще, почему я тебя утешаю? Кто из нас слабая девушка? — Прости, — Данил хмыкнул и прижал меня к себе. Декорации сменились. Мы в большой комнате с телевизором во всю стену и панорамным окнами. Я со стула переместилась на колени парня и обняла его за шею, он обхватил мою талию руками. Так мы сидели, пока не почувствовали, что Эвелина вернулась в сон. Мы неохотно отлипли друг от друга и встали с дивана. Решили пройтись до сцены пешком. Через пять минуть мы уже подходили к месту назначения. — Они… Поют вместе… — ошарашенно промямлила я. — Ага, — Данил стоял с отвисшей челюстью и пока не собирался ее подбирать. — Хороший вышел бы дуэт… Мы подошли так близко, чтобы можно было разглядеть поющих. Эвелина и Димаш стояли друг напротив друга на расстоянии вытянутой ладони и смотрели глаза в глаза. Песня уже закончилась, а они все стояли и о чем-то тихо переговаривались. — Эвелина! — позвала я. — Привет, — она отскочила от Димаша на добрый метр и опустила глаза. — Как дела? — я поднялась на сцену, — Ты просыпалась, — подошла к подруге, — Что делала? И Димаш уходил, вы общались? — Эвелина абсолютно не реагировала на мои слова, — Эвелина! Эвелина!!! — подруга вздрогнула и подняла на меня растерянный взгляд, — Я не поеду на «Новую волну». — Хорошо, — девушка отвернулась от меня. Она подошла к Димашу, что-то ему сказала, Ди что-то ответил и протянул ей микрофон. Они пели песню на казахском. Не помню, как называется, но песня исключительно красивая, а в исполнении этого «звездного дуэта» звучала просто невообразимо. Их голоса сливались и расходились на двухголосие, они целиком и полностью отдались музыке, и было заметно, что оба в своей тарелке и чувствуют себя как две рыбки в бесконечном океане, принадлежащем только им двоим. Песня закончилась, и откуда-то из-за кулис послышался мужской голос. Я смогла разобрать только несколько слов: «вас» и «дуэт». Димаш что-то спросил у Эвелины, она ответила. До нас с Данилом доносились слова. Что-то типа: «Выступить вместе на «Новой волне». — Эвелина! Соглашайся! — вдруг крикнул Данил. — О чем они? — непонимающе спросила я у стоящего рядом парня. — Димаш предложил Эвелине спеть вместе на «Новой волне», а она сомневается с ответом. — Ааа… Понятно, — я уже представила, как эти двое поют вместе на большой сцене, подняла глаза на них и… Он наклонялся к Её лицу, мне подумалось: «Вот сейчас он ее поцелует», но он лишь коснулся носом губ и остановился. Она что-то прошептала, что было затруднительно, учитывая нос парня, который все еще был на ее губах. Димаш отстранился, но тут же притянул ее к себе, она обняла в ответ. Я решила не мешать и потянула Данила к пляжу. — Тебе что-нибудь принести? — Дэн остановил меня, сжав ладонь пальцами. — Тебе и в правду нравится что-то носить? — удивилась я вспомнив первый раз, когда мы здесь были, и Данил приносил лимонад. — Так больше похоже на то, что мы в реале, — парень материализовал зонтик, воткнул его в песок, — дак принести? За углом есть ларек со всякой всячиной. — Давай мороженое. Вкус на твой выбор, — сдалась я. — Хорошо. Данил вернулся через минуту, неся в руках по рожку ванильного мороженого. Он подошел ко мне, протянул один рожок и сел рядом. Потом мы просто сидели и разговаривали обо всем и ни о чем. Примерно через час объявили о том, что концерт Димаша начнется через пять минут. Мы еще немного поболтали и встали, направились в сторону сцены. А потом были песни и общение с Димашем-обычным парнем, который на сцене превратился в Димаша-бога сцены.