Любовь или наказание?

Судьба судьбой, но выбор всегда за тобой.

      — Мира, я беременна… Аграх, да это невозможно! — вспылила Маринетт, ухватив себя за некоторые пряди волос и потянув их вниз, при этом изображая безыходность. Она уже несколько часов пыталась признаться своему отражению в зеркале, сохраняя спокойный вид и радушную улыбку, в том, что беременна. — У меня такое чувство, что я какая-то взрослая женщина, которая пытается сказать мужу о том, что у них скоро будет ребёнок! А ведь мы с Мирой даже не встречаемся, вдруг он просто… уйдёт? — она положила ладонь на ровную поверхность зеркала в месте отражения своего лица и опустила голову, прикрыв глаза от отчаяния. — Это невозможно, я не смогу ему сказать, я боюсь, — шептала Дюпен-Чэн.       — Маринетт, просто смирись, представь, что ты говоришь не о ребёнке, а о новой модели телефона. Пойми, милая, — Сабина встала с кровати и со спины обняла свою дочь. Та немного вздрогнула от прикосновения, а по коже побежали мурашки, — если Мира любит тебя, то он примет всю правду и не уйдёт, а если даже и не примет, то у тебя будет шанс снова сойтись с Адрианом, хотя я как раз таки не уверена, что его отец будет согласен с тем, чтобы у знаменитой модели был неродной ребёнок, — горько усмехнулась женщина. — Возможно, ты сможешь сказать Коту Нуару, всё-таки он хороший человек и поймёт тебя, поддержит. Но решать лишь тебе, кого из троих выбрать.       «Из двоих», — мысленно поправила девушка свою маму. Ох, если бы Мари могла рассказать ей всю правду, разложить всё по полочкам: мол, что Адриан — Кот Нуар, она — Ледибаг, вот тогда бы было всё очень просто! А ребёнок… их с Адрианом ребёнок многому мешает, но Маринетт не хотела этого показывать, пыталась найти в этом только положительную сторону, как хотела мама. Единственное, что сейчас не хотелось Дюпен-Чэн — это разговаривать, видеть и думать о её бывшем парне, да и говорить о том, что у них будет ребёнок Маринетт не собиралась. Зачем Адриану дополнительные ненужные мысли? У него и так забот, наверное, хватает! Девушке захотелось именно в этот момент узнать, как там поживает её Котёнок, но открывать телефон и набирать его номер было совершенно бессмысленно, ведь у Дюпен-Чэн теперь Нью-Йоркская сим-карта.       — Ты права, я должна быть сильной и уверенной в себе, как… Ледибаг, — сглотнула Маринетт и слегка улыбнулась. Сабина вышла из комнаты, пожелав дочери удачи. На самом деле, она не собиралась покидать её, но кто-то должен был впустить Миру в дом, ведь отец девушки ещё вчера уехал в другой город по какому-то важно-секретному делу. Но, как сказала мадам Чэн, в Вашингтоне намечался день рождения какого-то премьер-министра, а готовить кондитерские изделия по праву досталось Тому Дюпену, и Маринетт с Сабиной очень гордились своим отцом и мужем. По правде говоря, сначала кондитер вспылил из-за беременности Мари, но, так как был человеком очень добродушным, то вскоре порадовался за своё чадо и обнял всех, пообещав дочери, что как только представится шанс увидеть Кота Нуара, то Том ему шею свернёт. Младшей Дюпен-Чен кое-как удалось убедить отца не делать этого, да и то пришлось привести тот довод, что ребёнок останется без папы. Но и Адриана было жалко, Габриэль Агрест бы этого не выдержал.       И тут на прикроватной тумбочке завибрировал её телефон, который она уже успела обновить на последнюю модель, всё-таки в Нью-Йорке живут обеспеченные люди, и Мари не хотелось краснеть из-за своего «доисторического» аппарата. Но самым удивительным было то, что родители сами подарили ей этот телефон, хоть девушка ни разу не намекала о том, что хочет его. Просто в последнее время её мама и отец очень хорошо зарабатывали, а потому могли себе позволить многое. Маринетт отбросила мысли об этом и подошла к телефону, на котором отображался совершенно незнакомый номер. Сначала Дюпен-Чэн не хотелось отвечать на звонок, но человек, который пытался с ней связаться, был очень настырным и перезванивал несколько раз. Мари слышала, как снизу мама о чём-то весело разговаривает с Мирой и не торопится его вести сюда, потому что понимает, дочери очень нужно время, чтобы собраться. Но человек который звонит забирает её драгоценное время. Маринетт просто обречённо выдохнула и подняла телефон, отвечая на звонок.       — Алло? — раздраженно ответила Мари. — Извините, но вы ошибл… — хотела договорить девушка, но тут её прервал очень хорошо знакомый голос, который та даже не надеялась услышать из этого телефона, да и вообще не рассчитывала услышать когда-либо.       — Здравствуйте, мадемуазель Дюпен-Чэн, можете сейчас говорить? — спросил строгий голос из телефона. Девушка полностью оробела, ноги стали ватными, и она свалилась на кровать, не в силах что-либо сказать или ответить. Маринетт была в шоке. Неужели он позвонил потому, что что-то случилось с Адрианом. А вот теперь Маринетт совсем стало страшно, и никогда в жизни она так не боялась, как сейчас.       — Г-г-габ-б-бриэл-ль Аг-г-грест-т? — пытаясь не заикаться, что, конечно, не удалось, спросила Дюпен-Чэн.       — Да, это я, Маринетт. Так что, можешь говорить? — подтвердил мужчина, снова задавая вопрос.       — Н-н-не сейчас, а это срочно?       — Когда тебе удобно? — не удосужив девушку ответом, вопросом на вопрос ответил Габриэль.       — Вечером, после десяти?       — Хорошо, я позвоню. До свидания.       — Ага… — загипнотизированно проговорила Мари, а позже из телефона раздались гудки.       В тот момент, когда Маринетт положила телефон обратно на тумбочку, дверь в её комнату открылась, и вошли мама с Мирой, который был очень напряжен. Мари пожелала самой себе удачи, а мама лишь сжала за неё кулачки и вышла из комнаты. Сначала оба молчали, а потом девушка решила предложить парню присесть на кровать, и он согласился. Маринетт просто совершенно не знала, что сказать и с чего начать, ведь в последний раз они расстались тогда, когда девушка сказала, что нужно отдохнуть друг от друга, а Мира ушёл весь расстроенный. И вот три дня назад она ему позвонила, именно в тот день Дюпен-Чэн узнала, что у неё будет ребёнок. Но как теперь сказать Моррисону об этом? Просто и быстро?       — Так значит, ты согласилась стать моей девушкой? Просто я именно так тебя понял, но не был уверен? — он заглянул в глаза Маринетт, а та слегка улыбнулась, но внутренне сжалась от страха. Мира смотрел прямо в душу, ей хотелось обнять его, поцеловать, возможно, сказать что-то приятное, но никак не то, что она должна была сказать. — Маринетт, пойми, ты важна для меня. Я в первый раз влюбляюсь в девушку. Ты такая потрясающая, красивая и добрая. Я почему-то был уверен, что ты не согласишься, что у тебя уже есть парень, ведь в такую как ты, должно быть, были многие парни влюблены. И я пойму всё, ведь встречаться нужно по любви, а не из жалости, — девушке казалось, что Моррисон сейчас расплачется, но нет, Мира говорил твёрдо и мягко, и Дюпен-Чэн его понимала.       — Мира, — она взяла его ладонь в своих холодные от волнения руки и крепко сжала, заставляя парня немного смутиться. Именно в этот момент Маринетт чувствовала настоящую уверенность в себе и была готова рассказать парню правду, тем более, что он очень близко подобрался к ней, только упустил очень маленький момент. — Я полюбила тебя, — спокойно и твёрдо проговорила француженка, прикладывая ладонь друга к своей щеке и поглаживая. Мира лишь удивленно заглянул в её лучистые голубые глаза и тоже улыбнулся, ослепляя прекрасной улыбкой. — Ты прав, у меня был парень, и кое-что от него осталось… о чём я и хотела с тобой поговорить. Возможно, узнав правду, ты разочаруешься, не захочешь со мной встречаться, но и скрывать это я не хочу.       — Я готов на всё ради тебя, Мари! Я приму правду, чего бы это ни стоило, ведь ты дорога мне по-настоящему. Я люблю тебя, и ты это знаешь, — твёрдо ответил ей Моррисон, придав уверенности своими тёмно-зелёными глазами.       — Дело в том, что я… у меня будет ребёнок… от того парня, — тихо прошептала девушка. Эти слова дались ей с неимоверным трудом, было сложно говорить Мире правду, она боялась разочарования с его стороны, обиды, гнева, но тот лишь молчал, затаив дыхание и округлив глаза. По правде говоря, Маринетт понимала, что парень ожидал совершенно другого, возможно, того, что она до сих пор любит другого, но никак не того, что девушка беременна. Хотя по лицу Миры невозможно было что-либо прочитать, он был как холодная гора, в мысли которой заглянуть или даже угадать их было невозможно! Но что-то подсказывало Дюпен-Чен, что не всё потеряно, ведь Моррисон не вспылил.       — Маринетт… ты… что? — он опустил взгляд на её живот, замечая, что тот немного округлился с их первой встречи, и улыбнулся. А потом Мира снова заглянул в глаза девушке и крепко-крепко обнял возлюбленную. — Знаешь, а ведь это ничего не меняет, правда! Но решать должна ты, — он снова отстранился и со всей серьёзностью заглянул француженке в глаза. — Если ты любишь того парня, то я могу отпустить тебя, но, если ты согласна быть со мной, то я могу принять и тебя и твоего ребёнка, он или она станет мне как родной, я обещаю! Ведь… я люблю тебя, — парень в ответ сжал ладони Маринетт и улыбнулся. А та задумалась.       Была ли это судьба, а может, что-то другое? А вдруг ребёнок, это какой-то знак свыше, что нужно остаться с Адрианом, ведь они давно любили друг друга, причём с первого взгляда, пусть и не знали правды. А может, тот выбор, перед которым сейчас её поставил Мира правильнее? Ведь и Маринетт, и Кот Нуар любили не настоящих себя, а лишь фальшивки. И пусть, что девушка кое-как смогла отпустить Адриана, чтобы стать любимой Котом, она всё равно понимала, что будет любить его всегда и ни за что не забудет. И это пугало после раскрытия. Позже, всегда на месте супергероя Мари представляла Адриана, который любит её, но её ли?       Ведь Кот Нуар всегда любил Ледибаг, а Адриан никогда не замечал Маринетт, она была для него другом, просто другом, который мог помочь и понять, но как девушка Дюпен-Чэн никогда не была Агресту интересна… до того момента, как не предстала в его глазах Ледибаг, супергероиней, которую он всегда любил. Так что, возможно, Адриан её судьба, а ребенок это только доказывает, но выбор всегда должен совершить сам человек, сама девушка должна строить свою судьбу и следовать за своим выбором. А ведь Мира готов принять её настоящую, не Ледибаг, а Маринетт, обычную неуклюжую девчонку, у которой, к тому же, скоро будет ребёнок от другого человека. И это только доказывает, что Моррисон любит её искренне, по-настоящему.       — Я выбираю тебя, Мира… — прошептала Маринетт.       Парень лучезарно улыбнулся, приблизился к теперь своей девушке и нежно поцеловал, а та ответила, даже не задумываясь. Ведь в жизни главное — не думать долго, а совершать такие поступки, которые идут от сердца, а Дюпен-Чэн чувствовала сердцем, что совершила правильный выбор. Только вот судьба, да и все квами, думали иначе.

***

      В Париже в это время была совершенно иная жизнь. В последнее время Алия стала замечать, что Бражник прекратил ежедневное появление злодеев, а потому супергероиня со своим напарником могли выдохнуть с облегчением. На самом деле, с большим удовольствием выдыхала именно мадемуазель Сезер, ведь у девушки совершенно точно закончились тупые оправдания, благодаря которым та скрывала свою «вторую» жизнь. Конечно, Нино многое знал о своей подруге, к примеру, её личность Рены Руж, как и Алия знала, что тот являлся Карапасом, но секрет Ледибаг нужно было охранять от любого, ведь тогда опасности будет подвергаться не только она, но и все родственники, друзья. И Алия делала это, как могла. Когда-то девушка мечтала быть супергероиней, ещё даже до появления Ледибаг и Кота Нуара, до знакомства с Маринетт. Девушка мечтала об этом с рождения: защищать людей, спасать родных и близких, быть кем-то особенным и знаменитым. Когда Ледибаг избрала её своей помощнице, Реной Руж, Сезер поняла, что быть героиней сложно и это требует большого труда, ответственности. Но девушка не так сильно переживала об этом, ведь была непостоянной спасительницей, а приходила на помощь, лишь когда божья коровка требовала этого.       Став же самой Ледибаг, Алия жалела о своих мечтах, хоть они и исполнились. Быть основной героиней Парижа — жуть как трудно, невозможно! А особенно, если ты ведёшь блог, посвящённый супергероям, и не выкладываешь туда ничего уже больше двух месяцев, вот, что сложно! А ведь Сезер всегда жила своим блогом, любила быть человеком, сообщающим главные новости, быть журналисткой. Вот это её вторая мечта, подростковая, а теперь уже забытая из-за детской влюбленности в супергероев. И Алия надеялась, что бывшая Ледибаг вернётся и снова станет героиней Парижа, а мадемуазель Сезер вновь возьмётся вести свой «Ледиблог». Но пока об этом можно было только мечтать. Ведь Тикки много раз повторяла, что героиня ушла не просто так, а потому что должна была. И Алия понимала. Всё-таки она тоже была, подростком, а подросток не может спорить со своими родственниками или родителями. И в этом девушка убедилась на примере Маринетт.       Сейчас Алия Сезер вместе со своими одноклассниками сидела в библиотеке. Обычно тут всегда было тихо, так как многие приходили, чтобы найти заданные книги, просто отвлечься и почитать, поиграть в видеоигры. Но сегодня тут стоял настоящий шум и гам, и всё потому, что многие хотели найти любые связи со своей подругой — с Маринетт. Тут собрался почти весь класс, каждый был в своей группе, орудовал телефоном, компьютером, чтобы узнать любую информацию о Дюпен-Чэн, но поиск не давал результатов, и Алия с этим смирилась. Макс, Ким и Марков пытались что-то там выискать в интернете, забивая запросы по типу: «Маринетт Дюпен-Чэн, Нью-Йорк, шестнадцать лет» и так далее, но даже у таких умных, как Макс и Марков, ничего не получалось, Ким же просто подбадривал их. Роуз, Джулека, Милен и Аликс смотрели «YouTube», какие-то новости из Нью-Йорка, причём доступ к этой стране им помог получить тот же Макс, но и из этого ничего не вышло. Иван, слушая музыку, тоже пытался нашарить что-то в «Google», а Натаниэль рядом рисовал портрет Маринетт, что-то обсуждая с мадам Бюстье. Нино сидел рядом с Алией, переписываясь в «Инстаграм» с Адрианом, который кое-как, но отвечал на его сообщения. Сезер понимала, что друг тоже занят тем, чтобы уговорить Адриана погулять, ему было некогда искать связи с Маринетт, тем более, что Нино признал: это гиблое дело. Хлоя с Сабриной, кстати, тоже тут были и краем уха пытались узнать что-то о Маринетт, а вообще, делали вид, что их ничего не интересует. Буржуа также пыталась связаться с Адрианом, но ее он игнорировал.       Алия Сезер просто пыталась выжить в этом гуле и о чём-то подумать. Ей нужно было обдумать всё произошедшее, свою роль, но и в то же время, она пообещала друзьям помочь связаться с Дюпен-Чэн, ведь новой героине тоже было интересно, как поживает её лучшая подруга. А ведь Маринетт так и не ответила на сообщения, что прислала ей Алия, когда та ещё летела в самолете, и Сезер очень сильно расстроилась. Может, Маринетт уже не считает её подругой? Может, она настолько там занята, что не может ответить? Но ведь и в «Инстаграмм» девушка уже не заходила с того самого дня, как улетела в другую страну. Её профиль давно пустовал, а ведь все одноклассники завалили Дюпен-Чэн сообщениями. Даже сама Алия. И сейчас Сезер тоже пыталась хоть что-то найти, но лишь тупо смотрела в открытый телефон с инстаграмом Маринетт. Наконец, девушка обреченно вздохнула, положила телефон на парту и оглядела друзей, которые подняли на неё взгляды.       — Ну что? — спросила Алия у всех, хотя ответ был очевиден. Лишь один Нино так и не оторвался от телефона, продолжая что-то строчить Адриану.       — К сожалению, ничего, Алия, — металлическим голосом ответил ей робот Марков, подлетая ближе. А Макс лишь опечалено ссутулился, признавая поражение. Он не привык проигрывать, и сейчас Сезер волновалась, как бы кого-то не акуманизировали в этой комнате. — Мы все сайты перерыли, но никакие поиски ничего не знают о Маринетт Дюпен-Чэн. Только сказано, что она учится в коллеже и всё. В каком именно — неизвестно. Да и непонятно — наша эта Маринетт или нет?       — Мы перерыли любые новости во всех видео и прочее, но там лишь говорится о процветании города и ничего более, а так же о каком-то знаменитом бизнесмене, что выкупил Агенство по продаже недвижимости и стал… — Джулека пихнула Роуз в бок, намекая на то, что та начала говорить что-то лишнее, не нужное делу. Та закивала и грустно опустила голову. — В общем, ничего.       — Я ничего не нашёл, — приглушенно ответил Иван, даже не сняв наушники. Милен, бросив на него взгляд, лишь вздохнула. Она как никто другой знала своего парня и понимала, что он тоже расстроен.       — Я кое-что нашла у директора, — сказала мадам Бюстье. Все сразу же посмотрели на неё. — Это не так значительно, но я знаю, что родители Маринетт выиграли в конкурсе и теперь работают в одной из пекарен Нью-Йорка, — дети обречённо вздохнули, ведь итак это знали. — Но я узнала, что пекарня эта называется «Levain Bakery», — все переглянулись, не зная, что и сказать.       — Это нам не поможет, — руша надежды, проговорил Марков, а ребята посмотрели на висящего в воздухе робота. — Дело в том, что это сеть пекарен и их очень много в Нью-Йорке, а узнать, в какой работают Том и Сабина Дюпен-Чэн почти невозможно.       — Вероятность нахождения один процент, — дополнил Макс, порывшись в ноутбуке.       — Это бесполезно! — вдруг озвучила мысли каждого здесь Аликс. — Мы уже давно пытаемся, а поиск не дал результатов. Знаете, у меня такое чувство, будто Маринетт просто не хочет с нами общаться! — одноклассники стали мотать головами, как бы говоря, что Маринетт не такая. Но Аликс хотела выразить своё мнение. — Сами подумайте, если бы она захотела вновь с нами пообщаться, то непременно бы нашла выход, любой! Ведь все мы знаем её — она упорная, целеустремлённая, иногда, конечно, неуклюжая, но и уверенная в себе тоже! И я почему-то уверена, что Маринетт просто отказалась от общения с нами…       — Хватит! — воскликнула Алия, вскакивая со стула и ударяя руками в стол. Речь Аликс очень задела её, ведь отчасти Сезер осознавала, что это может быть правдой, но признавать не собиралась. — Маринетт не такая! Она наш друг! И я уверена, что у неё есть свои на то причины!       — А мне кажется, что Аликс права, — тихо и робко проговорила Роуз, а остальные спустя секунду закивали. — Вдруг Маринетт и правда забыла о нас?       — Я в это не верю! И вы не должны верить! — на глазах у журналистки стояли самые настоящие слёзы. Она подорвалась с места и выбежала из библиотеки, устремившись в туалет. А одноклассники уже не могли переубедить самих себя, но Алию им было жаль. Нино хотел было пойти за ней, но осознал, что той нужно побыть одной.

***

      Алия забежала в туалет, а потом в одну из кабинок и прикрыла дверь. Она прислонилась спиной к стенке и скатилась по ней на пол, уткнувшись лицом в колени, заплакала, потому что сил больше не было. Ей надоела эта ответственность, ведь нужно было постоянно контролировать свои эмоции, особенно сейчас, когда на кону стояла безопасность всего Парижа. И почему из-за Маринетт столько проблем? Почему Ледибаг исчезла именно сейчас? Почему выбрала Алию? Или, может, это было не случайно? Поток слез резко стих, а девушка вновь открыла свой телефон, только теперь на «Ледиблоге». Тикки вылетела из-под её рубашки и зависла в воздухе, заинтересованно заглянув в смартфон. Девушка открыла первую свою запись в блоге, где Ледибаг и Кот Нуар только-только появились и присмотрелась к поведению героини. А ведь она тогда струсила и если бы не Сезер, то вряд ли бы решилась на тот храбрый прыжок. Алия улыбнулась.       — Что ты хочешь сделать? — спросила Тикки, наблюдая за её поведением. Квами очень насторожила улыбка своей новой подопечной. Да и на старые видео она как-то странно смотрела. Неужели, жалеет о том, что стала героиней? Хотя об этом даже Маринетт жалела.       — Я обдумала твои слова, что ты сказала месяц назад и поняла… ты была права, — Алия спокойно перевела взгляд на синие глаза квами, а та лишь пожала маленькими плечиками, совершенно не понимая о чём речь. — Ты права в том, что я только мешала Ледибаг своим блогом, но ведь, получается, что лишь благодаря мне она стала такой сильной и уверенной в себе. Я помогла ей, но и озадачила, — Сезер вздохнула и нажала на настройки «Ледиблога». — И я рада этому… а блог мне больше не нужен, — и девушка поставила крест.       — Ты уверена в этом? — спросила Тикки, вновь позволив себе улыбнуться за такой отважный поступок хозяйки. — Ты ведь можешь потом вернуть его?       — Могу, но… вряд ли мне это будет нужно. Сейчас надо думать о том, как победить Бражника, — квами снова могла гордиться Алией, ведь та, закрыв свой блог, поборола саму себя, свою одержимость, как когда-то Маринетт поборола свою неуверенность. — Скажи, а Маринетт могла быть Ледибаг? — Тикки широко распахнула глаза и открыла рот, а Алия лишь озорно рассмеялась. — Да шучу я! Уже и пошутить нельзя, — квами насупилась, но вздохнула с облегчением, ведь тайна Дюпен-Чэн не была раскрыта.       Алия снова разблокировала свой телефон и открыла поиск в Инстаграм, чтобы полистать интересных людей, найти тех, на кого можно было бы подписаться, но теперь в её ленте в основном было всё о Нью-Йорке, ведь девушка переходила по многочисленным хэштегам, дабы что-то выяснить о Маринетт. Сейчас Сезер пролистала немного и наткнулась на того самого бизнесмена, что купил Агенство про продаже недвижимости, про которого ещё Роуз говорила. Это был привлекательный мужчина лет сорока, чём-то схожий с Габриэлем Агрестом. Девушка открыла описание, но случайно попала на один из хэштегов. Алия пожала плечами и немного пролистала вниз, как вдруг резко распахнула глаза и открыла один из многочисленных постов. Сезер забыла как дышать, ведь…       — Не может быть… — в шоке прошептала журналистка, прикрывая рот рукой. Тикки лишь подлетела к смартфону, и снова заглянула туда, тоже обомлела от того, что увидела. — Это что… Маринетт? — сглотнула она, а квами лишь кое-как выдавила из себя «Ага». Сезер открыла описание поста и прочитала его.       — «Сын знаменитого бизнесмена Рейнольда Моррисона Миракл на днях спас новенькую девушку в его коллеже от падения. Что это: любовь или просто дружба? Многие в школе поговаривают, что Миракл встречается с этой леди, другие же говорят, что они хорошие друзья. Правда ли, что парень наконец нашёл себе настоящую девушку и разбил сердца многим остальным?» Не верю своим глазам, — проговорила Алия, а Тикки лишь снова угукнула. — Маринетт бы никогда не предала Адриана? Наверное, она снова оступилась, а парень просто поймал её? Как думаешь?       — Никак не думаю, — в шоке прошептала квами, все ещё не веря в увиденное и услышанное.       — Хотя да, ты не знаешь Маринетт так, как я, — на это Тикки лишь усмехнулась, Алия была права: квами знала Дюпен-Чэн намного лучше, чем кто-либо другой. — Но вряд ли Маринетт стала встречаться с этим парнем, тем более, сразу после знакомства, это же не очень… безопасно, верно? — сладкоежка лишь снова пожала плечами и заглянула в смартфон, усмехнувшись.       — На дату поста посмотри, — посоветовала девушке та.       — Два месяца назад?! — в шоке воскликнула Алия вскакивая с пола и выходя из кабинки. — Ладно, спокойно, мы ведь не знаем наверняка, общалась Дюпен-Чэн с этим парнем или нет, а потому… это останется между нами, хорошо? — она в надежде взглянула на Тикки.       — Поверь, мне это некому рассказать…

Сильный человек не должен бояться врагов, бояться нужно друзей. Чаще всего бьют в спину те, кого прикрываешь грудью.