Та самая осень

Зима окончательно вошла в свои права. Снег за окном валил не переставая, белыми сугробами тут и там напоминая о холоде и ветре, пришедшими вместе с зимой. Солнечные дни стали совсем редким явлением, уступая место чёрной, практически осязаемой темноте по утрам и вечерам, днём же серые громады облаков бесконечной вереницей уходили за горизонт и оставляли после себя поломанные ветром ветви деревьев и снежную завесу, белыми хлопьями оседающую на лугах, на берегах застывших рек и ручьёв. Финн сидел на стуле у окна и с задумчивым видом смотрел в пространство, изредка отвлекаясь и фокусируя внимание на чашке с полюбившимся в последнее время травяным чаем, пар от которого распространял по комнате приятный, слегка терпкий аромат. Парень перевернул страницу лежавшей на подоконнике книги, поднял с пола полено и не глядя швырнул в камин, в котором весело трещали уже догорающие дрова. Финн посмотрел в окно, надеясь что-то разглядеть, но смог различить лишь смутные очертания деревьев и серые льды Ледяного Королевства на фоне серого неба, что было весьма сложной задачей. Из-за ледяных шпилей двигались чёрные тучи, а сами остроконечные вершины постепенно пропадали, сменяясь серой хмарью, плотной стеной закрывавшей замки Снежного. «Чудит опять что-ли? Только ведь буран с прошлой недели кое-как прошёл, а снова раскапывать дом вообще не хочется,» — с этими мыслями Финн поплотнее закрыл окно и, отложив книгу в сторону, в поисках Бимо направился в гостиную, так как знал, что лучше просмотра какого-нибудь фильма под тёплым пледом в такую погоду ничего в этом мире просто не существует. «Надо бы К.О тоже позвать, так ещё теплее будет,» — с улыбкой подумал Финн, закрывая за собой дверь. Вызванный закрытием двери сквозняк пронёсся по комнате, открывая настежь окно и запуская в помещение холодный ветер. Страницы книги зашелестели и успокоились только на предпоследнем листе, где кривым, ломаным почерком был переписан отрывок старого стихотворения уже давным-давно умершего писателя. Часов и дней безудержный поток Уводит лето в сумрак зимних дней, Где нет листвы, застыл в деревьях сок, Земля мертва и белый плащ на ней. И только аромат цветущих роз - Летучий пленник, запертый в стекле, - Напоминает в стужу и мороз О том, что лето было на земле. Шекспир Уильям *** В прогалине между кронами деревьев, растущих вокруг небольшой поляны, белые облака плыли по лазурному небу. В сочной зелёной листве пели птицы, чьи голоса разносились по всей округе, заставляя редких путников остановиться, прислушаться, постоять минуту-другую и направиться дальше. Переливистое щебетание успокаивало играющие порой нервы, оно как будто щёлкало тумблер с надписью «Бытовые заботы» в положение «выключено». Над высокой травой, которой заросла вся поляна, летали бабочки и пчёлы, кропотливо занимаясь своими делами, истинное значение которых людям понять не дано. Финн, лежащий в траве, на на них и не смотрел, он витал где-то в вышине синих просторов летнего неба, наслаждаясь безделием и спокойствием. Лениво повернув голову, он различил среди деревьев блестевшие на солнце стены Конфетного Королевства. Оттуда доносился шум утопающего в делах города, крики, смех, гудки машин и другие неразличимые во всеобщей неразберихе звуки. Парень демонстративно поморщился и отвернул голову от суматохи города в сторону стены деревьев, сквозь которые пробивался лёгкий летний ветерок, ронявший золотые пряди волос на лицо Финна. Но вместо стволов деревьев и низких густых кустов Финн увидел лицо Колдуньи-Охотницы, которая чуть ли не вплотную приблизилась к испуганной неожиданностью физиономии Финна. Что было дальше, он не помнил. Помнил только их с К.О прогулку по вечерним лугам, на которых ветер трепал и играл высокой и мягкой травой, помнил закатное солнце и прощальный поцелуй, подаренный Охотницей и принятый Финном с наслаждением, после которого он шёл домой с потрясающим ощущением на душе, даже не шёл, а плыл над землёй. *** Финна выбросил из воспоминаний прямиком в реальность угол двери, об который он споткнулся, не заметив его помутнённым от расплывчатых картин прошлого взглядом. Левая ступня сильно пульсировала, передавая вверх по ноге неприятное покалывание. Шёпотом выжав из себя неразборчивое ругательство, он вошёл в гостиную, и глазам его предстала Охотница в свете настольной лампы, скупо поливавшей пространство комнаты жёлтым светом. Колдунья была прекрасна. На аккуратных рожках висела в шутку намотанная гирлянда, волосы отливали всеми оттенками зелёного, такого же сочного и свежего, как в воспоминаниях Финна об одном летнем дне. Постоянно закрывающая верхнюю часть лица маска была снята и валялась где-то у дивана. Тонкую шею и худое тело девушки подчеркивал грязно-зелёный и горячо любимый ею свитер, найденный когда-то давно на чердаке домика на дереве. Девушка улыбнулась, приглашая Финна взмахом руки проследовать за ней. Огорчённый тем, что момент восхищения внешностью К.О был прерван и заподозривший что-то неладное, Финн послушно пошёл за ней к дивану. Охотница подошла к окну напротив него. — Присаживайся, — указала она на диван. Состроив хитрую рожицу, она взялась за занавеску, облегающую что-то большое, стоящее за ней у окна. Внезапно резким движением руки она отдёрнула её, и глазам парня предстала пышная и ярко украшенная Рождественская ёлка. — С Рождеством, милый! — весело крикнула Охотница и прыгнула на диван рядом с Финном, повалив его на подушку и громко смеясь. Финн же веселья любимой не разделял. «Чёрт, да какое Рождество? Почему я всегда вспоминаю всё последним, даже подарка нет. К.О меня убьёт, это же первое наше Рождество вместе,» — мысли нервно метались в голове Финна, не давая радоваться пришедшему празднику вместе с Охотницей. Резко встав с дивана, парень направился к двери, оставив Охотницу лежать в недоумении. — Финн, ты куда? — глаза девушки выражали непонимание, граничащее с лёгким разочарованием. — Мне, эм… Мне надо к Джейку, я ему кое-что обещал, — Финн, обернувшись, остановился в дверном проёме и наскоро придумал оправдание. — Ладно, — сказала Охотница слегка упавшим голосом, — Я тогда праздничные блюда буду готовить. Одна. Последнее слово девушка произнесла скорее с грустью, нежели со злостью и обидой. «Мало ли что Финну вдруг понадобилось, может быть это что-то серьёзное» — подумала она. Накинув куртку и выйдя из дома, Финн вдруг понял, что абсолютно не знает, что подарить Колдунье. «Придумаю что-нибудь.» — подумал он.