Багровые осколки

      Февральские морозы только-только наступили, но сердца героев сегодня ни на секунду не застынет, ведь это четырнадцатое февраля – День Всех Влюблённых. Этот чудесный, наполненный радостью, любовью и счастьем праздник не обошёл и монастырь Святого Лиона.       Все экзорцисты бегают по всей территории монастыря, даря вторым половинкам подарки с валентинками. Вот Коичи, укутавшись в вязаный кремовый шарф, бежит к Юкако, чтобы подарить ей подарок: наилучшие духи, которые он может позволит на своё жалование. Также Коичи с нетерпением ждёт коробку конфет, сделанных руками возлюбленной.       Коичи улетел в свои мысли настолько, что не заметил пару идущих омег: Какёина и Рохана, бурно обсуждающих на тему праздника.       Какёин прикрыл улыбку кулаком, подрагивая плечами вверх вниз, а Рохан шёл и плевался, из-за чего на висках набухли вены. В руках Нориаки был небольшой бумажный белый пакет, а Кишибе убрал хоть как-то обёрнутый подарок подмышку. То ли от мороза, то ли от слов Нориаки Рохан весь покраснел.       Когда Коичи врезался в живот Рохана, он скрючился, если бы омега был героем манги, то из его рта хлыстнула кровь. Подарок неуклюже упал на снег, из-за чего скотч, с помощью которого подарок был обёрнут в бумагу, отклеился. Нориаки увидел несколько новых игр и ужасный шоколад. Да уж, Рохан явно не силён в готовке. Какёин незаметно прыснул, хотя его незаметность – это громкие крики Рохана и громкие вопли Коичи.       Какёин поднял подарок Рохана, затем подошёл к его владельцу и дёрнул за плечо:       – Рохан, не кричи на него. Не видишь? Он бежит к своей половинке, вот и не заметил нас. Я поднял подарок, так что обёртка не сильно намокла. – Кишибе надул губы, сверху вниз посмотрел на Хиросе, через секунду послышался отчётливый «Тц».       – Иди уже. Пока я точно тебя в могилу не закопал.       Коичи глубоко поклонился, крикнул слова извинений и умчался поскорее от парочки.       Рохан печально посмотрел на свой спасённый подарок. Игры были упакованы, так что им ничего не грозило, а вот шоколад был испорчен. Хоть Джоске его и бесил до почернения, но всё ж он не собака, чтобы с пола есть.       – Чёртов малец! Этот шоколад и так выглядел, как столетний старик, а теперь это уже явно труп. – Кишибе поник окончательно.       – Не переживай так сильно. Можно же сделать новый или купить в магазине. – Нориаки старался сильнее подбодрить друга, но безуспешно. – Держи.       Из пакета Какёин достал коробку, оформленную в милую упаковочную бумагу, самодельных конфет. Эти конфеты были прекрасны. На каждой сладости были замысловатые узоры: от прямых, до завитушек, в форме звериных мордашек. Были конфеты с разными цветами. В общем, Нориаки вложил в эти сладости всю свою творческую натуру.       Смотря на эти идеальные конфеты и на свои убогие, Рохан упал на колени от осознания своей убогости. Рохан пробубнил:       – Нориаки, вот скажи, ты заключил сделку с дьяволом, чтобы у тебя руки из нужного места росли?       – Э-эм… Рохан, вставай. – Какёин стал сильнее переживать за друга, но когда он взял его за руку, то на лице Кишибе расплылась ехидная улыбочка.       – Так-так, Какёин Нориаки, а эти конфеты, случаем, не для нашего каменного лица Джотаро? – Какёин вздрогнул, покраснев. Рохан понял ответ. – Так-так, а когда это напарники стали дарить друг другу любовный шоколад на четырнадцатое февраля? Нориаки, как-то не по-дружески не сообщать о своих любовных похождениях. Особенно если этот возлюбленный брат напарника друга.       Какёин махал головой и руками, сливаясь со своими волосами.       – Всё не так! Вовсе не так! – Через секунду Какёин спросил. – А ты почему приготовил для Джоске подарок? Ты его терпеть не можешь, а тут даришь новые игры, да и шоколад сам сделал!       Рохан покраснел и удивился, но сразу же собрался и ответил:       – Так я его подразнить хочу, чтобы он, идиот, думал, что есть со мной хоть какой-то шанс! Ты вот никогда на такое не решишься, у тебя характер не стервозный!       – Ты не так понял. Я хочу поблагодарить его, и ничего больше! – Нориаки крепко сжал белую ткань пуховика.       Рохан обречённо выдохнул, закатываю глаза. Всем своим видом он кричал, что с его другом всё так сложно, но, как лучший друг, давить дальше просто не мог с точки зрения морали. Какёин готов был убежать далеко и надолго из-за нахлынувшего смущения, что было ему явно не свойственно. Порой Кишибе задавался вопросом: «А настоящий ли перед ним Нориаки?».       Рохан похлопала друга по плечу, говоря       – Прости меня, ну, такой у тебя друг. Благодарность, так благодарность. Но, ты должен мне показать, что ты ещё ему подаришь.       Какёин молча достал продолговатую коробку, завязанную мятной лентой. На боковой стороне была изображена сигарета странной формы с бутылём.       – Что это? – Спросил Кишибе.       – Это электронная сигарета. Джотаро очень много курит, а это плохо скажется на его здоровье. Я слышал, что эти сигареты намного безопасней обычных, потому что там нет смол. Думаю, мята лучше пахнет, чем табак.       – Не могу не согласиться. Хоть он и первый парень на деревне, но от него такая вонь от сигарет, что поскорее хочется от него уйти, только без обид.       Но Какёин его не слышал. Он окунулся глубоко в своё сознание, вспоминая, как он выбирал подарок.       Когда его попросили выбрать жидкость, то на ум пришла лишь мята. Мята напоминала ему красивый глаз, почти такого же цвета, окутанный полной тьмой.       – Эй! Рохан! Нориаки! Мы тут! – Омеги повернулись на звук. К ним приближались два демона, один побольше, другой поменьше. Джоске энергично размахивая руками, чуть не задевая Джотаро. Тот, как обычно, никак не реагировал, лишь медленно и элегантно куря очередную сигарету. Чёрное пальто не было застёгнуто, но белая водолазка держала тепло тела демона. В свободной руке Джотаро держал обычную маленькую коробку. Джоске налетел на Рохана, сбив его с ног. Демон начал покрывать омегу поцелуями, без какого-либо эротического подтекста. Кишибе скривился от этих действий, зеленея с каждым поцелуем. Нориаки тихо посмеивался, а Джотаро молча встал рядом с ним. Рохан не выдержал и пнул со всей дури в живот Джоске:       – Слезь с меня, урод! Ты решил побыстрее сдохнуть?!       – Роха-а-а-ан! Сегодня ты весь мой! – Продолжая лезть к омеге, сказал Джоске.       – Джоске, не лезь к Рохану. – Джотаро повернулся к Кишибе. – Уж прости, но мог бы ты сегодня остаться с Джоске? Сегодня у меня есть планы.       –Хм… - Рохан посмотрел на Джотаро, потом на Нориаки. Соединил кусочки пазла. Поняв, он ехидно улыбнулся. – Конечно, - он обнял Джоске, - я посижу с этим идиотом, пока у тебя будут дела. – Он специально тянул каждое слово.       Джоске, обрадовавшись, обнял Рохана крепче и взлетел. Нориаки остался наедине с Джотаро.       – В общем, - Нориаки робко протянул подарок, - это тебе. С праздником.       Джотаро принял подарок. Открыл коробку и обомлел:       – Электронная сигарета? – Джотаро на мгновение улыбнулся. – Спасибо. Это очень хороший подарок. У меня он не такой хороший.       Нориаки принял подарок. В коробке лежали литровая бутылка пены для ванны со вкусом сирени, очень много различных бомбочек для ванн. Нориаки снова покраснел. А как не покраснеть от такого милого подарка?       – Спасибо! – Какёин засиял от счастья. Из-за этого Джотаро слегка покраснел.       В это время Абдул сидел в своём кабинете, разбирая тонны документов. От его красивого хвоста ничего не осталось. Волосы торчали во все стороны, спутались, их давно уже никто не мыл. Чтобы они не мешались, Абдул нашёл какой-то старый узкий ободок, что придавала его виду ещё больше небрежности. На полу и столе валялись жестяные банки от кофе. Огромные мешки под глазами выдавали недосып главы монастыря. Щёки слегка впали, так как Абдул не ел несколько дней. Он вот-вот готов упасть в обморок, но белоснежные листы не давали ему провалиться в сон. А ведь сегодня праздник, и он планировал провести его в Жаном, но не в этом году. Из-за этой мысли Абдул приуныл ещё сильнее.       В дверь постучали. Оттуда послышался голос Польнареффа:       – Это я, Польнарефф, можно зайти?       – Да-да. – Сонно и вымученно ответил Абдул.       Польнарефф открыл дверь спиной, потому что его руки были заняты. Он держал деревянный поднос с кружками чёрного чай, для себя, и зелёного чая, для Абдула, рядом с кружками лежал прозрачный кулёк с овсяным печеньем и шоколадом в форме сердечек. Ещё стояли две тарелки – одна с супом, а другая с овощами и жареной индейкой, политая сверху оливковым маслом. Жан с жалость посмотрел на своего мужчину, загруженного в работе.       С помощью магии он убрал несколько стопок заполненных бумаг, чтобы поставить поднос на стол. Затем достал из ящика расчёску. Без слов подошёл к Абдул, убрал ободок, точнее выбросил куда подальше, распустил хвост и стал медленно проводить расчёской по ним.       – Тебе бы в душ сходить. – Тихо сказал Польнарефф.       – Угу.       – И поспать надо.       – Угу.       – Я тебе изменил.       – Что?! – У Абдула резко появилась энергия, чтобы стукнуть по столу и немного подскочить на месте.       – Шучу-шучу. – Посмеялся Жан. – Просто решил проверить. А то «Угу» да «Угу». Куда же я от тебя уйду? От такого сексуального. – Шаловливые ручки демона сжали грудь главы монастыря.       – Да где тут красота? От меня воняет, как он бездомного, из волос жир, как воды из тряпки, выжимай, а под этими кругами можно еду хранить. – Абдул откинулся на спинку стула, устало смотря на любимого. Польнарефф улыбнулся и чмокнул Абдула в лоб. – Я ведь хотел провести этот праздник с тобой.       – Работа есть работа. Я не в обиде. Только не довели себя от истощения, а то я самолично отправляюсь в Ватикан и надеру всем их мягкие места за то, что нагружают моего муженька.       Абдул посмеялся, гладя серебристые волосы. Жан ласково улыбнулся, через секунду потянулся за тарелкой с супом.       – Поешь. – Сказал Польнарефф.       Абдул устало посмотрел на еду, взял ложку и отхлебнул куриный бульон. Через несколько минут от супа и индейки ничего не осталось. Сейчас они оба пьют горячий чай, заедая печеньем и шоколадом. В эту минуту они оба наслаждались своим Днём Влюблённых, с чашкой чая и овсяным печеньем. Тем временем в аду       Наранча закончил с приготовлением шоколадного торта. На столе, что стоял в зале, было много вкусностей. Вито спал в своей уютной милой кроватке, с соской во рту и с зайкой в руках. Фуго вот-вот придёт с работы, голодный и уставший, но увидев богато накрытый стол, сразу же накинется на еду.       Их четырнадцатое февраля уже несколько лет не отличается от других. Фуго и Наранча приходят с работы, едят, в своих объятьях смотрят различные программы, поедая сладости, затем приходит время их утехам, а затем они, прижавшись друг к другу, засыпают.       В этом году в из семье появился третий, Вито, поэтому теперь ещё у них появился пункт: «Играть с сынишкой». Паннакотта теперь всегда после работы играет с сыном, ни на секунду не сводя с него глаз. В это время Гирга мог заняться домашними делами или просто прилечь вздремнуть. Семейная жизнь для них монотонна, но они только этому рады.       – Я дома! – В проёме кухни появился Фуго, держа на руках проснувшегося Вито. Мальчик уже игрался с папиными волосами, издавая радостные звуки.       – С возвращением. Садись за стол. – Наранча, держа в руках тарелку с тортом, подошёл к мужу, поцеловал его и прошёл в зал.       Фуго расстелил рядом тонкий небольшой матрац, положил туда ребёнка. Сам взял ложку, благодаря мужа с еду. Они ели в тишине, иногда переключая внимание на сына, что агукал и агакал, смотря на отца. Фуго постоянно на это махал рукой, улыбаясь и строя смешные рожицы.       – Как прошёл день? – Спросил Наранча?       – Лучше не бывает. Я снова обошёл всех. Эти дураки никогда не сравняться со мной и моими исследованиями. – Гордо ответил Фуго.       – Агу. – Малыш тянул свои маленькие пухлые ручки к радостному отцу.       – Да, Вито, твой папка самый умный и могущественный алхимик всего ада! – После этих слов Фуго защекотал сынишку, а тот начал мило смеяться.       Наранча молча глядел на свою радостную семью. Его переполняли только светлые и тёплые чувства.       «Надеюсь, у нас будет такое же мирное четырнадцатое февраля и в следующем году» - Подумал Наранча, отпивая апельсиновый сок.       В это время Джорно был в гостях у Бруно. Они заказали два вида пиццы, картофель фри, купили несколько пачек чипсов и играли в приставку. Джорно с помощью хвоста держал бутылку минеральной воды, не отводя глаз от экрана. Они оба играли в файтинг. Джорно быстро нажимал комбинации клавиш, в то время как Бруно, постоянно вспоминал эти комбинации. Джорно убрал бутылку, беря кусок ещё горячей пиццы. Откусив, сыр моцарелла аппетитно тянулся от откушенного куска. Бруно медленно жевал свою картошку, тоже не отрываясь от экрана. И вот последний удар, Буччелати вспоминает финальную комбинацию, вот он её набрал, но не учёл расстояние противника, поэтому этот удар не нанёс никакого урона. А вот Джорно всё просчитал и превратил персонажа мужа в кровавое месиво. На экране крупными буквами высветилась «К.О.», а Джованна радостно упал на коленки мужа:       – Я снова тебя победил!       – Да, это ведь уже восьмая победа подряд. – С досадой сказал Бруно.       – Эй, не переживай. На, съешь. – Джорно засунул в рот Буччелати косточек пиццы. Бруно быстро съел его. В это время Джорно, словно кошка в марте, начал тереться о коленки мужа, иногда задевая пах демона.       – Что ты делаешь? – С эротической ухмылкой спросил Бруно.       – Проигравшим положен утешительный приз. А раз сегодня День Влюблённых, то – Джорно сел на коленки Бруно, тёршись своей попкой по ним, - в качестве приза, можешь взять меня. – Джорно страстно поцеловал мужа, крепко обхватив шею. Бруно времени не терял. Он углубил поцелуй, поднимаясь с пола. Дверь спальни громко захлопнулась. Их четырнадцатое февраля пройдёт очень жарко. Особняк Градиславы       В этот день в особняке было очень спокойно. Почти вся прислуга сидела дома со своей семьёй. Лишь одиночки оставались работать, чтобы развеять тоску от одиночества. Грей собирал конструктор с Юмибэ, ожидая пробуждения Градиславы.       Они хотели посидеть с Огнедаром и посмотреть на его тренировку, но его не было. По словам Натальи, Огнедар ушёл рано утром, направляясь в дом господином Хуана. Дети сразу поняли, что тот пошёл поздравлять свою любовь с праздником.       – Братик Грей, когда Огнедар придёт? – Спросил Юмибэ. Они уже собрали и разобрали конструктор несколько раз, что сильно наскучивало. Юмибэ перевернулся на спину, поднял маленькое ножки вверх, рассматривая белоснежные гольфы с кружевами.       – Не знаю. Он же к Хуану ушёл. Наверно, он ещё не скоро вернётся. – После слов Грея дверь распахнулась. В дом зашёл Огнедар с красным, но довольным лицом. Юмибэ подскочил и прыгнул в объятья Огнедара.       – Огнедар вернулся! Поиграй со мной!       – Да-да, обязательно поиграю. – Довольно ответил Огнедар, что было ему не свойственно. Обычно он бесился, услышав первый слог от Юмибэ, но теперь он даже согласился с ним поиграть.       – Огнедар, что случилось? – спросил Грей.       – Жизнь прекрасна! Так почему бы не насладиться любыми моментами, что она нам дарует! – Сказал Огнедар, словно монах.       – Хуан тебя поцеловал? – Сказал, как отрезал, Грей.       – Вам, детишки, ещё рано это знать. Ха-ха.       – После того, как Огнедар красный, словно помидор, вручил Хуану конфеты, тот поцеловал его в губы, может ещё и с языком. – Позади появилась мрачная, как грозовая туча, Киро. Булан кивнула головой.       – Эй! Ты чего тут такое говоришь?! – Покраснев, спросил Огнедар.       – Знаешь, мои планы были нарушены из-за какой-то маленькой девки, поэтому моё настроение упало ниже плинтуса. А когда я увидела тебя почти трахающего Хуана, то чуть не блеванула. Ты мне должен деньги за причинения морального ущерба.       – Ха, трахать лучше, быть траханым. – Съязвил Огнедар.       – А что такое трахать? – Спросил Юмибэ.       – А? – Лицо Огнедара стало бедным.       – А? – У Киро оно было бледнее.       – Доброе утро, чего шумим? – На первый этаж спустилась Градислава. На этот раз она соизволила одеть пижаму, но волосы, как всегда, похожи на гнездо.       – Градислава, а что значит трахать? – Спросил Юмибэ.       Тупая улыбка застыла на её лице. Лицо чернело от злости, на лбу появилась венка, а верхняя губа нервно дёргалась.       –Кто посмел научить этого миленького мальчика такому грязному слову?       – Это Огнедар и Киро. – Булан и Грей показали пальцами на них. Оба вскрикнули, но, взглянув на яростный взгляд Градиславы, замолчали.       После хорошей взбучки оба сидели на коленях в углу, огрызаясь.       – Госпожа, вам письмо от господина Асгейрра. – Наталья протянула коробку дорогих вкусных конфет и огромную валентинку.       – О! Спасибо, Наталья. Сколько лет мы уже с ним вместе, но ощущения будто я в первый раз получаю такой подарок. Всё-таки недаром он настаивал на принятия его чувств ко мне. – Радостно сказала Градислава.       – Эх, как думаешь, они тоже празднуют сегодняшний праздник? – Спросила Наталья, слегка смягчив тон.       –Конечно. Эти болваны даже спустя тысячелетия будут любить друг друга. – С грустью сказала Градислава. – Ну, не будем о грустном. Пошли есть мой шоколад! С Днём Святого Валентина, мои дорогие читатели!