Два в одном.

      С момента сиих драматичных событий прошло полторы недели, а если быть точнее и отдавать дань уважения математике, которого она, по скромному мнению гуманитария, не заслуживает, то одиннадцать дней. За это время всё было предельно стабильно: Джек искусно делал вид, что это не он вовсе сох по Дженни и разговаривал с ней сугубо по «рабочим» моментам — «Подай, пожалуйста, соль/перец/сахар/нож, Утопленник, хули ты ржёшь? Я в тебя его собираюсь воткнуть, если ты не прекратишь на меня так пялиться!». Дженни вежливо улыбалась и всегда «чисто случайно» путала соль с сахаром, перец с содой, которую она же сама накануне засыпала в солонку, и на слова Безглазого или его же искажённую и плюющуюся после солёного чая гримасу лишь удивлённо округляла глаза и ласково, будто волк, пытающийся понравится ягнёнку, улыбалась и извинялась настолько приторным голосом, что слова из её рта можно было отлавливать и есть вместо десерта. Ава во всю игнорировала присутствие Бена, если они пересекались, хотя девушка прилагала немало сил, чтобы это происходило как можно реже. Утопленник лишь усмехался и специально концентрировал на ней своё внимание, заговаривал и что-то просил, наблюдая за тем, как Эмбер изо всех сил старается не встречаться с ним взглядом, упорно пропускает его слова мимо ушей и передаёт какую-либо вещь тому, кто в данный момент находится рядом, с фразой «На, там кто-то просил». Фиала ежедневного кривила новые рожи, смотря за всеми этими игрищами, и одаряла Дженни высокомерными взглядами, когда уходила вслед за Виком, покачивая бёдрами. Роуз настолько часто за всё это время закатывала глаза, что было удивительно, как они до сих пор не застряли где-то в черепе. Полика и Трина, единственные, кто заметили перемены в поведении этих шестерых, недоумённо переглядывались и пожимали плечами. Миша был крайне недоволен, что Утопленник говорит с Авой и смотрит на неё чаще, чем он сам, но, видя, что Эмбер не обращает на недолинка внимания, быстро успокаивался и довольно улыбался. Остальным же было как-то похуй. Сэм, заметив, как участилось совместное времяпрепровождение Фиалы и Вика, постоянно подкалывал его и поздравлял с «приобретением нового членовместилища». Роксана косилась на Роллин, как на ебанутую, какой та и была в её глазах, но молчала. Уилл мимоходом любопытствовал у Брауна, когда уже Фиала станет пригодной и для его утех. Вик отмахивался и что-то бубнил. Тогда Кларк вздыхал и переключался на Утопленника, который, дабы не трепать свои мёртвые нервы, тут же улетучивался по неотложным делам, придумывая эти самые дела уже на пути к себе в комнату. В общем, как и говорилось ранее, всё просто и стабильно.       Стрелки часов уже перевалили за девять. На улице было темно, да и вдобавок постепенно набегали тучи, пряча полумесяц в свои тёмные, облачные одеяния и делая мир ещё чернее. По скромному прогнозу синоптиков ожидалась гроза и ливень. По громкому заявлению Тоби близился апокалипсис и наводнение. — Как вы не понимаете — нас затопит! — голосил Тикки, носясь по большой гостиной. — Надо сделать кочергу и валить! — Кого-кого сделать? — переспросил Лью, которому сидящая рядом Салли активно раскрашивала ногти фломастерами. — Кочергу! — Взять бы сейчас кочергу и в зад тебе засунуть, — мрачно проговорил Тим, у которого на пальцах уже красовался свежий маникюр. Олдер была не совсем опытным мастером, поэтому немного выходила за контур, раскрашивая вместе с ногтем добрую половину пальца. — Чтобы не орал. — У нас нет кочерги, — напомнил Худи, снимая руки Тима крупным планом. — Если ты хочешь заткнуть его кочергой, то лучше будет засунуть её в рот, — флегматично отозвалась Энн, вырезая для Салли бумажных кукол-вуду. — Или воткнуть в одно ухо, а вытащить из другого, чтобы наверняка. Ему всё равно не будет больно. — Жаль, — вздохнул Маски и достал сигарету. — Нужны доски! — Роджерс продолжал наворачивать круги вокруг дивана. — Мы начнём строить кочергу прямо сейчас! — Ковчег, — деловито поправил парня Роул и качнул хвостиком, который Салли заплела ему на макушке. — И Ной строил его тридцать лет. — Доска? — одновременно с ним отозвался Джефф и ехидно покосился на Джейн, которая сидела рядом с Энн и разрисовывала её кукол. — Ну одна уже есть… — Я тебе в глаз сейчас карандаш воткну, ублюдок! — рявкнула та и запустила в Киллера ластик. — Оставь карандаши. На ковчег пустим, — усмехнулся Ржущий, разглядывая наклейки, которые Салли налепила на его полукогти-полупальцы. — Я тебя потом на ковчег пущу! Ты даже не представляешь, сколько они стоят! — вскинулся Кровавый Художник, чьи карандаши были пожертвованы для игр Олдер с условием, что малышка даже не приблизится к нему с фломастером или расческой. Салли согласилась, но сказала, что расчёска считается отдельно, и Хелену ничего не оставалось, как, скрепя сердце и стиснув зубы, дать ей гуашь и кисти. — И сколько? — заинтересовался Лью, пересаживаясь на пол. В своей голове он уже продавал карандаши Художника через интернет и становился миллионером. — Понятия не имею, — Отис что-то агрессивно заштриховал в своём блокноте. — Я одолжил их у жертвы. Ей они уже были ни к чему. — Мне нужна вода! — Салли подняла с пола пластиковый стаканчик и требовательно им потрясла. — Тоби нальёт, — сказала Кло, которая ковыряла остриём ножа под ногтями. Тикки не услышал. Тогда девушка подождала, пока он начнёт приближаться и, не отрываясь от своего занятия, вытянула ногу. Роджерс споткнулся и полетел к Смеющемуся. Джек оторвал с пальца одну наклейку и впечатал приподнявшемуся парню в лоб. — Воды Салли в стаканчик налей, — спокойно повторила Кло, откладывая нож и любуясь своими ногтями. — Почему я? — возмутился Тоби. — Потому что с Салли должен играть ты, однако вместо тебя страдаем почему-то мы! — ответил вместо КлокВорк Лью. Тикки что-то пробормотал и, забрав у Олдер стаканчик, покорно выполнил просьбу. — Садись! — заполучив желаемое, тут же велела малышка. — Я буду тебя красить.       И она многозначительно повертела в руках упаковкой гуаши. Тоби застонал, но всё же сел напротив Салли. Олдер, высунув от усердия язык, стала старательно его малевать, то и дело макая кисточку то в стаканчик, то в краску. — Готово! — спустя десять минут воскликнула она. — Следующий!       Маньяки, улицезрев зеленогубого, краснобрового Тоби с чёрными «тенями» на одном глазу и оранжевыми на другом, с жёлтыми стрелками и фиолетовыми румянами, который улыбался розовыми зубами, ринулись вон, отпихивая друг друга, но стоило Салли насупиться и произнести «Вот когда Сленди вернётся…», как очередь на её визажисткие услуги увеличилась на шесть убийц. Поэтому, когда в гостиной мимоходом оказалась Ава, держащая курс на кухню, Тикки, Лью и Роул задумчиво передавали друг другу зеркальце, уже прикидывая, каких сил будет стоить оттирание сего боевого раскраса и сколько мыла с зубной пастой будет истрачено. Джеффу, сидящем сейчас перед Салли, повезло меньше всех, потому что ему малышка решила раскрасить не только лицо, но и волосы. Правда, сам убийца об этом ещё не знал и стойко терпел, пока Олдер мазюкала кисточкой по его щекам. — Ого, — присвистнула Ава, тормозя. — У вас тут типа секта какая-то? — Ты что, не видишь? — Салли повернулась к девушке. — Это салон красоты. Хочешь, я тебя тоже накрашу? У меня уже есть клиенты, которые довольны моей работой.       Эмбер с сомнением взглянула на «довольных клиентов». Те синхронно и вымученно улыбнулись, демонстрируя разноцветные зубы. — Не, спасибо… — осторожно отказалась Ава. — Я за натурель. — О, мне тоже эта команда нравится! — оживился Тоби. — Вообще люблю футбол, они так прикольно мяч в кольцо кидают. — Это баскетбол, придурок, — отозвался Тим. — Да-а? Так вот почему меня выгнали, когда я на матч в футболке «Сиэтла» пришёл…       Все присутствующие одновременно закатили глаза. Салли закончила с макияжем и велела Джеффу поворачиваться спиной. — Зачем это? — насторожился Киллер. — Я буду красить тебе волосы.       Джефф завопил. Джейн, которая в этот момент раскрашивала его бумажной кукле волосы розовым, злорадно ухмыльнулась. Тоби поставил за здравие Киллера чипсинку и тут же её съел. Остальные молча посочувствовали. Ава, не желавшая стать случайной жертвой макияжных игр Салли, поспешила свалить. На кухне она, напевая гимн США мотивом «Джингл белз», засунула себе в рот яблоко, вооружилась колбасой, батоном хлеба и стала искать бутылку газировки. За окном громыхнуло, поэтому Эмбер не услышала тихих шагов и не заметила ничьего присутствия, пока сзади на плечи ей не легли две холодные ладони. Ава вздрогнула. Яблоко выпало изо рта и откатилось. Девушка скинула руки со своих плеч и обернулась. — Что, прячешься от меня? — усмехнулся Утопленник, склонив голову набок. Ава промолчала, отвела взгляд, нашла своё упавшее яблоко, подняла его и снова засунула в рот, даже не подув. «Больше грязи — шире морда», — подумала девушка и, схватив бутылку с газировкой, собиралась уйти, но Бен неспеша прошёл к двери и встал в проходе, преграждая путь. Ава замерла, прикидывая способы отступления. Можно было, конечно, выйти через окно, но на улице уже во всю барабанил дождь, а мокнуть с батоном хлеба в ближайшие планы Эмбер не входило. Недовольно уставившись на Утопленника, Ава что-то промычала. Бен любезно протянул руку и вытащил яблоко у неё изо рта. — Слышь, ингогей, подвинься! — тут же высказалась Эмбер. — О, вот мы и заговорили! Надо было всего лишь запереть тебя в четырёх стенах и отрезать путь к бегству, — самодовольно хмыкнул Бен. — Странно, что эта идея не пришла мне в голову раньше.       Ава прикусила язык. За всё это время она Утопленнику ни слова не сказала, а тут так просто попалась!..       Парень, заметив её недовольство, хмыкнул. Он оглядел яблоко, сдул с него пылинки и надкусил. Затем ещё раз и ещё. Эмбер, сопя, смотрела, как убийца хрустит её ужином. Бен жевал, не сводя с девушки внимательного взгляда. — Что, тоже хочешь? — спросил он невнятно и протянул ей то, что осталось от фрукта. — Доедай, — кисло ответила Ава. Утопленник пожал плечами и послушно догрыз яблоко. Затем прицелился и метко швырнул огрызок в мусорное ведро. Убедившись, что не промазал, недолинк хмыкнул и снова уставился на Аву, которая тут же поджала губы и отвела взгляд. Они молчали минут пять. — Тебе что-то конкретно нужно, или ты поглазеть на меня пришёл? — наконец с неохотой спросила Эмбер, поняв, что если тишина продолжится, то она так и не уйдёт отсюда. Бен неопределённо повёл плечами. — Два в одном, можно сказать, — произнёс он. — А почему ты на меня не смотришь? Я что, страшный? — Куда не хочу — туда и не смотрю! — Ава почувствовала, как щёки предательски розовеют. — Либо говори, что тебе надо, либо сдвинь свою тушу с моего пути! Меня ждёт голодный ребёнок! — Уж не тот ли, который тебя старше на месяц? — насмешливо уточнил недолинк. Ава глубоко вздохнула и перевела на него рассерженный взгляд. — Это всё? — сухо поинтересовалась она. — Нет, — Утопленник скрестил руки на груди. — Видимо, тебе не особо нравится моя скромная компания, поэтому перейду сразу к сути. У меня есть к тебе деловое предложение. Выслушаешь?       Эмбер выжидательно молчала. Бен чуть подумал, решил, что отсутствие ответа по-своему тоже является ответом, оглянулся через плечо — не греет ли там кто-нибудь уши? — и заговорил, немного понизив голос: — После прошедших событий я немного понаблюдал за нашим драгоценным каннибальчиком. На людях он, может, и делает вид, что ничего не произошло, но вот в комнате он… М-м-м, как бы сказать… Сам не свой. — А чей тогда? — не удержалась Ава. Утопленник смерил её уставшим взглядом и продолжил, никак не отреагировав: — Нервный он какой-то стал. Бубнит себе что-то под нос и во сне разговаривает. Я, знаешь ли, переживаю.       Эмбер недоверчиво приподняла бровь. Одновременно с этим она быстро прокрутила у себя в голове поведение Дженни за прошедшие одиннадцать дней. Да, та тоже вела себя не так, как обычно… — И что ты предлагаешь? — спросила девушка, видя, что Бен не собирается говорить дальше. — Подарить ему резиновую куклу с распечатанным еблишком Дженни? Или попросить её сделать слепок своей пизды и подсунуть его Джозефу? — Звучит заманчиво… — задумчиво протянул Утопленник. — Но твои предложения мы пока отложим, так, на крайний случай. У меня есть другая идея. — Какая же? — как ни старалась Ава скрыть своё любопытство, оно было чересчур очевидным. Задрот ухмыльнулся. — До безумия банальная, если говорить честно, но… — он покосился на окно, в которое настойчиво влетали мощные дождевые потоки. Казалось, что кто-то сверху поливал особняк из душа. -… весьма практичная, учитывая погодные условия и некоторые другие факторы.       Бен поманил Аву пальцем. Та осторожно приблизилась, крепко прижимая к груди продукты, будто всё это представление Утопленник затеял лишь ради того, чтобы отобрать у неё колбасу или спиздить хлеб. Парень, в свою очередь, немного наклонился, аккуратно, даже нежно убрал прядь волос девушке за ухо и, приблизив к нему губы, горячо что-то зашептал. По мере того, как он излагал свои мысли, глаза Эмбер становились всё круглее и круглее. Договорив, Утопленник отстранился и заглянул девушке в лицо. — Всё поняла? — спросил он, бросив мимолётный взгляд на её губы. Ава активно закивала, ничего не заметив. — Звучит как полная хуйня, — призналась она, — но хуёвые идеи — мои любимые идеи. — Действительно? Что ж, я польщён. — Это ни в одном месте не комплимент! — Из твоих уст такие слова по-другому никак не расценишь. Итак, что думаешь?       Ава прикусила губу и прислушалась к своим внутренним ощущениям. Внутренние ощущения хотели есть и были бы не против вцепиться эмберскими зубами в батон хлеба. — Я думаю, что хочу жрать, — честно призналась девушка. — А по поводу плана… Мне кажется, что всё получится.       И Ава, веря поговорке, быстро перекрестилась сатанинской звездой. Утопленник последовал её примеру и перекрестился знаком Слендера, загадочно косясь при этом на девушку.       Ему очень хотелось, чтобы всё сработало.

***

— Где тебя черти носили?       Именно так встретила завалившуюся в комнату Аву Дженни. Та прошла к кровати и вывалила на неё свою добычу. — Нигде, — ответила Эмбер с преувеличенной бодростью. — Моим родственникам до меня нет дела.       Миллер хмыкнула. Ава схватила батон и отгрызла от него кусок. Затем взяла палку колбасы и проделала то же самое, не забыв шлефануть всё тремя большими глотками газировки. — Хоть бы шкурку с колбасы сняла… — осторожно проговорила Дженни, наблюдая за действиями подруги. — А, похуй! — Эмбер подошла к столу, выдвинула ящик и принялась в нём рыться. — Сама там как-нибудь в желудке переварится. — А если нет? — Миллер лениво встала, прошла к кровати Авы, задумчиво взяла хлеб и, отщипнув небольшой кусочек, отправила его в рот. — Ну тогда просрусь хорошенько, — хмыкнула Ава. На глаза ей попался шнурок. Вот он!.. — Ты там что ищешь? — с набитым ртом спросила Дженни, с интересом глядя на спину подруги. — Ножницы, — невозмутимо ответила та, незаметно стискивая шнурок в дрожащей ладони. — Колбасу и хлеб же надо чем-то резать. Я что-то тупанула и забыла обычный нож прихватить. — Нам не впервой! — хохотнула Миллер, отправляя в рот ещё кусочек хлебного мякиша. — На столе посмотри. Вроде там валялись.       Ножницы действительно были на столе. Ава взяла их и протянула подруге, загораживая своим телом обзор на открытый ящик. — Сделай бутер, — попросила Эмбер, снова поворачиваясь спиной и громко копаясь в вещах. — Я свою хуёвину для септума поищу. А то прокол зарастёт. — Я вообще не понимаю, зачем ты именно так нос проколола, — отозвалась Дженни, взяв какую-то книгу, чтобы использовать её вместо доски. — Ты же серьгу всего пару раз надевала. — Это было импульсивное желание, — Ава с шумом достала из ящика какую-то баночку, параллельно скатывая шнурок. — Понимаю… — Миллер принялась агрессивно пилить ножницами хлеб. — У меня с волосами ведь та же история… В голову как будто ударило — и всё, прощай, шевелюра! — Ну тебе с новой причёской как будто лучше… — пальцы активно загребали шнурок, пока не показалась металлическая головка ключа. — Да я тоже довольна, — Дженни стряхнула на пол крошки. — Блять, хлеб так хуёво режется… — Он просто мягкий, — Эмбер крепко стиснула в ладони шнурок с ключом. — Зато, сука, такой вкусный… — мечтательно протянула Дженни, откладывая кое-как нарезанные куски хлеба и принимаясь за колбасу. — Угу… — Ава захлопнула ящик. — Не нашла? — Миллер ювелирно счищала колбасную шкурку так, чтобы на ней не осталось даже милипиздрического кусочечка колбасы, полностью сосредоточив на этом деле всё своё внимание. — Не-а. Видимо, проебала где-то. Кстати, видала, какой дождь въебал? За окном нихрена не видно. — Да-а… И довольно шумно. Как думаешь, сколько по времени будет длиться весь этот погодный пиздец? — Спроси у хуя — он знает. Но я уверена, что после мы сможем выйти на улицу в купальниках и бултыхаться в лужах. — Как в том году? — Ну да. А что? Сделаем это нашей традицией. Будем выходить после ливней в купальниках и пародировать свиней. Можно даже голыми. Грязь всё зацензурит.       Тут раздался стук в дверь. Ава крепко стиснула свободную руку в кулак и обернулась, наткнувшись глазами на недоумённый взгляд Дженни. — Ты кого-то ждёшь? — придав своему голосу как можно больше удивления, спросила Эмбер. — Нет… — Дженни медленно выпрямилась. В коридоре, видимо, решили не ждать ответа и распахнули дверь. Миллер икнула и плюхнулась на кровать. — Эмбер, ебать тебя в рот и прочие отверстия! — в спальню широкими шагами вошёл Безглазый. За спиной у него маячил Утопленник, который вопросительно уставился на руки названной. Скорчив злое ебало, Ава подняла кулак со спрятанным в нём ключом и угрожающе им потрясла. На лице Бена проступило облегчение. — Милый Джордан, не надо меня никуда ебать, — любезно отозвалась Ава и обворожительно улыбнулась. — Давайте лучше коротко и сразу по делу. Нахуй припёрлись? Мы вас колбасой кормить не будем, самим мало.       Дженни согласно закивала, не сводя при этом с Джека какого-то затравленного взгляда. Каннибал же демонстративно не смотрел в её сторону. — За каким хуем мне твоя колбаса? — парень приблизился к Аве. Его волосы были влажными. — Если бы я ебала — я б тебе сказала, за каким, — Эмбер завела руки за спину. — А так как я в душе не ебу, какова цель вашего визита, то предположила, что вы позарились на нашу колбасу. — Мне твоя колбаса нахуй не упёрлась, — Безглазый улыбнулся, обнажив свои акульи зубки. — Маску мою верни.       Лица у Миллер и Эмбер одинаково вытянулись, демонстрируя маньякам искренне непонимание и ахуевание. Утопленник за спиной Джека незаметно и виновато развёл руками. — Э… — глаза Авы судорожно забегали. — Я считаю это обвинение несправедливым и требую авокадо! — Адвоката, — шёпотом подсказала Дженни, переводя ошалелый взгляд с Эмбер на Безглазого и обратно. Каннибал скрестил руки на груди. — Утопленник сказал, что видел, как ты выходила из нашей комнаты и спускалась вниз, — произнёс он. Бен кивнул. — А потом я вернулся из душа и заметил, что моя маска пропала. Нахуй ты её взяла? — Не нахуй, а в руки… — Ава осторожно отшагнула ближе к кровати Дженни. — Зачем она тебе? — Ну знаешь… Её можно выгодно продать твоим фанаткам. А можно не продавать и просто наблюдать, как ты мечешься по всему особняку, пытаясь её найти.       Утопленник бесшумно обошёл Безглазого и встал у стола. — Ты считаешь это смешным? — казалось, что Джек уже закипает от злости. — Маска нужна мне для охоты. Как я, по-твоему, должен выходить к людям, если они смогут увидеть моё лицо? — Ладно, ладно! — Ава села на кровать и как бы невзначай положила свободную руку на подушку. — Я скажу тебе, куда её спрятала. — Ава? — неожиданно позвала подругу Дженни. Названная бросила в неё быстрый взгляд. — Подожди минуту, Белозадка моя двухцветная, — Эмбер стиснула угол подушки. — Дай мне поведать Джамлаю свои кладменские тайны. — Твоя серьга. Она… Она у тебя в носу.       Ава стиснула зубы. Твою мать, так глупо проебалась! — Сейчас! — заорала она и, схватив подушку, со всей силы ударила ей Безглазого по лицу. Не ожидавший удара парень покачнулся. Эмбер перекатилась на другой край кровати. Тогда Утопленник ловко подсёк Джеку ноги, и каннибал грузно шлёпнулся на задницу. Ава швырнула в него подушку и вскочила. Бен пихнул друга ногой в грудь, перепрыгнул через него, вцепился Аве в запястье и резко рванул девушку на себя. — Вы что творите?! — воскликнула Дженни, быстро поднимаясь. Утопленник ощутимо толкнул её рукой в грудь, бросил равнодушное «Извини, но так надо» и, не отпуская Авиной руки, пулей вылетел из комнаты и захлопнул дверь. — Ключ! Быстрее! — отрывисто скомандовал он. Ава разжала кулак и, торопясь, принялась вставлять ключ в замочную скважину. Бен крепко держал дверную ручку и изо всех сил тянул её на себя. — Чего ты там копаешься?! — он выглянул на Аву из-за локтя. — Я пытаюсь! — руки Эмбер предательски дрожали, и она всё никак не могла вставить ключ. — Если бы ты заранее меня предупредил насчёт маски, то я бы выиграла больше времени! — Эй! — с той стороны подлетела Дженни и принялась дёргать дверь. — Откройте! Что вы делаете?! — Ну уж извините! — фыркнул Бен. — Что первое в голову пришло, то и сделал! — Что это за хуйня?! Ава, выпусти меня немедленно! — Если ты так сильно переживал за Джамбуда, как говорил, то мог бы обдумать весь план заранее, до мельчайших подробностей! — Откройте ебучую дверь! — Я додумался до всего этого только сегодня! — Мог бы повынашивать эту мыслю ещё недельку! — Прекратите, блять, этот ёбаный цирк! — Вставь ты уже этот злоебучий ключ! Ладно Дженни — её я по физической силе превосхожу, но если сейчас оклемается Безглазый, то он со злости нас вместе с дверью вынесет!       Раздался долгожданный щелчок. — Да! — радостно прошипела Ава. — Пизда, дорогая моя, пизда! — Бен прислушался, стараясь игнорировать визги Дженни. — Поворачивай! Я слышу, как Джек начинает материться!       Эмбер послушно провернула ключ несколько раз и быстро вытащила его обратно. — Получилось! — возликовала она. — КАКОГО ХУЯ ВЫ УДУМАЛИ?! — в дверь агрессивно ударили пару раз. Судя по всему, ногой. — УТОПЛЕННИК, МАТЬ ТВОЮ! Я ТЕБЕ ЯЙЦА ОТОРВУ! — Ты мне потом «спасибо» скажешь! — пропел Бен. — Что вы делаете?! — Дженни с отчаянием дёргала дверную ручку. — Что это за детский сад?! — Дженнюшка, золото моё! — Ава прислонилась губами к замочной скважине. — Извини, но мы вас не выпустим, пока вы не решите ваши разногласия! И кстати, Джелим — я на твою маску даже не пердела и знать не знаю, где она! — КАКИЕ РАЗНОГЛАСИЯ? — каннибал был в ярости. — ВЫ СВОИ-ТО ДАВНО РЕШИЛИ?! — У нас нет разногласий, мы с ушастым мирно сосуществуем! — Ава показала двери язык. — Ещё раз назовёшь меня ушастым — я зацементирую тебе рот, — произнёс Утопленник сквозь стиснутые зубы. — Ава! — Дженни остервенело барабанила по двери. — Ава, открой, и я сделаю вид, что этого не было! — Мирно сосуществуете?! Да он в тебя по уши втрескался, и ты это прекрасно знаешь! — Нихуя подобного! Вы заебали наговаривать на мои уши! — Авочка, солнышко! У нас тут колбаса! И хлеб! — Прежде чем лезть в чужую жизнь, Джамжул, ты бы лучше со своей разобрался! — Туда его! — А то есть вы в мою жизнь сейчас не лезете?! — И газировка, у нас тут газировка! — Да ты в одиночестве пиздострадаешь по Дженни! — Мы не лезли конкретно в твою жизнь, мы залезли в ваши! — Ава, у меня есть заначка! — Я?! Пиздострадаю?! Не было такого! — Потому что без нашего вмешательства вы бы так и продолжили делать вид, что не нравитесь друг другу! — Кислые мармеладки! У меня есть кислые мармеладки! Хочешь, я отдам тебе? — Да ты каждую ночь её имя бормочешь! — И «детский сад» — это как раз-таки ваше отношение друг к другу! — Да это было пару раз! — Я их отдам тебе! И конфеты с коньяком, они у меня тоже есть! Только открой дверь, умоляю тебя! — Это нихуя не пару раз было! И ты постоянно бормочешь себе под нос, даже в моём присутствии! Я ж, ебать, такой незаметный! — Поэтому просто, блять, поговорите, и мы вас выпустим! А на мармеладки и конфеты я в этот раз не поведусь, прости, Жопнобелка!       Дженни обречённо смолкла. — А вы, блять, сперва разберитесь в том, что между вами происходит, прежде чем лезть с ебучими нравоучениями! — Безглазый ещё несколько раз ударил по двери и тоже затих. — И не подумаем! — бойко ответила ему Ава. — Как раз собирались, — одновременно с ней спокойно проговорил Бен. Эмбер молниеносно вскинула на него голову. — Что-о? — ошалело протянула она. — Что? — простодушно отозвался Утопленник. — Ты говорил… — Мало ли что я говорил. Или ты думаешь, что я оставлю твоё игнорирование просто так?       Шорохи за дверью стихли. И Дженни, и Джек внимательно прислушивались к разговору. — Мы так не договаривались! — запротестовала Ава, мгновенно теряя весь свой боевой пыл. — Да ладно тебе, — Утопленник по-дружески приобнял девушку за плечи и подтолкнул в сторону своей комнаты. — Просто поговорим, быстро, без скандалов. Расставим точки над «i». Или ты боишься? — Я?! Пф, ещё чего! Кого мне бояться? Тебя, что ли? — Мало ли. Я не знаю, что у тебя в голове. Может, тебе просто нечего сказать? — Мне?! Да я столько всего могу тебе наговорить, что ты себе уши захочешь вырвать, чтобы не слушать! — Звучит многообещающе.       Во время диалога Утопленник постепенно дотолкал Аву до своей спальни. Он вежливо пропустил девушку вперёд, а сам прошёл за ней, закрыв дверь, и пока Эмбер, что-то бубня, шла к кровати, парень засунул руку в карман и сжал небольшой металлический предмет.       У него тоже был ключ. И сейчас настало время им воспользоваться.