Будь моим Мастером

Свадьба. Казалось бы, прекрасное событие, наполненное атмосферой тепла, заботы и любви. Момент соединения двух любящих сердец воедино, клятва перед Богом хранить и оберегать и быть рядом в горести и радости пока смерть не разлучит. Что может быть прекрасней? Только вот не для Арсения. Арс свадьбы ненавидит. Ещё больше чем людей. В его гигантском списке ненависти, свадьбы стоят где-на уровне с мажорами, а то и выше. Но на это, в отличие от многого другого, есть очень весомая причина, о которой Арс не хочет говорить даже себе. Потому что воспоминания только наточенным ножом режут едва зажившие раны. Так что простая , беспочвенная ненависть - лучшее решение. Ведь вполне можно просто что-то не любить? Вот так вот, без причины, от скуки дела. Все же так делают. Почему ему нельзя? На дворе октябрь, а ветер дует такой, будто середина января. Кто вообще в такую погоду свадьбы на улице устраивает? Совсем с ума посходили от своих денег. Арсений вообще не понимает, что тут делает. Каждое лицо, попадающееся ему на глаза, раздражает и вызывает желание разнести всё к чертям, ледяной ветер пронизывает до мозга костей и единственное, чего сейчас действительно хочется - это укрыться с головой в пуховое одеяло и не вылезать от туда до утра, а может и больше. Может вообще никогда. Попов сотый раз жалеет о том, что не надел пальто, посчитав его не очень уместным по дресс-коду. Почти все гости в верхней одежде. В основном, меховых накидках, а некоторые даже в безрукавках. Блеск и нищета куртизанок - первое, что приходит в голову от такого зрелища. Все давно расселись и ждут, когда же наконец начнётся церемония, оглядываются по сторонам, о чём-то друг с другом перешептываются, тихо фыркают, высказывая свое недовольство неправильно подобранным цветом ленточек или раскиданных не по фэншую лепестков роз, а некоторые покорно ждут, сложив свои «аристократические» ладошки на поджатых коленках. Арсений сидит в первом ряду. К сожалению. У него почетное место, прямо рядом с родителями невесты. И от этого ещё больше тянет блевать. За последний час, проведённый в их компании, он возненавидел эту семью ещё в сто крат больше. Мама Ирины Светлана была буквально её старшей копией во всем, начиная от цвета волос и заканчивая манерой неприятно поджимать верхнюю губу при разговоре или улыбке. Отец, которого звали Степан, вёл себя как типичный зажравшийся олигарх. Особо ни с кем не разговаривал, лишь изредка кивал в знак согласия с женой и переодически одаривал окружающих полным высокомерия взглядом. Родителей жениха он почему-то в толпе не замечал, хотя знал, что они на церемонии присутствуют и это казалось немного странным. Кузнецовых (девичья фамилия невесты) было видно издалека, они выделялись ото всех, хотя и находились в подобном себе окружении. Но даже тут им равных в пафосе не было. Спустя час непрерывных рассказов Светланы о том, какие салоны красоты в Москве обязательно стоит посетить или что она давеча нового увидела на неделе моды в Милане, Арс чувствовал, что вот-вот взорвется. А потому больше других ждал начала торжества. Может хоть во время клятвы родной дочери она удосужиться заткнуть свой неугомонный рот. -Так вот, можете себе представить, она отказалась нести мне шампанское! Говорит, мол у них в магазине так не принято. А мне то что с того? Я им деньги плачу немаленькие, а они мне так... -Дамы и Господа! Арсений вздрагивает всем телом и вмиг оживляется, выпрямив спину и устремив полный внимания взгляд на арку. Благо, у его собеседницы хватает ума и совести замолчать. Впереди стоит ведущий, кажется, какая-то звезда с телека, в коих Арс совсем не разбирается, с широченной улыбкой ослепительно белоснежных зубов и микрофонам в руках. -Мы очень рады вас приветствовать в этом прекраснейшем месте. Да уж, место поистине прекрасное. Прекрасней может быть разве что помойка. -Сегодня мы все собрались в этот чудесный день, чтобы своими глазами лицезреть , как два любящих сердца сплетаются вместе, создавая священный и нерушимый союз под названием брак! И сейчас я рад вам представить красивого, молодого, высокого, обаятельного парня, которого, уж поверьте мне, мечтает заполучить каждая девушка. Встречайте, наш жених - Антон. Под достаточно сдержанные аплодисменты, в арке, слева от ведущего появляется уже знакомый парень. Арс приковывает свой взгляд к длинному телу, начиная сам того не замечая, наглым образом его разглядывать. Он, надо признать, действительно хорош. Да, очень несуразный и немного непропорциональный, даже можно сказать местами нелепый, но, как верно подметил ведущий, обаяния не лишён. Высокому стройному телу крайне идёт свадебный костюм, который, кстати говоря, выглядит вполне стильно. Свободная, оверсайз белая рубашка не отягощена ни бабочкой, ни галстуком. Две верхние пуговицы расстегнуты, немного дерзко, но привлекательно оголяя острые выпирающие ключицы. Светло бежевый пиджак тоже оверсайз, что скрывает излишнюю худобу, немного укорочённые прямые брюки, представляющие миру слишком тонкие щиколотки и классические мужские туфли, выделяющиеся из-за внушительного размера. Арсу стало понятно уже давно: у этого парня есть вкус. Видимо во всем, кроме девушек. Из очередных размышлений вырывает громкий голос ведущего, переместившегося куда-то за переделы сцены. -А теперь, бурными аплодисментами давайте поприветствуем настоящую красавицу, умницу и просто девушку-мечту, нашу замечательную невесту Ирину! На этот раз раздаются аплодисменты действительно бурные, что сразу даёт понять: гостей со стороны невесты значительно больше. На красно-белую дорожку, устеленную лепестками роз (как банально) выходит Ира под руку со своим отцом. Арс через силу пытается сдержать смех, замечая, что лицо мужчины ни на толику не поменялось, оставаясь все таким же надменным и отрешённым. Подведя девушку к алтарю и вложив её руку в руку жениха, он занимает место рядом с женой. Пара секунд и над поляной замирает тишина. Лишь приятное щебетание птиц и едва слышный шорох листьев. Вот бы так и дальше было. Но нет. Идиллию прерывает неугомонный ведущий, начиная церемонию. Арсений не слушает. Ему это абсолютно неинтересно. Как и все остальное тут. Радует только, что пока все идёт достаточно быстро. А это значит, что скоро ад закончится и он получит свои заслуженные деньги. А потом... вернётся домой и продолжить коротать своё никчемное существование, быстро и уверенно стремясь к закату карьеры. Чудесно. -.... и я обещаю, что всегда буду тебя любить! -Волшебные слова, Ирина, спасибо тебе большое! Арсений оглядывается, понимая, что видимо прослушал речь невесты и хлопает так же сильно, как и другие, не давая повода усомниться в своей заинтересованности. -Ну что ж, а теперь очередь жениха произнести свою клятву. Просим! Ира передаёт Антону микрофон и тот берет его, щурясь в улыбке. Арсений смотрит на этот короткий жест и вдруг, неожиданно для себя замечает, что похоже Антон - единственный человек среди всех присутствующих, кто выглядит искренне во всех своих эмоциях. В каждой складочке у глаз, в каждом движении бровей, в каждом нервном постукивании по микрофону длинными пальцами. И он снова приковывает. Арсений бы и рад не смотреть и не слушать, не замечать, не наблюдать, но не может. Что в этом пацане такого, что заставляет его затаив дыхание следить за каждым движением? Никто никогда не вызывал у Арса такой реакции. Поэтому он даже не может сказать, хорошо это или плохо. Наверное, скорее плохо. Ведь ему не нравятся такие люди: слишком открытые, слишком яркие, слишком светящие, слишком... живые. Нет, это точно не для него. Слишком сильно. -... я клянусь, что буду всегда тебя оберегать и уважать. Парень передаёт микрофон ведущему и в зале раздаются жиденькие аплодисменты. Пара людей косятся на Арса непонимающим взглядом, когда тот хлопает с такой же, даже больше силой, что и невесте, но он лишь нагло вскидывает брови в ответ. Молодожены обмениваются кольцами, расписываются и целуются. Зал снова рукоплещет. Звучит романтичная музыка, все улыбаются и смеются. Всё до тошнотных типично. Ведущий объявляет о том, что гости приглашаются к столам. Арсений нервно сглатывает. Начинается самая тяжёлая часть мероприятия: надо общаться, учтиво улыбаться, слушать их бомондный трёп и фотографироваться. Ощущение не из приятных, словно обезьянка в цирке или что ещё хуже, проститутка на трассе. Первой к нему подходит невеста, почему-то уже без жениха и тут же заключает в крепкие объятья, видимо решив, что они уже успели стать друзьями. -Арсений, вы видели? Вам понравилось? Боже, она хоть что-то в этой жизни делает не на публику? Не ради одобрения абсолютно левых людей? -Конечно, все было отлично. Врёт и не краснеет, только шире улыбается, пытаясь глаза уговорить подыграть. Ирина жеманно ведёт плечом, якобы в знак смущения и снова обняв, убегает куда-то у другим гостям. Арсений выдыхает с облегчением. Ладно, надо найти родителей жениха и сделать вид, что занят разговорами с ними. Почему-то ему кажется, что они более приятные люди, чем те, с кем уже довелось пообщаться. Арс идёт в толпу, выискивая Антона. Он ведь, по идее, должен быть недалеко от них. Но к своему крайнему удивлению и разочарованию, спустя пять минут, он так его и не находит. Учитывая небольшое количество гостей и то, что парень очень сильно среди всех выделяется хотя бы своим ростом, Арс делает вывод, что его тут нет. Только он, смирившись с неблагосклонной к нему судьбой, собирается остановиться у какого-нибудь столика и поесть, как к нему тут же подлетая очередная расфуфыренная барышня с визгами о том, как она обожает все его книги. В такие моменты Арсу становится стыдно за то, что он написал. Раз это нравится таким, как она, вряд ли их можно назвать шедеврами. Остаток дня Попов проводит в окружении ненавистных ему людей, натянуто улыбаясь, отвечая на глупые вопросы, раздавая на право и налево автографы и обещания обязательно ещё посещать их вечерники. К концу вечера он чувствует себя настолько опустошённым и подавленным, что понимает: если сейчас же не найдёт тихое место - загнётся прямо тут. Получив разрешение у невесты зайти посидеть в дом, писатель первый раз за день искренне улыбается и идёт по направлению к зданию. Как только глаз касается внутренний вид гостиной, рот снова искажается в довольной улыбке. Вечером он выглядит ещё уютнее и теплее. Арсений решает, что лучшим местом будет диван напротив горящего камина. Интересно, кто успел его зажечь? Попов обходит всю комнату, рассматривая фотографии, висящие на стенах, заинтересовавшие его ещё с утра и с громким вдохом облечения садится на мягкую поверхность. Арс закрывает глаза. Первый раз за день ему хорошо и спокойно. Он все больше понимает жениха: если бы у него был такой дом, он бы тоже отсюда не вылезал. -Не помешаю? Арсений резко открывает глаза, смотря куда-то вверх, откуда донёсся звук. Над ним возвышается длинная тонкая фигура. Пара изумрудных глаз изучающе его рассматривают. Арс сглатывает почему-то вставший в горле ком. -Нн... нет. Конечно нет. - и судорожно подвигается, прекрасно понимая, что места на диване итак много. Парень стреляет глазами сначала на диван, потом на испуганного писателя и тут же заливается раскатистым смехом. Арсений невольно сам улыбается. От такого смеха невозможно не улыбнуться. Он как вирус, поражает моментально и точно. Насмеявшись, Антон садится рядом и снова смотрит на Арса. Тому становится слишком неловко и он машинально вжимается в угол дивана, сканируя взглядом камин. -Правда же тут хорошо? Антон обращается к Арсению и тот понимает, что надо повернуться, хотя бы из вежливости. -Очень, - Арс все таки превозмогает усилия и разворачивает лицо к жениху. Тот не слишком широко улыбается и Попов чувствует резкую волну тепла, прокатывающуюся по телу. -А ей не нравится. - парень на мгновение опускает глаза в пол, резко становясь очень серьёзным и Арсений уже начинает проклинать всех богов за то, что вынужден быть свидетелем чьих-то бичеваний, но парень тут же поднимает взгляд, снова надевая по-кошачьи мягкую улыбку. -Вам понравилась церемония? - вопрос снова адресован Арсению и тот с минуту думает, как бы правильней подобрать слова, чтобы выразить наигранное восхищение, но Антон вдруг устремляет свои зеленые прямо в его кристаллы и Арс, резко лишенный возможности думать, выпаливает: -Нет. Антон издаёт смешок и медленно, будто сам себе кивает. Арсений мысленно бьет себя по голове молотком за сказанное. Как вообще можно было такое ляпнуть? А если ему теперь не заплатят? И все мучения окажутся напрасными?! Но этот парень... он его будто бы загипнотизировал своими чёртовыми изумрудами. Попов уже было порывается начать оправдываться, но Шастун резко прерывает: -И мне. - снова в пол и убивающая серьёзность. Что у него в голове вообще творится? Он сумасшедший что ли? Арсений не знает, что сказать. Он уже сотый раз жалеет о том, что ушёл. На улице сейчас кажется в разы уютнее. Хотя... он же сам ничего не предпринимает. Его никто тут не держит. Он может встать, вежливо сказать, что нужно к гостям и уйти. Но он сидит. Сидит неподвижно, наблюдая за ежесекундно меняющимися эмоциями в лице парня, которого толком не знает. -Часто ты ночами гуляешь? Арс сам удивляется своей неожиданной смелости. Мало того, что он почему-то решил, что пора переходить на «ты», так ещё и умудрился задать один из самых бестактных вопросов из всех возможных. Браво, Попов, умеешь ты деньги зарабатывать. Но Антона похоже ситуация ничуть не смущает, даже забавляет. Он открывает рот, запрокидывает светлую голову назад, щурится и начинает громко смеяться. Искренне, по-детски, открыто. Из него смех не идёт, он буквально льётся, заставляя в нем утопать. Парень поворачивает к Арсу, продолжая смеяться и тот неожиданно для себя подхватывает, удивляясь звучанию собственного смеха. Он так давно его не слышал, что уже совсем отвык. Он не привык давать волю эмоциям. Он такой: холодный, неприступный, загадочный. Он не может по-другому. Но сейчас, в этому самую секунду становится так хорошо. Просто от звучания раскатистого смеха, танцующего по комнате и отдающегося громкими отголосками в камине. Хорошо. По-человечески хорошо. Антон, наконец замолкает, слегка склонив голову на бок: -А я думал, что ты меня не вспомнишь. Он тоже почему-то перешёл на «ты». Но Арс даже рад. Так гораздо легче. Комфортнее. Попов чувствует, что с каждой секундой все больше не хочет никуда уходить. И это пугает. -Тебя трудно не запомнить. Антон смотрит на своего собеседника, немного прищурив светящиеся глаза. Тот отвечает взаимностью. Около минуты они сидят неподвижно. Смотрят не отрываясь и не моргая. Арсений не может отвести взгляд. Хочет, но не может. Или и вовсе не хочет. В этих зелёных шариках есть что-то безумно цепляющее. Они не смущаются и не играют. Они не сдерживаются в выражениях эмоций и не подстраиваются под твои. Они особенные, настоящие, живые, с пляшущими огоньками, искрящиеся. Они изучают, заглядывают тебе прямо в душу, сверлят насквозь, гипнотизируют. Они не похожи ни на один из всех, что Арсений когда-либо видел. В них нет ни капли фальши. -Правда? - Антон ехидно вскидывает брови, улыбаясь кончиком губ. Арс отворачивается, решив, что отвечать не станет. Слишком сильно он поплыл. Пора возвращаться в привычный образ. Антон в свою очередь, ответа похоже и не ждёт, а лишь кидает мимолётный взгляд на камин, а затем встает и подходит к нему максимально близко. Окольцованная рука тянется к огню, играя с ним тонкими пальцами. Арс смотрит на это зрелище, как заворожённый. Выглядит до неприличия эстетично. Они как будто ведут немую беседу. Словно огонь играет с огнём. Как старые хорошие приятели. Пламя парня не обжигает, знает ведь, что ответить может тем же. -Что может быть лучше огня? - Антон поворачивается из-за плеча, снова стреляя своими зелёными пулями. Арсений на секунду задумывается. -Лёд? Антон поджимает губы, словно размышляя над интересным предложением. Затем жмёт плечами и смотрит куда-то в пустоту. -Я лёд не люблю. Он с пламенем не ладит. - парень встаёт на свои длиннющие ноги, медленно подходя к панорамному окну и смотря на краешек виднеющегося озера. -Хотя, с другой стороны, насколько они друг для друга разрушительны, так и неделимы... Не согласен? Арсению почему-то кажется, что вопрос был адресован не ему, а потому он просто молчит, наблюдая за вытянутым силуэтом, окантованным желтым светом комнаты. Он говорит странно. Ведёт себя странно. Выглядит странно. Он странный. Какой-то неземной. Непонятный и от того до безумия манящий. Его хочется узнавать, в него хочет вникать, с ним хочется говорить... Но не Арсению. Он уверен, что даже от нескольких часов рядом с этими чудаковатым мальчишкой, он бы задохнулся. Или растаял. Растворился бы, словно лёд. -Больше всего мне нравится тут играть. Арсений смотрит в спину собеседнику недоумевающим взглядом. Как он так быстро с темы на тему скачет? За последние минут десять кажется, что рядом находись около пяти разных людей. А это все один. Всё тот же мальчишка. Жених. -Музыка в этом доме звучит как-то особенно. Я пробовал много где играть, мне есть с чем сравнивать. Но тут она другая. Я мало где такую слышал. Только тут и ещё в одном месте... Антон поворачивается к Арсению лицом и вскидывает брови, заливаясь очередным притоком смеха. Да твою ж мать. Нет, он точно сумасшедший. Ему лечиться надо. Это никак не поведение адекватного человека. -Ты бы видел сейчас своё лицо! - парень не унимается, заходясь в безостановочном смехе. Вдруг красивое лицо резко передёргивает. Оно вмиг становится серьезными, брови выравниваются, морщинки у глаз уходят, и Арсений буквально видит, как в зеленые шарики медленно заползает печаль. -Тоша, милый, вот ты где! Арс оборачивается и тут же об этом жалеет, потому что искаженное улыбкой лицо Ирины, бегущей к Антону - видок не из приятных. Арс сам себе удивляется в, пожалуй, тысячный раз за день. Насколько разной может быть его реакция на смех... Антон слегка приобнимает Иру за талию и мягко улыбается ей в ответ, но на этот раз Арсений видит четкую разницу между этой улыбкой и той, что была пару минут назад. Они обе искренние. Но абсолютно разные. -Любимый, давай быстрее, скоро же наш первый танец! Ирина не говорит. Она тянет, растягивает слова словно жвачку во рту, пережевывает и переминает. Капризничает и буквально канючит. Хочется уши и глаза заткнуть наглухо. Но Антон лишь нежно целует её в лоб, берет за руку и молча ведёт к выходу. -И вы идёмте с нами, Арсений! Такое нельзя пропустить! Арс закатывает глаза и нехотя поднимается с нагретого места, уходя вслед за парой. Зачем она пришла? Он бы с превеликим удовольствием просидел бы ещё пару часиков на этом диване. А может и заснул бы тут под успокаивающий треск дров в камине и в душу крадущийся смех молодого жениха. *** -Итак, а сейчас настало время для самого романтичного и трогательного момента сегодняшнего торжества, а именно первого танца жениха и невесты! Антон и Ира выходят в центр круга из ярко горящих огоньков и замирают друг перед другом. Вид, надо отдать должное, потрясающий. Начинают звучать первые ноты какой-то лирической песни, Антон улыбается своей кошачьей улыбкой и подаёт руку Ирине. Та отвечает ему с тем же теплом и парень нежно притягивает изящное тело к себе, обхватывая тонкую талию. Пара начинает двигаться медленно, вырисовывая несколько вальсовых квадратов. Антон двигается плавно, аккуратно и в то же время уверенно. Как надо. Он двигается так, что заставляет смотреть, не отрываясь, только на себя. Его танец как и его смех пленит. Он такой же как и сам Антон. Светящий, искрящийся, притягивающий, бесконечно живой... Парень отпускает талию девушки, прокручивая ее через свою руку два или три раза. Белоснежное платье слегка развивается, Ира изящно выгибается и снова прижимается к своему партнёру. Тот в таком же палатном вальсе ведёт ее вокруг зрителей, а затем отстраняет от себя. Пара становится совсем рядом, поднимают руки в воздух друг на против друга и медленно кружатся на месте, не касаясь рук друг друга, но сохраняя между ними минимальное расстояние. Глаза в глаза. Сейчас ни у кого не возникнет сомнений в том, что они любят. Пожалуй, ни у кого... Жених и невеста снова возвращаются к классическому вальсу, продолжают кружится, то ускоряясь, то замедляясь. В какой-то момент Антон одним резким и одновременно нежным движением берет Ирину на руки, продолжая кружить. Та откидывает белую голову назад, красиво выгнувшись в спине. Песня достигает своего апогея и парень в очередной раз начинает вальсовый круг, на этот раз делая его максимально быстрым и на самом пике скорости, прямо посредине круга, ноги девушки отрываются от земли, и она кружится держась лишь за шею партнёра, а он за её талию. Ветер дует очень вовремя, кинематографично развивая подол пышного платья. Огни вокруг пары загораются сильнее, добавляя волшебства и без того потрясающей сцене. Арсений не может оторваться. Ни от этих невозможно парящих движений, ни от четкой правильности их исполнения, ни от бешеного потока энергии, льющегося из них. Он не может ни ни секунду оторвать взгляд от Антона. Ни на долю секунды. И не хочет. Он как фильм с интригующим сюжетом, как книга с идеально прописанной историей, как картина, нарисованная таинственным мастером. Он загадка, притягивающая и манящая. И ее хочется разгадать. Но в то же время до чертиков страшно. Страшно гадать. Страшно узнавать. Страшно смотреть. Песня заканчивается и пара останавливается, снова смотря друг другу в глаза и улыбаясь. Антон наклоняется и безгранично ласково целует Иру. Та льнет к нему, обнимая за плечи и отвечает на поцелуй. И даже в этом невинном и сокровенном моменте девушка умудряется стать и повернуть голову под таким углом, чтоб обязательно как можно выгодней смотреться со стороны. Арсений аплодирует вместе с окружающими. Ведущий объявляет о том, что торжество пора заканчивать и гости начинают прощаться с молодожёнами. Арсений тоже прощается со всеми, слабо и вынуждено улыбаясь, краем глаза косясь на Антона. Тот просто стоит, что статуя рядом со своей женой, не двигаясь и ни с кем не прощаясь, в то время как она на право и на лево раздаёт поцелуи и объятья, принимает комплименты и очередные поздравления. Арсений снова чувствует пробуждение необузданного интереса, но подавляет его, понимая, что скоро уйдёт и забудет эту странную парочку. Может не сразу, подумает ещё немного, поразмышляет, пофантазирует и забудет. И это не может не радовать. Сегодняшний день буквально выжал его, как лимон, ни оставив ни грамма. Когда все гости окончательно расходятся, Арсений решает, что пора бы ему откланяться и подходит к паре с целью попрощаться. -О, Арсений, спасибо вам за этот день! Ира снова заключает его в наполненные фальшей объятья. Арс смотрит через её плечо на Антона и на долю секунды вдруг замечает, что в его лице словно что-то переключается. Зеленые шарики в миг снова наполняет та жизнь, что им так шла, вытянутое лицо загорается, уголки губ приподнимаются, а мелкие морщинки снова показываются у краешек глаз. Арсений улыбается, давно поняв, что пытаться сдерживаться рядом с этим парнем бессмысленно, и аккуратно отстраняет невесту от себя. -Ещё раз с праздником вас, спасибо за приглашение! - Попов тянет руку Антону и тот жмёт её так же сильно, как и в первый раз в парке. На секунду глаза двух мужчин встречаются и Шастун, резко одернув руку, выпаливает: -Арсений... Сергеевич, верно? Арс откашливается от такого непривычного и неожиданного в этих кругах обращения и просто коротко кивает, позволяя парню продолжить. -Я хотел бы вас кое о чем попросить. Арсений внимательно слушает с неподдельным интересом. -Я хочу, чтобы вы написали книгу по моему сюжету. Арсений давится собственной слюной, и машинально отряхивает голову, в попытке развеять то, что услышал. -Простите... что вы сказали? Антон расплывается в лисьей ухмылке, замечая сконфуженность писателя. -Видите ли, к сожалению, кроме хорошей фантазии талантов в литературе у меня больше нет. Потому написать я сам ничего кроме детского сочинения не смогу. А вы великий писатель. Ваши книги - шедевры. Вам не составит труда написать книгу по чьему-то сюжету. Поверьте, он вам понравится. Будем считать это соавторством. Арсений не верит своим ушам. Такого ему никогда в жизни не предлагал никто. Что этот мальчишка о себе возомнил? Что он великий писатель, или сценарист, или просто гений?! Какого это хрена Арсений Попов должен плясать под его дудку? -Я подумаю над вашим предложением. Арсений говорит это сквозь зубы, практически шипит, пуская молнии в худощавое лицо. Антон лишь пожимает плечами, немного запрокидывает голову назад и, так характерно себе, широко улыбается. -Буду ждать звонка. Тонкая рука с визиткой в длинных пальцах тянется к бедру Арса, заглядывая в карман. На секунду Попов чувствует, что не может дышать, но как только Антон немного отходит, кислород возвращается. Писатель кивает обоим молодым и быстро уходит по направлению к машине, ждущей его у входа в дом. Да что сука вообще происходит?! Этот наглец реально думает, что он ему позвонит?! Придурки! Все они тут ненормальные придурки! Хочется уехать от этого места как можно дальше и забыть о нем и о сегодняшнем дне навсегда.