Будь моим Мастером

Сегодня первый рабочий день. Крайне волнительное событие для любого человека. Как создать правильное первое впечатление, как убедить работодателя в том, что ты достойный специалист, как влиться в коллектив, не снося в офис при этом все возможные кондитерские изделия: все эти вопросы испокон веков мучали светлые головы молодых и не очень людей, жаждущих вырвать своё бренное тело из цепких оков биржи труда. Но не Антона. Его, утром первого рабочего дня в издательстве с красноречивым названием «Арсрид», беспокоит отнюдь не это. Парень стоит перед зеркалом, приглаживая в сотый раз белое худи, которое все равно упрямо мнётся в рукавах. Нет, он хотел надеть рубашку и брюки, может даже пиджак. Испечь яблочный пирог и прийти в офис по всем канонам, широко улыбаясь своей фирменной улыбкой, которая наверняка тут же покорила бы всех вокруг. Но нет. Белая рубашка неоднократно смята и отброшена в угол. Антон так не может. Ну не его это: костюмы. Еле на свадьбу надел и то, только для того, чтобы соответствовать «высшему обществу» родственников своей благоверной. Ему 19, какие к черту костюмы. Ему бы джинсы и пару сотен худи: вот оно счастье. Впрочем, худи у него всего только два, зато любимых и очень дорогих бойкому сердцу. Ира вечно ругается: «Ты как ребёнок. Когда наконец повзрослеешь?». А когда Антон в действительности был ребёнком? Его жизнь одно сплошное «как». Он родился повзрослевшим. Так что одежда - одна из немногих вещей, в которых он может хоть чуть-чуть побыть ребёнком. В сотый раз пригладив подол и рукава толстовки, Антон наконец решает, что пора выходить. Ещё пару минут кручений у зеркала - и опоздание в первый рабочий день гарантировано. А за такое обычно выговоры. Павда вот, в том, что Антон не хотел бы посмотреть на методы выговаривания негодных сотрудников его работодателя, есть сомнения. Парень поправляет светлую челку, звеня браслетами, всовывается в любимые кроссовки, хватает с пола рюкзак и впопыхах выбегает на улицу, постаравшись закрыть дверь максимально тихо, чтобы не разбудить всё ещё глубоко спящую Иру. Решение о том, каким именно способом добираться до издательства, было приятно головой парня безоговорочно: до него прямая маршрутка, такого удовольствия себя лишать нельзя. Дойдя до остановки, Антон улыбается, видя уже ждущий его транспорт. Внутри почти никого, несмотря на утро рабочего дня и Шастун садится на предпоследнее сидение у окна. В уши втыкаются наушники, и салон тут же наполняется обволакивающими звуками любимых песен. Антон слушает очень разную музыку, как говорится, от классики до Киркорова и дальше до Металлики, а потом обратно. Но последнее время, почему-то хочется теплоты во всем: музыка не исключение. Поэтому сейчас в плэйлисте Шастуна преобладают «девчачьи» сопливые песенки, по типу Sam Smith, James Arthur, Harry Styles, Ed Sheeran и прочих по списку. Женский голос в песнях парня почему-то никогда не привлекал: особенно в романтических. Как-то не вызывало нужных эмоций, просто песня да песня. Никаких тебе ни мурашек, ни дрожи, ни скупых мужских слез. В наушниках доигрывает песня “New York” Ширана и начинает играть новая, только вчера добавленная и прослушанная всего пару неполных раз на фоне. Антона цепляют первые ноты. Знаете, есть такие песни, которые как будто играют не в ушах и не в голове даже, а где-то в районе грудной клетки, солнечного сплетения. Проникают в тебя настолько глубоко, что перестаёт быть понятным: это из наушников исходит, или из тебя самого. Эта песня - одна из таких. Она с первой секунд западает в сердце, умело нажимая на самые важные точки. Антон прислушивается к словам. У автора до дрожи пробирающий голос, но парня цепляет не он, а смысл текста. «It ain't no wonder why we lose control When we're always a heart attack away from falling in love” Он ведь не должен возникать в голове при таких словах. Не должен же подобный текст напоминать о нем, правда? Какое отношение он имеет к контролю, а тем более, его потере? Или к падению в любовь? Это ведь просто он. Незнакомый, загадочный писатель, ничего не значащий в судьбе Антона. Так ведь? «I wish somebody would've told me That I'd end up so caught up in need of your demons» Никто не говорил. Не предупреждал. Не уберёг. Но Антон ведь не зависим. Он не знает его демонов и уж точно в них не нуждается. Как и в нем. Антон не нуждается в нем ни капли. «That I'd be lost without you leading me astray Guess that I'm a fool for the way that you caught me» Антон потеряется без него? Нет, неправда. Он попался на его удочку? Ничего подобного. Он вполне справился бы и без этого человека. И без его рук, вечно норовящих прикоснуться, без его властного, бархатистого голоса, без его колющей щетины на щеках, без его океанов вместо глаз. Он может без него. Правда, может. «But don't fade away And when I'm just about to pass the point of it all You come ripping all the air from out of my lungs Он не нужен. Только не исчезай. Не нужен. Не исчезай. Антон не зависим. Не исчезай. Он просто писатель. Не исчезай. Между ними только работа. Не исчезай. Антон не влюблён. And now it's so hard to be» Очень. Очень сложно. Не исчезай. *** -Доброе утро, - приветливая девушка на ресепшене у входа мило улыбается, протягивая руку только что вошедшему Антону. Тот жмёт её немного слишком активно и улыбается так же обаятельно, как и всегда. -Доброе. Я новый помощник Арсения Сергеевича. Мне нужно в его кабинет. -Да-да, Антон Андреевич, я знаю, кто вы. Пойдёмте, я вас провожу. Девушка машет рукой на двери лифта и сразу же начинает быстрым шагом идти к нему, лавируя между снующими туда-сюда работниками, словно рыба среди морских водорослей. Антон всеми силами старается следовать её примеру, но получается это довольно плохо, так как через примерно каждые пять секунд по офису раздаются звонкие «Ой, извините», «Простите, я не хотел», «Прошу прощения», «Я просто пройду» С горем пополам миновав эту безумную полосу препятствий, улыбчивая девушка с уже не таким улыбчивым Антоном таки достигают кабинета Попова. -Арсений Сергеевич скоро будет, пока можете подождать его в кабинете. Удачного начала работы. Парень улыбается и девушка, смущенно хихикнув и кокетливо пожав изящными плечами, удаляется обратно восвояси. Антону почему-то не хочется думать, что она с ним заигрывала, хоть это и абсолютно очевидно. Парень поворачивается к двери и дергает белую ручку. Она не поддаётся, давая понять, что кабинет заперт изнутри. Значит, там кто-то есть. Антон два раза тихонько стучит по ней костяшками пальцев. Очень интересно она сделана: изнутри видно все, что происходит снаружи, а вот снаружи в свою очередь не видно ничего, что творится в кабинете. Изнутри слышится негромкое «войдите» и Антон поступью заходит в кабинет, закрывая за собой дверь. -Привет, Антон. Шастун смотрит вперёд и видит перед собой невысокого мужчину чуть старше тридцати лет на вид, с довольно забавной конституцией тела и весьма искренней улыбкой. -Здравствуйте. Антон тоже улыбается, протягивая руку в знак приветствия. Мужчина ее активно жмёт и жестом предлагает парню сесть на диван, а сам устраивается прямо на Арсеньевом кресле. Что ж, видимо они довольно близки, раз он позволяет себе такое. Мужчина какое-то время рассматривает Шастуна, если честно, скорее откровенно пялясь. Настолько, что Антону в какой-то момент становится даже неловко и он отчаянно пытается отвести взгляд. -Ой, извини, я же не представился. Вдруг резко восклицает мужчина, будто бы только сейчас осознав всю нелепость ситуации -Я Станислав Шеминов. Главный редактор издательства и по совместительству лучший друг его владельца. Антон тут же озаряется милой улыбкой. Почему-то упоминание Арсения даже вскользь вызывает такую бурную реакцию его организма. Не к добру это... Ох, не к добру... -А я Антон Шастун. Помощник Арса... Арсения Сергеевича Антон на самом деле до конца не понимает, зачем он это сказал, ведь Стас, очевидно, был осведомлен в том, кто он заранее. Но у Антона так всегда: сначала говори, потом думай. Стас снова замирает, так же пялясь на Антона, как и пару минут назад, только теперь ещё и со странной ухмылочкой на лице. Верх неловкости. Сигнал красный. -Значит, это ты. Антон переводит непонимающий взгляд на Шеминова и тело буквально дрожь пробирает от его выражения лица. Антон не очень хорошо читает людей, но он готов поклясться, что на лице Стаса сейчас заглавными буквами несётся бегущая строка: «Я понял все секреты». Нет, вот сейчас красный. Определено сейчас. Антон как-то немного нелепо улыбается, поджимая губы и посылая все возможные сигналы во Вселенную, чтобы этот театр абсурда наконец закончился и кто-то таки зашёл в этот чёртов кабинета хоть зачем нибудь. Может заявление написать прямо сейчас? -Знаешь, Антон. - редактор встаёт со своего места и усаживается на диван, рядом с Антоном, изучающе заглядывая в его глаза. -Ты хороший парень. Очень светлый. Ну на данный момент краснее любого помидора. -Слишком светлый для этого. Ты... ты не выдержишь. Он же говорит о работе, правда? О должности, которая действительно достаточно сложная. И в отношении к ней, слова звучат очень даже уместно и логично. Тогда почему, так очевидно кажется, что они совсем никак не относятся к работе? Антон хочет что-то сказать. Нужно просто. Уже собирается открыть рот, как вдруг стеклянная дверь с характерным громким звуком открывается и в кабинете входит никто иной, как его владелец, Попов. Он тут же замечает Стаса и сидящего рядом с ним Антона, который начал тут же сиять на весь офис. -О, Шастун, доброе утро. Стас, спасибо, что подменил. Шеминов встаёт и пожимает руку Арсу, улыбаясь на благодарность. -Во сколько он пришёл? - Арсений кивает в сторону Шастуна. -В 9:02 Арсений кивает, похлопывает друга по плечу и тот выходит из кабинета, оставляя Антона и Арсения наедине. Арс проходит дальше в кабинет, вешает в шкаф пальто и, усевшись за свой стол, сухо констатирует: -Опоздал на две минуты. -Извините, я не мог найти кабинет. - выпаливает Антон первое, что приходит в голову и тут же мысленно ударяет себя ладонью по лбу. Господи, Шастун, что за школьные отмазки, ты не на уроке. Арсений как-то странно улыбается и на пару секунд останавливает пристальный взгляд на парне. Голубые глаза осматривают помятое в рукавах худи, свободные джинсы и немного грязные кроссовки и идеальных губ касается едва заметная ухмылка. -Ладно,садись уже. - Арсений жестом указывает на диван, с которого Антон пару секунд назад поднялся. Ну точно как в школе. Почему-то он только сейчас замечает, что напротив него теперь стоит стеклянный столик с какой-то пачкой документов и настольной лампой. Антон молча усаживается на такое себе импровизированное рабочее место и тут же не сдерживает улыбки. -А диван удобный. - заявляет парень, светя на Арсения. Тот слегка улыбается, качая головой: -Ты всегда такой? -Какой? - Антон вскидывает одну бровь вверх, не снимая при этом с лица улыбки. -Такой прямой? Ох, Арсений Сергеевич, как бы хотелось сказать на это уверенное «да». Как бы сильно хотелось. Но к сожалению, сидя сейчас на этом кожаном диване и смотря на вас сквозь тонкую призму зелени, и отчаянно отгоняя мысли о том, что он был бы куда удобнее, если бы с другого конца сидели бы вы, это «да» будет самой огромной ложью в мире. -Не всегда. Арсений кивает, а затем пальцем указывает на кипу документов, покоящуюся на столе. -Это нужно просмотреть и дать мне на подпись то, что её требует. Чёрт, оно не просто для антуража тут лежит, значит. Ладно, так уж быть. Когда приказывают таким голосом, не выполнить задание - просто преступление чистой воды. Антон принимается усердно работать. Через пару минут, его это занятие очень даже увлекает и он с головой погружается в работу, вчитываясь и выдумываясь в каждую строчку. Он настолько сильно входит во вкус, что не замечет как пара голубых алмазов буквально сверлит, прожигает его насквозь. Как они следят за языком, который по привычке всегда высунут в моменты сосредоточенности, как наблюдают за бровями - гусеничками, ползающими то вверх, то вниз, или как рассматривают интересную родинку на кончике острого носа. И как каждый этот взгляд стремительно приближает обоих к точке невозврата.

***

-Так, Луч, пора прерваться. Антон резко вскидывает взъерошенную голову, не понимая, почему его оторвали от такого увлекательного дела. -Мы уже пять часов сидим, пошли перекусим где-то. Арсений встаёт и начинает надевать пальто, висящее в шкафу. Антон всё ещё сидит, почему-то не двигаясь. -Эй, тут кто-нибудь есть? - Арсений машет рукой перед глазами Шастуна, смеясь с нелепости парня. -А? Да, да, пошли есть. - словно очнувшись тараторит Антон, тоже вставшая и накидывая свою тонкую куртку. До выхода из издательства они добираются в полной тишине. В лифте становится немного (пиздец, как много) неловко, особенно когда Антон с десятой попытки не попадает по кнопке «1» и Арсений одним уверенным движением убирает его руку и делает всё сам, лишь едва коснувшись цифры. Выйдя из издательства, Антон кидает броское «куда мы?», на что получает лишь немногословное «за мной» и мужчины направляются куда-то вниз по улице. Через пару поворотов, Арсений резко останавливается у какого-то заведения и жестом показывает, что они пришли. Антон порывается вперёд, хватая ручку двери, но Арс одергивает его, сам открывая и впуская парня зайти первыми. Это ещё что за новости? Антон тут что, девчушка влюблённая на свиданке? Парень кидает многозначительный взгляд на Арсения, который в ответ ухмыляется одним краем губ и парни садятся за свободный столик. Антон осматривается. Заведение действительно довольно милое. Небольшое, но очень даже уютное, стены покрашены в тёплые тона, вельветовые очень мягкие диваны, деревянные столики, приглушенное освещение желтой люстры и тихая спокойная музыка. Антон всё больше и больше чувствует себя на свидании. А когда замечает, что Попов в свою очередь, похоже, чувствует себя максимально комфортно и расслабленно, и вовсе начинает закипать. Почему-то верх над чувствами в этот самый момент берет именно злость. Но не такая, от которой хочется кого-то побить или наорать, круша и ломая все вокруг. Не типичная злость. Скорее та, что на грани с безумием. От которой хочется просто сорваться и сделать что-то совсем неожиданное, что-то не подходящее ситуации, глупое, спонтанное. И самодовольная мина Попова в миллиард раз усиливает это желание. К столику парней подходит молодая, симпатичная официантка и протягивает меню поочерёдно Арсению и Антону. Шастун поднимает глаза на бейджик с банальным именем «Настя», а затем выше на миловидное улыбающееся лицо. Девушка самая обычная, точно такая же как и каждая третья за пределами этого кафе. Совсем ничего особенного. Наверное, если бы Антон завтра же встретил её где-то на улице, наверняка бы не узнал. Краем глаза парень замечает на себе пристальный взгляд голубых точек, в которых мелькает, да неужели? Ревность? Светлой головы тут же касается спонтанная, как всегда необдуманная, но очевидно, собирающаяся быть немедленно исполненной, идея. Парень ухмыляется, кидая быстрый взгляд на писателя в ответ и резко хватает, уже собирающуюся уходить девушку за тонкое запястье. Та слегка дергается и удивлённо вскидывает брови, уже видимо, собираясь начать возмущаться, но то, что Антон делает в следующую секунду заставляет её смазливое личико запестрить самым ярким румянцем, а Арсения до боли сжимать кулаки под столом. Парень разжимает хватку и расплывается в своей самой, просто, кажется, самой широкой и светящей улыбки из всех, что есть в его арсенале. Люди не могут так улыбаться, он же, чёрт возьми, может с солнцем соревноваться в легкую. -Настя, верно? - Антон смотрит на смущающуюся девушку кошачьими глазками и та коротко кивает, пытаясь спрятать жеманную улыбку в ворот рубашки. - А до скольки вы работаете? Напротив раздаётся громкий удар и стол на секунду подпрыгивает. Официантка и Антон одновременно поворачиваются на звук и видят Арсения, который сейчас очень слабо походит на человека. Голубая радужка, что практически уже вся чёрная, стреляет острыми молниями поочерёдно целясь то в парня, то в девушку. Настя нервно сглатывает, но решает ничего не говорить, опасаясь нарваться на неприятности. Мало ли, псих какой-то. Она медленно поворачивается обратно к Антону и снова улыбается, уже немного менее ярко. -До одиннадцати. А потом свободна. Антон кивает ей и переводит взгляд на мужчину напротив. Да, чёрт возьми, Попов, получай. Вид Арсения сейчас, наверняка, мог бы не на шутку испугать любого ребёнка или человека со слабой психикой. Он скалится, чуть ли не рычит, сжимает кулаки до побеления костяшек, прожигает кристаллами насквозь. Это не всё, дорогой. Антон снова переводит взгляд на девушку. -Так может мы... -Мы уходим. - Арсений резко вскакивает со своего места, задев стол, который чуть было не перевернулся со всем его содержимым и, в один шаг обойдя ошеломлённую официантку, сильно хватает Антона за руку и резко тянет на себя. Тот слегка теряет равновесие, чуть было не упав на писателя, но Арс держит его максимально крепко. Кинув грозный взгляд на бедную девушку, он быстрым шагом идёт к двери, таща Антона за собой. Оказавшись на улице, Шастун предпринимает несколько попыток вырваться из цепкой хватки, но все они остаются абсолютно безуспешными и остаётся только покорно следовать за тащащим его непонятно куда озверелыми мужчиной, которого он только что специально провоцировал на агрессию. На самом деле, Антону уже совсем не весело. Было ровно до того момента, как он не увидел реальных демонов в голубых глазах. Сейчас уже почему-то не до шуток. Да, ему хотелось вывести Арсения на эмоции. Хотелось проверить, будет ли он ревновать его. Хотелось поставить его в ситуацию, которая перестанет находится под его контролем. Но то, что получилось в итоге... От этого стыла кровь в венах, мурашки устраивали бои без правил по всему телу, а огромный морской узел медленно но очень ощутимо завязывался где-то внизу живота. Арсений резко останавливается в каком-то темном дворе на повороте и на секунду отпускает руку парня. Зелёные напуганные глаза только и успевают мазнуть вокруг на предмет отсутствия людей, как Антон тут же оказывается с силой прижат к холодной бетонной стене. Дыхания катастрофически не хватает и парень часто открывает рот в отчаянных попытках поймать хоть глоток воздуха. Не смотри на губы, Шастун, не смотри -Арс, я... -Молчать. - Арсений сильнее надавливает на грудь парня. -Что ты творишь, Шастун, а? Антон сглатывает и облизывает пересохшие губы. Голос мужчины сейчас, тихий, немного хриплый и низкий, заставляет его тело мелко дрожать. -Я... я не хотел... -Не хотел что, малыш? - Арс сокращает расстояние между их лицами до пары сантиметров и направляет слова прямо в его пухлые, приоткрытые губы. Малыш. Чёрт бы тебя подрал, Попов. Малыш. Антон дергается и делает, пожалуй, самую большую ошибку: опускает глаза на губы напротив прямо в тот момент, когда их обладатель прикусывает нижнюю. Стон сам вырывается из юношеской груди раньше, чем он успевает его остановить. -Ты что, сейчас простонал? Арсений говорит это с ухмылкой и Антон готов поклясться, что буквально видит чёртиков, бегающих из одного потемневшего голубого глаза в другой. -Аарс, я... - Антон хочет что-то сказать, оправдаться за своё поведение, собраться, перестать распадаться по рукам писателя, как тряпичная кукла, но всё, что выходит, это лишь жалобный скулёж. -Что ты, Лучик? Арсений заглядывает в помутневшие изумруды, и ведёт указательным пальцем руки по выпирающему кадыку на тонкой шее, буквально ощущая стаю вмиг пробегающих по ней мурашек. Блять, Попов, какой же ты... -Арс, пожалуйста, - Антон очень сильно дрожит, каждую секунду облизывая пухлые губы, и постоянно переводя взгляд с губ на глаза Попова. -Что пожалуйста, Антош? Арсений подаётся телом чуть вперёд, на секунду коснувшись носом чужой щеки, но отстраняется так быстро, что Антону кажется будто ему это почудилось. -Поцелуй меня. - Антон резко говорит. Не так как предыдущие фразы. Не стонет, не тянет, а выпаливает слова. Потому что если он хоть на секунду дал бы им раствориться в голове, или посмаковаться на языке, они бы там и остались. Точно это. -Что? - Арсений резко отстраняется, значительно ослабляя хватку, чем позволяет Антону наконец нормально вздохнуть. Парень смотрит на мужчину смущёнными, возбужденными и одновременно напуганными топазами. До безумия хочется отвести взгляд, но не получается, чёрт возьми. Совсем не получается. -Что ты сказал сейчас, Антон? Арсений наконец окончательно опускает руку, позволяя парню самостоятельно, хоть и не очень твёрдо стоять на дрожащих ногах. Антон предпринимает попытку схватить чужую руку, привычно переплетаясь с ней пальцами. Это кажется решением всех проблем. Даже если эти проблемы и связаны с владельцем этой руки. Но Арсений резко одергивает свою, отходя от парня на пару метров. -Арс, я... -Иди домой, Антон. Что-то усердно трещит по швам. Что-то немного надламывается. Что-то поступью рушиться. Что-то нарастает. Антон не двигается. Смотрит на Арсения своими двумя зелёными с такой надеждой, что аж щемит где-то, порывается что-то сказать, открывает подвижный рот, но звук так наружу и не выходит, растворяясь где-то на финишной прямой. -Шастун. - опять этот леденящий металл в голосе. - Я сказал, иди домой. В голубых глазах ни следа того, что было буквально пару минут назад. Они сейчас больше антрацитовые, такие же каменные и холодные. Нужно идти. Нужно идти. Дальше ничего не будет. Нужно идти. Антон делает проверочный шаг, и с облегчением обнаружив, что способность ходить не утрачена, быстрым шагом начинает отдаляться от злосчастного места. Что-то душит. Шаг становится быстрее, а затем и вовсе срывается на бег. Парень прилагает все возможные усилия, чтобы не обернуться, хоть почему-то итак знает, что Арсений не сдвинулся с места ни на шаг. Пробежав какой-то квартал, Антон скрывается за первым попавшемся поворотом, оказываясь в почти таком же дворе, как и тот, где он только что был. Худое тело прислоняется к ледяной стене и Шастун закрывает глаза, глубоко дыша через рот. Вот бы кто-нибудь предупредил меня Что в итоге, я буду зависим от твоих демонов За что ты появился в моей жизни, Попов? Зачем? Зачем ты заставляешь меня это чувствовать? Я не должен. И ты не должен. Мы не должны. Я не хочу быть таким. Я не хочу видеть тебя. Я не хочу тонуть в твоих океанах. Я не хочу касаться твоих ран. Я не хочу быть слабым перед тобой. Прошу, исчезни. Don’t fade away Исчезни Don’t fade away Исчезни