Потеряшка

Тор, наверно, впервые за свою долгую, по мнению его земных товарищей, жизнь не знал, как ему быть. Как же просто все решалось раньше: есть враг — и его нужно одолеть. Кто сейчас является его соперником? Проныра-брат? Но может ли считаться врагом тот, кто предлагает свою помощь, пускай и на выгодных прежде всего для себя условиях? Последние несколько столетий Локи являлся для Тора кем-то вроде живого воплощения хаоса. Тор никогда не мог знать наверняка, что учудит братец в следующий раз — хаотичность его действий порой достигала потрясающих масштабов. И особенно Локи не был понятен Тору сейчас. За полгода, проведённые в Мидгарде в изгнании, он будто изменился — но в какую сторону? Локи по-прежнему вредничал и злился на него — наверно, все же не простил повторного поражения, но ко Мстителям, кажется, не питал особой неприязни. Или это было очередное притворство? А может, прав был Старк, и Локи в самом деле прикарманил Тессеракт и теперь просто водит их всех за нос? Тор находил все больше причин верить в это. В конце концов, он совершенно не представлял, как именно работает связь Камня и Хранителя, а её существование так и вовсе не было доказано. Локи вполне мог выдавать присвоенную силу за дар, чтобы на время снять с себя подозрения. Так или иначе, помогать им он явно не спешил, и это уже начинало порядком выводить Тора, не терпящего в своих приказах отлагательств, из себя… — Нет, парни, вы как хотите, но я не стану плясать под дудку каких-то там поднебесных божков — уж прости, Тор, — выдернул его в реальность возглас Старка, который, наверно, впервые своими словами не вызвал никакого возмущения со стороны остальных членов команды. — Хотелось бы напомнить, что нам все ещё нужен Тессеракт, — заметил Бартон. Он лениво отлепился от стены и, решив хоть как-то скрасить улетающие впустую минуты, плеснул себе виски из коллекции Старка. Бездействие уже начинало нехило так напрягать, но без проработанного плана и тем более координат они не могли сдвинуться ни на шаг. — Клинт прав, — подал голос Брюс. — На кону стоит спокойствие всех существующих миров, а значит, и нашего тоже. — Вы серьёзно? По-моему, единственное, что угрожает его спокойствию, это Голлум, который сумел связаться по скайпу со своей прелестью! — Тессеракт все ещё не у нас, Тони.* — Хорошо, — развел руками Тони, — предлагаю: прижмем Локи, как в прошлые разы, он нам все расскажет, а потом… — Неужели ты ещё не понял? У него в распоряжении безграничная сила! — Локи пока не ведает о ней, — звучный бас Тора заставил героев прервать спор и воззриться на него, как на взаправдашнего пророка. — Пусть все так и остаётся. Магия, как и любая наука, требует изучения, времени и адаптации. Если заберём камень раньше, чем Локи постигнет свои силы, беды не случится, а Вселенная будет спасена. На пару секунд воцарилась благодатная тишина, а потом… — Постой, что значит «если»?! Договорить Капитану помешал вкрадчивый стук в дверь. — Я прошу прощения, — из-за приоткрывшейся двери показалась чернявая макушка Локи. — Не хотелось прерывать вашу дискуссию, но там около полусотни людей, которые удерживают корабль на месте в ожидании указаний. Да, и если в моих услугах вы не нуждаетесь, вы могли бы высадить меня… Примерно на том самом месте, где повязали. — Например, в Северо-Ледовитом океане. Я распоряжусь! Тор поймал за плечо шагнувшего было в сторону кабины пилотов Тони и тяжело вздохнул. — Мы согласны, — принял за всех решение он. Тор выдержал пять метнувшихся в него острых как кинжалы взглядов — спасибо хотя бы, что молчаливых. Улыбка Локи, напротив, из заискивающей превратилась в холодную. Он весь как-то сразу переменился, расправился, словно получил над ними абсолютную власть. Именно таким взглядом он смотрел на Тора, когда тот только вернулся из изгнания. И позже, во время каждой из встречи на Земле. Словно что-то щёлкнуло в сознании брата, переменив его навсегда. Сейчас Тор понимал, что переключатель этот формировался долгие годы, когда затаённая зависть и обида Локи перетекала в злость и ненависть не только к Тору, но и ко всему Асгарду. Вальяжной походкой Локи прошёл к столу, за которым сидели Мстители, отнял у ошарашенного Бартона стакан и плюхнулся в дальнее кресло. — Локи, — напомнил об их договоре Тор, ощущая, как вина уступает место вскипающему внутри раздражению. — Где Тессеракт? Брат посмотрел на него с удивлением, будто не расслышал его слов. — Ах да, — спохватился он. — Конечно. Тессеракт. — Локи за один глоток осушил стакан и тут же скривился, словно вместо виски ему пришлось проглотить лимон. — Когда же люди научатся делать качественное пойло? — Локи. Локи посмотрел на его серьёзное лицо и откинулся на спинку кресла. — Знаешь, раньше с тобой было веселее, — он скорбно поджал губы, глядя на Тора, как на старого пса, который больше не мог охранять дом. Затем обвел всех героев хитрющим взглядом прищуренных глаз и нарочито небрежно взмахнул рукой. — Он в Йотунхейме. Тор, который уже готов был врезать младшему брату за любой отстраненный ответ, осекся от неожиданности. — Йотунхейм? Это какой-то парк развлечений в Небраске? — хлопнул невинными глазами Старк. Тор нахмурился, благополучно пропустив его слова мимо ушей. — Что он делает в Йот-? — …А через пять минут окажется в Утгарде. А ещё через… — Локи бросил быстрый взгляд на наручные часы, непонятно откуда взявшиеся — при обыске их точно никто не видел, — восемь — в Альфхейме. — Что за бред?! — Это Девять миров. Ты в школе не проходил разве? — поинтересовался Локи у приближающегося к нему Тора. И тут же почувствовал, как ослабевает земное притяжение, а пятая точка стремительно отрывается от стула. Увы, на этот раз причиной тому была не пробудившаяся энергия Тессеракта. Локи уставился в сузившиеся глаза взбешенного брата, который вздернул его за грудки едва ли не к самому потолку. — Мне надоело играть в твои игры! Если ты сейчас же не скажешь мне, куда спрятал Куб… Улыбка немедленно сошла с потемневшего лица Локи. — О, ну это же так очевидно. Что куб украл я. Что-то мелькнуло на секунду в помутневших от злости глазах Тора — какая-то толика сомнения и даже нечто похожее на вину, — и тут же бесследно исчезло. Тор нахмурился и повторно встряхнул его. — Говори, как добраться до Тессеракта, или остаток своих дней проведёшь в темнице. Локи сверкнул лукавой улыбкой. — А силенок хватит меня туда затащить? — мягкий, тягучий как мед голос царапнули угрожающие металлические нотки. Тор почувствовал, как под его руками скатывается в клубок живая энергия — и невольно отпрянул, выпустив Локи. — Я больше не дам тебе подвергнуть Асгард опасности, — прошипел он, но уже далеко не так уверенно. Локи оправил примятый воротник и с пренебрежением взглянул на брата. — А я-то поверил, что ты действительно изменился, поумнел. Ты по-прежнему слеп и не умеешь шире смотреть на вещи. — Избавь нас от своих представлений, брат! Нам обоим хорошо известна правда. Ты узурпировал трон, пытался убить меня. Даже теперь, когда речь идет о сохранении миллиардов жизней, требуешь от меня трон в обмен на помощь. Тессеракт был заменен иллюзией, Локи! Кто еще это мог быть, если не ты? Локи приподнял брови и улыбнулся ему, как ребёнку, не желающему идти спать, потому что в его комнате поселились монстры. — Ты бросил короткий взгляд на припорошенный пылью фолиант — и думаешь, что уже познал все его тайны. Да будет тебе известно, сын Одина, что я единственный твой истинный союзник в поисках Тессеракта. — Неужели? Так докажи это. Локи кивнул, и в его глазах заплясали нехорошие искорки. — Я расскажу тебе все, что знаю сам. Все — кроме имени вора, ведь оно и так хорошо тебе известно, верно? — Верно, — насупившись, буркнул Тор. И под насмешливым прищуром Локи невольно скосил глаза в сторону. — О, это будет даже забавнее, чем я представлял, — покачал головой Локи, расплываясь в широкой улыбке. — Слушай, Отелло, давай уже ближе к сути, — поторопил Старк, который окончательно перестал понимать, что происходит. — Выкладывай координаты, и желательно без лишнего драматизма. — Мы все-таки едем в Небраску? — с надеждой воззрился на команду Бартон. — Давно хотел туда вернуться, — задумчиво протянул Старк. — Славное местечко. Там готовят неплохую пепперони. Локи покосился на опешившего Тора и одобрительно покивал: — Наконец-то ты нашёл друзей себе под стать, — шепнул он ему на ухо и уже громче добавил, обращаясь ко Мстителям: — Йотунхейм, дорогие мои, это один из Девяти миров. Тор не рассказывал вам, как устроена наша Вселенная? — он мягко повёл рукой, и перед ним появилась яркая голограмма. На ней глубоким тёмным пятном расплылся космос, посреди которого появилось гигантское дерево. — Если кратко, в центре всего находится ваш мир — Мидгард. А вокруг него расположены остальные восемь, соединенные ветвями могучего Древа Иггдрасиль. После того, как Тессеракт исчез из Хранилища, он вместе со своим похитителем перенёсся в Мидгард. На кончике пальца Локи зажегся синий огонек. Локи взмахнул рукой, и он перенесся на голограмму, на светло-голубой островок посреди древа. — О, как раз где ты живешь, — радостно воскликнул Бартон. — Да. А ещё ты. Клинт фыркнул, но все же благополучно заткнулся. Локи глубоко вздохнул и внимательно вгляделся в хитро подмигивающий ему огонек. — Как выяснилось, похититель, — бросив взгляд на помрачневших Мстителей, он закатил глаза и поднял большие пальцы вверх, — то есть я, конечно же, собирался не просто украсть и продать Куб кому-то. Он хотел использовать его силу. И Камню это не понравилось. Огонёк в центре древа замигал, распространяя свой свет все дальше по голограмме. — Тессеракт активировали с помощью облучения, и, как только он напитался им, просто исчез. По крайней мере, так все думали. Светлячок на голограмме резко уменьшился, а затем перепрыгнул в другую часть карты — на яркий белый остров, похожий на айсберг. — Тессеракт… был в Асгарде? — подойдя ближе, шепнул Тор. Локи кивнул: — Он возвращался туда множество раз. Но больше не задерживался там. Теперь он странствует по мирам, прячась в самых глубоких и недоступных их закоулках — желанный и недостижимый трофей для любого, кто грезит о мировом господстве. Огонек принялся со страшной скоростью перемещаться по карте, вспыхивая в одном месте и тут же появляясь в другом. Локи взмахнул рукой — и иллюзия исчезла. — Его неусидчивость — это одна из трудностей. — А есть и другие? — скривился Тони. Локи повернулся к Тору. — Радужный мост, — пробормотал тот. — Его так и не починили. А создание портала между мирами стоит отцу огромных усилий. — А по-другому никак нельзя попасть в другой мир? Тор собрался было сокрушенно покачать головой, но тут его озарила идея. С немой мольбой он воззрился на Локи. Тот пожал плечами. — Есть ещё тайные тропы. Могу показать. — Прекрасно, а что мы будем делать с вездесущим Колодцем Желаний? — Одно из преимуществ Хранителя, — медленно проговорил Локи, — в том, что Камень сообщает мне обо всех своих перемещениях. — Отлично! — Тор потёр руки в предвкушении нового приключения. — Тогда выдай нам, наконец, координаты места, где Тессеракт окажется… Ну, скажем, через два часа, и мы… — Боюсь, это невозможно. — Что-о? Почему? — Я не могу узнать точное местоположение Тессеракта на таком большом расстоянии. Максимум — мир, в котором он находится. Чтобы найти его, мне придётся отправиться с вами. Я разве не упоминал об этом? Прости, видать, вылетело из головы, — «повинился» Локи. Заметив, как побагровело лицо Тора от «радостной» новости, Локи, дабы избежать ненужных споров, поспешно добавил: — Но, если вдруг вы решите отправиться на поиски без меня, я все равно помогу вам. Я могу составить карту: когда и где будет находиться Тессеракт. А вы уж сами его отыщете. — И сколько у нас будет времени на поиски? — Ну… — Локи приложил палец к губам в притворной задумчивости, — от трех до пяти минут точно. Тор выдохнул и прикрыл глаза, чтобы не видеть этого невинного выражения на его лице. Локи что-то задумал, но спорить о том, о чем Тор не имел ни малейшего представления, было бессмысленно. По лицам друзей стало понятно, что им не нужно было ничего и обсуждать, чтобы сойтись во мнении, а потому Тор быстро принял решение сам: — Пойдёшь с нами. Но смотри, — предупредил он просиявшего брата, — если осмелишься приблизиться к Тессеракту хотя бы на полшага, то… — О, об этом не беспокойся. Мне вполне хватит и того, что я смогу лицезреть твоё лицо, когда тебе откроется правда. Тор никогда бы не признался в этом никому из друзей и тем более — самому себе, но улыбка, расплывшаяся на губах брата в тот момент, его по-настоящему напугала.