Край большого неба

В борделе «Феникс» собирались все жители столицы, и наследный принц Ван Яо, тайно или открыто, посещал его на торжествах. Он был здесь и сегодня, когда в час свиньи бордель открыл свои двери для посетителей. Снаружи были развешаны красные фонари, а красивые служанки горячо зазывали прохожих. В который уже раз принц внимательно рассматривал пеструю группу куртизанок. Многие были в разноцветных масках. Они выступали на сцене одна за другой. Но среди них точно не было новой красавицы борделя. Он без проблем отличил её, восторженно превозносимую его сводным братом, стройную фигуру и изящные движения от других куртизанок среди слоиёв маскарадных одежд. — И где же эта новенькая? — спросил Ван Яо у слуги, продолжая рассматривать девушек. Невысокие перила окружали круговую платформу, находящуюся в середине центрального здания борделя. Несколько музыкантов стояли вдалеке и играли, пока на сцене разворачивалось основное представление. Принц ожидал, что новая куртизанка появится на этой сцене для завершающего акта. — Наследник, новая красавица исполняет всего два танца, — слуга отвесил глубокий поклон и продолжил: — Один для простых людей, а второй танец предназначен только для возлюбленного... Господин, сегодня ночью этот возлюбленный — вы. Прошу, пройдемте со мной в дальние комнаты, — любезная и лучезарная улыбка окаймляла губы слуги. Глаза принца сузились. — Говорят, её танец с мечом великолепен, а во время танца даже можно увидеть талию! — любопытство пьянило Ван Яо, как никогда. — Что ж, посмотрим, насколько это обольстительно... Наследник безразлично прошел вперёд мимо происходящих развлечений, сложив руки за спиной. Ночь с возлюбленной куртизанкой — чудесное свидание вдали от столичных интриг. Варварские властители империи так похищали любовь сотни девушек — тот дар, что они разделяли с ними вечером и прощались в солнечное утро. И даже принцы приходили сюда, чтобы оборвать красоту и подарить влюблённость, а затем смять и оборвать счастье в сердце юных и наивных куртизанок. А новенькую звали леди Ясная Осень, и она много несчастнее всех скиталиц улиц, не имеющих пристанища. Она звалась Осенью, потому что не уберегла в душе ни одного юного цветка. Леди Ясная Осень скиталась по борделям многие лета, надеясь найти хотя бы нить, ведущую к свободе и чистой любви. Но не находила ничего. Искренне её любили лишь бедные поэты. Тогда она с отчаянием подумала о собственном богатстве — ведь она могла отдать всё за свою свободу! Но её таэли гнетущие и тщетные, ведь не пригодятся никому, когда красота приносит больше. — Наследный принц, чай только заварен, не желаете попробовать? — Не нужно, — теперь, когда она предстала перед ним, весь шум столицы казался отдалённой музыкой, и сердце сжимало желание, чтобы ночь не кончалась. — Я только хочу увидеть танец с мечом. Тот, что обольстительный. И девушка отдалась во власть собственного тела, создавая нежную поэзию подошвами обуви. Краски её движений залетали в память принца, как в шёлковые занавеси лучи восходящего солнца. Леди Ясная Осень — танцовщица с самой изящной ножкой, казалось, рождена в самой музыке. Эта чудесная куртизанка, такая прекрасная, влюбившая в себя весь столичный свет, вновь сыграла роль цветка, предназначенного только для одного. Она была жрицей любви, которая отдавалась другим мужчинам с холодной страстью в своём танце. После стольких лет развлечений, как маленькая, скромная девушка предместий, она подарила принцу свою любовь, чтобы на одну ночь не быть больше никем, не смотреть в лицо никому, не любить никого, кроме него.