Please don't break my heart. Trust me I've been broken before

- Ты попросила её объяснить? – Тони сидела за столом, крутя кружку с горячим чаем в руках. Она уже полчаса молчала и отказывалась как-либо комментировать происходящее. - Ну же, крошка. Просто расскажи мне. – Свит Пи подсел рядом, приобнимая девушку за плечи. Она уткнулась носом в его широкую грудь, а её плечи опустились. Она больше не могла плакать. Хотела, но не могла. - Она просто… - Тони всхлипнула и покачала головой. - Хорошо. Думаю, я сам могу поговорить с рыжей. Ты хочешь остаться у меня? Джози будет только "за", она очень по тебе скучала. - Не надо, Пи. Просто не нужно трогать её. Я больше никогда не хочу её видеть. Я ненавижу её. – Голос Тони сел из-за отсутствия употребления. - Эй, не говори так! Ты любишь её! И я уверен, что у неё найдётся достаточно хорошее оправдание. - Мне не нужны оправдания от человека, который ещё вчера клялся мне в вечной любви, а сегодня трахался с кем-то другим. Свит Пи прижал Тони ещё ближе, потому что, очевидно, новая волна слёз собиралась преследовать её. - Ладно. Мы все с тобой, крошка. Всё будет хорошо. Тони подскочила в кровати, скидывая одеяло на пол. Её лоб покрылся испариной, будто у неё начиналась лихорадка. Но девушка прекрасно себя чувствовала, физически, разумеется. В её голове был полный кавардак. Она точно знала, что ей приснится Шерил. Она всегда ей снилась, когда та очень расстраивалась. Тони где-то читала, что такое может случаться, если пережить сложное эмоциональное потрясение. Ей повезло, что Вероники не было рядом. Оно было понятно: суббота — один из самых загруженных дней на её работе, а судя по высоко взошедшему солнцу, уже было поздно. Тони взглянула на часы, и её брови поползли на лоб. Было почти три часа пополудни. Она никогда так долго не спала, потому что не чувствовала себя настолько уставшей. Последний месяц, когда Вероника буквально переехала к ней в комнату, Тони привыкла просыпаться от нежных поцелуев по всему лицу, от теплых ладошек, норовящих покрыть каждый участок тела Тони. Но сегодня… Ронни определенно обиделась из-за вчерашнего. Её можно было понять. Топаз упоминала обо всех своих друзьях. Не знакомила, конечно, но упоминала. А тут какая-то незнакомка, которая вряд ли подходит на роль лучшей подруги, заявляется среди ночи и выводит Тони из эмоционального равновесия по щелчку пальцев. Тони нужно было подготовить себя, чтобы всё рассказать. Всё как есть, без утайки. Девушка ещё немного полежала, но всё же решила встать. Она приняла быстрый душ, чтобы смыть пот из-за ночных кошмаров, которые, вообще-то, не преследовали её уже какое-то время. Она почистила зубы, умылась, надела нормальную одежду, а не просто бельё, и пошла на кухню. Ронни заботливо оставила стакан кофе, уже остывшего, разумеется, и записку. «Знаю, что проснёшься поздно, но делать кофе тебе уже привычка. Завтрак и сок в холодильнике. Люблю, Ронни.» Тони улыбнулась, проводя пальцами по написанным идеальным почерком Лодж буквам. Эта девушка была её ангелом. Да, она была её типом богатой сучки, но её забота о любимых людях не знала границ. Тони понимала, что ей несказанно повезло с этой девушкой, поэтому хранить секреты от неё становилось ещё тяжелее. Сегодня у Тони был выходной в книжном магазине, поэтому она решила потратить день на учёбу. У неё был чёткий план подготовки к предстоящим экзаменам, согласно которому она должна была просидеть за учебниками как минимум пару часов. А остальное время она могла потратить на примирительный ужин. Обычно в их доме готовила Вероника, потому что её бразильские корни буквально заставляли её включать латинскую музыку и порхать по кухне с ингредиентами для очередной паэльи. Но сегодня Тони решила сама порадовать свою девушку каким-нибудь простым блюдом. Тем более поговорить за бокалом вина будет легче, чем просто так. Топаз немного пересидела за учебниками, потому спустя три часа занятий её голова кружилась, а глаза начали слезиться. Девушка поднялась с кровати, отбрасывая книгу в сторону. Она слегка размяла затекшие конечности и отправилась на кухню, чтобы приготовить ингредиенты для пасты. Попутно Тони схватила телефон со стола и проверила социальные сети. От Вероники не было ни одной смс, ни одного звонка. Оставалось лишь гадать, насколько сильно она была зла. Тони налила воду в кастрюлю, чтобы сварить спагетти и набрала номер подруги. - Да. - Привет, Ронни. - Извините, Вирджиния не работает сегодня. Вы могли бы записаться к ней на понедельник или посетить другого мастера. Тони немного подождала, позволяя Лодж закончить разговор с клиентом. - Привет, любимая. Топаз не сдержала улыбку от мягкого голоса Вероники. Тепло распространилось по её телу. - Как насчёт того, чтобы бросить свою работу и прийти на ужин? - Ты готовишь? Что за повод? Тони закусила губу, медленно помешивая только что опущенные в воду спагетти. - Извинения? Правда, детка, мне так жаль из-за вчерашнего инцидента. Я просто хочу загладить свою вину и поговорить с тобой по душам. - Ты знаешь, что я не злюсь. Я была честна с тобой, говоря, что могу дать тебе достаточно времени. И ты не обязана говорить то, что не хочешь. - Я думаю, ты должна узнать о моей жизни немного больше. Даже если это плохие подробности. - Я буду дома через полтора часа. И знай, я надеюсь не только на вкусный ужин. – Тон голоса Вероники слегка понизился, заставив всё внутри Тони трепетать. Она не шутила, когда говорила, что эта девушка может запросто успокоить её. Вероника всегда подбирала самые простые, но эффективно расслабляющие фразы. - Если ты будешь вести себя хорошо. Девушка засмеялась, кладя трубку и возвращая внимание их будущему ужину. ******* Шерил было неуютно в этом доме. Ей пришлось жить в Тислхаусе лишь год после сожжения ТорнХилла, но даже в это время она предпочитала находиться где-либо ещё. После ухода Джейсона, и даже папы, дом перестал быть таковым. Всё, что ожидало Шерил в этих стенах —грубость и насилие от рук её собственной матери. Поэтому Шерил легче было встретить в редакции школьной газеты, чем в собственной гостиной. Вот и сейчас, после неприятного разговора с матерью, во время которого она проронила не одну слезу, девушке просто необходимо было расслабиться. Она запросто могла навестить Бетти и Джагхеда в их небольшом домике на окраине, который они купили сразу после окончания школы. Она могла поехать в Саутсайд, чтобы навестить Свит Пи и Джози. Но вместо этого она отправилась в супермаркет, чтобы купить пару бутылок вина на сдачу, что осталась с поездки в Ривердейл. Всё, чего ей сейчас хотелось, это не думать о Тони хотя бы минуту. После встречи лицом к лицу, Шерил стало сложнее противостоять своим мыслям. Она бы лучше отправилась к Свитуотер, где её преследовала мысль о смерти Джейсона, которая явно ранила её меньше, чем боль, причинённая ею розововолосой. Были моменты, когда воспоминания об инциденте на этой реке заставляли её думать о самоубийстве, но, благодаря Тони, она с этим справилась. Никто не помог ей с этим лучше, ни один психотерапевт, к которому её норовила спихнуть мать. Девушка нашла некоторые вещи в своей старой комнате в особняке, чтобы переодеться из неудобного платья, и решила прогуляться до магазина на своих двоих. Ей нужно было подышать свежим воздухом, подумать о чём-то постороннем. Она не хотела, чтобы кто-то из знакомых узнал её, тем более с несколькими бутылками вина под мышкой. Шерил была девочкой, подающей большие надежды. Она бы не удивилась, если бы узнала, что половина её бывших одноклассников видела Шерил в бизнесе, где она будет главной сучкой-начальницей похлеще, чем она была в школе. Но разочаровывать их? Говорить, что за три года после окончания школы она не добилась ровным счётом ничего? Шерил стояла на кассе, ежесекундно оглядываясь вокруг себя, чтобы её никто не увидел. Но видимо, сегодня был не её день. Как и последние девять месяцев. - Шерил? – Этот мягкий голос девушка бы не спутала ни с чем. Он явно передавался по женской линии в семье Топаз. Блоссом глубоко вздохнула, умоляя кассира отменить покупку. Она натянула фальшивую улыбку и развернулась, чтобы увидеть добродушную улыбку Амалии Топаз. - Здравствуйте. - О, дорогая. Это действительно ты? Кажется, что я не видела тебя несколько лет. Это лишь частично было правдой. Шерил последний раз навещала эту женщину вместе с Тони на Рождество в прошлом году, всего за месяц до самого ужасного дня в её жизни. - Это правда я, миссис Топаз. Я заскочила на несколько дней, чтобы проведать маму и бабушку. - Надеюсь, ты сделаешь мне одолжение и зайдёшь на чай? Шерил ненавидела, что эта женщина так добра к ней. Она определенно знала, как скверно Блоссом поступила с её единственной дочерью, но всё равно так почтительно обращалась с Шерил. - Я не думаю, что это правильно. Извините. – Шерил опустила взгляд в пол, лишь бы не смотреть на точную копию Тони Топаз. Ей всегда было интересно, почему Тони настолько сильно похожа на свою мать. - Да брось, Шерил. Помнишь, как весело нам было проводить время за чашкой чая и хорошей историей? Я понимаю, что вы с Антуанеттой расстались не лучшим образом, но, в конце концов, пары расстаются. И тут Шерил задалась вопросом: рассказала ли Тони всю правду об их разрыве своей матери? Но посидеть в приятной компании с этой женщиной? Это было слишком заманчивое предложение, потому что Амалия была приветливее и заботливее, чем её собственная мать. - Так что? Ты подождешь, пока я расплачусь за покупки? Артур тоже будет счастлив тебя увидеть. Лучше тебя к его рассказам относится разве что Тони. Шерил кивнула, заставляя женщину улыбнуться ещё теплее, отчего у девушки на душе начали скрести кошки. Она не заслуживала ни одного человека из семьи Топаз, что были с ней на протяжении всей старшей школы. Ей стоило только познакомиться с Тони в восьмом классе, как они практически сразу стали лучшими подругами. Шерил никогда не позволяли дружить с кем-то с южной стороны, но родители ничего не смогли поделать, когда Тони и некоторые другие ребята перешли в старшую школу Ривердейла. Блоссом добродушно помогла женщине донести пакеты с продуктами до машины, в которую села и сама. Амалия всю дорогу пыталась расспросить Шерил о её жизни, а девушке приходилось врать. Она не могла сказать, что бросила университет, изменила Тони, проводила все девять месяцев своей жизни с алкоголем и наркотиками на тусовках её парня. Не такой девушкой её запомнила старшая Топаз. Женщина не ошибалась, когда говорила, что отец Тони тоже будет рад девушке. Топаз всегда была близка со своими родными, чего Шерил никогда бы не поняла, но своего отца она просто обожала. Тони могла говорить о том, какой её папа талантливый часами, и рыжеволосую это радовало. Поэтому она всячески поддерживала идею подруги стать филологом. Но, в последнее время, она точно не интересовалась её увлечениями. Вместо того чтобы разделить её радость о поступлении, она привела в дом парня. - Так почему моя дочь сейчас не с тобой? Шерил отвлеклась от своих мыслей, замечая, что чай в её кружке слегка остыл. Она подняла взгляд на сидевшего напротив неё в кресле мужчину. - Это очень сложно, мистер Топаз. Мы с Тони разошлись по не очень приятным причинам. – Шерил сглотнула ком, что встал в её горле. Она не заслуживала всего этого. Того, как Артур кинулся обнимать её, стоило ей переступить порог, того, как Амалия побежала готовить свою фирменную запеканку, вкус которой Шерил помнила с похода в девятом классе, на который они пошли с Тони рука об руку. - Ох, я не собираюсь давить на тебя, милая. Я помню, как Антуанетта была расстроена. Я был самым счастливым отцом, когда видел, как её глаза сияют рядом с тобой. Но неужели ничего нельзя сделать, чтобы вы помирились? Мужчина нахмурился, беря печенье с подноса. Шерил была благодарна, что Амалия сейчас на кухне. Артуру ей всегда было проще врать. Например, в десятом классе, когда они с Тони отпросились на ночевку в ТорнХилл, но так и не пошли туда по понятным причинам. Они провели всю ночь, лежа в палатке на берегу Свитуотер, нежась, в объятиях друг друга и разделяя блаженные поцелуи. Их отношения тогда только начинали зарождаться. - Я очень обидела её, мистер Топаз. – Шерил глубоко вздохнула, теребя пальцами ручку стакана. - Зови меня просто Артур, Шерил. Я напоминаю тебе об этом уже почти десяток лет. И запомни, никогда нельзя отказываться от любви. Ты же всё ещё любишь её. Я прав? Девушка не смогла сдержать слезинку, скатившуюся по её щеке. Она слегка отвернулась, пытаясь выглядеть так, будто наблюдает за Амалией. Сама в то время вытерла соленую дорожку. - Я не думаю, что когда-нибудь перестану её любить. Но я не могу исправить то, что натворила. Я изменила ей. – Слова сами собой слетели с её губ. Когда она поняла это, то в ужасе взглянула на мужчину. Он, на удивление, был спокоен. Не то, чтобы Шерил рассчитывала, что он накричит на неё, но не увидела в его глазах ни капли ненависти. - Всё случается в этой жизни. – Мужчина прокашлялся, удобнее садясь в кресле. Шерил заметила, что ему тяжело сидеть на одном месте. Он неумолимо старел, выполняя тяжелую работу на стройке у Фреда Эндрюса. Он поставил кружку с чаем на стол, и по его взгляду Шерил поняла, что её ждёт история. - Когда Тони было четыре года, мы с Амалией очень рассорились. Я тогда заканчивал писать одну из своих первых книг, а она, как любая женщина, не верила в то, что работа писателя может быть прибыльной. Тогда мы ещё жили в плохеньком трейлере, и едва могли позволить себе хорошую одежду и еду. Но я был намерен исполнить свою мечту, независимо от того, будет ли меня кто-то поддерживать или нет. Амалия просила меня выйти на работу, но я не мог бросить свой рассказ, который, как мне казалось, мог принести мне популярность. Так получилось, что я ушёл. Просто собрал все свои вещи, поцеловал маленькую дочурку и ушёл. Я долго скитался по городу, пока не решил заглянуть в бар. Там я познакомился с какой-то женщиной, имя которой, на свой стыд, вспомнить уже не смогу. Как ты могла догадаться, я изменил Амалии. Артур остановился, слегка переводя дыхание. Шерил слушала его очень внимательно, стараясь, понять к чему он клонит. - Я пожалел об этом, стоило мне лишь протрезветь. Я бежал домой со всех ног, мечтая увидеть свою любимую жену и дочь. Я рассказал Амалии о своём предательстве, слёзно умоляя её не бросать меня. Я был готов жить на улице рядом с трейлером, готов был бросить всё, лишь бы остаться с единственной женщиной, которую я когда-либо любил. Но она сделала невозможное, Шерил. Эта восхитительная женщина простила меня, и больше я не посмел даже посмотреть в сторону других женщин. Ты, наверное, думаешь, зачем я рассказал тебе эту историю? Я просто хочу открыть тебе глаза: вы любили друг друга так сильно, как я никогда раньше не видел, чтобы люди любили. Всё, что тебе нужно сделать, это бороться за мою девочку. Взгляд Шерил прояснился. Она смотрела на мужчину как на героя, который, в отличие от неё, не побоялся стоять за своё. Девушка улыбнулась, и Артур, видя, что она его поняла, улыбнулся в ответ. - Ну, что, мои дорогие? Вы наговорились вдоволь? Теперь мы можем пройти к столу? – Амалия заглянула в гостиную, со счастливой улыбкой наблюдая за мужем и Шерил. - Да, я очень проголодался. – Артур подмигнул девушке. – Вперёд, Шерил, расскажешь нам о Нью-Йорке. ******** Теперь Тони поняла, почему она так редко готовила. Пасту у неё получилось сварить превосходно, но овощное рагу, которое она готовила как заправку, девушка сожгла два раза. Она уже почти отчаялась приготовить что-то съедобное, когда услышала звук открывающейся двери. - Я дома. – Вероника закрыла дверь с характерным стуком, что говорило о не очень удачном дне на работе. Девушке иногда попадались самые отбитые грубияны, которых стоило ещё поискать. И она, со своим вспыльчивым характером, часто с ними ругалась. Тони шептала проклятия себе под нос, пока носилась по кухне и расставляла посуду на стол. Она разложила пасту по тарелкам и разлила вино, хваля себя за то, что хотя бы додумалась приготовить соус к спагетти. - Я бы попросила тебя не заходить на кухню пока что. Не скажу, что у меня всё схвачено. – Тони остановилась посреди комнаты, вытирая руки полотенцем и оглядывая себя сверху вниз. На ней были пушистые пижамные штаны и чёрная майка: не самый романтичный наряд для ужина с девушкой. Но, в конце концов, она не была уверена, что у них будет что-то после того разговора, который предстоял. - Тони, я люблю тебя и твою стряпню в любом проявлении. Меня не заботит твой вид. Я просто хочу увидеть свою девушку. Тони заметила, как девушка снимает обувь и кидает свои вещи на пол в прихожей, держа путь сразу на кухню. Девушка нервно вздохнула. Она потратила последние пару часов, чтобы придумать достаточно быструю и понятную историю. Она не собиралась вдаваться в подробности их отношений с Шерил, рассказывая что-то по типу: встречались – Шерил изменила – разошлись. - Хорошо. Можешь проходить на свой страх и риск. Брюнетка направилась сразу к Тони, заключая её в объятия и целуя. Топаз слегка опешила, но обернула руки вокруг шеи девушки, углубляя поцелуй. Боже, ей так не хватало этого весь день, она так мучилась от осознания того, что Вероника злится. - Я соскучилась. – Ронни слегка отстранилась, опираясь лбом о лоб Тони. - Я тоже. Но ещё я переживала, что ты решила меня бросить. - Да ну тебя, ты же понимаешь, что мне будет лень искать новую квартиру. – Ронни улыбнулась, ещё раз чмокая девушку в губы, прежде чем отстраниться и сесть за стол. – Ммм, моя любимая паста. Тони засмеялась, проходя и садясь напротив девушки. - Не уверена, что это вообще съедобно. Здесь должно было быть рагу, но чего нет, того нет. - Всё прекрасно. – Ронни попробовала первую вилку спагетти и довольно застонала. – Я съем всё, что приготовила моя прекрасная девушка. Тони показалось немного странным то, что Ронни так нежна с ней. Не подумайте, она всегда уделяет достаточное внимание различным ласковым прозвищам, и тому подобному, но сегодня, после их небольшой ссоры, это было необычно. Девушки поели в уютной тишине. Иногда Ронни комментировала её прошедший день. Также она немного поругалась на Тони из-за того, что та долго сидела за подготовкой и могла испортить зрение. Но, как бы они не растягивали свои разговоры о мелочах, обе понимали, что главный разговор неумолимо приближается. Тони разлила последнее вино по бокалам, когда их тарелки оказались пустыми. Она немного нервно взбалтывала жидкость в бокале, наблюдая, как оно оседает на стеклянной оправе. - Тони, - Вероника положила ладонь на руку девушки, что покоилась на поверхности стола. – Ты не обязана говорить это сейчас. Я буду в порядке с этим, не хочу ранить тебя воспоминаниями. Девушка прокашлялась, качая головой из стороны в сторону. - Нет, я должна. – Тони глубоко вздохнула, вспоминая точную историю, которую собиралась рассказать. – Мы с Шерил не просто подруги, Ронни. Мы дружили на протяжении почти восьми лет, но правда в том, что мы и встречались. Большую часть времени, что мы знаем друг друга, мы состояли в отношениях. Тони бросила быстрый взгляд на Веронику, что пока не удивлялась. Видимо, она поняла это ещё вчера. - Мы окончили школу вместе, вместе переехали в Нью-Йорк, но спустя пару лет всё изменилось. Я была слепой, думая, что всё хорошо, но, разумеется, ситуация накалилась не за один день. Я просто не хотела осознавать всю серьёзность происходящего. Тони не вдавалась в подробности, но она часто корила себя за то, что не заметила перемен в Шерил раньше. Что, если бы она на минуту забыла о своём поступлении и спросила у девушки, что её тревожит? Может быть, они всё ещё были бы вместе? Но, она этого не хочет! Зачем ей Шерил, когда есть Вероника? - Однажды я пришла домой и застала её в постели с парнем. Вот и вся история. Мы расстались, и больше я её не видела, до вчерашнего вечера. - О, детка, мне так жаль. – Ронни встала из-за стола, подходя к Тони и садясь перед ней на корточки. – Прости меня. - Всё хорошо. Ты должна была знать, а я не должна была врать тебе вчера. Я просто слишком эмоциональна в этом вопросе. - Ты знаешь, почему она так поступила? Тони покачала головой. Она не настаивала на этом, ограничила все связи с Шерил. Она попросту не дала девушке объясниться, хотя у неё было на это право. - Я не хочу слышать её оправдания, Ронни. Она сделала мне больно, а это единственное, что имеет для меня значение. Вероника кивнула, размещая поцелуи на тыльных сторонах ладоней розоволосой. - Мы поговорили о твоей бывшей. Предлагаю больше никогда её не вспоминать, сойдёт? Тони глубоко вздохнула. Для Ронни всё было так просто, взять и забыть. Но что делать с тем, что Тони не могла забыть рыжеволосую? Как она могла вообще забыть человека, которого любила так долго и так сильно, невыносимо сильно? - Конечно. А теперь, - Тони резко поднялась на ноги, поднимая Веронику за собой. – Я хочу тебя в нашей спальне, прямо сейчас.