Все мы психи

— Привет, Чонгук, — улыбнулся психиатр, когда названный уселся рядом с кроликом в руках. — Привет. Это был его первый сеанс групповой терапии. — Теперь, когда мы все собрались… начнём? — доктор огляделся, приподняв слегка плечи. — Почему здесь только некоторые из нас? — поинтересовался Гук. — Это консультация по управлению гневом. — проворчал Юнги, щелкая зажигалкой; посередине, между ним и Чоном сидел надувшийся Пак. — У меня нет проблем с гневом. — начал хмуриться самый младший. — Ты чуть не сломал руку своему брату… А потом прижал меня к стене и выебал. — сердито прорычал обладатель зажигалки. — Юнги… — Это был несчастный случай! — Это твое оправдание случившемуся! Это несчастный случай, это несчастный случай, заладил одно и тоже, как насчёт того, чтобы взять на себя гребаную ответственность за то, что творишь?! — Да пошёл ты! — подскачил с места Гук. — Чон Чонгук! Сел обратно! — повысил голос врач, напугав всех присутствующих. — Юнги, прекрати провоцировать его! Жди своей очереди! Лягушка сейчас у Чимина, но он единственный, кто как раз таки молчит! — бушевал мужчина. Младший медленно вернулся на своё место. — Лягушка? — Только человек, держащий лягушку, и психиатр имеют право разговаривать. — пояснил Чимин, теребя в руках плюшевого лягушонка. — Это Джи. — улыбнулся он, помахивая плюшевой лапкой. — Хорошо, почему бы нам не поговорить о вашем инциденте с Юнги? — доктор повернулся к Паку, из-за чего тот вздрогнул. Чонгук нахмурился, не понимая, о чём вообще идёт речь. — Ох… — замялся держащий зелёную игрушку. — Я разозлился на хёна, потому что он не смотрел на меня, поэтому и столкнул его со стула. — почти прошептал парень, нахмурившись. — Это было не очень правильное решение. — продолжал Чимин, гладя лягушку. — Мне лучше уйти. — Чимин… — поднял бровь самый старший из присутствующих и вздохнул. — Мне не следовало заставлять его смотреть на меня. Но… Почему ты не посмотрел?! — заскулил юноша, поворачиваясь к Мину. — Ты вытащил свой член, придурок. — прорычал Юнги. — Я всё время говорю тебе, что не хочу, чтобы твой член был рядом со мной! — Юнги. Разозлившийся парень глубоко вздохнул, успокаивая себя. — Я понимаю… — простонал он. — Не очень приятно, когда ты светишь мне своими гениталиями и пытаешься сувать их в лицо. — Ну, мне обидно, что ты не обращаешь на меня внимание, пока я этого не сделаю! — надулся Чимин. — Ты разговариваешь со мной только во время терапии или если я голый! — Всё прекрасно, продолжайте, пожалуйста. — напомнил о себе психиатр. — А я чувствую, что это бессмысленно. — прорычал Мин. — Я чувствую, что он никогда не изменится. Почему мы должны продолжать говорить об этих инцидентах?! Он не собирается меняться! Вот что я чувствую. — впился взглядом он в самого маленького из них.  — Я просто хочу быть твоим другом. — нахмурился Пак. — Видишь, Юнги. Чимин не хочет делать тебе ничего плохого. — Он столкнул меня со стула. — прищурился старший. — Потому что ты меня не слушал! — Потому что твой член был снаружи! — Мальчики! — вздохнул психиатр, и двое парней отвернулись друг от друга. — Чимин, пожалуйста, перестань совать свои обнаженные гениталии в лицо Юнги. — попросил он парня, который надул губы. — Я постараюсь этого не делать. — пробормотал сжимающий лягушку. — Юнги, пожалуйста, перестань колоть его карандашами, когда он тебя толкает. — Он первый начинает. — Мин Юнги. — прищурился специалист. — Тьфу! Хорошо. Я перестану пытаться проткнуть его карандашами. — Ты перестанешь пытаться заколоть его любыми предметами! — возразил мужчина в белом халате. — Я не буду этого делать… По крайне мере постараюсь. — Юнги… — предупредил он, получив вздох на свои слова. — Хорошо. Я не буду этого делать. Но только если он перестанет пытаться засунуть свой член мне в лицо. — Это звучит как отличный компромисс. — улыбнулся доктор. — Мне кажется, ты очень плохо в этом разбираешься — с сомнением пробормотал Чонгук. — Хочешь что-то добавить? — спросил мужчина, повернувшись к самому младшему, который лишь пожал плечами в ответ. — Не совсем. Ты просто… немного странный. Если бы ты был отличным врачом, разве они бы дрались до сих пор, верно? — поднял бровь Чон. — Что заставляет тебя так думать? — Черт возьми, всё не так. — сверкнул глазами Гук. — Просто ты не консультируешь меня вместе с ними. Почему тогда я здесь? — Давай посмотрим. — доктор заглянул в свои записи. — У тебя было четыре вспышки агрессии, два физических нападения, один случай, когда ты забаррикадировался в своей комнате, и пытался задушить себя простыней. — поднял он глаза на парня. Чонгук нахмурился, взяв странную лягушку, остальные парни уставились на него. — Я хотел выйти из той комнаты… И это сработало. — пожал младший плечами. — Я проснулся на своей кровати. — Ты не должен был это делать. — фыркнул Юнги. — Теперь ты проснешься привязанным к больничной койке. — Юнги, теперь очередь Чонгука. — Сказал раздражённо человек. — Может быть, ты объяснишь мне что-нибудь ещё? Возможно, инцидент с мистером Мином? — Почему все продолжают трусить своим барахло рядом со мной? — пробормотал себе под нос упомянутый. — Я… я хотел… — нахмурился парень, сжимая лягушку и поникнув. — Мне было очень хорошо. — Да, я знаю, я слышал, как ты стонал мне в ухо! — Юнги. — снова предупредил врач, получив в ответ рычание и фырканье. — Прости меня! Я не мог остановиться! Я просто… Мне это было нужно, а ты маленький и легко поддаешься власти, я знал, что ты не сможешь сопротивляться… — Это не помогает решить проблему! — встал Мин, сердито рыча на младшего. — Ты выбрал меня, потому что я слабее?! Что, черт возьми, с тобой не так?! Ты чертов начинающий насильник! — Нет, это не так! — закричал Чонгук, вставая на ноги. — Если бы мои штаны были спущены, ты бы засунул свой член прямо мне в задницу! — Ай! — Гук схватил свой стул. Дверь захлопнулась, когда вошли два санитара. — Ты ничего не знаешь! Ты не понимаешь! Чон кричал, пытаясь добраться до старшего, но два санитарка удерживали его. — Чего я не понимаю, а?! Меня уже насиловали в прошлом! Мне это не нужно от какого-то гормонального ублюдка! Гук замер. — Ох… — он издал удивленный звук, Юнги сердито посмотрела на него. — Ты был подвергнут…  — Я позаботился о нём, могу позаботиться о тебе тоже. — рявкнул коротышка, сжимая зажигалку. — Юнги! Хватит угрожать людям! — Я не пытался ударить его ножом! — ответил он слегка раздраженно в свою защиту. — Ты ведь ничего не говорил об угрозах! — Думаю, на сегодня мы закончили. Вам троим нужно успокоиться. — вздохнул психиатр. — Господи… Почему от конфронтации у тебя всегда встает? Знаешь, как это странно? — проворчал Мин, разглядывая таз младшего. — Не смотри! — крикнул Гук, и санитары отпустили его, чтобы он мог скрыть всё своим кроликом. — А почему бы и нет?! Если ты не хочешь, чтобы на тебя смотрели, то не получай стояк, когда тебя угрожают убить! — Это не причина моего стояка! — закричал обладатель кролика. Он крепче прижал к себе игрушку, его глаза слегка слезились от гнева и смущения. — Тогда почему?! — Потому, что ты говорил о том, что я чуть не занялся с тобой сексом! — нахмурился он. — Я… скучаю по сексу… — осел на место Гук, откинувшись на спинку стула. — Я займусь с тобой сексом. — Ты не сделаешь ничего подобного, Пак Чимин. — прищурился психиатр, раздражаясь ещё сильней. — Мы оба взрослые люди и всё по обоюдному согласию. — В этом месте всё по-другому, и ты это знаешь. — сузила глаза Джиу. — Ты просто злишься, что я убедил Тэхёна позволить мне отсосать ему. — Чимин дьявольски ухмыльнулся, женщина подавила желание заворчать. — Нельзя делать это ни здесь, ни там, Мистер Пак. — вздохнул врач. — Ладно, идите отсюда. Мне нужно поговорить с Чонгуком лично. — Ладно. — Юнги встал и быстро вышел. Пак поднял лягушку с пола и положил её на стол, а затем последовал за старшим. Чонгук нахмурился и придвинул стул поближе к столу. — Чонгук… я не верю, что у тебя Фроттеризм. — вздохнул мужчина, усаживаясь на своё место за старомодным деревянным столом. — Я полагаю, у тебя МКБ. — МКБ? — Импульсивность и расстройство контроля поведения, — тихо сказал мужчина. — Я считаю, что твое внимание сосредоточено на сексуальном удовлетворении. — пояснил он, юноша нахмурился. — О-о-о. — Я собираюсь увеличить дозу твоих лекарств. — записал психиатр что-то, вздыхая. — Чон Чонгук… — он посмотрел на собеседника. — Не мог бы ты поставить стул, который откинул, когда пытался выйти? Младший нахмурился, но кивнул, вставая и хватаясь за стул. Он убрал его и выскользнул из комнаты, направляясь в гостиную. Юноша остановился, когда увидел движение впереди и услышал слабый звук в одной из комнат. Он подошёл ближе и увидел Сокджина, поющего и бренчащего на гитаре, и Юнги, пальцы которого бегали по пианино. — Это помогает ему успокоиться. — тихо сказал Чимин. — Ещё это вытаскивает Джина из его комнаты. — наклонился более миниатюрный парень, мягко взял Гука за руку и посмотрел вверх и вниз по коридору. — Пойдём со мной. Он затащил младшего в комнату Тэхёна, закрывая дверь. — Встань в углу. — указал Чимин, парень нахмурился, но подчинился. — Это слепое пятно в комнате. Я знаю, где они все находятся. — Пак ухмыльнулся и подошел ближе, его глаза расширились. — У-ух! — Я понимаю. — промурлыкал старший в раздумье. — Отодвинься немного туда. — указал Чимин примерно на два фута выше. Чонгук нерешительно подчинился, приказывающий тоже встал между стеной и парнем. Он потянул руку вперёд и схватил Гука, притягивая его ближе. У Чонгука перехватило дыхание, и он прикусил губу, уронив кролика. Чон нежно взял бедра друга в свои руки и шагнул ближе, толкая его спереди к углу. Они оба испустили тихий стон. Младший покачнулся, тихонько задыхаясь, когда Пак прижался к нему. — О, черт возьми, да. — Его дыхание было прерывистым. Чимин вывернулся, прижал напористого парня к стене и потянулся вниз. Чонгук сдержал стон, когда его штаны были сняты, а другой парень упал на колени. — Черт возьми, — младший запустил руку в пушистые локоны, задыхаясь. Его голова откинулась назад, когда Пак поглотила плоть полностью, заставляя закатить глаза. — К-как, черт возьми? Ох! А! Он прикрыл рот свободной рукой, лихорадочно покусывая кожу на ней. Бедра Гука дернулись, но парень не отрывался, происходящее было очень приятным. Младший прикусил губу. Он застонал, возможно, слишком громко, и кто-то прибавил шагу за стеной. Чон услышал торопливые шаги и отстранился, быстро пряча всё. Он схватил друга за волосы на затылке, его дыхание было затруднено, чувствуя, как всё вскипает в нём. — Чтоб вас! — прорычала Джиу, Чимин захихикал. Чонгук спрятался, тяжело дыша, когда женщина подняла Пака с колен. — Я должна заставить тебя ходить с его проклятой спермой на лице. — Ты этого не сделаешь, — ухмыльнулся Пак, подмигнув Чону, когда его вытащили из помещения. Младший вздохнул, подошёл к кровати и плюхнулся на неё, чувствуя, как его тело успокаивается и расслабляется. Это был первый день с тех пор, когда он чувствовал себя так… Спокойно… Парень что-то напевал себе под нос, когда вставал и направлялся в гостиную по прошествии нескольких часов. Чимин сидел на стуле и ухмылялся — Между вами десять футов и не меньше. — пробормотала Джиу, глядя на них. Чонгкук пожал плечами и удовлетворенно вздохнул, усаживаясь и улыбаясь остальным. — Какого чёрта он так счастлив? — приподнял бровь Юнги. — А где Токки? — спросил Хосок, нахмурившись. — Мне сейчас не нужен Токки. — пожал плечами Гук. — Тэхён! Хочешь поиграть со мной в извинения? — он вскочил, доставая настольную игру, уже зная ответ друга. — Что, чёрт возьми, случилось? — ещё раз проговорил Мин. — О-о-о… — ухмыльнулся Чимин, сидя между Хосоком и Юнги. — Я ему отсосал. Он просто сдерживался. — пожал плечами парень, а двое других людей непонимающе уставились на него. — Ты… отсосал ему? — Да. Наверное, ему просто нужно было снять сексуальное напряжение. Хосок смущенно моргнул. Санитары внимательно следили за настольной игрой. У Гука была привычка заставлять людей есть кусочки игры, когда он проигрывал. Но на этот раз, когда он проиграл Тэхёну, то просто надулся и ушёл вместе с ним, чтобы перекусить на кухне с Сонмином, одним из сотрудников. — Ха… — Юнги наблюдал за происходящим вместе со всеми. — Может быть, его лекарством должен быть минет. — Я бы с радостью ему с этим помогал. — ухмыльнулся Пак, его соседи фыркнули и закатили глаза. — Держу пари, что так и будет. На коленях и всё такое. — пробормотал Мин. — Как ты думаешь, как мне это удалось на этот раз? — Мне правда не нужно этого знать. Может ты уберешь свой член наконец?! — Ой, прости.