Все мы психи

Чонгук фыркнул, глядя на игровое поле. Он находился здесь уже две недели.И это его бесило. Парень очень злился. Вот почему Тэхён так хорошо играл в настольные игры? Чон тихо зарычал. — Уходи, — тихо сказал Намджун. Младший фыркнул и встал. — Мне нужен Токки. — он выскочил из гостиной и направился в свою комнату. Гук открыл дверь и замер. Токки не было на его кровати… Парня охватила паника, и он упал на пол, глядя под своей и Тэхёновой кроватью. Его дыхание участилось, когда он открывал каждый ящик комода и вываливал их содержимое, вытаскивая коврики из кровати. — Намджун! — раздался громкий голос Тэхёна. — Что такое… Чонгук? Что ты делаешь?! — ошарашенно уставился на парнишку медбрат. — Где Токки?! — почти вскрикнул Чонгук, прижимая ладонь к нижней части тела. — Мне нужен Токки! — Мы найдём его. Я проверю ванную. Ты ведь оставлял его рядом, когда принимал душ, верно? — Я принёс его назад! — Всё в порядке, я только удостоверюсь. Оставайся здесь. — Нам выскользнул из комнаты, Тэхён нахмурился, глядя на свою разбросанную одежду. — Интересно, может, он у Джина? Он любит собирать вещи. — Задумчиво промурлыкал старший. Глаза Гука широко распахнулись, он выскочил из комнаты и бросился к Джину, резко открывая дверь. Джин быстро спрятал что-то серое за спину, на его лице читался испуг: — Чон Чонгук! Убирайся из моей комнаты! — Верни мне Токки, сукин ты сын! — младший кинулся на сидящего, из-за чего Ким закричал, спрыгнул с кровати и выскочил за дверь, но Чон последовал за ним. Гук повалил его на землю, взвизгнув во время падения. Парень попытался просунуть руки под тело человека под ним: — Дай мне Токки! — Это мое! Я хочу его! Ты не можешь его забрать! — Сокджин! Это не твоё! Верни его Чонгуку! Младший ухватился за игрушку и потянул. Всё погрузилось в мертвую тишину, когда послышался звук рвущейся ткани. Громкий страдальческий вскрик вырвался из груди Чонгука, и он вцепился кулаком в волосы Джина, закричав от злости. Услышав треск, хозяин игрушки толкнул старшего лицом об плитки. Гук перестал слышать посторонние звуки, а только почувствовал как кто-то его оттащил назад и вколол что-то в руку. — Токки! Юнги оттолкнул Джина, схватил кролика и прижал его к груди Чона, наблюдая, как тот успокаивается, когда лекарство начало действовать, а игрушка оказалась рядом. — Спасибо… — паренёк опустил голову, и двое санитаров отнесли его в одну из одиночных комнат, до момента, когда он не успокоится и не перестанет быть агрессивным. Медсестры же стали обрабатывать разбитый нос Джина и помогли ему вернуться в палату. Юнги нахмурился, глядя на кролика. С одной стороны его шеи торчала начинка, а на ухе виднелось немного крови. Намджун понимающе улыбнулся: — Ты сделаешь то, что я думаю? — спросил медбрат и получил кивок. — Ты попытаешься навредить себе или кому-то ещё? — Нет. — Хорошо. Пошли. — мужчина жестом пригласил Мина следовать за ним в комнату искусств. Они подошли к маленькой раковине, Юнги вытер красный цвет со светло-серого кролика., а затем сел на удобный стул. Намджун отпёр ящик стола, достал швейный набор и поднёс его к парню. Юнги тихо напевал себе под нос, Наму показалось, что это что-то классическое. Мин зашил кролика, и тот стал выглядеть как новенький. — Отлично. — Мин вернул назад набор, обняв одной рукой плюшевое животное. Игрушка была очень приятной и мягкой на ощупь. «И довольно милый, » — подумал Юнги Он отнёс Токки к двери, ведущей в узкий коридор, и отдал игрушку Джиу:  — Можете отдать его? — Конечно. — она улыбнулся, собираясь выполнить просьбу.

***

— ТэТэ. — Тата? — Тэхён нахмурился, оглядывая комнату.Парень заметил маленькую девочку с косичками, которая улыбалась ему, сидя на кровати Чонгука, пока он складывал и убирал последнюю одежду. — Привет, ТэТэ… — хихикнула девчушка. — Он учинил беспорядок! Теперь у тебя есть шанс… — Нет, мне здесь нравится, Тата.- пропел Тэ. — Кроме того, я должен остаться и помочь Хосок-и с Мангом. — Забудь их. Разве ты меня не любишь? — надулась собеседница, фыркнув. — Конечно люблю! Я люблю тебя больше всех! — парень широко раскрыл глаза, он боялся, что девочка поймёт его неправильно. — Я знал, что ты так скажешь. — улыбнулась Тата. — Но Тэхен-и… ты слышал разговоры? — Разговоры? — Насчёт врачей. — Тихо сказала она. Парень покачал головой. - Они возобновили лечение. И плохое обращение. То, что вредит нашему мозгу. — Нет, они этого не сделают! — парень отчаянно замотал головой. — Это было в нашем старом доме! Их отправили в тюрьму! — Они возвращаются, ТэТэ. Чонгук был первым шагом. Они усыпили твою бдительность. — Нет! Ты всегда так говоришь! Это неправда! — Сколько времени прошло с тех пор, как ты видел меня, Тэхён? — на распев проговорила Тата. Тэхён нахмурился: — Не знаю… ещё до Чонгука. — Именно. Он появился и пуф! Я не могу больше прийти в гости. — Она печально вздохнула. -А у Юнги и Чимина случился рецидив. Я думаю, что они снова причиняют себе боль. — тихо продолжила Тата. Тэхён вздрогнул. — Ты должен получить файлы. Вы должны понять, зачем этот Чонгук здесь. Эти записи помогут понять, что он является шпионом! Он здесь, чтобы шпионить за нами. Ты должен просмотреть все записи! — Ладно, ладно! Просто… перестань говорить так громко, или ты всех здесь соберешь! — Прошипел Ким. Тэхён прикусил губу, выглядывая из-за двери в коридор. Из гостиной ему была видна часть руки санитара. Он тихо проскользнул по коридору к Джину  — Хён. — Прошептал Тэ, сидящему с повязкой на носу. — У тебя всё ещё есть пропуск? — Да. — Могу я его одолжить? — Быстро спросил младший. — Обещаю вернуть его позже, ладно? — Обещаешь? — Обещаю. Джин нерешительно приподнял коврик, выуживая карточку из прорехи между полом и тканью. — Благодарю тебя! — бросился Тэхён вон из комнаты, Тата жестом велела ему поторопиться, когда они оказались уже у двери. Парень прижал пластиковую карточку к считывателю и набрал код, открывая дверь и проскальзывая внутрь. Он вытащил заколку из носка и встал на колени перед шкафом с папками от «J -M». Юноша вскрыл замок и открыл дверь, перебирая папки. Когда Тэ нашёл Чонгука… он остановился и вытащил папки Хосока, Сокджин, Юнги и свою.А затем запер дверцу, собираясь также украсть и документы Чимина. Он выскользнул из комнаты и вернулся к себе, положив папки под столик у кровати. Воришка схватил свою книгу и достал фонарик, делая вид, что читает большую детскую книгу, когда Намджун пришел, чтобы сделать последние проверки. — Спать хочется? — Нет. — Ты принимал лекарства? — Спросил медбрат — Да. — Отлично, — мужчина нахмурился, выскальзывая наружу. Дверь захлопнулась, а затем сразу же зазвенел замок. Ким ухмыльнулся и полез под кровать, вытаскивая папку Чонгука. Используя свою энциклопедию, чтобы скрыть папку от посторонних глаз, он снова убедился, что все разошлись и погасили свет. Юноша уже собирался открыть папку, когда дверь открылась. Тэхён захлопнул книгу, когда его с ног до головы окутала паника. Намджун вздохнул и протянул руку: — Файлы и ключи. ТэТэ нахмурился, но передал файлы Гука вместе с оставшимися бумагами и ключом Джина. — Как ты понял? — Дверной замок горит в течение пяти минут после того, как его открыли. — Пробормотал медбрат. — Особо не составило труда найти шкафы, которые были открыты. — мужчина направился в сторону двери. — Опусти книгу, выключи свет. Сегодня ты лишился права читать. Я вешаю на дверь табличку с наказанием. — Нет! — Мне самому помочь убрать книги? — изогнул бровь в вопросительном жесте Нам.  — Нет. — покачал головой Тэ.  — Молодец. — медбрат развернулся и вышел, вздохнув. — Они как дети. — Пробормотал Намджун себе под нос. — У меня куча шестилетних или тринадцатилетних детей в телах взрослых засранцев.

***

Тёмные глаза медленно открылись, глядя на ослепительно яркий свет над ним. Человек издал стон из-за пульсирующей головной боли. — О… ты встал. — юноша повернул голову в сторону и увидел незнакомого врача. — Кто ты такой? — Гук попытался переместиться. Внезапно его тело окутал страх. — Почему я не могу пошевелиться?! — Ты пристегнут ремнями. — Пробормотал доктор. Он вытащил шприц, наполненный каким-то прозрачным веществом. — Ч-ч-что это? — Это начало твоей терапии отвращения.  — Т-терапия отвращения? — прохрипел Чонгук. — Хм… — мужчина в белом подошел почти вплотную к привязанному Гуку. — Мои методы считаются… нетрадиционными. Технически это не так законно, как бы мне не хотелось это признавать. — пожал плечами врач, постукивая по игле. Чон захныкал, пытаясь отстраниться подальше. — Теперь. Я собираюсь противостоять вашей болезни.- незнакомец наклонился, поглаживая испуганного парня. Гук ахнул, его глаза широко распахнулись. Он издал жалобный стон, когда игла впилась в его кожу. Юноша закричал, когда почувствовал, как по его венам побежала жидкая кислота. — И вот как это работает. — Доктор почти ласково улыбнулся. — Помогите! Помогите! Выпустите меня! — Закричал Гук, его глаза слезились, а тело билось в истерике. — Пожалуйста! Пожалуйста! Мужчина потянулся к его ягодицам, сдавленный вздох покинул Чонгука, сопровождаемый болезненным криком, слезы выскользнули из уголков его глаз. — Мне очень жаль! Простите меня!— всхлипнул Чон.

***

— Вы тоже это слышали? — шепнул Хосок Тэхёну и Чимину, Юнги тайно их подслушивал. — Доктор Квон был здесь вчера вечером. — Что?! Этот больной ублюдок? Зачем? — прошипел Мин, поворачиваясь к ним. — Они забрали Чонгука, и прошлой ночью доктор Квон начал лечение. Сейчас Чонгук забился в угол нашей комнаты и дрожит на кровати с тех самых пор, как его привели назад. Он просто обнимает своего кролика и вздрагивает, когда я подхожу к нему. — хмурился Тэ. — Как ты думаешь, какое… лечение он использовал? — Спросил Чимин. — Это не шоковая терапия. — мрачно пробормотал Ким. — Я бы это понял. — парень ещё сильнее нахмурился. — Доктор Квон был одним из первых сотрудников этого места? — Спросил Хосок, положив руку ему на плечо. — Он был главным врачом, который наблюдал за лечением. — тяжело вздохнул. — Твою мать! — нахмурился Юнги. — Мне кажется, я видел следы от уколов. — Ты же не думаешь, что он использовал сыворотку? — Чимин с волнении прикусил губу. — Я сейчас ни в чём не уверен.- покачал головой собеседник. — Я даже не знаю, для чего это было сделано. — Эй, Джун? — позвал мужчину Мин, получив в ответ тяжёлый вздох. — От чего Чонгука лечился прошлой ночью? — Терапия отвращения. Я думал, что уже поздно, но он же врач. Ему виднее. — пожал в ответ плечами медбрат. — Нет! — подскочил со своего места Чимин. — Ты не можешь позволить ему пройти терапию отвращения! Вы не можете, он сделает только хуже! Он-зло! — Чимин! — прикрикнул Нам. — Он прав! Это только усугубит всё! — Вмешался Тэхён. — Ага! Он и нам причиняет боль! — Добавил Хосок. — Мальчики, хватит. Если вы хотите увидеть Чонгука, идите дальше. Но не распространяйте глупые слухи. Вы же знаете, как к этому здесь все восприимчивы. — Но ведь это правда! Верно, Юнги?! — выжидающе посмотрел на старшего Тэ. Тот же в свою очередь сначала помолчал, а потом невозмутимо ответил: — Нет. — Что?! — завопили парни. — Вы — психи. — сказал Мин, повернувшись к телевизору. — Какого черта?! — сердито прорычал Чон. — Разве он не проводил терапию отвращения к твоей огненной штуке? — нахмурился Чимин. Обладатель зажигалки напрягся: — Ну и что с того? — Как… как он это сделал? — Не твоё дело. — Мин встал и пошёл прочь, присутствующие обменялись взглядами и нахмурились.  — Чёрт возьми. — он направлялся в музыкальную комнату, но остановился, услышав шмыганье носом. Юнги нахмурился, разворачиваясь в стороны комнаты Гука, и проскользнул внутрь. — Хэй. — А! — сидящий паренёк подпрыгнул и отполз назад. — Всё в порядке! — проговорил Мин, подняв руки в примирительном жесте и сев на кровать Тэхёна. — Всё хорошо… — повторил он, нахмурившись. А затем оглядел трясущегося юношу. Старший заметил маленькие покрасневшие пятнышки на плече друга, и легкую россыпь таких же пятен на его руке. — Он использовал ту жидкость, верно? — спросил Юнги. Чон ничего не ответил, а только нерешительно кивнул головой. — Как он это делал? — Мин понимающе покачал головой. — Со мной он постоянно щёлкал зажигалкой или показывал мне картинки по телевизору о пожаре. — тихо проговорил он. — Он… сделал это и с тобой тоже? — Тихо спросил Гук. — Да. Мне можно? — старший указал на край кровати Чонгука и, дождавшись кивка, сел около парня. — Спасибо. Мин подвинулся, прислонившись спиной к стене: — Он держал меня там два дня. И заставлял перестать резать себя. — К-как? — Спросил младший. Юнги нахмурился. — Он резал меня и ложил на раны фиолетовую слизь. Он резал меня снова и снова, а затем лил эту слизь на раны. Иза-за этого раны будто горели. Было очень больно. — говорящий тяжело вздохнул. — Санитары просто решили, что я сам сделал порезы. — Мин нежно потер внутреннюю сторону бедер. — А тебя как? — Он прикоснулся ко мне, а затем использовал прозрачную жидкость. — Пробормотал Чонгук. — Прикоснулся к тебе? — приподнял одну бровь Юнги. Гук бросил испепеляющий взгляд на своего собеседника. — Господи… —  вздрогнул Мин. — С тех пор у меня не было стояка, так что, возможно, это сработало. — прохрипел Гук в ответ. Юнги вздохнул, придвигаясь ближе. — Это чушь собачья. — пробормотал старший, получив растерянный взгляд. — Мы же взрослые мужики, верно? — Да? — Так кому какое дело, если ты ласкаешь себя на публике? По крайней мере, ты держишь его в штанах и пытаешься спрятать. — нахмурился Мин. — Ты хоть представляешь, сколько раз Чимин совал свой член мне в лицо? — он вопросительно посмотрел на юношу. — Или сколько раз он пытался отсосать мне? — Почему ты не соглашался? — нахмурился Чон. — Честно говоря, он в этом хорош.- промурлыкал юноша, когда его накрыли воспоминания того раза в комнате. Но он почти сразу же задохнулся и вздрогнул, боль пронзила его, когда его член дернулся. Из-за чего тело успокоилось. Глаза Чонгука наполнились слезами, и он крепче сжал кролика. — Почему… почему для меня неправильно хотеть испытывать удовольствие? — Он шмыгнул носом. — Я не понимаю! —  Гук фыркнул носом, но продолжил. — Я никогда никого не насиловал, только тёрся о них. Я никогда не дрочил в общественном месте! Так что, я слишком много хочу?! Почему мне нельзя этого позволить?! — Он посмотрел на собеседника, надув губы. — Что плохого в желании немного удовольствия снаружи, когда все, что я чувствую, это грусть внутри? —  голос юноши дрогнул. — Потирания… Прикосновения… к чему бы то ни было… Это… заставляет меня чувствовать себя… менее… одиноким и грустным. Уткнулся носом в своего кролика Чонгук: — Я чувствую себя таким опустошенным! Но когда кто-то так со мной, или я делаю это сам… я забываю, как мне одиноко, и я могу сосредоточиться на удовольствии. — снова шмыгнул носом говорящий, посмотрев на сидящего рядом. — И это не так уж плохо. Юнги сидел молча. Он встал с кровати и подсел ближе к младшему, до такой степени, что они оказался на расстоянии меньше фута друг от друга. — Опусти ноги и дай мне коробку с салфетками. — дал указание Мин. Юноша нахмурился и медленно опустил ноги, отдавая салфетки. Рука старшего скользнула по его бедру, вызывая вздох и болезненный всхлип. — Не надо! — Т-с-с. Ты мне доверяешь? — Спросил Юнги, глядя в глаза Чонгуку. Гук не сказал и слова, а только робко кивнул, пытаясь расслабиться, когда Мин расстегнул его штаны и провёл рукой по его члену. Под чужой ладонью всё горело, но под этой болью пряталось удовольствие, когда ловкие пальцы двигались вдоль твердеющего стержня. Юноша прижался лицом к кролику, застонав, когда старший более резко провёл рукой, вырывая приглушенные стоны из парня. Боль начала отступать по мере того, как нарастало удовольствие. Стоны Чонгука стали громче и протяжней, Юнги прижал салфетки к члену Чона, когда тот кончил с с довольным рыком, закатив глаза. Он тяжело вздохнул, расслабляясь. — Лучше? — Да. — Прохрипел Гук, когда старший всё убрал. — Ты хочешь, чтобы я тоже это сделал? — Нет. — покачал головой Мин, прикрывая руками свой стояк. — Это скоро пройдёт. Прости. — Все хорошо… это… мило. — покраснел от своих же собственных слов Гук. — Приятно, когда люди прикасаются ко мне и хотят этого, а не когда я трусь об них, а им это не нравится.- Пробормотал он, нахмурившись. — Только не сзади. — Внезапно сказал Юнги, напугав собеседника. — А? — Никогда не подходи ко мне сзади. Особенно если ты будешь тереться об меня.- Пробормотал Мин. — Мой отчим… — говорящий замолчал, переводя дыхание. — Он обычно удерживал меня и трахал меня сзади. Иногда на кровати, иногда над столом или у стены. Я был слишком слаб, чтобы отбиваться от него. — прошипел старший. — Мне очень жаль, что я так поступил. Я потерял контроль и выместил всё на тебе. Прости. — нахмурился Гук. Парень только усмехнулся на словах Чон:  — Посмотри на себя, берешь всю ответственность. — Мин игриво толкнул юношу локтем, заставив улыбнуться. — Ты… Ты намекаешь, что я могу потереться о тебя спереди? — дьявольски улыбнулся обладатель кролика. — Нет. Я говорю тебе, что ты не можешь сделать это со спины. — старший удивленно поднял бровь. — То, что вы понял из сказанного зависит только от тебя… — Ого… — Намджун заглянул в комнату, некогда разговаривающие с друг другом парни испуганно дёрнулись. — Вы двое ладите? — Мы нашли кое-что общее. — сказал Юнги, пожимая плечами. — Да ладно! Что это такое? — Это секрет! — хихикнул Чонгук, получив в ответ улыбку медбрата. — Ладно, вы двое. Старайтесь не убить друг друга. — Джун выскользнул из комнаты, оставив парней наедине, чтобы они могли поговорить и найти что-то общее, кроме терапии отвращения.