Шёпот во мгле

      Гостьей действительно оказалась Лидия Бонье. После непродолжительной игры в Шерлока Холмса и работы с реестром недвижимости пожилая дама нашла место жительства единственного молодого человека, с которым ее внучка общалась очень тесно. И вот мадам Бонье наконец-то перешагнула порог чужой квартиры.       Джулиан провел гостью в зал и, извинившись, удалился в спальню перезванивать своему юристу. Рафаэль проявил себя джентльменом и, взяв Лидию под локоть (нисколько не стесняясь своего наряда, не подходящего для такого торжественного момента), проводил ее к креслу. Его сильные пальцы бережно держали руку, покрытую лёгкими морщинами, словно величайшую драгоценность.       — Так много лет прошло, Господин… — приятным голосом проронила мадам Бонье, с улыбкой рассматривая каждую черту аристократа, стоявшего перед ней. От взгляда светлых голубых глаз не укрылся укус на запястье Лоры и ее довольная улыбка. — Окажите мне честь.       — С превеликим удовольствием, мадам, — Рафаэль склонился к утонченному запястью и легко его прокусил, мелкими глотками начав пить кровь своей верной «жертвы». Для высшего вампира не имел значения возраст Лидии, он прекрасно знал, какие стойкие и выносливые Бонье. Он сам их такими сделал. Даже в столь преклонном возрасте мадам Бонье способна кормить одного вампира без вреда своему здоровью. Граф Герен аккуратно посадил женщину обратно в кресло, удовлетворенно понимая, что несколько дней ему не понадобится питание. Кровь Бонье была насыщенной и питательной, способной утолить даже самый сильный голод.       — Бабушка, — ласково позвала Лоррет, ставя на журнальный стеклянный столик чашку с чаем и коробочку с печеньем. Лидия благодарно улыбнулась внучке. Вернулся Джулиан и удостоился заинтересованного взгляда от мадам Бонье.       — Я и не знала, что друг моей Лоры — вампир, — мягко улыбнулась женщина.       — Я и сама недавно узнала, — виновато кашлянула Лоррет, умоляюще поглядывая на Господина. Рафаэль усмехнулся про себя и внял молчаливой просьбе. Высший вампир ввел в курс дел главу рода Бонье, зная, что Лидия не намерена оставаться в стороне. Атталь и Лора ранее уже прощупывали почву в вопросе денежной помощи от Бонье в разговоре с Рафаэлем и маленькими, но верными шажочками направили его в нужное направление…       И, конечно же, Лидия лично занялась поиском рынка для надежного сбыта необычного товара, который состоял из пожитков графа Герена. Найти безопасных и состоятельных клиентов для продажи дорогостоящих предметов искусства и оружия оказалось непросто. Рафаэль подал хорошую идею, что надо бы организовать тайный аукцион. Бонье и Джулиан поддержали своего Господина. Мадам Бонье поднимала свои связи и искала людей, которые смогли бы грамотно провести аукцион и обеспечить доставку покупок по адресам клиентов. Помещение для проведения сего мероприятия нашлось достаточно быстро. В это же время Лоррет составляла перечень всех предметов, находящихся в тайнике, которые граф Герен называл ей по памяти. Конечно, после того как все будущие товары будут перемещены на склад партнёров по аукциону, будет проведена тщательная опись и составлены каталоги товаров, которые затем профессионалы своего дела сформируют в слоты.       Время только близилось к полудню, а квартира Атталя превратилась в маленький штаб будущего гнезда Герен. Все были заняты подготовкой к проведению аукциона. Как-то незаметно пришел курьер с доставкой одежды для Рафаэля. Заботливыми женскими руками она была вытащена из пакетов и идеально выглажена. Свой наряд для похода в клуб с очень специфической тематикой Джул подготовил заранее. К пяти часам ожидался приход юриста Джулиана.       К назначенному часу на столе уже дымились четыре кружки с ароматным кофе. В вазочке аппетитно разместилось овсяное печенье с шоколадом. Вампиры и прекрасный пол с серьезными выражениями лиц разместились в гостиной. Вот в третий раз за день зазвонил домофон, и хозяин дома отправился открывать дверь деловой гостье.       Персональным юристом Джула оказалась строгая, но весьма обаятельная женщина, которая выглядела слегка за сорок. Рафаэль оценил элегантный брючный костюм с жилетом темно-фиолетового цвета, обтянувший стройное тело. Лианн Энри чуть наклонила голову, позволяя коротким светло-русым прядям упасть на лоб. Ее глаза удивительного стального оттенка проницательно пробежались по присутствующим, подмечая малейшие детали. Будучи адвокатом, Лианн умела следить за выражением своего лица, ничего не выдало ее изумления.       Мадемуазель Энри приходилось сталкиваться в своей работе с разными клиентами, и большинство из них имело не самую хорошую репутацию… Но адвокат никогда не сталкивалась с мистикой, и даже знакомство с Джулианом почти десять лет назад не вызывало у нее особых эмоций. Но вот властный мужчина, устроившийся в одном из кресел, физически источал ауру мощи и давящего авторитета. Было в нем что-то такое… Чуждое человеку. Лианн умела читать людей и сразу поняла, что надменный блондин является явным лидером и пользуется глубоким уважением. Откровенно говоря, незнакомец очень заинтересовал мадемуазель Энри и не ее одну.       Статная дама с чистыми небесными глазами почти по-отечески, даже немного снисходительно смотрела на адвоката, без труда угадав ее мысли. А молодая девушка выражала любопытство и дружелюбие, Лианн сразу поняла, что две дамы в этом коллективе — родственницы. Джулиан, как всегда, проявлял учтивость и предложил ей кофе. Лианн Энри поздоровалась и приняла ароматный напиток, впрочем, не торопясь его попробовать. Не то чтобы адвоката сильно смущали следы свежих укусов на коже ее клиентов, но определенное недоумение точно вызывали. Кажется, присутствующие в этой комнате любили специфические практики. А вроде выглядели все очень прилично. Кроме блондина, разумеется, он, наоборот, навевал не самые приличные мысли. Лианн оглядела женщин и Атталя. Вкусы его, конечно, не вписывались в «стандартные рамки». Однако это не касалось мадемуазель Энри совершенно, пусть люди чем хотят, тем и занимаются.       — Джулиан сообщил мне, что вам нужны поддельные документы, мсье… — обратилась Лианн к мужчине.       — Зовите меня Рафаэль, — подсказал собеседник, мягко улыбаясь. Его мурлыкающий баритон полностью обволок женщину, но с толку не сбил.       — Какие конкретно документы вам нужны, Рафаэль? — поинтересовалась адвокат, уже предчувствуя, какая крупная работа ожидает ее юридическую компанию.       — Полный пакет персональных бумаг, — ответил высший и добавил: — и полное юридическое сопровождение бизнеса.       Лоррет и Джул удивленно переглянулись и в поисках ответа вопросительно посмотрели на невозмутимую Лидию, которая так же не имела ни малейшего понятия, о каком бизнесе идет речь. Лианн не упустила возможности и поинтересовалась, что за деятельность имеет в виду ее клиент. Джулиан едва сдержал смех, когда Господин с серьезным лицом сходил за ноутбуком и показал свой аккаунт в популярной соцсети и его стремительно растущую статистику. Кажется, аристократ всерьез подсел на виртуальное общение и по достоинству смог оценить влияния интернета на общество. Мировой паутине граф Герен явно отвел не последнее место в своем плане по возрождению гнезда и завоеванию былого величия.       — И что вы собираетесь продавать? — немного недоуменно уточнила Лианн, стараясь вникнуть в суть непонятных ей рассуждений ни о чем.       — А у вас проблем с сердцем нет? — неожиданно огорошил адвоката Рафаэль. Она насмешливо хмыкнула и качнула головой. Тогда по гостиной прошелся легкий ветерок и мадмуазель Энри застыла, почувствовав, как чужой шепот обжег ее ухо, а на плечи легли сильные мужские ладони. — Вечную жизнь. Сердце Лианн испуганно застучало в груди. Человек не был способен на такое…       — Какой вы обходительный, — улыбнулась Энри, не изменившись в лице. Как мило со стороны Рафаэля поинтересоваться сердечным здоровьем дамы, чтобы та не слегла с инфарктом от небольшой, но наглядной демонстрации. Лианн невозмутимо отхлебнула кофе и проинформировала: — Сами понимаете, информационное право — отрасль достаточно новая и требует специалиста широкого профиля. У меня такие есть, но их услуги стоят недешево. Но вам сделаю скидку, уж очень интересный у вас подход к предпринимательской деятельности.       — Поздравляю Лианн, — подал голос Джулиан, — теперь ты адвокат вампира.       — Спасибо, что не дьявола, — тихо фыркнула мадемуазель Энри.       На этом шутки и неожиданности кончились. Лидия и Рафаэль обсуждали с Лианн необходимые документы. Постепенно этот разговор поменял тему: адвокат и вампир с жаром говорили о развитии юриспруденции во Франции за последние года.

***

      Лианн ушла поздно вечером, полностью загруженная поручениями особой важности. Джулиан и Рафаэль собирались в клуб «Brume», иногда высший переписывался с кандидатами в доноры, уточняя место встречи. Лоррет решила попроказничать и подвела глаза Джулу, которые и так притягивали к себе взгляд, придав им дерзкое выражение. Вампирам не надо было стараться, чтобы выглядеть впечатляюще. На графе Герене очень элегантно смотрелась черная рубашка с цветочным фиолетовым принтом и черные узкие брюки. Однако игриво расстегнутые на груди пуговицы и солнечные очки (высший не хотел светиться цветом глаз раньше времени) придавали Рафаэлю немного разнузданный вид. Атталь отнюдь не терялся на его фоне.       Лора заставила надеть Джулиана темно-бордовую рубашку и черные рваные джинсы с массивным ремнем. Изящные руки украсили тонкие серебристые браслеты. Атталь уложил густую копну волос в небрежную, но стильную укладку. Лоррет печально вздохнула, когда Джулиану пришлось надеть линзы и спрятать свой настоящий цвет глаз. Но от этого менее красивым юноша не стал. Высший лишь окинул вампирчика взглядом и довольно хмыкнул, заставив Джула немного смутиться.       Как только солнце ушло за горизонт и зажглись уличные фонари, вампиры отправились на прогулку, решив дойти до клуба пешком. Лидия уехала вместе с внучкой к ней домой, сердечно попрощавшись с Рафаэлем и Джулианом. Граф Герен не спеша вышагивал по тротуару, завораживая прохожих ленивой грацией кошачьей походки. Среди сотен людей, проходящих в центре Парижа, он был единственным, кто обучен бою на мечах. И это уникальное знание оставило глубокий след в облике и повадках высшего вампира. Джул прекрасно понимал, что тренированное тело Рафаэля — не дань моде и стандартам красоты как в современном обществе, а смертоносное оружие. Атталь не являлся неуклюжим или неловким, он много лет посвятил боевым единоборствам, но не обладал той легкостью и автоматизмом в движениях, что были доступны графу Герену.       — Урок номер два, Джулиан, — протянул Рафаэль, взглянув поверх очков на своего спутника, — прислушайся к окружающему тебя миру, напряги все свои органы чувств.       — Хорошо, Госп… — Джул вовремя себя оборвал, поймав на себе странный взгляд проходящего мимо мужчины.       — Зови меня на людях Рафаэль, — хихикнул граф Герен и посерьезнее добавил: — но впредь я для тебя Мастер, а не Господин. Ты мой ученик, а я твой учитель.       — Мастер, — тихо прошептал Атталь, чувствуя непонятную силу и значимость, сокрытую в этом обращении. Юный вампир послушался Рафаэля и начал присматриваться и прислушиваться к миру вокруг себя. Его обвивали сотни запахов и звуков. Джулиан чувствовал каждого прохожего, слышал, как человеческие сердца гоняли по венам кровь. Вампир сглотнул набежавшую слюну и бросил быстрый взгляд на высшего, заинтересованно осматривающегося по сторонам. Графа Герена словно бы и не терзала жажда. Постоянная и непрерывная. Рок жизни после смерти. Однако голод по крови быстро оставил Атталя, стоило ему сосредоточиться на других запахах.       — Пошли туда, у нас еще есть время, — вдруг потянул Рафаэль Джулиана в сторону торгового центра. Какое-то время вампиры бестолково слонялись по этажам, зарабатывая заинтересованные и косые взгляды других посетителей. Графу Герену оказались любопытны абсолютно все бутики и магазинчики, что им попадались. Высший фотографировал на старый телефон Джулиана (однако камера на нем была хорошей) все, что представляло для него хоть какой-то интерес. Ожидая, пока Рафаэль закончит снимать на видео рекламу лапши быстрого приготовления на большом экране, Атталь с опаской представил, что было бы, знай высший о прямых трансляциях.       Все шло относительно спокойно, пока Рафаэль с Джулом не зашли в магазин сувениров, обозвавшийся антикварным. Атталь опасности не учуял и оставил графа Герена одного, вампирчика привлекли статуэтки забавных лягушек. По непонятной причине Джулиану они очень нравились, и все полки дома он обставил забавными статуэтками. Даже на ключах от дома у вампира висела миленькая зеленая квакша. Перспектива пополнить свою коллекцию настолько вдохновила Джула, что он услышал разгоревшийся спор, когда спорщики перешли на повышенные тона.        Джулиан поспешил к кассе. Стоило вампирчику увидеть Рафаэля, грозно потрясывающего обнаженной катаной, едва ли не тыкающего оружием в раскрасневшегося от гнева продавца, его сердце ухнуло вниз.       — Это, по-вашему, оружие?! — рычал граф Герен, приняв воинственную позу, — Да этой железякой даже убить никого нельзя, даже если очень захотеть. Почему рукоять перевешивает лезвие?! Зачем катане гарда, вы собрались ей фехтовать?! Почему навершие выглядит так, словно его лепил ребенок, а не ковал кузнец?! Где баланс?!       — Да этот клинок выковал сам Мишэль Сериано! — вопил мужчина за прилавком, злобно брызжа слюной, — Вы ничего не понимаете в оружии! Это произведение искусства!       — О, у меня весьма богатый опыт в этом деле, — с нажимом произнес высший, мастерски поигрывая клинком в руке. Джулиан успел повиснуть на руке вампира прежде, чем он совершил бы непоправимое. Золотые глаза посмотрели в упрямые темные, и Рафаэль вспомнил, где находится. Он молча положил катану на прилавок и надменно обронил напоследок: — Я вам плохие отзывы напишу везде, где только можно. Забудьте об удачных продажах. Куда катится мир… — высказался возмущенный подобным невежеством в таких важных вещах граф Герен Джулу.       — Какое безобразие, Мастер, — наигранно цокнул в тон ему Атталь и заработал ироничный взгляд, а потом оба вампира разразились заразительным смехом…       К клубу они подошли не скоро, обойдя все этажи торгового центра и сфотографировав пару кошек по дороге (Рафаэль очень любил кошек, и они отвечали ему взаимностью). Вход отыскать оказалось непросто, пришлось побродить по узким переулкам и внимательно слушать, откуда гремела музыка. Высший вампир внимательно прислушивался к незнакомому звучанию. Мужчины подошли к стальной двери, над которой яркими неоновыми огнями горела вывеска с вульгарными зелеными губами, обнажившими белые клыки. Проход им загородил высокий мужчина в серьезном костюме-тройке — охранник.       — Третий урок, Джулиан, смотри внимательно, — бросил Рафаэль и уверенно пошел в сторону секьюрити. Атталь молча смотрел и запоминал. Изящным движением высший снял солнечные очки и взглянул прямо в глаза амбала, бархатисто произнеся властным голосом:       — Пропусти.       Словно заторможенный, охранник послушался и посторонился, пропуская графа Герена внутрь. Стоило двери закрыться, как мужчина потряс головой, словно бы отгоняя наваждение. Он грозно уставился на Джула, оставшегося на улице. Видимо, Рафаэль хотел, чтобы вампирчик провернул подобный фокус. Но… Джулиан раздосадованно вздохнул. Он знал о гипнотических свойствах своего взгляда, поэтому и носил линзы. Они блокировали этот иногда абсолютно ненужный эффект, но Мастер об этом не знал, а снимать линзы Атталь не собирался. Аховая ситуация.       Юноша собирался подождать несколько минут, пока граф Герен не поймет в чем дело, и уже тогда написать ему. Джулиан раздраженно втянул в себя воздух и застыл, распознав далекие нотки чужого запаха с цветочными нотками, похожими на аромат Рафаэля, но намного слабее. Мурашки побежали по загривку Атталя. Он вскинул голову наверх и смог вовремя заметить на крыше одного из ближайших домов метнувшуюся в темноту гибкую невысокую тень. Джул поспешил за ней, ощущая присутствие себе подобного.       Джулиан без труда преодолел за десяток секунд подъем на крышу по пожарной лестнице. Но другой вампир уже перемахнул на другую крышу, сиганув на десяток метров по воздуху. Однако погоня пробудила темную сторону Джула и подстегнула продолжить преследование, обнажив клыки в гневном оскале. Если бежит, значит, жертва. Вампир понесся вперед и мощным толчком ноги оттолкнулся от края крыши, растянувшись в головокружительном прыжке. Человеческое сердце в его груди бешено стучало. Атталь никогда так не рисковал. Но приземление оказалось успешным. Джулиан начал развивать невероятную скорость, будучи быстрее гепарда и резче змеи. Расстояние между ним и другим вампиром верно, но медленно начало сокращаться. Вампир довольно рыкнул и снова пошёл на риск, прыгнув на убегавшего, не обращая внимания, как удлиняются ногтевые пластины и трансформируются в когти. Бросок получился успешным, и Джул повалил… Злобно шипящую вампиршу.       Они начали кататься по крыше, обмениваясь ударами, пока не отскочили друг от друга. Джулиан оказался сильнее своей миниатюрной противницы с яркими алыми глазами и обесцвеченными волосами.       — Дампир! Человеческое отродье! — злобно прорычала блондинка, принюхавшись, — Убирайся из этого района, это моя территория!       — Сука, а ты всего лишь чья-то сука, — в ярости прошипел Джулиан*, придя в бешенство от подобного оскорбления из уст себе подобной. Столько лет он искал свой род, так надеялся найти поддержку и понимание со стороны вампиров, влиться в общество, где не нужно скрываться и постоянно бояться. Но все эти надежды были такими ложными и наивными. Вместо понимания Джулиан Атталь встретил презрение и отвращение со стороны вампиров, как и людей когда-то. Дитя двух миров, не принадлежавшее ни к одному из них.       Злоба, отчаяние и обида, много лет, копившаяся в нем, нашла выход. Со звериным рыком Джулиан кинулся на вампиршу, намереваясь заставить ее поплатиться за свои слова. Кажется, он был старше и опытнее девчонки, которая оказалась бессильна против его боевых приемов и стремительных движений. Его когти оставляли глубокие раны на ее теле, а ее удары редко попадали в цель, но Атталь словно бы и не чувствовал их.       — Хватит, — прозвучал повелительный голос Рафаэля, но Джул лишь громче зарычал, доведенный до того состояния, когда вампир в человеке не признавал над собой ничьей власти. Его пальцы сомкнулись на шее девчонки с немалой мощью, словно защелкнулись тиски капкана. Тогда длинные пальцы высшего сжались на шее юноши, заставляя отпустить жертву.       — Уходи, — бросил граф Герен удивленной появлением неожиданного спасителя вампирше, который понял, что обратили ее совсем недавно и чувства еще не перестали бурлить в ней. Девчушка быстро кивнула и пташкой слетела с крыши.       Рафаэль аккуратно оттянул голову Джулиана за волосы и вгляделся в искаженное от негативных эмоций лицо. Кажется, теперь высший понял, в чем дело. Подобных полукровок избегали из-за таких вот неконтролируемых скачков эмоций, которые, конечно, не возникали без причины. Подавление своей истинной сущности на протяжении всей жизни привело к тому, что Джулиан пока еще не умел сдерживать себя в руках, одиночество и непонимание в детстве оставили глубокие раны в душе Атталя. И юный вампир оказался намного опаснее, чем предполагал Рафаэль.       Кончиками пальцев граф Герен погладил напряженное лицо, мягко разглаживая гневную гримасу. Высший вампир не отпускал Джула и пытался успокоить, транслируя ему свои эмоции. Но это не помогало, Джулиан обладал собственной сильной волей и отказывался принимать навязанные желания даже высшего вампира. Тогда Рафаэль ослабил захват и отпустил юного вампира, однако тот не спешил нападать.       — Послушай, все совсем не так, как ты себе представляешь, — мягко начал граф Герен, — да, ты навсегда застрял между двумя расами, и они чувствуют в тебе что-то чуждое им и поэтому обходят стороной. Но это не значит, что не найдется тех, кому ты не безразличен. Свою смешанную кровь ты считаешь проклятьем, а я — удивительным чудом.       — Да неужели? — иронично усмехнулся Атталь, немного придя в себя.       — Да. Ты живой, — в голосе Рафаэля прозвучали нотки старой и очень глубокой печали, — несмотря на то, что вечная жизнь дает множество преимуществ и приятных ощущений, я никогда не перестану со светлой грустью вспоминать время, проведенное в качестве человека. Я скучаю по солнцу, лучи которого губительны для меня, и по вкусу обычной человеческой еды. Ты сам знаешь, как болезненна может быть вечность, когда твоя эпоха стремительно проносится мимо, вырывая тебя из привычной жизни. Обращенные не сразу понимают, как много минусов у их нового обличья. Но ты… Джулиан, ты уникальный, взявший все самое лучшее от обеих рас. Мне понятны мотивы вампиров, которые обходили тебя стороной все эти годы, но поверь мне, я не разделяю их взглядов. Думаю, Лоррет поддержала бы меня.       Атталь промолчал и, пристально смотря в золотистые глаза графа Герена, поверил ему. Почему-то Рафаэль казался ему не похожим ни на одного вампира современности, он был преисполнен нечеловеческой мудрости и избавлен от глупых предрассудков. Быть кому-то нужным и иметь поддержку за плечами — это все, чего хотел Джулиан, как и любое другое живое существо. С появлением графа Герена жизнь Атталя преобразилась. Больше не надо было скрываться, не надо было врать и стесняться своих желаний. Теперь они с Лоррет находились на одной стороне, что не могло не радовать юного вампира. Все-таки он успел привязаться к этой милой девушке, но никогда бы не посмел раскрыться ей и подвергнуть опасности.       — Пойдем в «Brume», тебе нужно растратить свое напряжение, — предложил Рафаэль и потянул Джула за собой. После боя с вампиршей в нем все еще кипел азарт боя и Атталю действительно нужна была встряска, чтобы его растратить. Вампиры быстро преодолели обратный путь, и Джул успел сообщить графу Герену о проблеме с линзами.

***

      Клуб встретил пробирающими до мурашек вибрациями музыки и приглушенной темнотой, разрываемой тусклой красной подсветкой. Джулиан пробежался заинтересованным взглядом по танцующим людям. Здание имело два этажа: на нижнем находились просторный танцпол, небольшая сцена и бар. На верхнем находились vip-ложи для уединения. Атталь недоуменно осматривался.       Это больше походило на БДСМ-вечеринку, чем на встречу любителей вампиров. Рафаэль тоже весьма скептично провожал фигуры, полностью обтянутые в латекс. Джулиану не очень нравилось здесь находиться. Громкая музыка резала слух, а нос оказался забит гаммой запахов. Вампиры поднялись на верхний этаж и наблюдали с балкончиков за тусующимися людьми.       — Мастер, а мы точно по адресу? — подозрительно поинтересовался Джул, постепенно привыкая к шумной обстановке и ярким лучам прожекторов.       — Да, Джулиан. Все самое интересно здесь, — улыбнулся граф Герен, даже сквозь музыку слыша пробивающиеся крики экстаза. Рафаэль потянул Атталя в одну из комнат, немного попереписывавшись со своими собеседниками из соцсети.       Дампир пристально уставился на парочку, ожидавшую их внутри. Рафаэль первым начал разговор, обворожительно поприветствовав своих будущих доноров. Все внимание Джулиана было приковано к миловидной и скромной на вид девушке не старше двадцати. Привлекательная азиаточка, возможно, с примесью европейской крови, уж очень светлой была ее кожа. Прямые волосы ниспадали до самых ягодиц и были разделены аккуратным прямым пробором. Блестящие темные глаза столкнулись со взглядом Джулиана, и он почувствовал, как удлинились его клыки от желания попробовать ее кровь на вкус. Лоррет принадлежала Рафаэлю и носила на себе его запах, хотя ее кровь была просто потрясающей на вкус, Атталь понял, что эта незнакомка привлекала его как донор для кормления намного больше*. Конечно же, девушка заметила его интерес и начала рассматривать в ответ.       На парня, который беседовал с Рафаэлем, Джулиан не обращал внимания, стоило ему только вдохнуть запах кандидата в доноры. Однако личностью тот оказался яркой и даже вызывающей. С белыми волосами и выстриженными черными висками. Эффектные смоки выделяли светло-серые глаза на смуглом лице. Подкаченное тело прикрывала белая рубашка и кожаные черные штаны, а грудь и талию соблазнительно перетягивали ремни портупеи. Парень выглядел лет на двадцать пять и вид имел весьма бунтарский. Его звали Алан Дюран, а девушка представилась как Мэдоко Ясуда.       Вампиры подсели к своим предполагаемым жертвам и начали задушевную беседу, заказав две бутылки вина и легкие закуски. Джул потихоньку разговаривал Мэдоко, подливая ей в бокал вина, и находил взаимный интерес с ее стороны, что не могло не радовать вампира. Рафаэль, конечно же, заметил такое повышенное внимание к единственной представительнице прекрасного пола в их компании и не мешал своему ученику. Спокойная и немного стеснительная Мэдоко действительно подходила Атталю.       А вот Алан… Опытный высший сразу разглядел за напускной дерзостью и вызовом желание подчиняться. Еще в переписке граф Герен понял, что вампиризм у юноши тесно связан с сексуальными практиками, хотя Рафаэль и предупредил, что пока он ищет отношения только «вампир-донор», без секса. Но Дюран подсознательно ощущал в Рафаэле предводителя и явно искушенного в специфических практиках человека, парень надеялся на что-то большее. А, познакомившись с властным вампиром в реальности, его эротические предпочтения еще сильнее выползли наружу.       За разговором и горячительными напитками незаметно пролетели два часа. Рафаэль и Джулиан узнали от своих собеседников то, что хотели. Они казались подходящими кандидатурами, настало время финальной проверки. Граф Герен под заинтригованными взглядами проверил дверь и подозвал к себе Джула. Тонкие пальцы пробежали по ряду пуговиц, расстегивая. Дампир, улыбаясь, повел плечом, позволяя ткани соскользнуть вниз и обнажить след от недавнего укуса. Алан выпрямил спину, переводя пронзительный взгляд с Атталя на графа Герена, понимая, что эти ребята занимаются этим всерьез. Парень сглотнул и сжал вспотевшие ладони в кулаки. Хмель постепенно уходил из крови, и Дюран начинал понимать, насколько серьезно то, на что он сам подписался.       — Вы правда прокусили его кожу? Разве вампиризм не практикуют через разрезы? Это же нестерильно, — сильно удивилась Мэдоко, проявляя удивительную просвященность в данном вопросе. Девушка определенно имела опыт в данной сфере.       — Да, вы правы, — согласно качнул головой Рафаэль, но не дал Ясуде расслабиться и снял очки, шокировав будущих доноров цветом своих глаз, а затем улыбнулся, демонстрируя самые настоящие клыки, — но это только в том случае, если вы делаете это с другим человеком. Вы можете смеяться, но мы вампиры.       — Вампиры? Черта с два! — иронично улыбнулся Алан, подходя ближе к Рафаэлю и уверенно заявляя, — Вы в линзах. А клыки сделали в стоматологии.       — Правда? — насмешливо улыбнулся Джул и тоже клыкасто усмехнулся, — Может, опробуем, насколько искусственны наши клыки, на вас. Подделка не пробьет кожу.       — Молодые люди, не спорьте в присутствии дамы, — нахмурился граф Герен, но заметил, что в глазах Мэдоко лишь любопытство и скептицизм. Дюран закатал рукав и протянул запястье вампирам.       — Джулиан, будь добр, развей сомнения мсье Алана, — интимно прошептал на ухо дампиру высший вампир, — а я полакомлюсь тобой.       — Да, Мастер, — Джул намеренно использовал именно это обращение и взял Дюрана за руку, довольно заметив, как он задрожал. Атталь бросил горячий взгляд на замершую Ясуду и обворожительно улыбнулся.       Джулиан прижался губами к загорелому запястью, легко прокусив кожу и припал к ранке, делая глубокие глотки. Быстрая боль обожгла плечо самого дампира — это Рафаэль выполнил свое обещание. Атталь не сдержал тихого приглушенного мурлыканья и выгнул спину. Джул оторвался от чужого запястья и, зализав ранки, прямо посмотрел в расширенные глаза Алана, в которых уже расползалась мутная дымка желания и наслаждения от яда. Джулиан полностью расслабился и откинулся в сильных объятиях своего Мастера, получая удовольствие от чужого кормления. Граф Герен, кажется, слегка захмелел от дозы алкоголя в крови своей жертвы, иначе как объяснить, что высший поставил на персиковой коже засос и мелкими поцелуями начал подниматься по шее наверх. Вот Рафэль сжал талию дампира и впился ему в губы страстным поцелуем, даже не скрывая своего желания. Атталь не смог сопротивляться этому обаятельному искусителю и, обвив шею высшего, усердно начал отвечать. Граф Герен не ожидал настолько пылкого ответа, Джул грубовато прихватывал нижнюю губу Рафаэлю и дразнящее посасывал его язык.       Вампиров объяла такая страсть, что, не обращая внимания на невольных зрителей, они приступили к более решительным действиям. Джулиан оседлал Рафаэля и, углубив поцелуй, слегка потерся бедрами о Мастера. Интерес оказался взаимным. Прохладные ладони забрались под полурасстёгнутую рубашку Атталя, твердо оглаживая контрастно горячую кожу*. Джулиан сделал то, что давно хотел, запустил пальцы в мягкие серебристые волосы графа...