Небесная Принцесса И Мятежный Король

Когда Кларк оказывается в столице Ледяной Нации, в голове только туман. Как блондинка не силится нормально соображать, единственные образы, которые приходят в голову, так это то, как они с Аней бегут к Челноку после Горы Везер, никого там не находят, ни единой души, даже обугленные тела пропали. Паника, а потом... Туман. Её сильно ударили по голове чем-то твёрдым и тяжелым. Потом погрузили на что-то вроде повозки, или деревянной лошади. И тут Кларк смутно поняла, что если её мозг придумывает такое, то... Она по уши в дерьме. Всё, что она слышит по дороге, так это странные голоса непонятный шёпот. Наконец разлепив глаза, Гриффин понимает, что не одна сейчас может распрощаться с жизнью, ведь с ней едут ещё пара десятков людей разной внешности и явно из разных кланов. Тут были и старики, и девушки, и старые женщины, и ещё совсем дети. Все они выглядели на удивление спокойными, ну или же Кларк просто казалось. Здесь кто сидел, кто лежал, кого просто вырубили, как и блондинку, а какой-то дедушка развалился на жёстком деревянном полу и спал, чуть похрапывая. «Наверняка просто смирились со своей участью» подумала Кларк, стараясь сама не поддаться панике, поскольку этого ей точно не хотелось. Нужно было продумывать план побега, если убежать вообще будет возможно. В основном здесь присутствовали девушки и пожилые люди, парней здесь не было совсем. Это и понятно, ведь в основном эти воины в меховых шкурах брали и вырубали беззащитных, волокли на своих лошадях и обращали в рабство, чудовищно с ними обходясь. Ну, по крайней мере именно такие рассказы Гриффин и слышала о Ледяной Нации. Потом её привозят в очень снежное место. Точнее нет, снега тут не наблюдается, ведь лето на дворе, так что видимо... Видимо ей просто очень холодно. Это город, абсолютно точно город. Каменные здания с трубами (надо же, эти дикари умеют делать хорошие камины и трубы!), из которых тонкой полоской выходил дым, узкие улочки с небольшим количеством людей на них, маленькие окошка под потолком, прямо как в тюрьмах, почти в каждом доме. Блондинка поёжилась. Если здесь такой холод летом, то что же происходит зимой?! Это место ей точно не нравилось. Когда блондинка ещё немного приходит в себя, то остатками здравого смысла склеивает кусочкам информации, которую получила в дороге. Итак, она в плену у Азгеды. Кто её лидер? Возможно, если им устроить встречу, то она могла бы с помощью запугивания уговорить его (или её) выпустить её на свободу. Хотя кому блондинка врёт, и так понятно, что запугивать уже давно нечем. Все её оставшиеся люди либо в Маунт Везер, либо там, на Ковчеге, умирают от недостатка кислорода. Пальцы на ногах она не чувствовала уже давно в основном в силу того факта, что с водопада в Маунт Везер она спрыгнула в кроссовках, один потеряла, а второй промочила насквозь, и поэтому выкинула. Только теперь Гриффин начала понимать, насколько она грязная: они с Аней намазались грязью, чтобы их не заметили, потом блондинка ещё каталась по листьям, потом... в общем, от неё очень сильно несло. Потом их подвезли к какому-то низкому, одноэтажному зданию, в котором их криками и пинками выставляют в шеренгу. Потом мужчины кричат девушкам о том, что для них есть замечательная работа. Гриффин и сама хотела вызваться, пока они не загоготали, что это «работа» состоит только из одного компонента, и это, как они выразились, «согревать постели храбрых воинов Азгеды». На удивление оказалось довольно много желающих, среди которых оказалось и пара девочек четырнадцати, а то и тринадцати лет. От одной подобной мысли Кларк передёрнуло. Никогда бы она, тем более будучи в таком возрасте, не согласилась на такое. Ещё три девушки, включая саму Кларк, отказались от подобной участи. Две другие, в отличие от блондинки, выглядели сносно, и даже красиво. Их насильно заставили выйти за дверь вслед за только что вышедшими добровольцами, а те лишь плакали и даже почти не предпринимали попыток вырваться или сбежать. Ужасная участь. Трёх стариков, оказавшихся в плену, куда-то увели, подгоняя окликами и свистом. Потом посмотрели на оставшихся людей: тут была сама Кларк, пять довольно старых женщин и две матери, у одной из которых на руках был один, совсем ещё грудной ребёнок, а другая держала за руки девочку лет семи и мальчика лет трёх. У Кларк перехватило дыхание. Неужели они и детей..? Женщина с младенцем вдруг упала на колени под ноги одного из воинов, и начала кричать. Да причём так горестно и громко, что Гриффин даже не знала, чего ей больше хочется; зажать уши или подбежать к несчастной и жалеть, жалеть без остановки... — Пожалуйста, позаботьтесь о моём мальчике, не убивайте его! Воспитайте как одного из своих, делайте со мной что угодно! Я буду спать в одной постели с вашими воинами, согревать их ночами, стирать, готовить, только спасите Ялу! На лице мужчины, которому доставили такой «почёт», появилась настолько мерзкая улыбка, что блондинке ну очень захотелось врезать этому мудаку. Как так можно! Это же не люди, а животные! Животные, которые не понимают ценности человеческой жизни, которые не понимают, что это такое — жить в жестяной банке, где нету ничего, кроме стен, давящих на тебя. Для которых ударить или изнасиловать женщину — пустяк, о котором даже задумываться не стоит. — Встань, женщина, — мерзко усмехнулся этот мужлан, смотря прямо в глаза этой несчастной, которая была немногим старше Кларк. Лет двадцать, может немного меньше. Девушка покорно встала, всё ещё с надеждой смотря на воина. Тот лишь продолжал ухмыляться, смотря на неё как на вещь, оценивая, какова она будет в постели. — Иди в мою хижину, Шарлотта проводит тебя. — закончил он, кивая загнанного вида девушку примерно тринадцати лет, а когда женщина проходила мимо с ребёнком, шлёпнул ту по заднице. Потом мужчина подошёл ко второй жертве с двумя детьми и схватил её за щёки, поворачивая голову то вправо, то влево, как бы рассматривая её. — Ну, — проговорил тот снова отвратительно улыбаясь. — а ты, куколка, не последуешь примеру своей подружки, а? Будь умницей, а иначе потом проблем не оберёшься. И тут Кларк действительно испугалась. Ибо в глазах у этой женщины вспыхнуло такое пламя, что казалось она ударит этого ублюдка прямо здесь, сейчас, при всех, после чего ей точно не поздоровится... Её убьют. — Никогда, — заговорила громко женщина, сжимая руку испуганной девочки настолько, что та даже ойкнула. — я не буду служить, и тем более трахаться с такими ублюдками, как вы! На лице у мужчины отразилась такая злость, что казалось, он сейчас взорвётся. — Мерзкая шлюха! — зашипел воин, а потом со всего размаху влепил женщине такую пощёчину, что её голова резко повернулась вправо. Блондинка сжалась, стараясь казаться как можно незаметнее. Она могла только удивляться храбрости своей подруги по несчастью; даже после удара она не сгорбилась, оставляя спину идеально прямой, с поднятым вверх подбородком. Тем более что ей было, что терять; двое детей это всё же не хило. — Вы все пойдёте работать на кухню, живо! — заорал этот подонок, всё ещё со злостью смотря в глаза непослушной. Кларк стояла слево от неё, и поэтому услышала, как воин, прежде чем начать подгонять оставшихся к выходу, прошептал женщине на ухо: — А с тобой я ещё разберусь, шлюха.

***

Только придя в небольшое здание, немного похожее на бар для воинов, Кларк поняла, что в пути они находились почти четыре дня, и за всё это время она съела только пару кусков хлеба и несколько раз попила растопленного снега. Попав в небольшую кухоньку прямо за основным залом, где обычно пировали, Гриффин прямо таки набросилась на совсем маленький кусочек жаркого, которое они с остальными жёнщинами на кухне разделили. С блондинкой из знакомых сюда пошли работать только та женщина с двумя детьми и ещё одна старушка. Женщину звали Рупией, и Кларк почти сразу же пропиталась к ней симпатией, и вроде бы это было взаимно. Её дети постоянно ошивались где-то рядом на кухне, но это никому не мешало, да и периодически им перепадала еда из остатков с блюд, которые им надо было мыть. Видно было, что Рупия боится за своих детей не только из-за того, что это Ледяная Нация, но и из-за угроз того мерзавца, который дал ей пощёчину. — Я, Лея, Пан и мой муж из Клана Воды. ПодаКру, если быть точнее. — рассказала женщина Кларк в первый же вечер после прибытия в Азгеду. — Мы занимались торговыми делами, перевозя грузы в Тонидиси, и несколько дней назад на наш караван напали. Моего мужа и наших друзей убили на месте, а нас с детьми и ещё парочкой женщин взяли в плен. У нашего Клана и так были не очень хорошие отношения с Азгедой, но в войну мы разумеется вступать не собирались. А зря. Было видно, что Рупия ненавидит не только Ледяную Нацию, но и всех, кто просто сдался и не собирался бороться против рабства. И Кларк справедливо разделяла это чувство. Гриффин собиралась сбежать при любом удобном случае, и плевать что если её поймают, то убьют. Хуже всё равно уже быть не может. Ох, как она тогда ошибалась. Примерно через четыре дня после прибытия сюда, в этот бар (если его можно было так назвать) пришёл целый отряд воинов, которые по слухам только-только вернулись из какого-то похода. Впрочем, Кларк это абсолютно не волновало, её работой было подавать и убирать со стола, а не интересоваться сплетнями. Когда одна из старух сунула блондинке очередной кувшин с чем-то, похожим на вино, эти гости пробыли в этом доме уже больше двух часов, продолжая громко говорить и ухахатываться. Гриффин было аж тошно смотреть на их грязные морды, пьяные рожи и похотливые взгляды, направленные на двух других молоденьких девушек, которые так же подавали еду. Неся в одной руке сосуд, а в другой блюдо с чем-то, напоминающем тушёные овощи, девушка подошла к самому краю стола. В основном здесь были мужчины, которых она не видела раньше, и поэтому вовремя разлива спиртного по бокалам исподлобья наблюдала за всеми ними. Когда очередь дошла до самого конца длинного стола, Кларк посмотрела на сидящего перед ней воина с кудрявыми волосами и россыпью веснушек на щеках, что придавало всему его грозному виду какой-то детской смешинки. Она и раньше его заметила, ведь он явно был главным среди всех этих людей. Всегда, когда он начинал говорить, все остальные замолкали; на него непрерывно смотрели при любом высказывании, ожидая одобрения, а когда кто-то задавал вопрос, то ответ этого человека, ну, как показалось блондинке, был самым весомым и значительным. На самом деле, если бы он оказался с ней в Сотне, то на него бы сразу стали вешаться девушки, ведь в принципе «Мистер Кудряшка» был очень даже красив. Когда Кларк начала наполнять его бокал, то почувствовала на себе тяжёлый взгляд. Жидкость текла слишком медленно, стакан казался неимоверно большим или даже бездонным. Хотелось закончить со всем этим как можно скорее, а потом просто уйти обратно на кухню и забиться в уголок, снова и снова обдумывая план побега. Внезапно, этот мужлан схватил девушку за запястье и повернул к себе так, чтобы их глаза остались на одном уровне. — Слышь ты, грязное отродье, не приближайся ко мне близко, от тебя несёт. У Кларк перехватило дыхание. Да как он посмел! Она, мать его, девушка, хотя она не удивилась бы, если бы кто-то подумал, что она намного старше, да ещё и прислуживает ему, так он ей в лицо говорит такие вещи! Хотя нет, блондинка забыла; это Азгеда, здесь так принято — воспринимать женщин как товар, а не людей. Девушка побагровела, а потом снова побледнела. Хотя, вряд ли это кто-то заметил под тем слоем грязи, который покрывал её кожу. Насколько нужно быть жалким, чтобы унизить женщину. Господи, как же она уже его ненавидела! — Как вам будет угодно. А потом просто завернулась и ушла. Перед этим явно заинтересовав его. Как только блондинка вошла (правильнее будет сказать «внеслась») на кухню, на неё сразу же обратили внимание все, кто там был. К ней медленно подошла старушка, которая видимо была из ТриКру, явно видя злость, которая из Кларк так и била ключом. — Девочка, с тобой всё хорошо? Господи, как её сейчас одновременно удивляла и радовала эта женщина (её звали Трия). Одновременно с Гриффин подавали еду ещё несколько девушек, и как минимум одна из них вернулась раньше Кларк, а значит, все на кухне уже знали, что произошло между ней и этим... дикарём. — У вас так со всеми женщинами принято обращаться? — вместо ответа прошипела Кларк, яростно оттирая блюдо от остатков жаркого, которое раньше на нём находилось. Все, кто тут работали, уже давно поняли, что Кларк явно не из ТриКру, как она всем рассказывала. Слишком её поведение, взгляды на жизнь и внешность отличали её от обычной землянки. Но задать вопрос на прямую никто ещё не решился, в основном потому, что видели, какой у неё взрывной характер и храброе сердце. Поэтому сейчас Трия и ещё пара женщин, включая Рупию, присели рядом с ней, молча наблюдая за разъярённой девушкой. — Ты скоро привыкнешь, — тихо произнесла Трия, стараясь не поднимать глаз. — Но я не хочу привыкать! — крикнула Кларк, с грохотом кладя несчастное блюдо в лохань к другой чистой посуде. Она впервые за весь этот диалог посмотрела на женщин, окружавших её, и внезапное чувство благодарности захлестнуло её. Ведь у этих пленниц было полно других дел, да и с чего бы вдруг им помогать такой жалкой девушке, но нет, они сидят рядом и предоставляют немую поддержку. Сделав глубокий вдох а потом выдох, Гриффин улыбнулась, стараясь вложить в эту улыбку как можно больше благодарности. — Спасибо. — тихо пробормотала блондинка, а потом быстро пошла за новым кувшином. У неё есть план мести.

***

У Беллами определённо был тяжёлый день. Две недели назад они отправились заключать мир с Кланом Песков, и переговоры прошли, мягко скажем, не очень хорошо. Вспомнился даже случай 5-ти летней давности, когда Горный Клан, который в этот момент враждовал с ними, заслал в столицу Ледяной Нации шпиона, который отравил посла из Клана Песков. Беллами был разъярён, даже девушки за эти две недели не поимел. К тому же, на обратной дороге, на них напала стая волков, от которой надо было отбиваться. Ему поранили плечо, так что первым делом, даже перед посещением сестры, он пошёл в лечебницу. Там работала добрая подруга его покойной матери — Риана, женщина, которую почитали и уважали на всей территории Ледяной Нации. Риана как всегда покачала головой, смотря на глубокую царапину. Эта милого вида старушка никогда не задавала лишних вопросов, что Беллами в ней очень ценил. Разумеется, он уважал её ещё и за просто блистательный ум и знание своего дела, но всё таки Риана была лучшей подругой его матери, да и суровый лидер Ледяной Нации знал её ещё мальчишкой, так что она в каком-то смысле заменила ему мать. Женщина быстро завершила перевязку своими быстрыми и умелыми руками, а потом сказала ему приходить в лечебницу каждые два дня последующие две недели для смены повязки и за новой порцией целебной мази. Разумеется, Беллами совершенно не волновала эта маленькая, незначительная царапинка, ведь бывало и гораздо хуже, но знал, что сразу же получит нагоняй от Октавии, если всё таки решит просто продолжать тренироваться. Потом уже изрядно проголодавшийся лидер пошёл пировать. Он был далёк от всех эт политический новостей, которые было принято обсуждать на каждом обеде в Клане Песков, поэтому сейчас был очень рад простым разговорам со своими друзьями за вкусной едой. Да, Беллами заметил, что на кухне прибавилось женщин. Большее количество из них были невозможно грязными, что его очень бесило. Ну же, есть общая баня, в которую можно просто взять и сходить, обмыться и так далее, тем более что с водой у Азгеды точно не было проблем. Боже, как же бесит. В основном все девушки смотрели на лидера либо с благоговением, либо со страхом. Здесь у всех женщин преобладала вторая эмоция, но только не у одной из них. Она была ещё грязнее, чем все остальные. Ходила в каких-то тряпках (где она вообще их здесь достала?), и смотрела на всех воинов — в том числе и на него — с нескрываемым презрением. Точнее, может эта девка и думала, что это не заметно, но Беллами уж точно это видел. Она постоянно держала спину прямо, не поддаваясь страху ни на секунду, и из всей её фигуры так и сквозила власть и превосходство. Вот же блядь, думает, что она лучше него? Это взбесило Беллами. Да она пленница, и не имеет никакого права на это мнение! Она здесь никто, и пусть только попробует оспорить этот факт. Когда она в очередной раз подошла, чтобы налить ему вина, с тем же презрительным выражением лица, лидер Азгеды просто не выдержал. — Слышь ты, грязное отродье, не приближайся ко мне близко, от тебя несёт. И тут же пожалел о своих словах. Да, возможно в списке его принципов не было «не-трахать-каждую-ночь-новую-девушку-а-сразу-жениться-на-любви-своей-жизни», но у него точно был принцип «не-обижать-девушек». Это было ясно как день — каким жалким нужно быть, чтобы унижать или даже бить женщин? А Беллами знал много таких воинов — которые чувствовали превосходство, причиняя боль более слабым. И лидер Ледяной Нации только что опустился до такого. Беллами сразу же помрачнел, даже не обращая внимания на то, что большинство воинов, сидящих за столом, сразу после его фразы залились хохотом. В это время девушка сначала покраснела (да, Беллами заметил это даже под этим слоем грязи), потом побледнела, а потом ему даже показалось, что она сейчас взорвётся и накричит на него прямо здесь, при всех. Несмотря на его ожидания, девушка тут же успокоилась и ледяным тоном, смотря прямо ему в глаза, произнесла: — Как вам будет угодно. И своей походкой гордой сучки ушла обратно на кухню. «Из неё вышел бы неплохой лидер.» внезапно подумал Беллами, но тут же встряхнул головой, отгоняя эти мысли. Она в конце концов его пленница, блять! Последующие десять минут Беллами сидел с угрюмым выражением лица, не принимая почти никакого участия в разговоре. Его взбесила вся эта ситуация, жутко взбесила. Эта девушка сама довела его, в конце концов, так теперь ещё и делает вид, что он виноват! Да, может это правда, но совсем чуть-чуть. И тут из кухни снова вышла она. Беллами старался не смотреть на неё, гораздо больше времени уделяя неплохого вида брюнетке, которая сидела рядом с ним. Но когда эта нахалка подошла к нему, чтобы налить ему вина, Беллами сразу почуял что-то недоброе. И не зря. Когда тоненькая струйка жидкости ещё текла в его стакан, руки девушки вдруг очень неестественно дернулись, проливая добрую половину кувшина на его меховую накидку. Беллами тут же вскочил, в ярости смотря на совершенно невозмутимую служанку, на лице которой теперь играла еле заметная победная улыбка. — Ой, я извиняюсь. Я такая неуклюжая! — хихикнула она, смотря на разъярённого воина, стоящего прямо напротив, который был раза в три больше неё. — Да ты, блять, совсем тупая? Мозги где потеряла, а?! — заорал в ответ Беллами, сдерживаясь из последних сил, чтобы её не ударить. И дураку было видно, что эта тупица сделала это специально, в отместку за его высказывание про отродье. Девушка в ответ на его слова лишь окинула того холодным взглядом, когда Лидер наклонился прямо к ней и прорычал: — Четыре дня без еды, понятно тебе? На эту фразу девушка лишь шутливо (как ему показалось) поклонилась ему и ушла в кухню, оставляя за собой ужасно неприятный осадок. Да, она определённо заинтересовала его.