Глава 18
21 марта 2021 г., 22:00
***
Снова по кругу. Изо дня в день. Все повторялось по новой. Чонгук вернулся домой после того, как раненый чувствами ушел к Тэхену на несколько дней. Он не связался с Хосоком, не написал и слова, что все в порядке, из-за чего чувствовал к себе отвращение, всматриваясь в старенький Опель астра, припаркованный напротив входа. Хосок был дома. Не ждал его, не смотрел на дисплей телефона в надежде увидеть заветное имя. Хосок просто отпустил, доверился и перестал винить себя. Он сделал все, что было в его силах. Другого дать он ему не мог. Мужчина пил горячий кофе и читал газету. Спокойствие и солнечные лучи, освещающие лицо через окно, создавали иллюзию тихого счастья, пока стрелка часов не нарочно напоминала о том, что время непозволительно быстро летело. Секунда за секундой, а так и вся жизнь. Шелест гладких страниц доставлял удовольствие, как и запах самой свежей газеты, который Хосок уловил, еле проведя носом по буквам. Вчитываться в новости не хотелось, но одна статья показалась парню довольно интересной. «Выбор жизни». — «Мы сами выбираем свою жизнь. Хотя это и не очевидно. В этот зазор неочевидности так хочется спрятаться, отдаться воле судьбы, снять с себя ответственность, жаловаться, что «не сложилось» и всячески отмахиваться от простой правды. Правда такова: мы сами выбираем свою жизнь», — медленно прочитал Хосок вслух, иногда прищуривая глаза на плохо пропечатанных словах. — Отлично написано, — послышалось ровное сзади. Хосок прикрыл глаза и опустил газету. Плеча коснулась рука, а после его голову наклонили назад. — Я рад, что ты так считаешь, — ответил Хосок, проглотив слюну, что в таком положении головы было сделать трудно. — Ты снова грустишь, — после этих слов последовал кроткий поцелуй в лоб. Хосок слегка улыбнулся и, перехватив тонкую руку, заставил обойти себя. — Я думал о том, что сегодня много дел, а я не хочу расставаться с тобой, — эти слова были безумно сладкими для него, но ей он это говорить хотел. Девушка слегка наклонила голову, сжимая большой палец парня в своей ладони, и села к нему на ноги, обвив шею руками. — Тогда никуда не уходи, — прошептала она ему, убирая газету из рук. Хосок прикрыл глаза, вдыхая запах сладких духов. Наедине с Аен было спокойно и одновременно волнительно. От нее исходила сильная аура, рядом с которой Хосок чувствовал себя сильнее. Чувствовал себя живее всех живых. — Давай сделаем так, — начал говорить парень, а потом заметил силуэт в дверях, — Чонгук? Увидеть младшего Хосок хотел больше всего, но в тот момент он думал, что лучше бы Чонгук не возвращался. Ничего не ответив, Чонгук отвел до этого притянутый парой взгляд и пошел дальше по коридору, оставив после себя нагнетенную атмосферу. Только через секунду мозг Хосока начал снова работать, и парень заметил, как испуганно в ту сторону смотрела Аен. Возвращаться обратно всегда страшно. Однако в этот раз все изменилось с другой стороны. Чонгук закрыл дверь в гараж и прижался к ней, крепко сожмурив глаза. Картинки вечера в ресторане сменяли друг друга с бешеной скоростью, а слова, сказанные тогда, кричали в уши так сильно, что их хотелось закрыть. Ее лицо Чонгук вспомнил сразу. Тогда она мило улыбалась, пытаясь показать себя интеллигентной и самоуверенной женщиной, однако после ее вопроса Чонгук понял, что гниль течет по ее сосудам вместе с кровью. Он надеялся, что ему повезет больше с ней не пересечься, хотя и знал, что работать вместе с Хосоком они начали. Опустив руки, Чонгук нервно улыбнулся, когда понял, что перестал быть частью жизни старшего, как это было раньше. Полностью зараженный своими мыслями и эмоциями, он совсем перестал замечать происходящее рядом с собой. До этого момента Чонгуку казалось, что ему все равно на окружающий мир, который продолжил жить, когда его мир разрушился, но это было не так. Увидеть такого счастливого Хосока парень был не готов. За дверью послышались шаги. Чонгук дернулся прежде, чем повернулась ручка. Его мир, застрявший в прошлом, встретился с настоящим, и Чонгук стал бы лжецом, если бы сказал, что это было не больно. — Ты вернулся, — первое, что сказал Хосок, когда их глаза встретились. — Да, — ответил на выдохе Чонгук, опустив голову. Его руки мерзли от нехватки тепла, поэтому он засунул их в карманы. Увидеть улыбку на лице старшего, показалось парню чем-то ненастоящим. Но еще более непривычными стали следующие за улыбкой объятья. — Я волновался за тебя, — сказал Хосок, хлопая по спине лучшего друга, — как ты? Не обняв в ответ и не сказав и слова, Чонгук продолжал стоять, выискивая в своем сознании хоть что-то. Прежняя злость на старшего оказалась ничтожной по сравнению с теплым чувством, разливающимся по телу. Раньше это было самым привычным между ними, а сейчас Чонгук замер, не зная, как поступить. — В любом случае, — продолжил говорить Хосок, когда понял, что ответа не получит, — я рад, что ты вернулся. — Я тоже. Старший вздрогнул, когда Чонгук обнял его одной рукой в ответ, а через пару секунд напряжение в теле испарилось, оставив после себя спокойствие.
***
Возвращаться всегда страшно, особенно, когда боишься, что отношение к тебе не будет таким, как раньше, но Чонгук ошибался. Хосок продолжал ценить его, как своего младшего брата, несмотря на то, что они оба отдалились друг от друга. За смогом безучастности ко всему внутри продолжала жить боязнь того, что последний человек, который не оставил в тяжелое время, может бросить, перестав терпеть выходки. Найдет себе спокойствие в другом человеке, перестав бороться за счастье прежнего. Хосок был единственным, ради кого Чонгук решил вдохнуть свежего воздуха, перестав усыхать в гараже под слоем пустых бутылок. Потерять его — означало потерять веру в себя, а увидев, как он улыбался той девушке, Чонгук понял, что это первый шаг к тому, что терпение может кончиться. — Мы тут уже проходили или мне кажется? — спросил Хосок, остановившись. Он крутил головой, выискивая глазами указатели, но его лицо только сильнее хмурилось. Посмотрев по сторонам, Чонгук заметил женщину с книгами, мимо которой они проходили минут десять назад. — Да, проходили, — выдохнул он. — И чего ты мне раньше не сказал? — возмутился Хосок, развернувшись назад, и чуть не ударился с мужчиной, проходящим мимо. — Я просто шел за тобой, — невозмутимо ответил Чонгук, повернув за другом. Сегодня был первый раз за последний год, когда окружающие люди не раздражали Чонгука. Они проходили мимо, у каждого была своя жизнь, а он думал лишь о том, что у него может быть своя. Снова. — Почему нельзя дать точный адрес? Зачем мне «поверни направо с главного входа, потом пройди три ряда, а на четвертом поверни налево», — бубнил недовольно Хосок, пока Чонгук еле успевал идти за ним, — «там ты увидишь большой магазин с морепродуктами, а от него еще пройди двадцать тысяч шагов, прежде чем найдешь мою проклятую лавку!» Чонгук продолжал идти следом, выслушивая такие привычные ругательства старшего. Многочисленные звуки поглощали все мысли. Давно Чонгук не посещал места с таким большим скоплением людей, но единственное, что его волновало, было не потерять старшего из виду, чтобы не заблудиться. Самый большой рынок Сеула «Тондэмун», полный запахов, красок и насыщенной атмосферы хаоса. Это было так чуждо для парня с серой и пустой душой, что рынок казался фейерверком чувств. Хосок и Чонгук шли быстро, обгоняя медленных людей и ловко обходя длинные очереди. Разноцветные навесы сменялись на пластмассовые вагончики и обратно. Где-то виднелись небольшие магазины в зданиях, отделенные перегородками. — Вроде, вон его вывеска, — крикнул Хосок, когда вдали показался небольшой магазинчик с черной вывеской «Стройматериалы», — стой тут с пакетами. Хосок любил командовать всегда, однако его лидерские качества очень нравились младшему. Махнув головой, Чонгук отошел к пустой стене между лавками, чтобы не мешать потоку людей и достал свой телефон. Они расстались с Тэхеном пять часов назад, но ему казалось, что прошло несколько дней. Пролистывая контакт с его именем и фамилией возникло тягучее желание снова написать ему. Пальцы сами нажали на иконку и начали бегать по экрану, набирая сообщение. «Ты уже проснулся?» После того, как появилось две галочки, Чонгук быстро спрятал телефон в карман. На улице мороз. Именно эту причину парень придумал этому действию, хотя и почувствовал толику волнения. Пробежав глазами по проходящим людям, Чонгук начал трясти ногой. Мысли о светловолосом пианисте снова начали окутывать. Лицо Тэхена, освещенное пламенем свеч, вчера было слишком близко, и, если бы не тот вопрос, Чонгук мог бы сократить те десять сантиметров между ними. Тэхен ведь не просто водил руками по его ногам, груди, спине, по его волосам и кадыку, он чувствовал то же влечение, что и сам Чонгук, уверенный в этих мыслях. Однако именно тот вопрос заставил парня задуматься, был ли он готов к такому огромному шагу. — Удивительный мир, не правда? — прозвучал рядом мягкий мужской голос. Чонгук окинул взглядом подошедшего человека в теплом пуховике и сразу отвернул голову в другую сторону. Хосока не было уже около пяти минут, парень начал раздражаться от того, что старший его оставил одного на такое долгое время. — Вы не против, что я тут постою? — не унимался мужчина и подошел к Чонгуку ближе. — Стойте, — кинул парень и снова достал телефон, чтобы проверить сообщения. Прямо перед уходом Чонгука Тэхен собирался лечь спать, после того, как так и не смог заснуть ночью, но, видимо, он до сих пор не проснулся. Тяжело выдохнув, Чонгук положил телефон обратно в карман и взглянул на мужчину, который решил прикурить сигарету. — Не боитесь меня? — спросил неожиданно незнакомец после того, как выдохнул белый дым изо рта. — А должен? — Вот и удивительно, что нет, хотя я совершенно незнакомый Вам человек. От меня можно ожидать чего угодно, — бархатный голос мужчины выдавал в нем зрелость. Чонгук незаметно для себя заслушался. — Тогда я никому не должен доверять, — ответил Чонгук. — Да, я согласен с Вами. Без доверия никуда. Но как же невероятно, что нам приходится доверять каждому человеку, — незнакомец взглянул на Чонгука и по-доброму улыбнулся. — А Вы боитесь меня? — оперевшись на стену, спросил парень. — Не боюсь, но я насторожен. Всегда. Хмыкнув, Чонгук отвел взгляд и заострил его на вывеске магазина напротив. — Тогда почему Вы подошли ко мне? — задал Чонгук вопрос просто так, понимая, что ответ он знать не особо хотел. — Вы стояли отдельно, поэтому я решил, что мне с Вами будет спокойнее. — Но Вы все равно насторожены, — подметил Чонгук, все так же продолжая вчитываться в слова на вывеске. — Конечно. От внезапного звука пришедшего сообщения Чонгук и незнакомый мужчина переглянулись. Ким Тэхен: «Да. Но мне сразу стало грустно. Я привык к тебе». — Скажите, не боитесь ли Вы переходить дорогу? — вдруг спросил мужчина, смотря, как Чонгук набирает ответное сообщение. — В смысле? — Чонгук посмотрел на незнакомца и нахмурил брови. — Когда Вы стоите перед светофором, а машины несутся прямо перед Вами с бешеной скоростью. Не боитесь ли Вы людей, стоящих за Вами? — легкая улыбка на лице незнакомца начала тревожить Чонгука. — Нет, что они мне сделают? — Вдруг среди них окажется психопат, который решит пихнуть Вас навстречу капоту? Усмешка, следующая за этими словами, вселила страх в парня. Он обошел мужчину, встав прямо напротив него. — Почему это звучит, как угроза? — Нет, вовсе нет, — лицо мужчины стало взволнованным, а на глазах появились небольшие морщинки, — это просто мои мысли вслух. — Чонгук, — голос Хосока был еще приглушен гулом рынка, но Чонгук сразу обернулся на него. — Спасибо за разговор, — сказал Чонгук со сталью в голосе и, напоследок осмотрев незнакомца, пошел навстречу старшему. Оглянувшись один раз, он понял, что тот мужчина продолжал следить за ним, поэтому взяв Хосока под руку повел его в обратную сторону. — Что случилось? — возмутился старший, когда Чонгук впился пальцами в его руку. — Мужик странный ко мне докопался. — Чего он хотел? — Ничего интересного. Ты все нашел, что тебе нужно? — Чонгук еще раз обернулся, но мужчины не было. — Теперь да, — Хосок осматривал друга и не мог понять, что произошло, — я тебя не узнаю. Чонгук резко остановился и непонимающе посмотрел на старшего. — Твои глаза горят, ты будто тот старый Чонгук, которого я потерял год назад. Что тот мужик тебе сказал? — Не думаю, что я понял его правильно. Немного пораскидывая мыслями, старший отступил. — Ладно, давай зайдем в бар и расслабимся, — улыбнулся Хосок и положил руку на плечо младшего. Шанс на прошлую жизнь прямо сейчас пролетел перед глазами Хосока, и упускать он его не собирался.***
Тысячи огней ночного города проникали в комнату. Фиолетовые, оранжевые, синие и красные рекламные вывески на небоскребах освещали дорогую мебель, спрятанную в темноте. Среди них теми же цветами сверкало лицо молодого человека, лениво наблюдавшего за происходящим на проспекте. Машины, прохожие — все куда-то двигались и спешили даже в разгар позднего вечера. На другой стороне улицы проходил зимний фестиваль. Внимание привлекли две люксовые иномарки, заехавшие на территорию отеля. Юнги нахмурился от своих мыслей и поднял глаза обратно к звездному небу. Отель "Эпос" принадлежал семье Сурия, бизнесменам из Тайланда, которые открыли сеть отелей по всей Юго-Восточной и Восточной Азии. Глава семьи — Лат Сурия являлся серым кардиналом. Директорами отелей он назначал близких себе людей, пока сам руководил всем со стороны. Никто из простых людей не знал, как он точно выглядит. Сурия старший никогда не появлялся на светских вечеринках, но крепко жал руки с высокими чинами. В отеле, где управляющим являлся Юнги, главой он поставил своего приемного сына, как и еще в четырех гостиницах Таиланда. Дверь в приемный зал открылась, Юнги перевел взгляд на мужчин, которые вошли. Сразу включился свет, и зарезало в глазах. — Скажу сразу, я ожидал другого, — Тассна снял с себя пальто и аккуратно уложил на спинку кресла. Рядом с ним вошел Дисс Сурия — правая рука и глава охраны. На самом деле их связывало намного большее. Например, они выросли в одном доме. Однако Тассна был старше Дисса на шесть лет. Более смышлёный и подающий надежды. Именно поэтому он возглавлял большую часть отелей Лата. Юнги обвел фигуру своего босса и отвернулся к окну, внимательно продолжая слушать их разговор. — Наш разговор с мальчишкой оставил приятное послевкусия, сладкое даже, — Тассна сел в одно из коричневых кожаных кресел. — От него надо избавиться, — быстро сказал Дисс и отошел в сторону, чтобы Тассна не заметил раздражения. Ему нельзя было дать понять, что их встреча с Чонгуком состоялась еще раньше и тем более в доме у Тэхена. — Не сейчас, — глава отеля сморщился и улыбнулся: — Мне докладывали, что у него алкогольная зависимость, работы нет, с колледжа отчислен. Я думал, что в мозгах у него пусто. Но наш разговор меня приятно удивил и даже заставил понервничать. Тассна погладил свой подбородок и проплыл взглядом по залу, заметив в стороне у окна своего управляющего. — Юнги, я совсем забыл про тебя, — подозвал пальцем Тассна, — возьми письмо и передай его моему мужу, ты все равно ходишь к нему. Юнги прикрыл глаза, когда по спине побежал страх. Он чувствовал, как похолодели пальцы. Не от страха за себя — за Тэхена. — Хорошо, — проглотил нервную слюну и подошел к протянувшему руку Сурие среднему. Меж пальцев он держал черный размером с ладонь конверт. — Можешь идти, — Тассна смотрел перед собой. Дисс, не отрываясь, смотрел на Юнги, который чувствовал этот взгляд и сжимал челюсть, лишь бы не выдать свою брезгливость к нему. — Вам звонил господин Лат, — произнес Юнги и заметил, как оба мужчин нахмурили брови от имени отца. — Спасибо, я ему обязательно перезвоню, — Тассна поднял голову и, любезно улыбнувшись управляющему, повторил тверже: — можешь идти. Когда Юнги закрыл дверь с обратной стороны, Дисс сел в кресло напротив. — И что ты решил с ним сделать? — в глазах главы охраны горел огонь. — Я? Совершенно ничего. Мне интересно, что собирается с ним делать Тэхен, ведь ему осталось меньше месяца, — голос Тассны был как тягучий мед, глаза мечтательно смотрели в сторону. — Ты не передумал? — Решать буду не я, а он. — Хорошо, но не думаешь, что отец вновь будет недоволен? В прошлый раз после убийства целой семьи он чуть не убил тебя сам, — настороженно спросил Дисс, — ему не нравится, что из-за Тэхена ты перестаешь контролировать себя. — Упаси господь, мне все равно, будет ли доволен отец. Оставь меня, — голос Тассны заискрился железом. Дисс сжал челюсти и, как следует подчиненному, послушно пошел на выход. — Это мой отец, а не твой, — произнес шепотом и покинул приемный зал. Тассна провел языком по губам, осматривая опустевшие от лишних глаза и ушей помещение. Темно-персиковые стены блестели в глянце от десятков свисающих торшеров по всему залу. Мужчина посмотрел на темный рояль, стоящий на пьедестале в центре и с теплотой вспомнил, как Тэхен играл на нем. Мысли начали окучивать разум, и мужчина сразу же же поднялся с кресла, чтобы направиться в мини бару. Янтарная жидкость в хрустале на свету заблестела. Ярость внутри мешала трезво мыслить, но наружу он ее не выпускал. Спокойствие и трезвый ум в любых ситуациях были его отличительной чертой. «Этот сученыш переписывался с моим мужем прямо передо мной, забавно», — усмехнулся мужчина и выпил рюмку залпом.
