Любовь сквозь века.

В следующий раз я очнулся ночью. В окно светила полная луна, в камине потрескивали поленья, и в комнате было очень тепло. Я пошевелился на кровати и боль прострелила поясницу так, что я чуть не задохнулся, моё тело все ещё не пришло в норму после истязаний моей родной тетки. Во рту было сухо и даже сглатывать не было слюны. Я еле поднялся с кровати и огляделся — нет, это определённо была не моя комната. Интерьер не тот, да и ковёр на полу, гобелены на стенах, подушки и одеяло — все не моё. Где это я? Графин с водой я заметил на столике у окна и пошел к нему, но вдруг комната снова закружилась и я стал падать на пол. Меня подхватили чьи-то руки и вернули на кровать. В следующий миг зажегся масляный светильник и ко мне склонился Его Темнейшество, Волдеморт. — Зачем ты встал, Драко? — спросил он. — Что-то хочешь? — Я хочу пить, — пересохшими губами ответил я через силу, — мне нужна вода. Он в два шага преодолел расстояние от кровати до графина с водой и обратно. Через несколько секунд я уже пил вожделенную воду. Темный Лорд посадил меня на свои колени и сам начал поить вторым стаканом воды, а я лежал головой на его груди. Вкуснее напитка я не пил с рождения. Вода куда слаще всех морсов, сладких шербетов и компотов на земле. Напившись воды, я закрыл глаза, а Волдеморт не спешил опускать меня на кровать. Стоп. Кровать? Одна на двоих, его двухспальная? Значит ли, что я в его спальне? Я открыл глаза и спросил: — Милорд, почему я здесь? — Ты будешь жить отныне со мной, Драко, — ответил Его Темнейшество. — Я чуть не потерял тебя, мальчик мой. Он чуть не потерял меня? О чем это Том Реддл? Я напряг память, и она услужливо напомнила, что меня пытала Беллактрикс Лестрейндж в бане, применив жуткое заклинание «Круциатус». Его было запрещено использовать в нашем королевстве. Им пытали убийц, воров, негодяев в тюрьме и редко кто от «Круциатуса» выживал. Но почему ко мне было применено это запрещённое заклятье? И тут услужливая память подсказала — я ворвался в трапезный зал к Волдеморту, когда он разговаривал с гостем. Да, теперь понятно. — Нет! — прошептал я и попытался спуститься с колен Повелителя. — Я не хочу. Вы убили Блейза Забини, вы изнасиловали его и бросили умирать. Он истек кровью, парень очень страдал. И после этого вы хотите, чтобы я жил в вашей комнате, ел с вашего стола? Вы мне противны, милорд. Я почти сполз с его колен, но сильные руки Волдеморта схватили меня и подтянули к себе снова. Я стал брыкаться и тогда его губы накрыли мои, и я замер, словно оцепенел. Он быстро отстранился, испробовав первый поцелуй, и уложил меня на кровать, погасил светильник и пристроился рядом, заключив меня в кольцо своих рук. Из моих глазах полились слезы. Ненавижу. Но чтобы отомстить, надо стать сильнее, выжить в этом аду и всем на зло возвыситься. Нельзя оставаться маленьким мальчиком, надо саморазвиваться. — Ты многого не понимаешь, малыш Драко, — вдруг произнес Тёмный Лорд, — ты пока ещё ребёнок и мыслишь по-детски. Придет время, мальчик, и ты все поймёшь. — Я никогда не пойму вашей жестокости, милорд. Забини был на пять лет старше меня, он — такой же ребёнок, как и я, как многие в вашем чёртовом гареме. Будь он взрослым парнем или девушкой, которые глаз с вас здесь не сводят, — другое дело, но Блейз — ребёнок, подросток. — Он не покорный! Я ненавижу непокорность и она в моем королевстве карается смертью, наряду с непослушанием, воровством или убийством. Ты, пока ещё мал и я буду воспитывать тебя сам. Драко, я хочу, чтобы ты стал в будущем мне послушен, чтобы понимал меня с полуслова-полувзгляда, был мне предан и принял мою заботу и любовь к тебе. — Любовь? — возмутился я и приподнялся с кровати, но меня снова уложили на нее и обняли крепче. — После того, как вы убили моего отца, загубили жизнь моей матери? — Да, я сделал это, Драко, — произнес Тёмный Лорд, — но не безпричинно. Я хотел твою мать, она была прекрасной женщиной, предназначенной мне в жены звёздами, но Нарцисса выбрала не меня. Она сбежала из дома ночью к Люциусу Малфою и они обвенчались тайно. Вот так я и потерял твою мать. А сейчас засыпай, завтра у меня много дел. Да, за эти дни, что ты болел, меня провозгласили королём Песчаных гор и Лазурного моря. Можешь называть меня, когда мы вдвоём, Повелитель или Том, по имени, но на людях исключительно Ваше Величество. — Я уже почти уснул, когда теплые губы прижались к моему виску. — Завтра вечером в замке будет бал и ты должен играть на скрипке, на флейте перед гостями. Сон пришёл быстро и забрал меня в свои объятия. Утром меня разбудил евнух Крэбб, он принес мне завтрак прямо в постель Повелителя: булочку, сыр и мясо разного вида. — Когда поешь, Драко, — произнес евнух, — к тебе придёт учитель музыки, Государь велел посмотреть, как ты играешь и не повредились ли твои длинные пальчики. — У меня повредились душа, Крэбб, — ответил я, — твой Повелитель — настоящий негодяй, его руки все в крови и я ненавижу его. — Глупый ребёнок! — притворно ужаснулся мой персональный надсмотрщик. — Да любая дева или парень во дворце готовы жизнь отдать за то, чтобы быть обласканным Повелителем. — Ну и вперёд! — почти крикнул я. — Ублажайте своего убийцу, придурки! Когда-нибудь он расправиться и с вами, как с прежними своими жертвами. — Не боишься, что я расскажу все Государю? — сложил на своём животе руки Крэбб. — Ни капли! — усмехнулся я. — Давай, беги хоть сейчас докладывай ему обо мне. Винсент вышел из комнаты, а я поел булочку с сыром и запил водой из графина. Подниматься и правда было уже пора. Учитель танцев ждал меня в гостевой комнате Волдеморта, за дверью. Красавчик сидел в кресле и пилочкой обрабатывал свои ногти на руках. Эстет. — О, вы уже проснулись, Драко? — спросил Валериан. — Вы готовы позаниматься со мной музыкой? Я кивнул учителю, но не подал ему руки. Все в этом дворце служили Тому Реддлу, а это вызывало во мне неприязнь и некоторую брезгливость к ним. — Повелитель попросил проверить вашу технику игры на скрипке, флейте и других музыкальных инструментах и посмотреть, как вы танцуйте, — произнес Валериан. Сыграйте мне «Шторм» на скрипке, а потом «Весенний вальс» на флейте, — улыбнулся учитель. Нет, этот мужчина более других был приятным человеком и один из всех обращался ко мне на «вы», что весьма меня радовало, ибо прочие относились ко мне не более как к забаве их драгоценного Повелителя. Я сыграл все, что Валериан просил и он удовлетворенно улыбнулся, сказав, что я умница. А потом он сел за клавесин и начал играть вальс, намекая мне, что пришло время потанцевать.После вальса учитель заиграл восточную музыку и попросил меня исполнить танец живота: зажигающий и будоражущий кровь мужчин. — Отлично, мой дорогой! — произнес в конце танца Валериан. — Просто отлично. Этот танец вы исполните перед концом пира, а до этого вы должны читать стихи, петь песни, танцевать, подавать напитки гостям, предлагая их сначала своему Господину, словом, всячески их развлекать. Прием начнётся в семь часов вечера, а сейчас я удаляюсь. — Скажите, учитель, — остановил я Валериана, — а вы не чувствуете волнения в крови от приватных танцев? — Учителя у Повелителя подобны евнухам, мы все кастрированы, — ответил мужчина. — Это с вами сделал он, да? — спросил я и мои кулаки не произвольно сжались. — Нет, меня кастрировали не здесь, а за морем, — грустно произес учитель музыки, и это сделал ваш отец, Люциус Абраксас Малфой. —  Что, мой отец? Но это не правда! — проговорил я, отшатнувшись от Валериана. — Мой отец был хорошим, он не мог с вами так поступить. — В то время мне исполнилось едва двадцать, когда он принял меня в свой герцогский дворец. У вашего отца, — вздохнул Валериан, — как и у всех богачей, знатных вельмож, как и у королей, конечно же, имелся гарем с дюжиной невольниц. Меня взяли в качестве учителя музыки и танцев. На следующий день меня повели с завязанными глазами куда-то, сказав, что это некий обряд, посвящения... Дали мне вдохнуть какого-то дыма и я уплыл в нирвану, а когда очнулся, увидел, что остался лишь с обрубком вместо члена. Лорд Волдеморт был моим приятелем ещё с детских лет. Я написал ему и он тут же приехал по Лазурному морю и организовал мой побег. Ваш отец больше пяти лет никого в гареме не держал, он убивал, чтобы мы вечно хранили молчание. — Это не правда! — прошептал я и без сил опустился на пушистый ковёр. — Правда, мальчик. Вы идеализируете своего отца, но то, что я рассказал вам — истинная правда. Мне удалось бежать так как срок моей службы истекал, и я услышал, что на моё место уже взяли другого и он вот — вот появиться в герцогском дворце. В отличие от вашего батюшки, Повелитель никогда не убивает своих, он ценит верность, и во многих вопросах справедлив, Драко, — ответил Валериан. — Он изнасиловал парня на днях, искалечил его так, что Блейз Забини умер на моих руках от потери крови и от множественных ран. Где же Волдеморт справедлив? — Он не выносит непокорность, строптивость, предательство и ложь. Видимо, этот парень проявил перед Повелителем эти качества. Поверьте, Государь — не плохой человек. А теперь мне пора, сейчас к вам придёт евнух и проводит в баню, где вас приготовят. — Но как же вы выносите меня, Валериан, если я сын Люциуса Малфоя? — крикнул я. — Почему с почтением относитесь ко мне? Разве вы не призираете меня? — Я уважал вашу мать, Драко, она была прекрасной женщиной и появилась Нарцисса за год до того, как меня спас Повелитель. Ради неё я не могу вас ненавидеть, — ответил учитель музыки и вышел из покоев Волдеморта. Я так и остался сидеть на ковре до тех пор, пока не пришёл евнух Крэбб и не повел меня под покрывалом в баню. Я рассуждал о рассказанном Валерианом. Мог ли он солгать мне, чтобы переубедить меня в том, каков Волдеморт? Мог, конечно, но зачем это ему? Я видел, с какой болью в глазах он рассказывал мне все это, как боялся своим рассказом навредить мне, как взвешивал каждое слово, чтобы не ранить меня больше того, что смог рассказать. Мне одиннадцать лет и я считаю себя весьма взрослым. В нашей стране в шестнадцать женятся и становятся ответственными за свою жену, детей, за свой род. Мне тяжело от того, что я ничегошеньки не знаю о своём отце и о матери, живу тем только, что слышу от людей о них. Вот и Тёмный Лорд этой ночью сказал, что я многого не знаю, так как ещё очень юн и неопытен. В бане меня тщательно вымыли, для чего-то сделали клизму, намазали мой вход и часть кишечника каким-то маслом и благовониями, после сделали массаж тела, его тоже всего растерли ароматным маслом и напоили какими-то зельем, от него я просто уснул. Меня разбудили в 18.00 и принесли лёгкий ужин. В покои вошел Волдеморт и глянул на мой стол. — А чего они тебе мясо не принесли? — возмутился он. — И не надо, Повелитель, — ответил я. — Боюсь, что мясо в меня сегодня не войдёт, я и это-то ем через силу. Он подошел ко мне и поднял меня с пола на руки, внимательно посмотрев в мои глаза своими синими сапфирами. — Драко, ты в порядке? Болит что-нибудь? — спросил мужчина. — У меня болит душа, Повелитель, — ответил я, — вы в этом не поможете. Он обнял меня крепче и поцеловал. Я закрыл глаза, чтобы не видеть, начавших мерцать сине-красным светом, глаз Темного Лорда. Его язык нашёл мой и я вздохнул. Не новость, что он любил такие ласки, но для меня они были чужды, хотя, многие мальчики в гареме Волдеморта просто сходили с ума, и шушукались у меня за спиной, рассказывая, кого и как взял в библиотеке или в зале приёмов Повелитель. Я отстранился, посчитав, что довольно. Том Реддл схватил меня за длинные волосы и притянул к себе, прошептав в губы: — Никогда больше так не делай, Драко! Когда я ласкаю тебя, просто расслабься и позволь мне продолжить. Понимаешь меня, мальчик? Я не ответил, однако, Тёмный Лорд выпустил меня, обняв крепко, на последок. — Без четверти семь, чтобы был в Зале Торжеств, — сказал он и вышел из комнаты. Я весь дрожал от страха, с одной стороны, и неприязни — с другой. Мне показалось это омерзительным, и я в сотый раз удивился, что же в этом извращенце люди видят хорошее, стремятся лечь к нему в кровать и позволяют этому мерзкому ублюдку делать с ними все, что Волдеморту вздумается. Неужели, по рассказам, Валериана, мой отец был таким же? Интересно, были ли в гареме герцога Люциуса мальчики? Мой мир разрушится, если это подтвердится. Но как, если это правда, как моя мать терпела подобный блуд и осквернение брачного ложа? А, может, мой отец содержал гарем до женитьбы на матери? Передались ли мне гены моего отца? Стану ли и я в последствии интересоваться мальчиками или парнями? Не дай Бог! Пока я рассуждал по этому поводу часы на башне Святого Мунго пробили один раз в малый колокол, а это значит, что сейчас половина седьмого, и у меня ровно пятнадцать минут, чтобы одеться и дойти до Зала Торжеств. Я оглянулся. Музыкальные инструменты уже унесены. Когда успели? Неужели, евнухи вынесли их тогда, когда Волдеморт целовал меня? То-то же я почувствовал в комнате сквозняк. Я быстро оделся в расшитый серебром и жемчугом наряд, состоящий из тонких шальваров и рубашки чуть ниже колен, а также белой шелковой мантии с капюшоном и вуали для лица. В покои Тома Реддла вошел евнух Крэбб. Он поклонился и помог мне надеть вуаль на лицо, закрепив так, что остались видны лишь мои серые глаза. На руки золотые браслеты, как и на ноги с маленькими бубенцами. Это мои колодки, вериги и оковы неволька. Винсент заколол мои волосы бабочками из жемчуга, а на ноги надел утепленные ботинки из белой кожи высшего качества. — Пойдем скорее, Драко, нельзя опаздывать, — проговорил Крэбб и вывел меня из покоев Повелителя. Дементоры, что стояли у дверей полетели за нами, шелестя своими чёрными лохмотьями. Евнух закрывал меня от них, а назойливые стражи все норовили подойти ближе и заглянуть в лицо. Мы миновали один переход, пересекли общую спальню обычных невольников, которых содержали здесь для работы. Потом мы поднялись к библиотеке, а уже за углом была дверь, ведущая в Зал Торжеств. Я в нем ещё никогда не был. Винсент завел меня внутрь и я ахнул — зал, достойный короля! Впрочем, Волдеморт теперь и стал королём Песчаных гор и Лазурного моря. Кругом все золотое, сиденья и лежанки из золотой парчи, расшитые серебром и драгоценными камнями, люстры из камней и бриллиантов, на стенах бра и тоже из золота. На полу паркет лакированный под цвет самого Зала Торжеств. Седушки, лежанки и кресла стоят вдоль всех стен, а центр зала свободен. На свободном месте у одной из стен стоял столик небольшой, и на нем лежали мои музыкальные инструменты: флейта, гитара, скрипка, рядом со столиком небольшой клавесин стопки нот. Уже все готово. Слуги заносили последние напитки и вазы с фруктами, когда я осматривал зал. — Ты ведь знаешь, как подавать напитки? — спросил Крэбб и я кивнул в ответ. — Постарайся все сделать правильно, Драко. С гостями не разговаривай, а только с Повелителем. Улыбаться можно, но на все провокации, если они будут со стороны, не реагируй, а только улыбайся. — Я все понял, — выдохнул я и тут услышал в коридоре голос Темного Лорда и его гостей. Они смеялись, шутили и восхищались дворцом короля Тома Марволо Реддла. Я встал у столика с инструментами и кланялся входящим. Волдеморт кивнул и прошелся по мне своим огненным взором, на мгновенье, задержавшись на губах. Мне вспомнился наш поцелуй с ним и я опустил глаза вниз, в пол. Винсент снял с меня мантию с капюшоном, и удалился за дверь, а гости, тем временем, сели по своим местам, слуги налили вино каждому находящемуся в Зале Торжеств человеку. Том Реддл посмотрел на меня и я поспешил налить ему вино. — Готов развлекать моих гостей? — спросил он меня и я кивнул. — Умничка моя! — шепнул он и провел рукой по моим ногам. И даже через одежду я почувствовал жар его рук. Я поспешил к музыкальным инструментам и взял в руки флейту. Гости кушали и попивали вино, когда Тёмный Лорд кивнул, я заиграл «Весенний вальс». Очень красивая музыка полилась по Залу Торжеств, и все зачарованно слушали моё исполнение. Я с полчаса играл на флейте, а гости расчувствовались: кто-то плакал от умиления, кто-то блаженно улыбался, кто-то молчал и внимательно слушал, кивая в такт головой. Я посмотрел на Тома Реддла, он улыбался, глядя на меня, и глаза его снова мерцали сине-красным светом. — Ваше Величество, где вы нашли такой бриллиант? — спросил мужчина в красной сутане, какие носят наши священники в соборе Святого Мунго. — Ммм, преподобный Бенедикт, — ответил с улыбкой король Песчаных Гор, — где я нашёл это сокровище, там его больше нет. Сыграй нам что-нибудь на скрипке, пожалуйста, — это уже ко мне. Я поклонился Волдеморту и начал играть «Шторм», диаметрально противоположное произведение «Весеннему вальсу». И снова восторженные возгласы, вздохи и рукоплескания. — Драко, мальчик мой, иди, подлей вина гостям, — попросил Тёмный Лорд и я положил скрипку на столик, потом подошел к Повелителю и налил ему вино, а он приобнял меня, шепнув, что я свожу его с ума. — Сокровище моё! — шепнул он мне снова и выпустил меня из своих рук. — Ваше Величество, мы слышали, что изысканные красавицы томятся в Вашем гареме? — спросил юноша в черной кожаной одежде и с красным изумрудным кулоном на золотой цепочке на шее. — О, да, принц Николас из Змеиных озёр! — ответил Том Реддл. — Одну невольницу прислал мне Ваш батюшка, король Георг третий, сын короля Уильяма Отважного. Полумна, дочь придворного писца Ксенофилиуса Лавгуда, - прекрасная девушка, более скромной и тихой из моего шумного гарема я не встречал. Она умна, покорна, исполнительна, что я весьма ценю в своих подданных. За эти моральные качества её любят во дворце. — Она уже родила Вашему Величеству сына? — спросил все тот же принц Николас из Змеиных озёр. — Нет, пока не родила, — мягко ответил Волдеморт, но она постарается. — Ваше Величество, — проговорил мужчина лет пятидесяти, — Вы уступите нам своих наложниц в эту ночь. Ваш день рождения — особый праздник. — Конечно, король Фердинанд из королевства Семиречье, — улыбнулся мой хозяин. — Вы все сами выберете себе тех, кого захотите, кроме этого мальчика, он принадлежит мне. Это меня успокоило, с одной стороны, ведь попасть в постель и быть изнасилованным каким-нибудь похотливым стариканом — удовольствие не для меня, но с другой стороны, делить ложе с Тёмным Лордом не хочется мне тоже. Все пятнадцать человек посмотрели на меня. — Драко, станцуй для нас какой-нибудь танец, — попросил меня Волдеморт. В Зал Торжеств вошел тихо учитель музыки и поклонился Повелителю, словно он ждал приказа за дверью все это время. Валериан поклонился и мне и взял в руки скрипку. Он заиграл элегию «Бал цветов» и я закружил по залу, легко прыгая и скользя, словно бабочка. Бубенчики на ногах и золотые браслеты на руках звенели, дополняя к музыке тихий перезвон. Гостям очень понравился мой танец и они даже поднялись со своих лежанок, хлопая мне в ладоши. Потом учитель музыки что-то играл уже свое, а я снова разливал вино по золотым кубкам, а после читал стихи и пел песни о любви. Странно, что люди их так любят. Ночь приближалась к рассвету, а прием гостей - к завершению пиршества, и в конце Тёмный Лорд попросил меня исполнить танец живота. Валериан заиграл восточную музыку и я начал приватный танец. Я не смотрел на реакцию всех этих королей и принцев, собравшихся на дне рождения Волдеморта; не смотрел я и на Повелителя, зная, что этот танец сводит его с ума, ибо он был весьма откровенным и страстным, приглашающим вкусить запретный плод любви. В конце я поклонился всем, снова не глядя ни на кого из них, и только услышал тихое: — Винсент, отведи Драко ко мне и пусть он не раздевается, я сам это сделаю. Евнух Крэбб накинул мне на плечи мантию с капюшоном и быстро увел из Зала Торжеств. В покоях Волдеморта меня ждал горячий ужин: мясной густой суп с лапшой и овощами, это блюдо в королевстве называли «лагман», а также свежий хлеб с маком и кунжутом, запеченая картошка с сыром и зеленью, бокал слабого алкоголя и сладкий щербет. Я залпом выпил слабый напиток алкоголя в пять градусов и съел «лагмана» пару ложек. Винсент протянул мне пузырек с каким-то зельем и я, не спрашивая, что это такое, выпил и его. Волдеморт пришёл через полчаса, когда я почти уснул в кресле, его дожидаясь. Я за несколько минут до этого почувствовал в области своего ануса, словно его заморозили, он буд-то потерял чувствительность, зато внизу живота разливалось тепло. Я спросил у евнуха, что со мной, и Крэбб ответил, что так и должно быть, действие зелья рассчитано на шесть — семь часов. Когда Тёмный Лорд пришёл, Винсент поспешно вышел. — Вы пришли, Повелитель? — спросил я и Волдеморт кивнул, обняв меня. — Ты был сегодня на высоте, Драко, и прекрасно справился с задачей, — проговорил он. — Пойдем, я раздену тебя. В полумраке спальни он начал раздевать меня, чередуя браслеты, каждую пуговичку с поцелуями. Я не понимал, что со мной. Я словно плыл в море света, иногда возвращаясь в реальность спальни Повелителя, где он сейчас ласкал моё гладкое тело, вылизывая его, словно я был конфетой. Его горячий рот целовал, ласкал мои яички и член, а я? Я стонал и не узнавал свой голос. Что это за зелье такое? Мне кажется, что я сплю, купаясь в нежности и свете, но в тоже время я точно знаю, что меня ласкает Тёмный Лорд. Его рот полностью вбирает мой член в себя и я кричу от того, что он делает со мной. Но и это не все… Меня перевернули на живот и Том начал облизывать анус и ласкать пальцами. — Что это за зелье такое? — тихо спросил я. — Мне кажется, что я сплю, но я ведь чувствую тебя, Повелитель. Скажи мне! — впервые я обратился к хозяину на «ты». — Почему ты разговариваешь, Драко? — спросил в ответ Волдеморт. — Нет, это точно сон, — выдохнул я, когда пальцы мужчины растягивали меня, — меня куда-то постоянно уносит и я плыву… Вот, опять накатывает. Я проснулся в следующий раз днем. На постели я был один и двигаться не хотелось. Все тело болело, словно по мне проехала карета Темного Лорда. Я глянул на свое голое абсолютно тело, оно было в синяках, в бордовых засосах и укусах. Неужели Волдеморт взял меня? Я резко поднялся и боль прострелила мою спину, а в области задницы я почувствовал влажность. Что, это кровь? Я посмотрел на кровать под собой, но крови не было. В спальню постучали и вошел евнух. Он подобострастно поклонился, пожирая меня глазами, и проговорил: — Повелитель уехал на охоту рано с гостями, тебя не велено будить, пока ты сам не проснешься. Время три часа дня и евнух-банщик ждёт тебя. — Крэбб, что ты мне дал утром? Что это было за чёртово зелье? — зашипел я на евнуха. — Обезболивающее, расширяющее твой анус для проникновения с наркотическим действием. Как оно сработало, тебе же не было больно? — поинтересовался Винсент. — Что со мной сделал Волдеморт? — закричал я в ужасе. — Отвечай мне, чёртов кастрат! — Драко, ты теперь полностью принадлежишь Повелителю. Выпей вот это зелье, оно Восстанавливающее и Заживляющее, — ответил евнух и протянул мне пузырек с розоватой жидкостью. Выпей и я отведу тебя в баню. Ничего не поделаешь, я стал одним из тех, кого хитростью или силой взял Волдеморт. Я выпил зелье и начал одеваться, проклиная в душе короля Песчаных Гор.