Любовь сквозь века.

(Прошу не исправлять слово «обряжать» корову. Это так говориться, чтобы не писать: мыть корову, обтирать перед дойкой и тд. Спасибо за понимание). & Я попробовал послать Патронус крёстному уже в склепе, в котором я затаился. Я послал Снейпу весть и попросил прийти вечером на закате в усыпальницу семьи Уилтшер, что у одинокой сколы близ моря. Северус пришёл действительно вечером на закате солнца и постучал в двери склепа. Мог бы и не стучать, так как я прекрасно услышал шаги зельевара ещё за километр до усыпальницы. Солнце почти село, но моя кожа новорожденного вампира чувствительно реагировала на солнечный свет, даже если он почти погас, спрятавшись за горизонтом. Алхимик принес мне литр свиной крови и я поел. — Расскажи, что с тобой произошло, Драко, — проговорил Снейп и я все ему рассказал. Зельевар внимательно выслушал, а потом спросил: — У тебя ведь остался магический свиток-портал, Драко? — И я кивнул, вынув его из внутреннего кармана одежды. — Как этот свиток-портал поможет мне встретиться с Гарриет? — поинтересовался я. — Дай мне его, Драко, — попросил мужчина, — им я переправлю тебя в параллельную вселенную. Первым делом, мой дорогой, я проведу сейчас ритуал, чтобы ты смог существовать не только ночью, но и днем, чтобы кожа твоя не пузырилась и не лопалась при свете солнца. Твой вампиризм необычный, он магический и на тебе лежит проклятье сильных ведьм. Его я, увы, снять не в силах, так как это магия тёмная, древняя, основана на крови. Если я рискну это сделать, Драко, ты погибнешь. Я смогу снять лишь мизерную часть проклятье — жизнь только под луной ночью, сделаю тебя почти человеком, ты с годами станешь почти человеком, без алых этих твоих жутких глаз. Белла промахнулась на этот раз, Драко, она обратила в нежить магией, и тебя, слава Богу, не кусали, у тебя не будет наставника — человека, от которой бы ты зависил. Если бы она это знала, то сделала бы так, чтобы тебя укусил Маркус Черный. Раз в пятнадцать лет тебе придётся переезжать, чтобы люди не заметили твоего нестарения и неизменяемости. Гарриет в том мире, возможно, будет обитать не только в теле девушки, но и в парне. Душа — род женский, нежная материя. Ищи её по тем свойствам, что Гарриет имела. Она обязательно покажет себя, ты поймёшь, Драко, что перед тобой именно душа Гарриет. Давай, у нас мало времени, пойдем со мной, дорогой мой, веди меня к тому месту, где все произошло. Я вышел из усыпальницы семьи Уилтшер, когда солнце совсем скрылось, и на землю опустились густые сумерки. Я привел Снейпа к тому дубу в поле, под которым меня и обратили магией в вампира. Северус обошёл дерево и удовлетворенно кивнул. — Очень сильное место, Драко. Пока я буду все готовить для ритуала, ты поставь защиту вокруг нас, если не хочешь, чтобы явилась Беллактрикс Лестрейндж со своим шабашем, — произнес зельевар и я кивнул. В моих руках магия стала сильнее, когда я превратился в нежить. Я мог колдовать без волшебной палочки — руками и мыслью. Я все сделал, как просил Северус, и уже через несколько минут мы в радиусе двухсот метров были защищены всевозможными Чарами и заклинаниями. Тем временем, крёстный вынул из кармана мантии мини камень-алтарь, увеличил его и начал произносить свои заклинания, бросать на него, ему одному известные травы, и поливать жертвенник священным маслом. Потом он подошел ко мне и резанул ножом мою правую ладонь, подводя меня к центру камня-алтаря, где находилась небольшая чаша. Несколько капель моей крови чудесным образом в этой чаше умножились и кровь полилась верхом, заполняя собой весь жертвенник и впитываясь в него. Кровь в чаше закипела, а алхимик ходил по кругу и произносил заклинания. Внезапно из чаши вышел огонь, он достиг высот неба, как мне показалось, а потом вернулся в чашу. У меня закружилась голова и я упал рядом с камнем-алтарем, потеряв сознание. Меня привёл в чувства Снейп и велел выпить кровь из чаши. Он поддерживал меня, пока я еле тянулся к кубку. Жидкость по вкусу была кровью, но с ароматами трав и ягод. После этого Северус надел мне на шею кулон «Ордена Феникса». В центре была печать в виде крыла Птицы-Феникса, а на безымянный палец правой руки маг надел мне кольцо из чистого золота тоже с печатью Птицы-Феникса, но в уменьшенном виде. — Ритуал подошел к концу, Драко, — произнес зельевар, — ты теперь вампир могущественный и очень сильный. Ты сможешь жить не только ночью, но и под солнцем и это — дар тебе из нашего мира, который ты вот-вот покинешь навсегда. Запомни, Драко, никогда не снимай ни медальона, ни кольца. Помни это крепко. Дороги назад, мой дорогой, не будет. Возможно, мы встретимся с тобой, если у меня получиться самому отправиться за тобой, а главное — найти тебя во вселенной, настроить мою магию на трансгрессию между мирами. Время покажет, Драко, но я знаю одно, что я нужен буду тебе там, ведь твоя главная битва произойдёт именно в новом мире с Маркусом Чёрным. Вампир уже в том мире и он будет тебя искать. Я слышу и чувствую, что приближаются ведьмы сюда. Я сегодня убью Беллактрикс Лестрейндж и её двеннадцать подруг. Мы с тобой найдём друг друга по кольцу и медальону, а теперь тебе пора, Драко. Прощай, мой дорогой крестник. Я обнял зельевара и крепко прижал к себе. — Прощай, Северус, я буду тебя ждать! — ответил я, а Снейп приложил к моей груди свиток-портал и меня закружило по спирали. Я полетел в какую-то бездну. Там было очень узко, играла композиция «Шторм» на скрипке, которую я часто исполнял в покоях Волдеморта, а после его смерти — в своей комнате или на концертах в «Ордене Феникса». Красивая, стревожная и очень мощная вещь, от которой душа замирает. В конце бездны виднелся тусклый свет, который начал очень медленно, но приближаться. Господи, как же долго я лечу по спирали в эту бездну, наподобие узкого колодца? Перед глазами успела пройти вся моя жизнь, пока я летел. Мне показалось, что я падал со скоростью падения звезды в небе. Но, не смотря на это, прошло словно несколько часов. В конце меня сдавило сильнее настолько, что если бы я был обычным человеком, меня бы точно в фарш превратило, так как помимо того, что раздавливало, так ещё и завертело, как детский волчок. В моих ушах засвистело, голову сжало и я провалился в темноту. Когда я открыл глаза, увидел небосвод над головой с совсем другим звёздным небом, но среди них имелась «Полярная» звезда, я её сразу нашёл; созвездия «Большой Медведицы» и «Малой» я тоже нашёл, как и созвездие «Дракона». Другие звезды мне были незнакомы. Надо будет изучить местное небо и его созвездия. На улице была ночь и я лежал на какой-то вершине горы по горло в снегу. Интересно, где я? Я медленно сел на снегу, голова не кружилась, но я был ужасно голоден, словно меня год не кормили. Я поднялся на ноги и огляделся: кругом горы снежные, а внизу леса. Я принюхался: ель, кедр, сосна, можжевеловые кусты… Что ж, надеюсь я попал к людям, и было бы замечательно, если бы они говорили на моем языке. И тут до меня достиг запах горных медведей. Надо поесть. Я лег снова на снег и притаился. И медведь, и я — хищники. Я почуял его в километре от меня. Он был один. Самец и очень большой, да, а я вот — голодный и смертоносный. Медведь меня тоже учуял и ринулся вперед, но у него не было шансов — я разорвал клыками его шею и почувствовал вожделенный эликсир жизни. Я выпил его до капли и зарыл в снег. Я знаю, что его найдут в ближайшее время волки, если они здесь есть, но оставлять мёртвое животное не прикрытым хотя-бы снегом, я не мог. Я применил «Очищающее» заклинание, чтобы скрыть следы крови на лице и на одежде, да и из зубов пришлось вытаскивать клочья шерсти — изъян кормежки в натуре. Что ж, я сыт, доволен и теперь надо опуститься вниз. Я мгновенно сошёл с горы, с вампирской скоростью миновал лес и вышел в какое-то поселение. Так как близился рассвет, я поспешил на всякий случай укрыться где-нибудь. Местные жители уже в некоторых домах проснулись: кто-то спешил обряжать коров, кто-то — коз, кто-то — то чистил стойла лошадей. Я прислушался. Разговорная речь была схожа с моей, но куда я попал, интересно? Я постучал в один более-менее опрятный домик деревянный с чугунными воротами. Почему в него? Там пела женщина, обряжая корову-кормилицу. Толк в пении я знал хорошо, и голос женщины звучал чисто, проникновенно. Корова мирно жевала сено, лизала рядом лежащий лизунец, и была довольна, слушая голос своей хозяйки. — В Пазлвуде открытые двери. Слушайте, дети, бегите домой. В Пазлвуде живут лесные звери: Косули, медведи, зайчатки, лисички, волки, а ещё воробей. Он поведал мне, что в полночь, Когда на землю опуститься свет луны… — Ну, вот и все, милая моя Беляночка, подоили мы тебя. Сейчас молочко процежу, три литра нам оставлю, а семь брат продаст на рынке. У нас семья небольшая. Муж мой погиб в пазлвудском лесу прошлой зимой, сын остался Кевин, да братец-калека, Уильям. Спасибо тебе, моя кормилица, — проговорила женщина. — А, вот и Мурлыка пожаловала. — Я услышал мяуканье кошки. — Ну, давай уж, налью и тебе молочка, охотница на крыс и мышей. Я снова постучал в ворота и услышал шаги мужские, видимо, брата женщины, Уильям. Он прошёл до ворот и открыл одну створку. — Кто вы и что надо? — спросил парень лет тридцати. Глаз закрыт повязкой, хромает на левую ногу. Высокий, чисто одет, рыжие волосы. — Простите, — ответил я, — не подскажете, куда я попал, что за королевство, что за местность? — Глостершир западная Англия, а вам куда надо? — поинтересовался парень, разглядывая меня. — Кто вы и откуда? Не местный, да? Конечно, на меня было интересно посмотреть: белокурый парень в военной, кожаной форме с серебряными шипами, золотой пояс «Ордена Феникса» и пустые ножны за плечами, так как меч у меня забрала Беллактрикс Лестрейндж. — Я издалека, приятель, из иных земель, — ответил я. — Могу я воспользоваться вашим гостеприимством на этот день? Я отстал от своих и очень устал. У меня есть деньги, я вам заплачу. — Хорошо, парень, входи, у нас есть комната свободная рядом с моей. Моя сестра с сыном живёт на другой стороне. Входи. Как имя твоё? — спросил он и протянул руку. — Меня зовут Уильям, можно просто Уил. — О, очень приятно, Уил! — ответил я и пожал его руку. — Меня зовут Драко Малфой. — Пойдем, сестра корову подоила, молока тёплого выпьем. Мы с Лидией не бедствуем, но лишнему соверену и шиллингу будем рады, — подмигнул Уил здоровым глазом. — Конечно, приятель, не вопрос, — улыбнулся я в ответ. Парень провел меня в дом и сразу на кухню. Женщина стояла ко мне задом и процеживала молоко через тонкую ткань. Рыжие волосы, длинная коса ниже пояса, платье, белый фартук, туфельки домашние. Стройная, должно быть, симпатичная. — Уил, кто там пришёл? — спросила женщина. — Питер Кальва из соседнего дома? — Нет, Лидия, у нас гость. Он останется до вечера или до утра. Парень заблудился, сбился с пути в пазлвудском лесу и, думаю, что он замерз. Он из другой страны, не из Англии. Женщина обернулась и посмотрела на меня. Красивая. Синие глаза, румяная и вкусно пахнет. Ах, нет! Думать о ней, как о еде нельзя, хотя её кровь, наверное, в сотни раз вкуснее того медведя, которого я выпил полчаса назад. — Пара гинеев за день или четыре за сутки, мистер… — произнесла она. — О, прошу прощения, миледи … — ответил я поспешно. — Меня зовут Драко Малфой. — А я — Лидия, сэр, но я — не миледи, а всего лишь обычная женщина. Мы — люди простые, хоть и знаем грамоту с братом. — У меня с собой денег нет, но я могу расплатиться золотом, тремя ракушками, у нас мы так расплачивались или золотыми монетами, но в вашей местности они не пойдут в оборот, а слитки золота ценятся везде. Я уже поел и прошу вас просто выделить мне комнату. — О, конечно, мистер Малфой! — улыбнулась женщина и сунула золото в карман. — Уильям, проводи гостя в нашу гостевую комнату, в зелёную, она у нас самая лучшая. Может, молока тёплого выпьете, я только подоила нашу Беляночку? — Благодарю, Лидия, но я сыт и хочу лишь спать, — ответил я. — Когда проснетесь, сэр, мы приготовим вам ванну с горячей водой. Может вам одежда нужна для сна и ходьбы по дому? Не в мундире же офицера вы будете находиться. С моим сыном познакомитесь, он у меня славный, Кевину всего пять лет, но он очень подвижный. — С радостью, — улыбнулся я и посмотрел на яркий рассвет за окном. Кожа мгновенно начала зудеть. Не так сильно, как это было после моего обращения, но всё-же… — но это все потом, Лидия. Меня отвели в отдельную комнату. Я закрыл окна плотными занавесками из зелёного бархата, и облегченно выдохнул. После этого я закрыл дверь на задвижку и наложил Чары, чтобы мне их не слышать, и чтобы они не вошли ко мне. Постель оказалась тёплой, мягкой и удобной. Я разделся и лег в кровать. В доме было тепло и уютно. Сон настиг меня быстро. Я проснулся от того, что кто-то тарабанил в мою дверь. Я посмотрел на окно и убедился, что солнце уже село. Замечательно. Должно быть, это так настойчиво стучит сынишка Лидии. Я впустил малыша, а рыжеволосый хулиганчик забежал с мою комнату и уставился на меня. — Привет! — улыбнулся я и сел перед ребёнком на корточки. — Ну, и как тебя зовут, мой сладкий? — спросил я. Его кровь была цветочно-медовой, настолько ароматной, что у меня закружилась голова от желания, а нос, все лёгкие и кожа — все моё естество пропиталось запахом детской крови. Мои клыки мгновенно среагировали, удлиннившись. Ситуацию спасла хозяйка дома. Она вбежала в комнату, а я мгновенно поднялся с корточек и отвернулся к окну, зная, что сейчас мои глаза полыхают алым светом от жажды, кожа ещё более утончилась и побледнела, превтратившись почти в папирус. Я посмотрел на свои ногти — они удлиннились. Ногти убийцы, как и мои клыки зверя. — О, мистер Малфой, простите… Кевин у меня такой непоседа, он вас разбудил? — спросила женщина и осмотрелась. Я уже взял свою жажду под контроль, почувствовав, что мои клыки втянулись в десны, а ногти уменьшились. Я обернулся и улыбнулся. — Все хорошо, Лидия, — ответил я, — малыш меня не разбудил, я уже проснулся, когда он постучал. — О, сэр, я рада, что ребёнок вам не помешал. Так, хорошо… Ужин через полчаса будет готов, Драко, как и ваша ванная. Вот, я принесла новую одежду моего мужа… Колин не успел её обновить. Я сшила ему этот наряд на день рождения, но он… — произнесла она, — погиб в лесу. Женщина всхлипнула и положила одежду на кровать, потом подняла сына на руки. — Спасибо, Лидия, — сказал я и посмотрел в синие глаза женщины, из которых текли слезы. Вдова вышла из комнаты, а я оделся в свою одежду и вышел в окно. Я должен вернуться быстро, чтобы мое отсутствие не сильно заметили. Можно и после ужина людей, но тогда все они будут подвергнуты опасности быть мною съедеными. На этот раз я закусил лосем и присыпал его труп снегом. Я был сыт и доволен, почистил себя «Очищающими» Чарами. Меня не было около получаса. Я вернулся как раз, когда в комнату постучал Уильям. — Сэр Малфой, ужин готов, — сказал парень. — Отлично, я сейчас, Уил! — ответил я и мигом переоделся в одежду, что принесла мне Лидия. Еда людей мне не подходила. Пахло очень вкусно: свиные тушеные ребрышки с овощами, свежий домашний хлеб, горячее молоко, сметана, самодельный сыр. Все вкусно, но не для моей сущности вампира. Мне подходит только кровь, можно и алкоголь, но не человеческая еда. Я сел за стол и брат Лидии налил мне доброго эля, а сама хозяйка поставила передо мной тарелку с едой. — Спасибо, Лидия, я не голоден, — проговорил я, — но ваш эль отпробую. — Я отпил его и мне эль понравился. — Сами готовите его? — Это ещё осталось от покойного Колина, — ответил Уильям, — десять бочек эля в подвале. Каждый раз вспоминаю, когда его пью. Колин был хорошим парнем, добрым, отзывчивым и весёлым. Царство ему Небесное. Про него говорили у нас: «душа всего Глостершира». — Не надо, брат, — всхлипнула Лидия. — Расскажите о себе, рыцарь Малфой. Я вкратце сочинил о своём детстве и выдал сказочку о мальчике-сироте, которого подобрали воины в лесу и воспитали в своём лагере. Никто не узнает о моей истинной истории и о том, что мне довелось пережить. У меня своя жизнь, у них — своя и у каждого человека на земле история, достойная внимания, с болью, утратами, с взлетами и падениями — Судьбой. — Скажите, где я нахожусь и как называется королевство? — спросил я. — Кто правит миром? — Вы находитесь в Соединенном Королевстве Великобритании и Ирландии, в графстве Глостершир, что на западе Англии. Но, — ответила Лидия, — разве вы не из Британии? Может, вы из Шотландии или Ирландии? Ваш диалект немного отличается от нашего. — Я из-за дальнего моря, Лидия, — улыбнулся я, — у нас там так говорят. Уильям — спасибо ему за помощь — перевёл удачно разговор на другую тему, он стал рассказывать об охоте в лесу Пазлвуд, мечтая однажды побывать в королевском лесу, где водятся фазаны и куропатки. — Жаль, что сейчас зима, а то бы мы с тобой, Драко, вместе постреляли. Моя сестра дивно запекает в печи фаршированную утку и куропатку. Лидия мечтает завести курятник в пятьдесят кур, но у нас нет пока столько средств. Мы держим корову, хотим купить ещё пару молодых телочек на будущее; имеем пять свиней. Забили вот по осени одну на зиму, этим и кормимся. Хозяин Глостершира — человек не плохой. Он — герцог и очень знатен, поговаривают даже, что дружен с самим Георгом Пятым — королём из династии Виндзоров. Сам монарх любит охотиться не только в своём королевском лесу, но и в нашем, немного волшебном и готическом Пазлвуде. В его сердце есть озеро и оно, рыцарь Драко, не замерзает даже зимой, хотя зимы у нас кусачие бывают. Там много форели водится. Если бы вы погостили у нас с недельку, мы бы половили рыбу и отдохнули. — Хорошо, — ответил я, глядя на Лидию. — Я заплачу вам ещё три золотых слитка и мы наловим много рыбы, поохотимся в Пазлвуде на косуль и лосей, а вы засолите мясо на весь следующий год. Завтра утром купим вам курей, индюшек кроликов. Надеюсь, у вас есть достаточно места для живности? Лидия кивнула и заплакала от переполнявших её чувств благодарности, а мне было приятно вдвойне. Мальчик наелся первым и сейчас играл с лошадкой деревянной. После ужина я принял ванную и после ушел к себе. & На следующее утро, ещё затемно, мы с Уилом отправились на охоту с арбалетами. Мне оружие было не нужно. Мы разделились: рыжий парень пошёл на право, а — в левую сторону. Уильям шёл медленно из-за снега и больной ноги, а я настроил «Следящие» и «Оповещающие» Чары, мне нужно было поохотиться для себя, а трупик потом уволочь в дом Лидии. Я увидел лося и им пообедал, оставив совсем немного крови в организме, чтобы люди не поняли, что животное обескровленно. После я надрезал его шею, чтобы скрыть следы клыков. Порядок. Я почистил себя «Очищающими» Чарами и поволок к тому месту, где мы с Уилом разошлись в разные стороны. Парня ещё не было. Вдруг, в километре от меня я услышал крик рыжего приятеля. Я наложил на убитого лося Чары «Невидимости» и закрыл щитом, чтобы волки не учуяли тушу животного. Я успел на помощь брату Лидии вовремя, его уже окружили пятеро хищников. Волки клацали зубами и протяжно выли, парня спасал зажженный факел в руке, коим он и отбивался. Я быстро подхватил Уила и закинул его на ветку ели. — Посиди там, приятель, пока я разберусь с ними! — крикнул я парню. Он мне не ответил, я только услышал, как он дрожит и зуб на зуб не попадает от страха. — Все будет хорошо, Уильям! Я выпустил клыки и ногти, которые были у меня острые, наподобие лезвий. Один за одним я, играючи, перерезал всем горло, а после снял с дерева рыжего парня. — Порядок, Уил, пойдем, я лося завалил, — сказал я. — Как у тебя получилось победить волков? Я испугался, вспомнив, что эти твари съели Колина, всего без остатка год назад. Понимаешь? Когда мы с соседями пошли его искать, то нашли только окровавленную часть верхней одежды и один сапог. А ещё рыжие волосы в снегу и много крови — это все, что осталось от Кевина. Лидия чуть умом не тронулась от горя, но у неё был ребёнок и ей нужно было жить дальше. Неделю назад исполнился год со дня его гибели. — Я сожалею о вашей утрате, Уил, но Лидия совсем ещё молодая, уверен, что она найдёт свое счастье в будущем, — ответил я. Так разговаривая, мы дошли до места, где лежал пойманный мною лось. Я незаметно снял Чары и мы положили животное на деревянный настил, наподобие небольшого плота, какие были у нас в королевстве Песчаных Гор на реке. Мы поволокли за толстые верёвки «плот» с тушей лося и он заскользил по снегу. Лидия была рада нашей охоте, ведь мяса теперь на долго хватит. А я решил для себя, что ночью отправлюсь один на охоту и принесу пару косуль, у них мясо нежнее и вкуснее. Весь день мы занимались разделкой лося и его засолкой. Я этого не умел, всем руководил Уильям. Женщина развела на улице огонь и поставила в чаше варить ноги лося, которые предварительно подготовили, удалив копыта и шкуру. Я их разрубил на куски и промыл в воде, а Лидия потом несколько часов варила холодец. Головой лося занялся Уил, он её опалил от шерсти, снял кожу и разрубил вдоль, вынув мозг. Его потом пожарят. Саму же голову парень разрубил на несколько частей, их пустят завтра днем тоже на холодец, как и желудок животного. Желудком занялась Лидия, пока закипали ноги лося. Я помыл мясо и стал разрезать его на плоские куски по два-два с половиной килограмма, чтобы удобно было солить, а потом подвешивать. Ребра я разрубил, оставив на них по сантиметру мяса, для приготовления и тушения с овощами или крупой. Например, если ребра потушить с картофелем или чечевицей, то получаются прекрасные блюда, у нас в «Ордене Феникса» часто такое варили, все были сыты и довольны. Лидия приготовила на обед как раз картофель с ребрышками, луком и морковью, с острым перчиком и маслом. Я раньше любил это блюдо, но, будучи вампиром сейчас, не мог его есть, хотя запах стоял шикарный на весь дом. Я ушел к себе отдыхать и попросил хозяев меня не беспокоить до вечера. Пришлось наложить Чары «Отвода глаз», чтобы они не обращали на меня особого внимания и не задумывались, почему это я вторые сутки не ем ничего и не пью, кроме эля. Под утро я снова отправился на охоту и принес почти обескровленных молодых косуль — новую работу для хозяев. Перед уходом я снова убью лося, чтобы этой семье мяса хватило на долго. Все было хорошо, но меня сводил с ума аромат крови ребёнка. Десны мои зудели, горло горело от желания напиться крови Кевина, я не мог улыбаться, так как удлиненные клыки увидят хозяева. Я за эти три дня, что провел в доме Лидии и Уильяма, научился контролировать цвет глаз, чтобы они не меняли цвет с серого на алый хотя-бы прилюдно, ногти — чтобы не превращались в лезвия убийцы, а кожа лица не становилась тонкой, словно папирус. Я надеюсь, что со временем у меня получиться контролировать жажду так, чтобы клыки не давили на губы, прорываясь на свободу, а горло не горело огнём. На четвёртый день моего пребывания у Лидии с Уилом, мы с последним отправились на рыбалку к лесному озеру. Я разделся и влез в воду. Мне был не страшен холод, скорее, приятен, но не опасен, так как я не был человеком. За час я наловил около ста рыбин, а Уильям уложил их на сани. Что хозяева будут делать с форелью — это их дело, а после обеда мы с братом Лидии отправились на базар покупать кур тридцать штук и двадцать пять гусей, корм для птиц, и только к вечеру вернулись домой. Хозяева смотрели на меня как на Ангела с небес, так они меня и называли. — Я далеко не Ангел, Лидия, — возразил я, — просто, если могу помочь людям, почему бы это не сделать? Тем более, что завтра вечером я от вас ухожу, мне уже пора. Мы не успели купить ещё коров, но я оставлю вам золотой слиток, на него вы сможете купить не только пару телочек, но и козочек, овец и лошадь для пахоты. Ночью я поохотился и на рассвете приволок самку лося. Лес Пазлвуд мне понравился, он был богат живностью и очень красивый. Лидия пошла обряжать корову и коз, когда я вошел в коровник к женщине. Она смутилась, спросив, почему я уже проснулся? — Я был лесу и поохотился до рассвета. Мне не спалось, Лидия, и я решил помочь ещё, чем валяться в постели. Там на улице лежит убитый лось. Я могу разбудить Уила? — поинтересовался я. — Да, конечно, — ответила женщина, — брат уже проснулся и сейчас придёт сюда убирать навоз. — Хорошо, Лидия, вы тогда скажите ему о лосе, а я пойду спать. — Может, вы ещё погостите у нас? Вы так много для нашей семьи сделали, рыцарь Драко. — Это исключено, — улыбнулся я, — у меня иной путь, я военный и моё место на службе королю и стране. Я благодарен вам за предоставленную комнату и домашний очаг. Раньше военный лагерь был для меня домом, но я за эти пять дней смог увидеть семью и уют. — Вы мне нравитесь, мистер Малфой, — ответила Лидия. — Оставайтесь у нас, оставайтесь со мной и с моим сыном, я вижу, что Кевин вам очень нравится. Вы… так долго и нежно смотрите на него. — Малыш и правда очень мне нравится, но остаться я не смогу. Прошу прощения, Лидия, — улыбнулся я и пошел в дом. Вечером я попращаюсь со всеми ими, поцелую мальчика в его румяные щечки и пойду своей дорогой. Я узнал на днях, что Лондон — столица королевства Великобритании, вот туда я и отправлюсь.