I'm not sorry

В 7:12 утра вибрация выводит Чонгука из дрёмы. Телефон под подушкой, батарейка на опасно низком уровне. Вчера, после того как почистил зубы и завалился на кровать, болтая с Чимином по телефону, собеседник зевнул и наконец-то решил ложиться спать, он положил телефон под подушку. Почему-то случайно поддался сну, пока искал зарядку. Зарычав на телефон, Юнги потягивается, его когти врезаются в бёдра Чонгука. Новый колокольчик на шее звякает, когда он избегает руки. Зашипев, он показывает зубы. - Прекрати так себя вести. Лёжа на спине, его глаза кажутся такими невинными, Юнги мурлычет, когда Чонгук гладит его живот. Ещё один звонок и Юнги перевернулся на живот, клок шерсти торчал торчком на его спине. Нет ничего необычного в том, что телефон звонит. Время от времени он получает сообщения от Хосока и тех раздражающих девчонок. Однако, он ждёт знакомого рингтона, который укажет на входящие звонки Чимина. Новая любовь к звонкам серьёзно сократила текстовые сообщения. И всё же каждое утро, Чимин отправляет обычное «доброе утро» через сообщение. Отбросив подушку в сторону и зажмурившись от яркого света, Чонгук тянется за телефоном, в голове туман. Есть причина его усталости. Вчера, посетив парк, он отказался возвращаться домой. Вместо ожидаемых аргументов и раздражённого голоса матери, он проскользнул в гараж и тайком взял машину отца. По дороге в магазин мороженого, Чонгук нашёл разбросанную мелочь и доллары на дороге, любопытная возможность, так как его отец всегда опрятный и аккуратный. Всё это не имеет значения, потому что Чимин очень обрадовался, что он снова здесь. Это странно, что чьё-то счастье заставило и Чонгука ошалеть от радости. В магазине Чонгук заказал пару (если точно, стоившие двенадцати долларов и шестидесяти центов) чашек угощений и плюхнулся за стол, за которым сидел вчера. Они проговорили несколько часов. Чимин смотрел в окно, даже взял поднос, чтобы есть и смотреть, как Чонгук дурачится. Он хихикал, когда Чонгук убегал от пчелы и смеялся, когда он разлёгся на одном из столов, чтобы покрыть загаром подкачанные бёдра. Чонгуку плевать, что люди с подозрением смотрят на него. Лишь бы Чимин так сильно смеялся, так естественно, всё время. Весь день светило солнце, небо было ясным, и это абсолютное умиротворение. И что, если он пропустит тренировку по кроссу? Хосок может побегать один и капитан наконец переключится на другого. В восемь часов, когда небо потемнело и жучки начали верещать, управляющий быстро сказал Чонгуку, что ему придётся уйти. Внутри магазина работник драил полы, а другой мыл окна. Все покупатели ушли, кроме Чонгука. Кивнув мужчине, Чонгук вздохнул, на сердце было тяжело. Чимин ненавидел, когда разговор заканчивался слишком быстро. - Уже поздно, Чимини. Хозяин выгоняет меня из его собственности и москиты меня достали. Я лучше пойду. Я позвоню, когда доберусь домой, хорошо? Странное ощущение возникло в груди, когда Чимин странным образом затих. Так как его палата хорошо освещена, это позволило Чонгуку чётко видеть сутулую фигуру Чимина. Наверное, он устал сидеть в такой позе весь вечер. Чонгук замер, когда услышал тихий всхлип. - Чимин? Тихие всхлипы превратились в полную слёз мольбу, когда Чонгук встал, чтобы уйти, его растерянный взгляд был прикован к окну Чимина. - Нет, нет, пожалуйста, не надо. Мне здесь так одиноко, - Чимин всхлипнул, разрывая сердце Чонгука каждым хриплым вздохом и дрожащим голосом. – Пожалуйста, не уходи. Наверху, в окне, Чимин тёр глаза, его больничная рубашка развевалась от тёплого летнего ветерка. Впервые кто-то разбил сердце Чонгука, не благодаря чему-то глубокому как смерть в его семье, а простой просьбе. Того, кому нужна его компания. Это совсем неожиданно, что простая просьба может столько значить, и он не знал как реагировать. - Эй, - прошептал Чонгук в телефон, его сердце болело. – Чимин. На своё имя Чимин немного успокоил всхлипы. – Не уходи- - Я не уйду. – Теперь Чонгук чувствовал, как знакомый упадок уверенности поступает в его кровь, чувства возвращаются, хоть и более сдержанные и притупленные. – Выслушай меня, хорошо? Шмыг носом. – Хорошо. - Хорошо, потому что я хочу, чтобы ты сделал что-то для меня. Я хочу, чтобы ты закрыл окно- - Ты собираешься уйти? – прервал Чимин утомлённым голосом. – Как все. Я знал, что ты поступишь так со мной, я знал это. Чонгук не понимал, к чему клонит Чимин. Растерявшись, он уверил: - Я собираюсь уйти из магазина, но я не собираюсь оставлять тебя. - Дело не в этом! Ты бросишь меня и позвонишь мне потом, а я буду ждать. Я всегда жду, ты не заметил? Я жду всю жизнь. Что эта проклятая болезнь оставит моё тело, что люди будут навещать меня, твоих звонков. Я устал от этого. Чонгук молчал, смотря на костяшки пальцев, сжимающих оконную раму. - Ты не понимаешь, какая громкая тут тишина. Пять минут кажутся вечностью, когда ты в этой маленькой, бесцветной палате. Ничего не цветёт в этой больнице, и жизнь стоит на месте. Поэтому я жду не дождусь, когда ты придёшь домой и говорю «позвони мне потом». Тишина убивает меня, Куки. Если бы ты был на моём месте, ты бы понял! Светлячок пролетает мимо уха Чонгука, пока он пытался придумать подходящий ответ. – Прости. Не думаю, что я когда-нибудь пойму твоё сложное положение, или каково это – быть в этой палате. Я не могу представить, как это – неделями находиться там, и разговаривать только с медсёстрами. Но я знаю одно. Если я тебе понадоблюсь, я буду рядом. Ты понимаешь, что это безумие – восемь часов в день говорить по телефону? - И я ценю, что ты рядом, - Чимин икнул. – Но в конце дня, я отключаю телефон. Наше общение перестаёт существовать ночью. Об этом я думаю перед сном. Будет проще, если ты вычеркнешь меня из своей жизни, если захочешь. - Не понимаю, что ты пытаешься сказать. Ты мой лучший друг и я ни за что на свете не поступлю так с тобой. - Что тебя останавливает? И Чонгук замолк, потому что ничего его не останавливает. – Перестань отталкивать меня, Чимини. Ты знаешь, что я испытываю к нашей дружбе. Я останусь с тобой, чтобы ни было там в палате и какой бы ни была твоя болезнь. - Ты не понимаешь. Ты возненавидишь меня, когда увидишь. Ты подумаешь, что я противный, когда узнаешь, почему я в больнице и ты уйдёшь. – Всхлипы Чимина стали пронзительными, лицо было закрыто руками. – Ты должен перестать мне звонить. Я того не стою. Откуда это внезапное чувство незащищённости? – Какого чёрта? Ты стоишь всего, Чимин. Ты буквально всё сразу. Я никогда не встречал никого такого остроумного, надёжного и потрясающего человека как ты. Я сейчас не шучу, я повидал грёбанную кучу людей. – Сделав глубокий вдох, Чонгук продолжил. – И нет в тебе ничего противного. Если бы ты был мне противен, улыбался бы я, слыша твой голос? – следующие слова развязали ему язык. – Я действительно забочусь о тебе. - Так все говорят. Все, кто ушёл, говорили это мне. Ты помнишь того парня, с которым я переписывался, с кем я не хотел встречаться? Он бросил меня через несколько дней после начала нашей переписки. Угадай, что он мне говорил. Это просто пустые обещания. Это всё бессмысленно. Чимин не думал, слова просто вылетали изо рта, из глубочайших, тёмных закоулков сердца. И Чонгук почувствовал себя глупо, за предположение, что Чимин был всегда спокоен и ангелом с неба. – Чимин, у меня нет выбора. Медсёстры не пускают меня в твою палату. Если бы я мог, я сразу бы пришёл к тебе. Я жил бы в твоей палате, если позволят. Даже если у тебя все болезни в мире, я всё равно буду там. - Ты уверен в этом? - Да. Разговор продолжался, пока Чонгук ехал домой, слёзы катились из его глаз, когда Чимин хныкал, признаваясь, как ему одиноко. Он неуверенно рассказал подробности о ночи, когда спотыкаясь, пошёл в ванную и наполнил ванну водой. - Никто не навещал меня месяцами. Проходили дни, когда я перестал разговаривать. Это было холодное и изолированное существование, и моё желание стало давать трещину. По счастью, медсестра остановила его прежде чем он смог утопиться. - Чимини, - прошептал Чонгук. Он продолжал произносить его имя, потому что это Чимину нравится. Рыдания стихали каждый раз как Чонгук шептал его имя. Разговор продлился несколько часов, пока Чимин не переутомился и Чонгук сдался сну. Вчера был трудный день, немного страшный и откровенный, если не сказать большего. Увидеть Чимина с новой стороны, услышать его комплексы. В принципе, это было необходимо, чтобы понять его. Воспоминания разбежались в стороны, когда Чонгук прочитал новые сообщения, его глаза округлились от удивления. Чимин: Доброе утро, Чонгуки! Чимин: Ты можешь прийти!!! Юнги громко кричит, пока Чонгук скидывает с себя одеяло и плетётся к шкафу, в котором царит бардак. Повозившись в одежде, он вытаскивает первые попавшиеся штаны. Перед тем как что-то надеть, его руки замирают. Он впервые увидит Чимина. Появиться в потрёпанных спортивках с прошлогоднего кросса не впечатлит умеющего говорить красиво парня, совсем. Закинув штаны вглубь шкафа, Чонгук кладёт руки на бёдра. Юнги трётся боком о ногу Чонгука, громко мяукая. - Нет. В ответ Юнги заходит в шкаф и встряхивает шерстью. Не проблема, если это не безупречный костюм Чонгука и галстук. Десять минут спустя, со спящим на его подушке Юнги и аккуратно повешенным на вешалку костюмом, Чонгук наконец придумывает, что надеть. Ничего броского, просто тёмно-синяя футболка и узкие джинсы, но это что-то по стандартам Чонгука. Прокравшись вниз, Чонгук тихо пробирается мимо кухни и отпирает входную дверь. Спустившись по ступенькам и юркнув в машину, он закрывает дверь и выключает радио. Перед тем как выехать на дорогу, он звонит Чимину и включает громкую связь. - Доброе утро, Чонгуки! Ты придёшь ко мне сегодня? – весело спрашивает Чимин. Улыбнувшись, Чонгук сдерживает смех. – Звучит так, будто ты уже знаешь ответ. - Конечно! Просто хотел услышать твой ответ. - Я ждал тысячи лет этого дня. Вообще-то, я уже еду. – Давая задний ход, он выезжает на дорогу. - Я удивлён, ты никогда не говоришь по телефону во время вождения. - Сегодня много чего будет в первый раз. Чимин хихикает. – Правда? - Да, правда. Сегодня день, - Чонгук продолжает, включив поворотник, - когда я наконец увижу, как выглядит этот таинственный Пак Чимин во плоти. Выехав на главную дорогу, Чонгук разгоняется и несётся на скорости по улице. Опустив окно и чувствуя щеками прохладный утренний воздух, он перекрикивает ветер. – Я бы съел что-нибудь, по крайней мере. - Ты ел что-нибудь на завтрак? Пауза. – Нет. - Чонгук, это вредно для здоровья, особенно для атлета! Я оставлю немного от завтрака для тебя, тогда. Ты предпочитаешь яблоки или виноград? - Яблоки. - Ладно. Красные или зелёные? - Красные. В последний раз в зелёном яблоке я нашёл червя. - Фу! – Чимин взвизгивает, и Чонгук смеётся. - Твои реакции бесценны – вот же чёрт, на что я наехал? Тряхнуло всю машину. - Почему бы тебе не проверить? После проверки шин и нескольких минут смеха Чимина, это оказались пустяки, всё-таки. Просто небольшой ухаб на дороге. - Поторопись и возвращайся в машину. Я жду, - ноет Чимин. - Пак Чимин нетерпеливый- - Ой, заткнись!