Вода и Земля
26 августа 2019 г., 03:36
Открываю глаза. Огонь окутывает меня со всех сторон, я чувствую, как моя кожа горит. Невыносимая боль. Я кричу и плачу, но не слышу своего голоса. Я не думаю, что вовсе жива, но раз я ощущаю боль, значит я еще здесь? Пока еще жива… Мне казалось, что в этом мире ничего больше не существует, кроме одного сплошного огненного океана. Я горю, но не умираю. Словно попала в ад.
— Папа… мама… кто-нибудь! — мысленно зову я, но заранее понимаю, что меня никто не услышит из-за всепоглощающего гула огненного пламени вокруг, — мне больно…
— Ненавижу… огонь…
Вновь оглядываюсь вокруг, но теперь чудом я могла разглядеть два длинных силуэта, лежащих неподалеку возле меня. Они не шевелились, не знаю, кто это был, но понимаю, что я точно не одна.
— Помогите… — умоляла я, сама того не понимая.
Силуэты синхронно дрогнули, но продолжили лежать на месте. Кто это? Они вообще живы? Им также больно, как и мне? Они ничего не говорят. Я не могу их разглядеть.
— Мизуки… — простонал до боли знакомый женский голос.
Одно из тел поднялось на локти и поползло в мою сторону.
— Мама? — не поверила своим глазам я.
Но эту женщину уже нельзя было назвать моей матерью… Нет… Из-за того, что огонь полностью изуродовал ее внешность — я не могла узнать в ней те нежные любимые черты. Она была сожжена почти до костей, ее челюсть безжизненно свисала и покачивалась под движения тела.
— Мизуки… — вторил монстр, который едва был похож на мою мать.
— Мама… нет…
В последний раз закрываю глаза, чтобы больше их не открыть. Я больше на это смотреть не в силах.
***
Что-то холодное и мокрое лежало на моем лице, а затем тем же растирали мою шею, руки и ноги. Чувство того, как пламя сжирает меня — ушло, настала лишь прохлада и легкость. Значит я спала? Ад, что мне снился, был не реальностью? Я… жива? Попробовала пошевелиться — у меня получилось: пальчиками дотянулась до лба и нащупала мокрый кусок ткани. Вокруг царила странная тишина, неужели я одна? Что со мной случилось? — Лежи, ты еще слишком слаба, — подал мужской голос, видимо неподалеку сидящий рядом мужчина. Глаза у меня неприятно болели и, кажется, опухли, я не могла поднять веки, чтобы увидеть незнакомца. Пугала эта неизвестность и моя собственная беспомощность, но что бы могла сделать девочка не-маг двенадцати лет? Его голос я постепенно узнавала — это был тот самый мужчина, который нашел меня в лесу и принес в тихое сухое место. Может быть к себе домой. — Не бойся, я тебя не трону. — тихим тоном успокоил меня он. — Кто вы? — заговорила я, потратив все свои силы на попытку издать какие-то звуки. — Мое имя Ноатак. Ноатак? Странное имя, но интересное. Вряд ли я могла бы определить лишь по одному имени к какому из народов принадлежал мой спаситель. — А я Мизуки… — мой голос сорвался на кашель. Легкие болели, грудь сдавливало. — Тише, попробуй поспать еще. Во сне ты быстрее восстановишься. — его голос успокаивал и внушал уверенность. — Спасибо… — я не знала, за что его благодарила. Причин, возможно, на самом деле может быть множество. Но я знала точно наверняка: он спас меня от глупой гибели. Уснуть я долго не могла, вечно ворочалась из стороны в сторону, вспоминая о родителях, плакала, а Ноатак каждый раз приближался ко мне, видимо проверяя мое состояние; менял компрессы, а иногда приподнимал меня и приводил в чувства, чтобы я выпила какую-то травяную вязкую жидкость — она сразу ужасно мне не нравилась. Но так было надо. — Тише, тише… — очень часто я слышала над своим ухом, когда мои болезненные стоны переливались в плач. Кто бы ни был этот загадочный человек — Ноатак оказался заботливым, все время был рядом и берёг мой беспокойный сон. Ненароком я начала фантазировать, что это и был все время мой отец — он гладил меня по волосам, накрывал меня одеялами, поил водой и все время шептал, что у меня все будет хорошо. Постепенно я начала чувствовать долгожданное улучшение, и моя голова в целом стала мыслить куда более адекватно. Вновь я открыла глаза уже в солнечной просторной комнате, за окном которой громко разговаривали голубые сойки. Оглядевшись, я поняла, что помещение, в котором я находилась, было чем-то похоже на мой дом, от этого мне стало не по себе. Сколько же я спала? Рядом со мной стоял поднос, а на нем чаша с холодной водой, пучок каких-то трав, но больше меня поразила чудесная красная лилия, аккуратно лежащая среди прочего, и судя по всему ее принесли сюда недавно. — Ноатак? — позвала я мужчину, приподнимаясь и поджимая колени к груди. Я надеялась, что он никуда не ушел и не оставил меня тут одну. Каждая секунда молчания нагнетала и возвращала меня к плохим мыслям о пережитом. — Ноатак… — я хотела назвать себя ужасной плаксой в этот момент, но слезы уже сами по себе потекли по щекам. Может он бросил меня, потому что я достала его своим нытьем? Его тогда можно понять… Глянув на огненную лилию, я робко взяла ее в руки, чтобы хоть как-то утешить себя. Она была свежа и красива, странно, что она оказалась в этом доме на территории бывшего королевства Земли (хоть здесь еще располагались колонии народов Огня, но это было недолго), ведь эти цветы растут только на равнинах страны Огня. Ноги от долгого лежачего положения затекли, и мне стоило быстрее принять решение встать и пройтись. Дом включал в себя одну лишь сплошную комнату с двумя окнами с противоположных сторон; тесный стол, стул, пыльный платяной шкаф и кухонные тумбы, но, судя по всему, готовили в этом доме крайне редко, и остальное время хозяин проводил только на улице. — Папа… мама… — вырвалось у меня на подсознательном уровне. И как я могла подумать, что на мой скулеж кто-то придет? Я ужасно скучала по родителям, мне становилось хуже и хуже от осознания того, что я могла их больше не увидеть. Ладони уперлись о стену, мне требовалось сделать еще пару шагов, чтобы достигнуть двери и выйти на улицу. Срочно. С силой распахнув дверь, я оказалась на улице: солнечные лучи больно ударили мне в глаза. Когда глаза наконец привыкли к яркому свету, я смогла разглядеть берег Юи, находящийся совершенно неподалеку. А ведь раньше наша семья тратила много времени, чтобы добраться до этих мест, а теперь я… словно живу здесь? — Тебе уже лучше? — обратился ко мне Ноатак, абсолютно внезапно оказавшись за моей спиной. Как он это сделал? Я не знала, что сказать, словно язык проглотила. То, что я увидела теперь — не сочеталось с тем, что я прокручивала у себя в голове: Ноатак был всего-навсего обычным рослым (по моим меркам) мальчишкой, которого я случайно приняла за взрослого мужчину, но ведь его поступки и слова… не были детским лепетом; у него были темно-каштановые длинные волосы, которые он прятал в хвост; его одежда была похожа на ту, которую носят жители народа Воды, а его лицо было таким… таким серьезным, что мне было как-то не по себе. Я ведь ни в чем не провинилась, почему он такой суровый? Он ведь не собирается меня за что-то отчитывать? Ноатак вызывал у меня бурю эмоций. Для него я казалась глупой маленькой девочкой, хотя такой я и являлась… Но он был старше меня не на столь много лет. — Да, благодаря вам… — моментально сдулась я, почему-то стесняясь смотреть на него. — Ты голодна? — продолжал интересоваться он, обходя и останавливаясь прямо передо мной. — Немного… — скромно призналась я, услышав ворчание в животе. — Я принесу тебе что-нибудь, иди обратно в дом, — скомандовал Ноатак, быстро направившись куда-то. — А что же с моей семьей? — не выдержала я, ибо этот вопрос мучал меня очень долго. Он остановился. Не стал оборачиваться, и меня это напрягло. Его поведение было похоже на то, словно он видел нечто беспрецедентное и ужасное, и не хотел вспоминать об этом. Жаль, что я не видела его лица, когда задала свой вопрос, может быть ответ кроился именно в его серых глазах. — Отныне я — твоя семья. Я тебе расскажу позже, сейчас не время. Его ответ убил моментально убил во мне надежду. — Нет, скажи сейчас… — заупрямилась я, топнув ногой. Это ведь так важно! Разве можно утаивать такую информацию? Он промолчал, и быстрее продолжил неизвестный мне путь. Мне хотелось броситься за ним, схватить его за руку и держать его до тех пор, пока тот не перестанет бежать от разговора. Хотелось кричать и проклинать его за молчание, но вместо этого я смолчала сама. Найдя укромное темное место возле берега, я затаилась там, обнимая себя за ноги. Волны прибивались к земле. Вода смягчала и увлажняла сухую почву, делала ее мягкой, податливой. Она, при всей своей простоте, зарождала во мне странные чувства: гармонию, спокойствие и безмятежность. Затем мой взгляд был устремлен за Республику, таящуюся где-то там, недалеко. Смело тяну руку и почти ловлю городские башни в свою ладонь. Город в моих руках и я могу делать с ним все, что хочу. Я закрыла глаза, и мне показалось, что я так просидела довольно долго. — Держи, — рука Ноатака очутилась рядом со мной, протягивающая мне чашу с рисом, — твоя еда. — Спасибо… — я аккуратно взяла из его рук свой завтрак. Он подсел ко мне, сложив руки на коленях. Секунды тишины казались мне вечностью. — Насчет твоих родителей. — наконец начал он, грустно опуская глаза, — я прогуливался по лесу в поисках грибов и случайно увидел, как группа мужчин двигалась куда-то. Они сразу показались мне подозрительными и очень знакомыми, и я не прогадал. Банда шла быстро и решительно, скорее всего свои злодеяния они планировали с самого начала… Я не успел увидеть, что они сделали с твоей матерью и отцом, за это прости меня. Я подоспел только тогда, когда твой дом был уже охвачен огнем. У меня был выбор: помочь усмирить пожар и найти твоих родных, или догнать поджигателей и наказать их. К сожалению, я выбрал второй вариант. У меня было очень мало времени. Когда все кончилось, я уже нашел тебя неподалеку… и сразу понял, что ты была их дочерью, а потому оставить тебя я не мог. Мне стало жаль тебя… и теперь ты здесь — в моем доме. Я знаю, что моя история кажется абсурдной или даже жестокой, но у меня нет резона лгать тебе, девочка. Всю ночь я был с тобой, но на утро, когда ты успокоилась — я решил найти то, что осталось от твоего дома, и я нашел кое-что… Ноатак достал что-то из кармана, а затем положил мне в руки, тепло глядя мне в глаза. — Я думаю, что эта вещь может быть важна. Так или иначе — это все, что смогло уцелеть. Раскрыв ладони, я увидела тонкую металлическую, уже почерневшую от огня, цепочку и вдруг вспомнила, что это — подарок отца моей маме еще в тот день, когда он делал ей предложение. Папа много мне рассказывал об этом, и потому эта вещь была очень ценна. Чаша с рисом быстро соскользнула на землю. Слезы застыли на глазах, а руки начали дрожать. — Мои папа и мама… они… погибли? — я задала роковой вопрос, а догадки уже вертелись у меня на языке. Ноатак внимательно посмотрел на меня. — Да… — Ты не можешь знать, ты же сказал, что не видел этого… — Мог не видеть, но знаю наверняка как это случается обычно: эти уроды не преследовали цель просто ограбить твою маму — они хотели убить ее, а затем унести награбленное. Я слыхал про эту группу хулиганов, использующие свою магическую силу, чтобы причинять другим боль. — Так виноваты люди… с магией? У нас же нечего было грабить… Мы же… небогаты! — я начала вытирать слезы с глаз рукавом, но у меня это плохо получалось. — Да, и таких, как они — немало… Им все равно, богата семья или нет. Тебе просто не повезло. Ноатак особо не выдавал ярких эмоций, и все же ему было сложно говорить мне о том, что мои родители погибли, но я все равно не верила его словам, в глубине души не могла в это верить. Ни в коем случае. — Зачем? Зачем они это сделали?.. — все еще не укладывалось в моей голове. — Я же сказал: чтобы ограбить. Таким людям не свойственна способность к сочувствию и морали. Они берут свое огнем и кровью. Его слова были жестоки, хоть и правда. Шок сковал мое тело, я не могла пошевелиться или даже просто зарыдать, как обычно. Я смотрела в одну точку почти не моргая. — Где они теперь? — Нигде. — То есть? — Поймешь, когда подрастешь, и учитывая твое нелегкое положение — это будет скоро. — Что мне теперь делать? — Ничего, я все устрою сам.***
— Папа, а что там в городе? Какие люди? — заинтересовалась я, свисая с отцовских плеч, словно обезьянка на ветке. Отец привел меня к берегу отдохнуть, как обычно. Я налепила из песка целый город, затем быстро сдулась. — Я был в Республике лишь однажды, но могу сказать, что там очень здорово: высокие дома, почти касающиеся неба, широкие чистые улицы, много машин, а самое интересное — это местные жители. Все нации сосуществовали в одном месте — маги и не-маги. Я был так заинтригован, что упустил одну жестокую истину сквозь пальцы… Заметив, как папа загрустил, я забралась к нему обратно на плечи и обняла обеими руками, уткнувшись носом в черную шевелюру. — Какую? Расскажи. — Некоторые люди слишком злоупотребляют своей силой, которая была им дана для лучших побуждений… — То есть? — То есть, любимая, люди, использующие магию стихии могут навредить тем, кто живет обычной немагической жизнью, что уж там говорить о повседневных разборках между магами… Я стал однажды свидетелем печальной картины: прямо посреди бела дня молодой парень требовал от бедной женщины скидку за покупку обычного, отмечу, дешевого арбуза. Я подумал, что он хотел скорее получить продукт бесплатно, а как лучше отбить у человека то, что принадлежит не тебе? — Начинаются угрозы… А угроза быть сожженной заживо — это просто ужасно. Не хочу тебе говорить все детали, какие я видел и в чем успел поучаствовать сам, но эта бедная женщина была запугана до потери пульса. Ей стало плохо и ее увезли в больницу, а хулигана в скором времени задержала Тоф Бейфонг с помощью своей магии металла — эта женщина являлась шефом полиции и одной из друзей Аватара Аанга, она поклялась, что тот не выйдет на свободу в скором времени, и затем увезла его прочь. Но суть в том, что этот мальчишка… использовал магию огня, дабы заполучить желаемое. Магия огня в руках плохих людей — смертельна, запомни это, милая, как и всякая любая другая стихия. Были случаи, когда люди не могли поделить территории или решить какие-то личностные вопросы, и посему одна сторона затапливала другую с помощью стихии воды. А каково оказаться в эпицентре борьбы сильнейших магов земли? — Страшно даже вспомнить! Очень опасно. У меня была веселая жизнь в Республике. — Ух ты, хотела бы я владеть магией воды… Она мне нравится. Я бы создавала волны, на которых бы мы катались! А зимой я бы лепила всем детям снеговики, строила целые ледяные дома для всех желающих! Я бы даже сотворила огромные фургоны с мороженым, которых нам бы хватило конца жизни! — звонко рассмеялась я. — Уверен, ты была бы добрым магом. — после этих слов отец обнял и поцеловал меня в лоб. Именно во время этого разговора я загорелась желанием научиться самым классным приемчикам у магов воды в благих целях, но моим желаниям не судьба было исполниться. И слава богу. Я так и осталась обычной девочкой, которая постепенно убеждалась в обратном: магия опасна и ей не место в мире людей.
