Butterfly effect

       Pov: Марко. Калеа уже как час лежит под скальпелем Дока, а Эйс исколесил весь Моби-Дик вдоль и поперёк. Он был похож на один сплошной комок нервов. Мы доложили отцу о маячке, и он был не особо рад таким новостям. Он спросил про состояние Калеа, но мы ничего пока не знали, так как Док ещё не вышел. Отец волновался за Эйса, потому что тот притих и незаметно сидел на борту, а затем ушёл вниз в свою комнату. Я тоже наблюдал за ним с нескрываемой тревогой. Последовав за юнцом, я дошёл до его комнаты и без стука вошёл. Эйс бы всё равно проигнорировал бы мои стуки и так далее. Парень лежал на кровати спиной к двери. Закрыв дверь, я прошёл к кровати и, обойдя её, сел на край. Черноволосый тут же дёрнулся от того, что матрас слегка просел, и взглянул на меня потухшими глазами. — Эйс, отец волнуется за тебя, да и мы все тоже. Ты как, в норме? — протягивая руку и касаясь смольных волос, спросил я. Парень спокойно выдохнул. — Всё нормально. Я в порядке. — ответ был сухим и с прямым посылом, чтобы я отвалил. Но я так просто не уйду. — Я понимаю, ты переживаешь, но ты слишком загоняешься… — Эйс резко подскочил, грубо отталкивая мою руку от своей головы, и, взъерошивая и так торчащие в разные стороны волосы, принял сидячие положение. — Я просто не могу понять, как он посмел так с ней поступить? Он её словно за собаку держит! — от нарастающей злости плечи моего друга вспыхнули алым пламенем. В комнате резко стало жарко. Последний раз, когда он так вот воспламенился, мы едва успели затушить огонь, который пополз по кораблю так быстро, словно судно было целиком пропитано маслом. Сжав кулак и не посмотрев на подавленное состояние Эйса, я зарядил этим самым кулаком поганцу прямо по затылку. — А ну усмири свой пыл, пока корабль не спалил, дурень! — Эйс шарахнулся лобешником о верхний профиль изножья кровати. Он зашипел, хватаясь и за затылок, и за лоб. Пламя пропало, но на смену пришёл взбешённый взгляд парня. — Ай-ай-ай! Ты совсем охренел, Марко?! — он схватил меня за воротник рубашки. Как же он достал, и так весь воротник растянут в битвах. — Приди в себя, йой! Твои загоны не помогут Калеа поправиться! Её нельзя будет волновать, а твоя постная рожа её точно не порадует, и она будет беспокоиться, тем самым вредя себе! Ты этого хочешь? — теперь уже я оскалился и вцепился рукой в бусы на шее парня. Эйс дёрнул бровями. — Нет, я не хочу этого. — он сбавил тон и отпустил мой воротник. Я в свою очередь отпустил его ожерелье. — Тогда хватит! Ты реально перегибаешь палку, йой. Ничего особо страшного не произошло. Скоро Док закончит, и она будет в порядке! — достучаться до его разума всегда было тяжело, и я уже подумал, что мне предстоит не один час вдалбливания ему очевидных вещей, но Эйс меня удивил. — Ладно, прости, я сглупил. — он успокоился, так ещё и попросил прощения. Я думал, что на пол рухну от подобного. Но нет, благо ноги удержали меня. — Ха! А Калеа и правда на тебя хорошо влияет. Ты раньше дольше упирался, а про извинения я вообще молчу! — мальчишка снова вспыхнул. — Не начинай… — пламя его устремилось к потолку, оставляя немного на нём черный след от копоти. Наши взгляды пересеклись, его пламя погасло после того, как я сжал кулак и вознёс его перед собой.

Конец Pov: Марко

***

       Pov: Кале. Запах лекарств, звук аппарата с моим сердцебиением и пульсом, боль в спине и, конечно же, звуки. Кто-то бегал вокруг меня туда-сюда, моментами касаясь меня. Я ощущала касание едва заметно, как будто моё тело заморожено. Моё тело лежало животом вниз, руки лежали по швам, и я их не чувствовала как и ног. Раскрыв немного глаза, я посмотрела на окружение, которое мне позволял видеть угол обзора. Моя голова лежала повёрнутой в правую сторону. Аппараты, медицинские инструменты, запачканные кровью, ватные тампоны и какая-то блестящая штучка на железном подносе. — Так, всё прошло хорошо, осталось лишь только перебинтовать. — говорил себе под нос Док, поднимая тот самый поднос и собираясь его куда-то перенести. Но мой тихий, хриплый голос заставил Дока замереть на месте. — Д-Док…— он развернулся медленно, словно не ждал, что я приду в сознание. — Что за?! Кале, ты что, пришла в себя? Как давно ты в сознании? — он перепугался и едва не стал в тон своего белоснежного халата. Наверное, подумал, что делал операцию не заметив, что я в сознании. — Я… только… сей… час пришла… в се… бя… — мне было трудно говорить, горло немного давило. Интересно, сколько я пробыла в отключке? Док, услышав мой ответ, облегченно выдохнул и брякнулся на стул. — Всё хорошо, дорогая, я убрал маячок из твой спины и уже зашил разрез. Сейчас мы тебя перебинтуем, и я позову Эйса, чтобы он перенёс тебя в твою комнату, там тебе будет лучше. — снимая маску с лица, проговорил он. — С-спаси... бо… — мой хриплый голос резал мне горло ножом. Как будто стекло проглотила. — Ты хорошо себя чувствуешь? — он встал и осторожно коснулся моей спины. — Спи… на… бо… лит… — честно ответила я. Спина реально сильно болела, словно мне в неё меч по самую рукоять вонзили. — Ну ничего, потерпи немного, скоро пройдёт. — мягкий взгляд Дока и ласковая манера речи немного успокоила меня. — А дат... чик, что бу… дет с ним? — переведя взор на железный поднос с устройством, поинтересовалась я. — Мы его уничтожим, не волнуйся об этом. — Док зыркнул на устройство. — Про… стите…— я чувствовала себя виноватой, ведь я едва не подвергла всех опасности. Если бы дедушка Эйса не позвонил и не сообщил об этой херне в моей спине, мой отец бы заявился сюда и… О боже, я даже думать не хочу об этом. — Что? За что ты просишь прощения, милая? — Док меня не понял и нагнулся ко мне поближе. — Я под… вергла вас опас… ности… Из-за меня… вы могли постра… дать… — корабль немного качнуло, из-за чего по тихому лазарету разнёсся звук дрожащих в шкафу склянок с лекарствами. Они не выпадут, так как дверцы закрыты на замок, но вот удариться друг друга и разбиться вполне. — Ты не виновата. Ты не знала об этой штуке. — Док глядел на меня большими глазами. К моим глазам начали прибывать слёзы. — Мне так жаль… Простите… — слёзы хлынули с моих глаз. Дока передернуло. — Ну-ну, не плачь, ты же взрослая девочка, всё хорошо! — бегая вокруг меня, как очумелый, и просил успокоиться. Мне было ужасно стыдно. Мысли о том, что могла произойти бойня, и в ней кто-то бы погиб, разрушали меня изнутри. Пираты или дозорные, нет никакой разницы. Они — живые люди, которые могли погибнуть из-за того, что мой больной отец вживил мне этот чёртов шарик. — Док, не помешал? — дверь лазарета открылась, и прозвучал низкий мужской голос. Док поднял простынь и накрыл меня до шеи. — Нет, я уже закончил, тут просто небольшая проблемка. — отходя от меня к дверям, пояснил Док. — Какая? — тот, кто пришёл, не понял, о чём говорит док. — Кале думает, что вся вина по поводу этой дряни целиком лежит на ней. — а на ком ещё, чёрт подери?  — Но она же не знала! — внезапный гость повторил слова Дока точь-в-точь. — Я тоже самое говорю, но она расплакалась, и я не могу её успокоить. — Док был в полной растерянности из-за меня. От меня одни проблемы… — Привет, как ты? — голос прозвучал у меня буквально над ухом. Переведя заплаканные глаза вверх, я увидела Бленхейма. С этим командиром мы редко пересекались, если только в столовой, да на палубе в редкие моменты. В основном он вместе с Куриелем и Кингдью находится на орудийной палубе, где расположены пушки и оружейный склад. Я была там пару раз только для того, чтобы позвать этих троих в столовую, либо просто гуляла или искала Эйса. — Бленхейм... — мне удалось выдохнуть лишь его имя. — Ты давай не забивай свою головушку всяким бредом. Ты не виновата в том, что в тебе был маячок. Слышишь? — его огромная загорелая рука, осторожно легла мне на голову и слегка потрепала. — Но... — но моё возражение не было принято во внимание. Крупногабаритный пират неодобряющие покачал головой, после чего нагнулся на уровень моего лица и сказал: — Даже не спорь, лучше отдыхай и набирайся сил. — спорить с ним я не хотела, поэтому просто послушно кивнула. Это единственное, что я могла сделать сейчас. — Хорошо… — Бленхейм улыбнулся мне, оголяя белые ровные зубы. — Умничка! — не знаю почему, но плакать мне больше не хотелось. Слёзы перестали литься из моих глаз, и я стала просто лежать со слегка приоткрытыми глазами. Док и Бленхейм стали о чём-то говорить и, чтобы не мешать мне, вышли в коридор. Я осталась одна в пустом лазарете. Голоса обоих мужчин доносились из-за двери, но я не понимала, о чём они говорят. Переведя взгляд на окно, я увидела, что уже светло. Сверху тоже шли какие-то приглушённые звуки. Один особо громкий звук раздался у меня прям над головой. Из-за этого звука я струхнула, а в лазарет вломился Док и, распахнув то самое окно, высунулся в него и заорал, смотря наверх: — Эй, вы чё там вытворяете?! Осторожнее с пушками! Ещё мне не хватало, чтобы одна из эти чугунных дур ко мне в кабинет рухнула! — грозя кулаком, рычал Док. Сверху послышалось многоголосое: «Прости, Док!». Мужчина выдохнул и, хлопнув окном, развернулся ко мне, раздраженно поправляя съехавшие очки. Так значит, этот звук был от удара пушки об палубу. Интересно, зачем ребята выволокли пушки на палубу и таскают их? Если чистить, то это странно, ведь раньше они их чистили на той же палубе, где они и стояли, а не тащили на верхнюю. Док сходил за бинтами и вернулся ко мне. Я наблюдала за его действиями и думала о всякой дребедени. Заметив мой задумчивый и даже пустой взгляд, Док настороженно нагнулся ко мне. — Кале, всё хорошо? — голос был тихим и добрым, он говорил со мной, как говорит дедушка со своими внуками. Дедушка Эйса не в счёт, этот кадр отдельный случай, не подвергающийся повтору. Сомневаюсь, что где-то в мире есть подобный дедулька! — Да, я просто задумалась… — отстранёно кинула я. — Позвать Эйса? — мне очень хотелось к Эйсу, но я понимала, что раз уже день, то он точно занят своими командирскими делами. Отвлекать его сейчас будет неправильно с моей стороны. — Не нужно, он, наверное, сейчас занят, не надо его отвлекать, он сам придёт, когда освободиться.  — Док удивлённо поморгал глазами, но потом принял, улыбнулся и кивнул. — Ну, тогда я пойду гляну, кто свободен, и попрошу перенести тебя в твою комнату. — он собирался покинуть лазарет, как я, вспомнив о том, что Фосса и Ракуё спят после ночного дежурства, поспешила сообщить об этом Доку, чтобы он не стучался к ним и не тревожил. — Только Фоссу и Ракуё не надо, они не спали всю ночь, не будите их. — Док обернулся назад и, сложив руки на груди, строго посмотрел на меня из-под очков. — Ответь на такой вопрос: Ты хоть изредка думаешь о себе? — под натиском строгих глаз врача, я замешкалась и не думая начала мямлить, не зная как ответить на поставленный им вопрос. Я никогда не умела думать о себе в первую очередь, я всегда думала об окружающих… — Я… ну… Нет… — мои щёки заалели со стыда.  — А стоит, дорогая. Ладно, я сейчас вернусь! — врач вышел из кабинета в очередной раз.

***

Прошло может минут пятнадцать, и вот Док вернулся назад в сопровождении Джоза. У меня чуть душа в пятки не рухнула. Этот огромный загорелый мужчина со свирепым выражением лица возвысился над Доком примерно на метра полтора, не меньше. С этим недружелюбным гигантом я намеренно избегала встречи, так как прекрасно знала, что я ему не особо нравлюсь, и он видит во мне врага. Джоз, слушая инструкции от Дока, осторожно поднял меня, а я старалась не шевелится. Мне было страшно. — Неси её в комнату. И осторожно, не навреди ей! — стукнув великана по крепкой спине, докинул Док вслед командира. — Я и не собирался. — низким голосом фыркнул тот. — Кале, если что-то случится, попроси Джоза, чтобы он позвал меня, хорошо? У него сегодня нет работы, поэтому он согласился помогать тебе. — я осторожно повернула голову на командира 3-ей дивизии. Джоз смотрел на меня спокойным взглядом, и ничего на его лице не показывало, что он против того, чтобы побыть сегодня у меня в качестве обслуживающего персонала. Он серьёзно согласился? Но почему? Он же меня на дух не выносит. Один раз он был спокоен со мной, когда принёс мне забытое мною кофе, после случая с мышкой. — Правда? — мне не верилось в то, что тот, кто меня считал всё это время врагом, согласился мне помочь. — Да. — твёрдо ответил гигант. — Спасибо, я постараюсь не доставлять тебе лишних проблем! — улыбка сама наплыла на моё лицо. Джоз поменялся в лице, а затем и вовсе отвернулся от меня. Что за дела? — Я зайду к тебе вечером. — сказал Док, проверяя надёжность бинтов. — Хорошо, Док, спасибо! — ему я так же улыбнулась. Он улыбнулся мне в ответ и погладил меня по голове. — Джоз, ты понял? Осто-ро-жно! — по слогам повторил врач, смотря на командира. Тот закатил глаза и, схватив ручку кабинета, заорал. Походу, накипело у него по этому поводу знатно. Я постоянно слышала, что Джозу говорят быть аккуратным. — ДА ПОНЯЛ Я! ХВАТИТ ОБРАЩАТЬСЯ СО МНОЙ, КАК СО СЛОНОМ! — смачный хлопок дверью, один шаг и дребезжащий лязг стекла и грохот падения шкафа. Около дверей стоял тот самый шкаф, в котором и были скляночки с лекарствами. Джоз как примёрз к полу, я же осторожно выглянула из-за плеча пирата. В коридоре были другие члены команды Белоуса, и они, услышав этот шум, с круглыми шарами повернулись на нас. Из дальней комнаты выглянул Виста и в недоумении, что за шум, а драки нет, почесал затылок. — ДЖОЗ!!! — дикий вопль Дока заставил командира рвануть по коридору. Не думала, что он может чего-то испугаться. — Ой-ой! — огибая других пиратов, ойкал он, направляясь прямо к Висте. Тот же, увидев нас, вообще потерялся. — А НУ ВЕРНУЛСЯ СЮДА!!! — за нами уже во всю летел злой, как тысяча чертей, доктор. Его глаза горели лютой ненавистью, из ноздрей валил пар. Жуть! — Виста, прими эстафету! — прямо на ходу Джоз отдал меня Висте, а я, моргая очумевшими глазами, смотрела на то, как две фигуры стремительно удаляются по коридору. Одна из фигур начала громко материться, проклиная пирата и его мать, а так же его дурацкую манеру всё разрушать. — Так что случилось? — спросил Виста, не опуская на меня удивлённых этой сценой глаз. — Джоз слишком сильно хлопнул дверью медкабинета… — запнувшись, ответила я. — Будем надеяться, что Док выдохнется раньше, чем догонит его… — Виста захихикал, как и все пираты в коридоре. Ситуация действительная забавная, не каждый день я такое вижу. Наш смех, наверное, было слышно на верхней палубе, ведь из-за нас проснулись Ракуё и Фосса. А после того, как им рассказали в чём дело, они чуть не заревели от смеха. Ну, точнее сказать, Ракуё зарыдал, а вот Фосса настолько закатился, что аж затылком о верхний косяк двери шарахнулся, чем вызвал новую волну смеха у всех нас.