Материнский инстинкт

      «Очень приятно…» — Подумала Накаджима, но промолчала, не соображая до конца, для чего ее тащит куда-то студентка.       — Наоми? — Переспросила Ацуши, торопливо перебирая ножками и путаясь в длинной юбке. — А куда, на испытание уже?       — Ой, да нет, оно будет позже. — Студентка нахмурилась, словно обижаясь на то, что девочка не ответила ей взаимностью, но, приняв тот факт, что последняя находится в ступоре, отставила разочарование на второй план. —  Ну вот посмотри, что за ужас! — Воскликнула она. — Ты в этой юбке убьешься, тебе нужно что-нибудь поудобнее.       — Но мне и в этой хорошо… — Возразила было Накаджима.       — Нет-нет! Это исключено. — замотала головой Наоми. — Ты же вступительный экзамен сдаешь. — Выделила она эту фразу голосом. — А в этом… Пфф, или чего сломаешь себе, или вовсе убьешься. А нам нельзя марать честь агентства, это ведь неправильно, верно? — Улыбнулась студентка.        — А… Это испытание сложное? — Ацуши еле успевала оглядываться по сторонам, пока новая знакомая тащила ее по улице по направлению к торговым рядам. — Я смогу справиться?       — Ха, ну если ты завалишь его, будет очень стыдно. — Вздохнула девочка. — Но оно достаточно непростое.        — Что же там будет? — Ацуши испугалась не на шутку. — Неужели…         — Ну понимаешь, не имею я права рассказать тебе! — В голосе и вправду слышалось сожаление, но в глазах играли задорные огоньки. — Хотя тебе могу по секрету рассказать, но при одном условии: ты будешь молчать и никто не узнает, что разговор состоялся между нами. Хорошо?        — Давай… — Преступно оглянулась Ацуши. — Я никому не выдам тебя, но разве за раскрытие тебя накажут? Ведь ваш директор очень понимающий, как мне показалось, человек. — Смутилась одаренная, не состыковывая в голове эти факты.        — Ещё как накажут! — Уверила ее Наоми. — Знаешь, был у нас один сотрудник, так вот, он выдал тайну испытания и его замучили до смерти. — Танидзаки опустила глаза. — А я ещё так молода, чтобы умирать.        — Ох… — Вздрогнула Накаджима и упала спиной на забор. — Я слишком много видела смертей в этом мире и не хочу больше.       — Да не волнуйся так сильно. — Студентка закусила губу, понимая что перегнула чуток с прикрасами. — Все хорошо пройдет. Ты маленькая, смелая, вон на что решилась! — Она погладила пепельноволосую по плечу. — Ты справишься, я верю. — Наоми помогла девочке дойти до стульчика и усесться чтобы отдохнуть, и лишь после начала шепотом вещать об испытании, которое ее ждало. — Ацуши, значит слушай. Первым делом тебе наденут на голову мешок и отправят ходить по крыше, без страховки. — Со знанием дела говорила Танидзаки. — Так они проверят твое умение ориентироваться в пространстве. На первом испытании многие отсеиваются. — Пожала она плечами. — Ну думаю, раз у тебя есть способность к быстрой полной регенерации, то при случае того, что ты превратишься в лепешку, твои мучения не закончатся. Дальше, вторым этапом, перед тобой поставят пять одинаковых пирожных с вишенками наверху.       — Ммм… — Мечтательно протянула Ацуши, думая, что ее просто на время заставят съесть это все. — Ну, думаю, это не сложно.       — Ещё как! — Замотала головой студентка. — В четырех из них — маленькая взрывчатка, которая под действием слюны придет в действие. Тебе нужно выбрать лишь одну и съесть ее. Как говорится, смотря чем повернется к тебе удача — либо жопой, либо лицом. — Хихикнула девочка.       — Слабо верится в такое зверство… — Вздохнула Накаджима. — Кажется, директор говорил что-то про оплот справедливости и добра…       — Ну так за справедливость должны бороться только те, что пройдут все этапы. — Наоми заправила за ухо прядь волос. — И это не все. — Она опустила голову и вздохнула. — Последнее — ты должна отречься от самого дорогого, что есть у тебя. Фукузаву не обманешь, он насквозь видит каждого. И тебе придется это сделать.       — А… От чего отреклась ты?        — Это слишком личное. — Танидзаки, казалось, заплачет вот-вот.       — Прости. — Ацуши инстинктивно приобняла новую знакомую, что-то бормоча той под ухо. — Для чего такие кардинальные меры?       — Для того, чтобы отсеять тех, кто лишь временную работу ищет. Детективное агентство — это команда тех, кто готов жизнь положить ради всеобщего блага. Много людей тянутся к нам, желая просто напросто нажиться на чужом горе, вот им ничто не помогает проходить испытания и лишь самые стойкие, самые чистые и верные добираются до награды — до вступления в наше общество. — Студентка ответила объятиями на объятия. — Не переживай, страх может оказаться сильнее и тебе тогда будет хуже.        — Понятно. И много людей приходило к вам вот так, как я желая вступить? — Ацуши стало приятно, что ей ответили теплом.       — Да. Я же говорила ранее, что это и деньги, и поддержка. Но благо нужно заслужить. — Танидзаки улыбнулась. — Я думаю, ты достойна этого. Тем более, тебе не только деньги нужны. Ты ведь сама столкнулась с мирским злом и теперь наверняка хочешь защитить от него других.       — Но… — Пепельноволосая чуть отстранилась от собеседницы. — Я не собиралась вступать. — Поежилась она. — Мне предложили, чтобы я лишь прошла испытание и стала как бы членом агентства, хоть и могла уехать с папой.       — Значит, ты все решила? — Сглотнула Наоми. — А я то думала…        — Наоми, но… Я не знаю, Аллен предложил мне ехать с ним, он — мой отец, я смогу воспитать с ним ребенка, а тут…       — Ладно, Ацуши, это только твое решение. — Подняла Наоми голову и улыбнулась сквозь слезы. — Пойдем. Я все равно не ради того, чтобы просто поболтать, вытащила тебя. Тебе нужно купить форму, чтобы проходить испытание. Сказала же, убьешься в этом.       — Там какие-то требования? — Приоткрыла рот от удивления Накаджима.       — Ну вообще да. Белый верх и черный низ, но те, кто постарше пренебрегают этим.        — У вас драконовские законы, но кто-то все равно по-своему поступает? И как им это прощается? — Ацуши удивилась ещё больше.       — Во-первых, они хорошие работники и никто не обращает внимания на их одежду. А что значит «драконовские законы»?       — Это о-очень суровые требования. — Не медля ни секунды выпалила одаренная. — Их ввел Дракон, ставший первым законодателем Афинской республики.       — И откуда ты это знаешь? — Сощурилась студентка.       — Я окончила университет…       — Ого! — Выпалила Наоми. — А я нет, бросила. Вернее, брат мой, Джуничиро, присоединился к детективному агентству, но как же я могла оставить его! Я очень люблю братика!       — Понятно. — Со вздохом ответила Накаджима. — Слушай, а куда нам нужно было?       — А вон туда, смотри! — Указала та рукой на яркую приметную вывеску. — Мы подберём тебе костюмчик.       Ацуши не оставалось ничего, кроме как покорно пойти за Танидзаки и не вызывать всплеска эмоций у последней, дабы не мешала та думать. Одаренная ещё больше сомневалась теперь: отступление ли, провал — все означало для нее гибель. «Вот не пройду я испытание — погибну, а если и нет, то на последней его части, что же я выберу? Для меня ценнее всего — Хизока, мальчик мой маленький. Раньше это была жизнь, но отрекусь я от жизни — могут убить? Странно, ведь так долго боролись за меня детективы.» — Думала Ацуши, пока доходили они до магазинчика. «А от ребенка я не смогу отречься. Да все равно я не дойду до последнего. И зачем я только согласилась на это?» — Носились мысли в ее головушке, когда она мерила брюки и рубашку. «Но если я не пройду, то тигрица может завладеть мной, а в таком состоянии я несу опасность всем, кто окружает меня.»       Погруженная в размышления, она не заметила, как ее собеседница достала телефон и что-то там нажала. Первая только прижимала к себе пакет со старыми вещами, осторожно поглаживая его ручку.       — Вот вы где таскаетесь!       Резкий грубый голос заставил Ацуши вздрогнуть и вернуться в настоящее. Она посмотрела на того, кто накричал на них. Конечно же это был тот противный эспер-математик, таскающийся везде и всюду со своим блокнотом.       — Куникида, мы всего-то подобрали ей одежду. — Фыркнула Наоми. — Директор просил занять ее чем-нибудь до испытания…       — Не выдумывай. Директор уже устал ждать. — Чуть спокойнее сказал он. — А ты, — теперь уже его гнев был направлен на Накаджиму. — Ты ещё никем не стала в агентстве, а уже промахи. В Дазая что-ли пошла? — Махнул он рукой. — Мы хотели смягчить тебе условия испытания, но, судя по всему, ты не заслужила поблажки. — У Доппо зазвенел телефон-раскладушка, который он со злобой раскрыл и нажал на значок ответа. — Алло! — Рявкнул одаренный в трубку. — Что за захват, Дазай, сволочь ты эдакая, неужели никак? — Куникида покраснел. — В смысле зацепок нет? — Прислушался он к голосу на другом конце провода. — И директор тоже? Заперли? Да черт, сейчас. — Отключился он. — Вы слышали? Бегом в агентство, у нас чрезвычайное происшествие!       Накаджиму будто хлыстом ударили, с какой прытью она рванулась вперёд, будто надеясь выслужиться сейчас, чтобы избежать тяжёлого испытания.       Она и забыла, что должна быть осторожна, что должна беречь себя ради ребенка. «Но малыш мой тоже в заложниках.» — Выстрелило в ее голове, заставляя мчаться ещё быстрее, игнорируя окрики Куникиды о том, что они должны вместе держаться, мало ли что случится. Теперь не желание заслужить похвалу двигало ей, но непреодолимая сила, инстинкт, присущий лишь матери, надежда пусть не спастись, но спасти.       Осаму сидел у входа, парализовано смотря куда-то вдаль и не подавал признаков жизни, лишь в руке был зажат телефон. Ацуши лишь мельком окинула его, осознавая, что теперь, применив способность, лишь сама ответственна за нее, ибо некому ее будет усмирить. На лестницах было тихо, но рядом со входом в дверь, что открывала рабочий офис агентства, копошился Рампо.       — Наконец-то! — Вздохнул он. — Скважина будто под напряжением, ключ не могу вставить, а снять дверь с петель сил не хватает… Может ты, а-а! — Махнул он рукой. — Сил нет, эх!       — Да я… Запросто! — Накаджима сама не верила в свои слова, но напряглась. «Тигрица, только ты можешь помочь.» — Подумала она, и руки, тут же излучая какое-то синеватое сияние, трансформировались в лапы. — И-и раз! — она подцепила когтями дверь и вырвала ее вместе со штукатуркой.       — Мда… — Выпучив свои зелёные глаза прошептал Эдогава. — Дела-а…       А девочка, ловко заскакивая в образовавшуюся дыру, ринулась дальше, ища глазами, того, кому нужна была ее помощь. Она помнила, что Дазай говорил что-то о Фукузаве, но она не видела его. Сердце неприятно рвалось наружу, заставляя ее разрываться между желанием найти ребенка и сбежать с ним и найти директора и постараться помочь. «О ребенке не говорили ничего, он, верно, с Йосано, а она защитит его. Значит, нужно искать Фукузаву!» — Скомандовала она себе и где-то позади нее послышался хлопок, похожий на выстрел и глухой звук падения, словно человек упал.       Накаджима замотала головой, помня главное правило, что ей внушили в детском доме — никогда не оборачивайся. Конечно, глупо было руководствоваться им сейчас, когда опасность может подойти с какой угодно стороны. «Никогда не отворачивай глаз своих от света, что идёт от посланника — от настоятеля…» — Всплыли обрывки фраз воспитателей.       — Поздно уходить. — Грудной женский голос, отдаленно напоминавший голос воспитательницы из приюта донесся из открывшейся двери кабинета Йосано. — Твое движение назад — смерть всех членов агентства. Смотри сюда.       Ацуши медленно повернула голову. За порогом сидел Фукузава, связанный по рукам и ногам, и у горла его был острый клинок. Невысокая девушка в очках зло смотрела на пепельноволосую и дерзко ухмылялась. По ней нельзя было сказать, что она — преступница, работающая в одиночку, но немного пообщавшись с эсперами, Ацуши поняла, что в этом мире возможно и такое.       — Послушай, отпусти…       — Ты ничего не знаешь, а уже умоляешь о пощаде, как смешно! — Воскликнула та. — Ты, кстати, можешь идти, я чуть ошиблась. Ты же не член агентства и никогда им не станешь. А значит, гибель грозит всем, кто повязан способностью Фукузавы — он же контролирует всех одаренных детективов. — Хмыкнула девушка. — А знаешь что бывает, когда долго держать силу в узде? Попав на волю, она убивает хозяина. Вот, только и всего. — Пожала та плечами и Накаджиме показалось, что лезвие прошлось по коже директора.       — А какая выгода тебе от их смерти? — Тигриные лапы подрагивали, словно девочка готовилась кинуться.       — Вот как? Дипломат, значит. — Девушка не нашлась, что ответить. — Забавно, я думала, все, кто в этой конторке — звери. А, ты же не одна из них… — Девушка чуть отклонила клинок от шеи директора.       Это действие не могло быть не замечено зорким глазом Накаджимы, которая собралась и, учтя все условия, точно на захватчицу бросилась, заваливая ее на землю. Острая боль пронзила тело в районе правого ребра.       Белую новую рубашку окрасила кровь — клинок точно между ребер прошел, насквозь пронзая худое тельце.       — Я одна из них. — Шипя от боли, но все же твердо сказала Накаджима, удерживая под собой девушку, словно навалившись не собственным, а тигриным весом. — Запомни. — Она потеряла сознание, не слыша того, что происходило вокруг.       Очнулась она спустя пятнадцать минут, лежа на диване. Странно, но пронзенный бок ее болел, там лишь маленький шрам остался. «Приснилось?»       Первая мысль, посетившая ее голову оказалась ложной. Стол был богато убран и буквально ломился от угощений. Осаму, стоявший среди остальных сотрудников и находящийся в добром здравии повернул голову и, заметив, что та очнулась, захлопал в ладоши.       — Поздравляю, наша новенькая пришла в себя! — Закричал он.       — Ура! — Подхватили все, и даже директор, часто сводивший брови, улыбнулся ей.       — Что? — Накаджима посмотрела на место, где зияла дыра. — Это я сделала?       — Ну, а кто же ещё? — Хихикнул Рампо. — Я сам поразился. Но ничего, восстановим. Поздравляем, ты испытание прошла!       — Да? — Ацуши поверила не сразу. — Это было спланировано? — Прикрыла она ротик.       — Ага, как ты? — Спросила та девушка в очках, что вовсе и не была захватчицей. — Я Харуно, секретарь, если что, играла в сценке вот этих дураков.       — Спасибо, я в порядке… — Накаджима посмотрела на пирожные, что поднесла Наоми — красивые, с вишенками наверху. — Ой, мне нужно найти, где взрывчатка?       — Какая ещё взрывчатка? — Нахмурился Осаму. — Что ещё за…       — Ой, да это я ей наговорила по поводу испытания. — Отмахнулась Танидзаки. — Не переживай, тут все безопасно.       — Спасибо… — Она взяла одну и надкусила. — Вкусно… — В голосе девочки слышалось волнение.       — Рампо, а где Акико с ребенком? — Спросил Дазай, отводя коллегу в сторону. — Все закончилось, пора бы им прийти.       — Я звонил, но она не взяла трубку. — Ответил тот нервничая. — Это уже не часть плана…       Накаджима, будто слыша разговор, оглядывалась, пытаясь взглядом отыскать кого-то.       — Где мой сын? — Наконец спросила она. — Где Хизока?