Материнский инстинкт

      В гробовой тишине слышался шорох крафтовой бумаги, из которой был сделан конверт. Фукузава будто не решался открыть его, то-ли опасаясь, что внутри разложено что-то типа бомбы, что может убить не только его, но и нанести вред детективам, то-ли опасаясь информации, заключённой внутрь письма.       — Директор… — Снова заговорила Накаджима, дёргая старшего за рукав. — Давайте я открою. — Предложила девочка, смущённо дёргая плечиками и продолжая наивно говорить. — Я все равно под защитой.       — Да, действительно. Уж в крайнем случае, я поработаю над ней. — Сказала Йосано, стоявшая в дверях в офис директора. — Хотя твоя способность хранит тебя, это я так, на случай чего…       Директор перевел взгляд на Накаджиму, держа в руке, что дрожала в нерешимости, этот конверт. Он предполагал, что посылать человека с чем-то, что уничтожило кого-либо из членов агентства, было бы большой глупостью, тогда и народ бы взбунтовался, но все же мужчину очень радовала отважность девочки, и в то же время пугала. «Не решилась ли она на неминуемый конец?» — Пробежала в его голове мысль, но конверт он все же передал.       Ацуши старалась сдержать дрожь в собственных руках. Она вроде как и решила для себя, что будет полагаться на случай, и, если ее не убьет — хорошо, убьет — значит, так было нужно. Девочка надорвала верх конверта, затаив дыхание и осторожно потянула край в сторону, считая про себя «три, два, один, ноль…», после зажмурилась — ничего не произошло.       — Ацуши, давай я прочитаю. — Протянул руку Рампо. — Там какие-то бумаги.       Девочка без слов передала конверт зеленоглазому и насторожилась, приготовившись слушать то, что должен был начать зачитывать детектив.       — Какой-то подозрительный текст, не очень похож на официальную повестку. — С недоверием фыркнул Эдогава. — Я, конечно, ошибаться могу, но все же.       — Да читай давай. — Скрестила руки Акико. — Страшно уже.        — Прошу членов вооруженного детективного агентства явиться в среду в пятнадцать часов ноль ноль минут в здание следственного комитета для допроса. — Начал Эдогава. — По подозрению в соучастии особо опасному преступнику. — Он поднял бровь, не понимая абсолютно ничего. — Э-э, в смысле?       — Там больше ничего нет? Может, это ошибка какая-то? — Йосано теребила прядку волос. — Какое, к черту, соучастие?       — Не, тут ещё что-то. — Зеленоглазый достал из конверта конвертик поменьше. — Хах, директору Фукузаве. Лично. — Прочёл он подпись. — Ну, лично, так лично. — Детектив пожал плечами и передал послание Юкичи.       Последний аккуратно расклеил конверт, он отчего-то был уверен, что страшное все не заложено внутрь предметом или веществом опасным, а написано на бумаге. Мужчина бегло прошёлся по строкам, но по лицу того невозможно было что-либо понять, все эмоции были закрыты плотной завесой, и лишь измученные глаза передавали крайнюю степень переживания.       — Осаму повязали. — Тихо сказал Фукузава. — Его обвинили в убийстве пары сотен человек, в политическом заговоре и в свободомыслии.       — В свободо-чем? — Переспросил Джуничиро, не веря ушам своим. — Такого же нет закона, что мы должны думать как-то по-особому, что будет являться правильным.       — Видимо, появился. — Вздохнул Куникида. — Говорили ему: «не лезь в котел», так нет же, нужно. — С горестью покачал головой Доппо. — Когда там мы должны явиться? В среду? Так это же завтра.       — Да. — Кивнул Рампо. — А с четырех до пяти мы можем встретиться с Дазаем. Всё-таки, я думаю, нас не за что привлекать, мы ведь все чисты? — Он оглядел коллег, пытаясь проанализировать ситуацию каждого.       Куникида потупился, вспоминая то, как его выгнали с работы — вряд-ли за это можно привлечь к ответственности. Йосано кусала губы — она ребенком была, да и разве было что-то противоправное в ее действиях, она же солдатам помогала, если можно выразиться так. Джуничиро рассматривал пальцы — ему не о чем волноваться, так же как и Кенджи, он доил своих коров и не возникал. Про секретарей и помощников думать смысла не было, их даже не указали в письме.       — Мы будем договариваться, что говорить? — Миядзава спустил с головы соломенную шляпу. — Ну, чтоб точно не было подозрений. — Пояснил он, когда директор, хмуро посмотрев на него, покачал головой, мол, зачем, и так сможем.       — До допроса у нас все равно нет свободного времени. — От мрачных мыслей отошла Акико, уверенно говоря.        — Случится может всякое, а значит, поиски мы должны начать прямо сейчас. У нас достаточно информации.       — А для чего тогда Дазай пошел к полицейскому? — Спросила Накаджима, ещё по первой встрече почувствовавшая что-то недоброе, шедшее от этого человека в бинтах. — Он, вы говорили, из мафии ушел? Предал? — В тоне было полно наивности и непонимания. — Он не может и на нас что-нибудь…       — Ну, допустим, не предал, а свернул с темной дорожки. — Высказался в защиту коллеги Доппо, что странным показалось для детективов. — Это было верное решение. Тем более он никогда не клеветал на кого бы то ни было, тем более теперь ему это совсем не надо. Он там с другой целью, верно, Фукузава?       Директор кивнул. Детективы знать должны были, что Осаму, перейдя в агентство, поклялся стоять за справедливость, чего бы не стоило это. Да впрочем, все из них клялись, и выполняли тоже все.       Накаджима не стала больше спрашивать, лишь сжала кулачки и попыталась улыбнуться, убеждая себя, что готова, ко всему готова.       — Миссия «Освобождение пленного ребенка» объявляется начатой? — Сверкнув глазами, ухмыльнулся Эдогава. — Или же это «Разоблачение преступных полицейских» будет называться?       — Первый вариант. Он не такой подозрительный, и это типичное дело для нас, потому мы не привлечем так излишнего внимания. — Поправил бывший учитель очки. — Поддерживаю. — Он перевел взгляд на Фукузаву, что одобрительно кивнул. — Значит так, думаю, разумнее будет идти не всем, но к месту парковки той самой машины отправятся Ацуши и Джуничиро. Вы разберётесь, что делать. — Обратился Доппо к молодым людям. — Я буду ждать вас на выезде.       — Послушай, Куникида, вы втроём не справитесь. — Пожал плечами Рампо. — Я понимаю, если бы Ацуши училась не на факультете социальных наук, то смогла бы взломать системы безопасности, но она вряд-ли сумеет. Вспомните, она же дверь вынесла в агентство не церемонясь совсем, а там осторожным надо быть.       — Катай получил доступ к дому полицейского. — Ответил первый. — Я, если честно, тоже не думал поначалу, что автономно можно управлять его системами, но, как оказалось, что нет предела возможностям, почти. — Он хмыкнул. — Сигнализация и защита будет отключена на пару часов, но конечно, при другом раскладе… — Прерывая Куникиду, в дверь постучались, на этот раз не притрагиваясь к кнопке звонка. — Кого там нелёгкая принесла ещё… — С негодованием прошипел эспер. — Открыть?       — Не заперто. — Несчастную дверь пнули, но без особой силы, оттого она не отлетела и не ударилась о стену, заново возведенную недавно.       Детективы ахнули. На пороге стоял тощий парень, скрывающий за подолом плаща низенькую девочку, робко выглядывавшую из-за одежд юноши. Он скрестил руки на груди, с неким презрением смотря на Йосано, но тут, боковым зрением своим, он заметил и Накаджиму и перевел ледяной взгляд на девочку.       — Так это из-за тебя две организации всполошились? — С насмешкой спросил он. — Ха-ха, Дазай говорил, что что-то стоящее есть, а тут, обычная слабая сирота. — Парень растянул тонкие губы в сумасшедшей улыбке, но его одернула за рукав спутница. — А тебе чего?       Девчушка не ответила только палец к губам приложила и что-то просипела.       — Акутагава… — Подняла бровь Йосано. — Ты не на своей территории, чтобы рявкать и качать права.       — Вся Йокогама наша. — Фыркнул он. — А нужно будет, так уйду, будто по своей воле я здесь.       — А, вот оно как. — С игривой интонацией ответила девушка. — Ну и что тогда держит тебя? Хочешь добиться признания силы от наставника, да вот только глупо верить в это… Ладно. — Она помотала головой. — Слишком грубо, пожалуй, и нетактично. Мы сами просили помощи.       — Только будь добр, не оскорблять наших сотрудников, тогда и мы к тебе с добром отнесемся. — Улыбнулся Эдогава, но его пронзил взгляд серых глаз.       — Нахрен мне ваше добро. — Махнул он рукой. — Да вот только не для бессмысленной трепли я пришел, а чтоб вам… — Он прикусил язык, только сейчас обратив внимание на Фукузаву. — Чтоб помочь, раз и босс приказал, и Дазай попросил, так бы я не взялся за это ерундовое дело. — Рюноске оглянулся. — А-а, кстати, где Дазай?       — Он в изоляторе. — Пожал плечами Рампо. — Это часть плана. — Сказал зеленоглазый не с большой уверенностью.       Мафиози закусил губу, не до конца веря в слова о том, что его неуловимый наставник вдруг был схвачен. Рюноске, конечно же, уловил этот неуверенный тон детектива, потому и насторожился: это не план, вернее, не их план. Парень в черном плаще смутно пытался сообразить, не солгали ли ему, ведь наставник его не предупредил, впрочем, как и в тот раз.       — Ясно. — Коротко бросил он.       — Не знаю, привычно тебе, или нет работать по плану, но мы решили отправиться в дом отца Като. — Начал рассказывать Куникида. — Ацуши и Джуничиро на самое важное дело идут — забрать малыша…       — Хах, Ацуши! — Закатил глаза Рюноске. — Она у вас пару дней, завалит все, своего же ребенка сгубит. — Он закусил губу. — Пускай пойдет Кека. — Акутагава отошёл, чтобы девочку разглядели все. — Не смотрите, что она мелкая совсем — зато везде прошмыгнет. Она, на самом деле, чуть младше вашей новенькой, на год, вроде как. Но зато морально сильнее, в мафии мощнее подготовка.       — Я думала, нам нормального одаренного дадут, а тут… — Удивлённо проговорила Йосано и громко вдохнула, ощущая касавшийся тонкой кожи на шее острейший клинок. — Кека? — Догадалась девушка. — Извини, ошибалась.       Акутагава лишь качнул головой, едва заметно ухмыльнувшись, и девочка убрала руки от груди, в тот же момент светлое нематериальное существо исчезло, оставив после себя лишь тонкий порез на шее детектива. Изуми опустила глаза, стыдясь содеянного, но Рюноске одобрительно кивал, словно хваля за действия свою протеже. А та лишь хлопала глазами, осознавая произошедшее и кусала и без того красные губы.       — Что же, беру свои слова назад. — Доктор вздохнула, совершенно не сердясь на девочку, вернее, не обвиняя ту. — Кека, пожалуй, ты сможешь нам помочь. — Доктор стёрла с шеи кровь и распахнула глаза. — Так давайте, время бежит.       Эсперы рассредоточились по местам и к Куникиде подошли Накаджима и Танидзаки, но Кека по-прежнему стояла рядом с мафиози, словно зверёк загнанный смотря на Ацуши. За плечи ее слегка подталкивал Акутагава, хмуря тонкие брови и гневаясь на девочку, что позорит та мафию своей трусостью.       — Не бойся, Кека. — Улыбнулась ей Накаджима. — Мы сработаемся, обязательно!       — Ага, как же. — Отвернулся Рюноске, предварительно просверлив в своей спутнице дыру, когда та, удивлённо захлопав длинными ресничками, мелкими шажками начала приближаться к группке участников миссии.       Нет. Он не позволит. Уж теперь то точно. Ему было жутко обидно тогда, когда наставник, признания которого от добивается уже шесть долгих лет, издевательства которого он терпел на протяжении восьмиста тридцати одного дня, (да, Рюноске каждый день считал), однажды ушел в гребаное агентство, а теперь вот, буквально в огонь бросался, чтобы какую-то девчонку слабую защитить, хотя ранее казалось, что тому безразлично все — даже убийственное желание его ученика — выжить и доказать всем, что он не дерьмо. Но будет обидно вдвойне, если к этой же белобрысой стерве потянется и его протеже — Кека Изуми, совсем недавно приведенная в мафию.       — Я буду в порту. Ты знаешь, Кека, как со мной связаться, в случае чего. — Мафиози закашлялся и лихорадочный румянец лег на бледные щеки, зашедшись в приступе, он не успел посмотреть вслед эсперам, и как только те отошли на приличное расстояние от здания и сели в машину, стоявшую на парковке неподалеку, в котором располагалось агентство, Акутагава тоже покинул его. — Смотри же, Накаджима Ацуши. — Противно произнес он. — Как бы твоя беспомощность не сыграла свою роль, такие как ты не выживают.       Что же, у них слишком много общего, чтобы существовать поблизости.