Материнский инстинкт

      Фукузава кинул рассеянный взгляд на подчинённых, прикидывая в голове, что возможно, воссоединение двойного черного будет хорошей идеей и достаточно выигрышной для обоих организаций, да и напарникам пора бы уже оставить старые обиды в прошлом и смириться со случившемся, принять его, так как иначе не могло быть. Директору показалось, что его будто разрывает желание создать новый дуэт, что станет общей фишкой двух организаций, и желание оставить старый, проверенный временем союз.       - А время встречи? - Спросил Эдогава, решивший снять напряжение, что заполнило своей опасностью все пространство. - Ты не спросил разве, Дазай?       - Нет. - Покачал головой шатен. - Я как-то и не подумал, обычно время одно и тоже для таких встреч.       - Да, так и есть. - Кивнул Юкичи, отходя от растерянности и потихоньку собираясь. - Со мной пойдут Дазай, Накаджима и Куникида. Это не обсуждается. - Обрубил он, заметив недовольство в зелёных глазах одного из детективов. - Да и не стоит лишний раз воду в ступе толочь, лишь рассмотреть действия в случае непредвиденной ситуации я поручаю Рампо, оставшиеся свободны. - Завершил директор, резко оборачиваясь и скрываясь за дверью собственного офиса.       Одаренные и остальные члены агентства начали расходиться: кто-то ушел в общежитие, приглашая кого-то из коллег к себе, чтобы вместе переждать что-то страшное, надвигающееся слишком спешно на них, и в случае чего держаться не порознь, кто-то спустился в кафе; но остались Эдогава и Осаму, причем последний внимательно читал бумаги, лежащие на столе Накаджимы и хмурился.       - Дазай, ты не пойдешь с Ацуши и Доппо вниз? - Спросил зеленоглазый щёлкнув пальцами. - Вроде как они хотели обсудить возможные комбинации.       - Нет, зачем? Я и так отчасти понимаю, а на выбор вряд-ли смогу повлиять. - Пожал эспер плечами. - Не хочется.       - Кстати, пока тебя не было, директор говорил о том, что ты мог бы быть хорошим учителем, если бы засунул свою наигранность в одно место. - Детектив распахнул глаза и как-то нелепо усмехнулся. - Знаю, звучит странно. Он имел ввиду Накаджиму, что ты можешь подготовить ее к службе в агентстве, не один, разумеется, но больший вклад внести тебе под силу.       - Возможно. - Осаму вздохнул, полный желания отвернуться от коллеги, но сдержался, и, смотря прямо на него продолжил. - Но я могу быть слишком...жёстким. У меня был опыт в воспитании таких вот юнцов, но не совсем удачный, ты слышал ведь.       - Это было давно. - Легкомысленно ответил Эдогава. - Ты вполне мог измениться, вернее, это понятно, что ты поменялся.       Осаму кивнул, опустил голову и задумался.       Двойной черный был создан, когда и ему, и Чуе было по пятнадцать; как показало время, это идеальный возраст для того, чтобы сработаться и привыкнуть друг к другу быстро, по крайней мере так было у них - подколы, издёвки, мерзости в адрес спутника, но и нераздельная, прочнейшая связь; они были слишком разные и слишком одинаковые, потому и получился сплав прочный, хотя и не скажешь так об этой смеси гремучей.       - Ты понимаешь намек? - Сощурился Рампо.       - А? Нет. - Покачал опущенной головой одаренный, искренне надеясь, что ошибается в своих догадках.       - Ацуши и тот твой ученик. Выйдет адская смесь, впрочем, как и ваш дуэт с Накахарой.       Шатен вздрогнул - он прав оказался, но примириться с этим было бы страшно, а потому, бросив короткое "Я подумаю", причем совершенно не обнадеживающим тоном, поспешил покинуть коллегу, что усмехался ему вслед. А после, как шаги на лестнице утихли, детектив постучался к Фукузаве и сообщил, что удочка заброшена.       Осаму спустился вниз и вышел на улицу, протирая глаза. Совершенно безвольно в голове завертелись мысли о том, что предложил коллега: конечно, если подумать, расемон и тигр вместе - ещё одна убийственная смесь, но только не станет ли она убийственной и для нового дуэта?       Дазай вспомнил, как встретился с Рюноске, тому ведь было всего четырнадцать, но уже будто не билось в нем сердце человеческое, и душа не теплилась - изничтожил ее проклятый плеврит, иссушил продолжительный голод, выдул колючий ветер; но только ли это стало причиной гибели человека, что был тогда ещё ребенком несформировавшимся, и быть может вовсе не условия жизни не позволили завершиться становлению человеком, а деспотичность его наставника, вертящего в руках сотни жизней и не боящегося невзначай уронить их и разбить, ибо кому есть дело до пешек? И, если Рюноске уже пришел надломанным, а ему помогли сломаться, то Ацуши пришла стойкой, хотя ее судьба не была проще. Девочка была смелой, но не полной бесстрашной злобы в отличие от Акутагавы, девочка была чистой, верной, искренней, и Осаму понимал это, чувствовал. И конечно, он возьмётся за нее, поможет ей развить способность, но уже не допустит он прежних ошибок.       Но нельзя сказать что тот опыт, что получил Рюноске, был плох, скорее наоборот, но методы получения были неправильны. Было бы неплохо, если Накаджима и Акутагава помогли друг другу усовершенствоваться - Осаму слишком слаб для того, чтобы воспитать ещё одного...монстра?       Бывший мафиози замотал головой, нет, не монстра. Он сможет лишь передать навыки боя и какие-то тайные возможности способности открыть, и всего то! Но завершить "полировку", как говорил Мори об их союзе с Накахарой, могут лишь сами алмазы.       - Что же, быть может и вправду это хорошая идея... - Пробурчал он себе под нос и вскинул голову, чтобы не казаться коллегам подавленным.       Время встречи неумолимо приближалось, а волнение между избранными идти на нее росло, лишь директор был спокоен, и по-видимому не только внешне. Он будто жаждал этого события. Куникида постоянно поправлял очки, злясь на себя, что марает стекла; это было признаком нарастающего беспокойства, но на деле тому было не страшно, а неприятно встречаться с вражеской организацией - он до сих пор не понимал, отчего директор поддерживает хорошие отношения с Мори и доверяет последнему, по крайней мере Доппо так казалось. Накаджима была сильно возбуждена и еле сидела на месте, вертясь во все стороны и беспрестанно поглядывая на время, словно вот-вот опоздаю они.       Наконец Фукузава поднял руку и выбранные поняли: пришло время. Весь путь они молчали, но под конец Осаму вдруг хмыкнул и посмотрел на Накаджиму, заставив последнюю поежиться.       На месте уже ждали представители мафии.       - Подвела пунктуальность? - Усмехнулся Мори, смотря не на директора, а на Куникиду, нервно кусающего губы. - Не страшно. Рад видеть вас снова, и тебя, Дазай. - Улыбнулся он бывшему преемнику. - Особенно.       - Взаимно. - Шуткой ответил шатен, дерзко смотря в глаза прежнего своего начальника, совершенно не пугаясь.       - А ты и не изменился... - Хмыкнул тот, только взглядом вопрошая преемника, но тот ответил "нет", тоже глазами. - Я даже не стал брать с собой его, чтобы тебя не триггерить, надеялся на взаимопомощь, но... - Огай поднял вверх указательный палец. - Поскольку все больше людей затягиваются в ловушку богача, мы хотим вам помочь. Нам будет жутко скучно один на один с ним. - Выражение лица Мори резко поменялось. - Да и мы вряд-ли выстоим, если только не откупимся.       - Фицджеральд купил билет до Великобритании. - Оторвал глаза от планшета Анго. - Несколько минут назад буквально.       - Мой отец... Там. - Невольно вырвалось у Накаджимы.       - Отец? Хах, какая глупость, ты же детдомовская! - Фыркнул Акутагава, не решаясь высказать девочке все, что думал. - Что же, если у него есть бабки для перелетов туда-сюда, то, думаю, он будет отличной мишенью богача.       Накаджима еле сдерживала злость, хотелось выпустить когти, разодрать лицо этого бледного юноши вклочья, разломать тонкие кости; она и сама не понимала, откуда в ней взялось столько злобы, ведь сколько раз ее задевали по поводу биологических родителей, а она принимала все безропотно, только вот сейчас взбрыкнулась было, да голос тигрицы воспротивился: "рано ещё".       - И все же, если Фицджеральд настолько сильный, может вновь дать возможность побушевать двойному черному? - Донеслись до ее ушей звуки. - Твоя новенькая в этом деле не сможет сделать ничего, Куникида и подавно, одним листом из "Идеала" не обнулить счета в банках. - Уже чётче слышала она голос Мори. - Накахара уже в пути.       - Да, но почему не заблокировать счета?! - Брызгал слюной Куникида, оскорбленный тем, что его "Идеал" принизили.       - Я не имею на это полномочий, чтобы моментально сделать это. - Поправил очки Сакагучи. - А отправлять запросы слишком долго, у нас мало времени.       - Отлично. Его лучше взорвут, чем дадут нам допросить. - Покачал головой Доппо и отвернулся, мысленно проклиная эту миссию, а в особенности ту ее часть, где они добровольно пошли на сотрудничество с мафией.       - Как мы можем задержать его? Как? - Тихо бормотала Ацуши, испуганная за отца, но в один момент все прервала чья-то фраза, буквально хрипом прозвучавшая над ухом.       - Чуя в тяжёлом состоянии, машина сбила!       Все остальное происходило как в тумане: они зачем-то побежали на место происшествия, потому что бросать своих нехорошо, потом, Куникида, кажется, сказал, что Осаму жопой чует, где до́лжно быть в определенный момент.       Так и оказалось, в пробке стояла машина, в которой ехал на вокзал разыскиваемый. Накаджима, кажется, настолько погрузилась в собственные переживания, что остальное для нее перестало существовать, все мысли были лишь об отце и о ребенке, она хоть и надеялась, что Акико позаботится сейчас о малыше, но хотелось как можно быстрее расправиться с миссией. И только Анго заметил не преступника, а друга, что склонился над бывшим напарником, чье лицо скривилось в гримасе боли. Карие глаза поднялись на него, полные скорби, и Сакагучи понял, что Осаму выбыл из сегодняшнего поединка вместе с Чуей.       Не может одна часть существовать без другой.       Шатен лишь выкрикнул что-то про черного тигра.       Ацуши, собственно, и не думала ни о чем более после того, как увидела Фрэнсиса, ненависть вскипела в ней, заставив сорваться с места и побежать ко врагу, трансформируя в лапы конечности - запрет был снят, не знак ли, что верно она поступает?       Фицджеральд выглядел достаточно молодо и бежал резво, успевая на ходу извиняться и тараторить, что опаздывает из-за пробки на поезд. Но путь к вокзалу был иным. Через несколько минут скорого бега они оказались на странном пустыре, и Накаджиме показалось, что не было раньше там запустения такого.

***

      Она очнулась лишь тогда, когда над ней, тяжело дыша стоял Акутагава.       - Тебе только ребенка нянчить. - Огрызнулся тот, все ещё напрягаясь. - Дерешься, как девчонка!       - Что случилось? - Поморщилась она, приподнимаясь на локтях и заглядывая за спину мафиози. - Это чего?       - Аха, не странно, что не помнишь ничего. Небось только пеленки в башке. Ладно. - Вздохнул он содрогнувшись - парень напрягался оттого, что нитями расемона крепко скрутил обессилевшего противника. - Ты рванула за этим чмом, мне приказали за тобой идти. Махала-махала лапами, а тебя чуть не расплющило. Мы одолели его.       - Вместе? - Ацуши построила удивлённые глазки - нет, она вправду была ошарашена.       - Вот ещё, буду с малолеткой вместе что-то делать. - Огрызнулся юноша.       - Ну Кеку же наставлял...       - Кека - не ты. Вы абсолютно разные. - Акутагава махнул рукой и отвернулся. - Ты ещё долго будешь валяться, или роль тряпки тебе больше подходит, чем роль чего-то... - Он стиснул зубы, пожалуй, слишком много высказал девочке но не все, хоть хватило ума.       Накаджима поднялась, совершенно иначе смотря на мафиози и удивляясь, почему раньше он казался ей бессердечным? Ее не волновало то, что из головы будто вышибли воспоминания о миссии, что же, так нужно, значит.       - Акутагава, пойдем? - Подскочила она, оглядываясь. - Меня не ранило даже. - Улыбнулась она.       - Мгхм, рад. - Бросил тот, поеживаясь от боли в суставах. - Ты же регенерировала, вот нахрена тебе это? Чтобы если ребенок сиську оттяпает, выросла?       Девочка пропустила мимо ушей пошлую шуточку и протянула ему руку, как бы спрашивая, помощь нужна? Но Рюноске был слишком горд, чтобы принять помощь из ее рук, слишком холоден, чтобы улыбнуться и вышло это не колючей ухмылкой, а доброй эмоцией, а потому тот предпочел молчать и двинуться вперёд, по-прежнему держа способностью преступника.       Ацуши шла за ним и незаметно улыбалась. Нет, она не испытывала к парню никаких чувств, но ощущала какую-то гордость за него, что не бросил он ее - спас!       Может так становятся союзами?