Icen

      Девочка долго сидела возле стены, в которой проглядывала щель. Бандиты ушли уже давно, убив папу и маму, всех дядь и тёть в селе Чиба, но она всё ещё сидела, закрыв уши руками и бессильно глядя в пол. Ей всё ещё виделось злое и страшное лицо того, кто убил их. - Разбейся, Кьёка Суигецу! - громко и весело сказал тогда он. Мама, ударившая его ножом до этого, осела наземь. Из плеча брызнула на землю тёмно-красная кровь.       Они давно ушли, эти бандиты. Руки папы усадили девочку в погреб, пока мама билась мечом. Её Орочимару разил злыдней наповал. Но сил её не хватило справиться с тем, кого она вдруг назвала "учителем". - Сенсей?! - охнула мама. - Что ты?.. Нет, это не ты!       Того, что мама называла реацу, у этого не-учителя было очень много. Настолько много, что все, кроме неё, забыли, как дышать от страха. Казалось, будто сама смерть прижала к глотке большой ржавый нож, царапала им кожу на шее. Только удары очень быстро бьющегося сердца напоминали о том, что девочка жива.       И что они им сделали? За что всех вокруг убили?       Почему?       Сквозь щёлочку в стене девочка могла увидеть пятна крови на дороге, их было много и на соседнем доме, а раньше там висело тело дяди Хисаши. Его жена, тётя Хидари, кричала так громко!.. Мама и папа умерли без звука. Или девочка не хотела слышать их последних слов - она точно не знала. Она знала только то, что не-учитель запретил сжигать село, да и искали что-то очень неохотно, словно всё, что хотели, эти бандиты уже сделали.       Девочка выбралась из открытого погреба и растерянно вышла из дома, когда люди не-учителя ушли. Она не знала, что ей делать. Совершенно не понимала. Её терзал такой сильный страх, что бессильные ноги подгибались и отказывались слушаться.       К тому моменту даже тела уже успели развеяться, оставив только кучки грязного и мокрого праха. Не вымолвив и слова, единственная выжившая вернулась в дом и села у стены. Так, как сидела до сих пор.       Мама давно научила её чувствовать. И через пару дней девочка почувствовала приближение мародёров - людей, которых интересовали пожитки погибших. Она спряталась от них в большой куче листвы, так и спаслась.       Они приходили много раз, иногда даже звали девочку по имени. Но она не отзывалась ни на знакомые лица, ни на звуки собственного имени. - С-смотри! - Нет. Это ведь меч?..       Люди переглянулись. - Заберём его. Предъявим этому... козлу.       Девочка лишилась даже меча мамы. Со странным для него названием, цубой - четырёхлучевой звездой, меч унесли эти люди. Девочка не могла доверять им: она видела, как не-учитель легко создавал образы других людей, чужие копии. И он мог её обмануть!       Теперь же, слушая урчание больного живота, девочка немного жалела об этом. Лучше бы её просто убили.       Девочка сидела долго, очень и очень долго. Дни сменялись днями. Она даже выходила на улицу и пробовала искать хоть какую-то еду, но найденное довольно быстро исчезало в ненасытным животе. И почему есть нужно так много?       Единственное, что не заканчивалось - вода в тайном колодце. Мама сама его делала!       Вскоре кончился рис. Ещё раньше заканчились любимые девочкой сухофрукты. - Есть хочется.       Прошли, затопив всё село, сильные дожди. Сколько-то дней спустя девочка почувствовала, как ноги начали её подводить. Теперь она добиралась до влаги ползком, на четвереньках, разбивая коленки в кровь.       Но однажды не-учитель вернулся. Хлопнула ткань, струной кото хлопнул воздух - из ниоткуда явились двое. Голос, запечатлённый в памяти навечно, проговорил очень низко. - Где-то здесь. Я чувствую. - Вы уверены, Айзен-сама? Эта деревня пуста, - неприятный визгливый женский голос. - Тихо ты, - внезапно раздался третий прекрасным перезвоном маленьких колокольчиков.       Девочка устала бояться, а потому лишь вяло посмотрела сквозь пробитую в дереве щель. Это лицо! Оно одним лишь видом внушало страх. Эти карие порочные глаза... они внезапно столкнулись со взглядом девочки, и та сжалась в комочек. - Этот песок на самом деле моя разработка. Он прекрасно экранирует любые из знакомых мне видов излучений, и является аналогом песка Уэко Мундо.       Девочка зажала себе рот, чтобы не вскрикнуть. Мама рассказывала ей про Уэко Мундо! Страна чудищ и хищных зверей, готовых разорвать любую девочку и даже маму в маленькие клочки! Так получается, не-учитель оттуда?       Шаги. Они двигались к её дому. От страха девочка забыла, как дышать и даже не сразу поняла, что её зовут.       Не-учитель сказал спокойно, но от этого не менее страшно: - Девочка, выходи. Мы тебя не тронем.       Вытерев выступившую слезинку, она поползла к выходу. Он ведь соврал! А значит, сейчас убьёт её, и тогда она... Наверное...       Лицо не-учителя, с острым подбородком и широкими скулами, словно на рисунке отчерченными бровями, под которыми топили глубиной карие глаза, скривилось. - Ёп твою ма-а-ать! - выдохнул он и быстро зашагал к девочке. - Рангику, ну что ж... мать-мать-мать!       Он подхватил девочку и перевернул лицо вверх. С его ладони прямо ей в рот потекла какая-то солоноватая водица, но девочка вдруг поняла, что она... вкусная. И даже сытная. - Та самая? Айзен. - Что? - не-учитель повернул голову к той, что была с очень красивым голосом. - Ты ведь понял, да? - Конечно, я понял. И если бы не родинка под губой, я всё равно бы её опознал. Рангику, как зовут твою маму? - спросил Айзен у девочки.       Рангику подумала, что не ответить нельзя, пусть и совсем не хотелось. - Ки. Маму зовут Ки. - Охуеть, Соске. Это, блядь, судьба! - женщина с красивым голосом запрокинула голову вверх, подложив под затылок руки. - О-ху-еть... ты даже не запрещаешь мне ругаться!       Айзен шикнул на женщину. - Кьёка Суигецу!       А та внезапно рассмеялась. - А хочешь я тебе скажу, кто пропавшая матушка Гина? - Это слишком большое совпадение. С тем же успехом она может оказаться матерью Хицугая.       Смех женщины звенел красивым колокольчиком, а веки Рангику начали смыкаться. Последнее, что она запомнила в тот день - глаза Айзена. Он был растерян. Потерян, как мальчик, оказавшийся в незнакомом городе один-одинёшенек. - О-о, я впервые вижу такое выражение лица...       И колокольчики смеха Кьёка Суигецу девочка тоже очень хорошо запомнила.

***

- О-о, я впервые вижу такое выражение лица-а... - протянула Кьёка Суигецу. Она поджала губки, силясь не расхохотаться, не заржать как лошадь.       Несмотря на то, что я всё понял гораздо раньше её, я хлопал глазами, силясь осознать превратности судьбы.       Воистину, Кьёка Суигецу - проклятый меч. - Саша, - оная резко стала серьёзной. - Прекрати так шутить. У самого прозвище какое? Да ещё сам придумал!       Я кивнул, хотя в голове царила неприличествующая моменту пустота. Надо отнести девочку подальше отсюда, куда-нибудь вдоль холмов к леску. Там устроиться на лагерь. Но...       Ладно я, ладно прекрасная и восхитительная Кьёка Суигецу. - Всё равно спишь на диване, - отозвалась на комплимент занпакто.       И даже черт с ней, с Тандервитч и другими арранкарами! Это всё ещё можно понять: что-то произошло по случаю, что-то я был нацелен сделать. Но мать Мацумото Рангику - моя маленькая ученица Ки? У неё же не было такого бюста! Почему не Итё в таком случае? Или Мегури - у неё своя троечка была!       Стоит признать, что я в небольшом шоке. - Хо-зя-ин, - протянула занпакто. - Барьеры, или вы вдвоём её раздавите. - Спасибо, - поблагодарил я и начал создавать поля реацу.       Осмотревшись и не найдя ничего дополнительного, что меня бы заинтересовало, я взял Рангику на руки и зашагал сюнпо, зигзагами, слушая, как сзади тащит ворчащую занпакто арранкар, которую мы вместе использовали вместо поломойки.       Веселились за её счёт, конечно.       Я замер на одной из крыш - та хрустнула под моим весом, но устояла. У меня возникло ощущение, будто я слышу какой-то шёпот. Прислушался получше, повнимательнее. - ...заботься... ней... - осмотрелся. Затем, зло скривившись, посмотрел на Кьёку, которая нарочно повернула голову в другую сторону, повиснув на плечах у Чируччи. - Айзен-сама? - окликнула арранкар. - Ничего, - дёрнув щекой, я продолжил движение.       Устроившись на лагерь подальше от любопытных глаз, я стал осматривать истощённую девочку с рыжими волосами, спутанными и грязными, голубыми глазами и родинкой под пухлыми губками. Она была так похожа на свою маму лицом, что я не удержался и провёл пальцами по щеке. Она выглядела почти как Ки в её возрасте. - Офигеть, - Кьёка Суигецу вновь рассмеялась. Я посмотрел на неё столь же растеряно, сколь и раньше.       Как так получилось?       Чируччи дисциплинировано молчала. Она поправляла и взялась подшивать край своего старого кимоно, всё ещё выглядела какой-то игрушечной и неживой.       Но чудо, что сопело у меня на руках, было ещё менее плотным в моём представлении. Это... да как так? - Получается, что занимайся мы меньше, то успели бы? - спросила Кьёка Суигецу.       Я покачал головой. - Он бы просто не пришёл, не будь уверен в победе, и продолжал бы следить. А мы же только обозначились.       И правда удивительное... совпадение.       Я немного повеселел, но затем задумался.       По селу и не скажешь, что там мог обитать один из теневых воротил. Обычные дома, довольно бедные, но и у самого края нищеты не были. Две длинные улицы вдоль дороги и огромного поля. Здесь росла хорошая, пусть и непопулярная гречиха. Значит, прикрывалась Ки-тян неплохо. Отец Рангику кто?.. хотя вряд ли бы он подставил свою семью. Итого, мы имеем следующее: клоны не знают будущего. Но знает тот, кто их поддерживает. Они, вся оставшаяся пятёрка или больше, представляются одним человеком. Понятно. Им и не нужно было показывать свои мечи всем, все и так видели лейтенанта Айзена.       У меня вряд ли получится убрать их одновременно. Значит, нужно положить хотя бы одного из них и занять его место. Сумею ли я притвориться? Должен.       Ничего, Ки-тян. Они ответят. И все Айзены, в том числе и я, и даже их создательница, как её там... Хикифуне, вроде бы. Если я ничего не путаю...       Я посмотрел на Кьёка Суигецу. - Всё правильно. Серёжа именно это говорил, - занпакто причёсывалась гребешком. Затем перешла к волосам Чируччи.       Я благодарно кивнул. Вот каким образом Айзен оказался у короля душ - готовое изделие показывали заказчику. - Почему вы убили моих маму и папу? Всех в деревне?       Голос слишком равнодушный для девочки. Ей нужна помощь. - Это не я, Рангику. Я никогда бы не поднял руку на Ки, - на этом месте мне пришлось немного соврать. Впрочем, этого ни разу не случилось: - Она была мне как дочь.       Я поймал взгляд Кьёка Суигецу и указал ей на девочку. Со вздохом бросив чесать Тандервитч, та надела на глаза очки и пошла к нам с Рангику. - Ни о чём не думай, девочка. Теперь всё будет хорошо. Спи.       Закончив, занпакто насмешливо посмотрела на меня, но ничего не сказала.