Характер
23 января 2021 г., 13:06
В субботу утром Гермиона проснулась уже после завтрака. Комната была пуста, когда она смогла встать со своей уютной постели, и теперь, когда она вышла из ванной, только что приняв душ и одевшись, то обнаружила, что её соседки по комнате так и не появились. Девушка быстро догадалась, что они, должно быть, наслаждаются свободным днём.
Она вздрогнула, когда её желудок громко заурчал. Взглянув на часы, девушка поняла, что до обеда в Большом зале ещё добрых два часа. Гермиона задалась вопросом, можно ли будет прокрасться на кухню. Она не пользовалась там популярностью, во всяком случае, благодаря своим безнадёжным попыткам помочь домовым эльфам, но, возможно, ей удастся убедить Гарри или Рона сопровождать её.
Гермиона вздохнула, осознав, что последние несколько дней она была с ними довольно холодна. Тихий голосок в её голове напомнил ей, как плохо Гарри общался с Роном и с ней после смерти Седрика Диггори, и попытался возразить, что было бы справедливо, если бы он получил небольшую дозу собственного лекарства. Однако всё остальное быстро развеяло эту мысль. Не их вина, что она не была готова к наступлению учёбы, и не их вина, что она не могла рассказать им о своём положении. Было нечестно отталкивать их, особенно когда она была единственной, кто отчаянно желал их общества.
Собравшись с духом, она решила спуститься в гостиную и посмотреть, там ли они. Через полторы минуты на её лице появилась широкая улыбка, когда она увидела, как они оживлённо болтают за одним из столов. Лицо Рона сияло, и он дико жестикулировал руками, в то время как Гарри хихикал и качал головой. Она внутренне поморщилась, понимая, что они, должно быть, обсуждают квиддич, но затем быстро покачала головой. Девушка была бы рада долгой беседе на эту тему, если бы это отвлекло её от других мыслей.
— Доброе утро, Гермиона! — крикнул Гарри, заметив её. Рон тут же вскинул голову и слегка покраснел от осознания того, что она видела, как он это сделал.
Борясь с растущим страхом, она заставила себя улыбнуться и быстро направилась к ним.
— Мы взяли тебе немного еды, — пробормотал Рон, — поскольку ты не завтракала. Я подумал, что ты проголодалась.
Её глаза загорелись в искреннем предвкушении, когда он поставил перед ней тарелку с тостами и сосисками.
— Спасибо, Рон! На самом деле я просто умираю с голоду.
— Не за что, — смущённо ответил он, снова покраснев.
Гермиона проигнорировала его и села перед тарелкой. Когда несколько минут прошло в странном молчании, она отложила недоеденный кусок тоста и посмотрела на парней.
— Итак, что нового?
Гарри слегка смутился от осознания того, что слишком пристально смотрел на неё.
— Э-э, ничего особенного.
Рон склонил голову набок.
— Мы говорили тебе, что Гарри был назначен капитаном команды в квиддич?
— Неужели? — она широко улыбнулась и повернулась к темноволосому парню. — Это замечательно, Гарри!
Он слабо улыбнулся и пожал плечами.
— Да, это так.
— Но?
— Но, — вздохнул Гарри, — это будет утомительно — просто заниматься организацией. Мы потеряли так много игроков — Кэти и я — единственные, кто действительно играли в каких-либо матчах.
Он оглядел общую комнату и слегка вздрогнул.
— Это будет настоящий кошмар.
— Я собираюсь снова попробовать себя в роли вратаря, — гордо объявил Рон, выпятив грудь. — Этим летом я немного тренировался.
Гермиона заметила небольшую морщинку в уголках глаз Гарри, когда рыжеволосый произнёс своё заявление. Гарри беспокоился о том, что Рон будет в команде, и она знала, что он был слишком вежлив, чтобы сказать ему об этом.
— Молодец, Рон! — она быстро улыбнулась ему и снова опустила глаза на еду. — Когда у вас пробы?
— Я думал начать через неделю, — ответил Гарри. — Таким образом, у нас будет полтора месяца практики.
Она кивнула.
— В этом есть смысл.
— На этой неделе я расклею регистрационные листы, — продолжал он. — Все слетятся как мотыльки на пламя, так и будет.
Гермиона хихикнула и кивнула.
— Ну, если будет так, то моего имени в списке точно не будет.
Гарри усмехнулся и посмотрел на неё.
— Слава богу, что так. Мне не придётся изыскивать деликатный способ сказать, что ты ужасная летунья.
— Эй! — перебил его Рон, пнув Гарри ногой под столом. — Не надо её оскорблять.
— Всё в порядке, — рассмеялась она, дотрагиваясь до руки Рона. — Честное слово. Я знаю, как ужасно выгляжу на метле. Ненавижу летать.
— О, конечно, — пробормотал он, взглянув на её руку, а затем бросив взгляд на неё.
Гермиона быстро убрала руку и положила её себе на колени. Она тут же начала искать другую тему для разговора.
— Ты уже закончил эссе по зельям?
— Нет, — простонал Гарри. — А ты?
— Пока нет, — покачала она головой. — Но я уже закончила все исследования своих ингредиентов.
— Ну конечно, — ухмыльнулся он. — А я ещё даже не начинал.
«Конечно ты ещё не начинал». Гермиона закатила глаза.
— Ты ведь понимаешь, что урок будет уже в понедельник, не так ли? Ты не можешь просто выдумывать всякую ерунду, как ты это делаешь для прорицаний.
— Знаю, знаю, — поморщился Гарри. — Я собирался поработать над этим сегодня.
— Ну, если вы двое собираетесь потратить отличную субботу на зелья, я найду себе занятие получше, — сказал Рон, лениво потягиваясь и вставая со стула.
— Разве тебе не надо делать домашнее задание? — девушка многозначительно посмотрела на него.
— Как новенькая, правда? — Рон усмехнулся, взглянув на Гарри. Затем он снова повернулся к Гермионе и пожал плечами. — Я сделаю завтра вечером. Это всего лишь одна из тех вещей, связанных с анализом сновидений.
— То есть ты собираешься всё сфабриковать, — вздохнула она.
Рыжий усмехнулся и кивнул.
— Джинни, Симус и Дин ушли, чтобы немного потренироваться в полётах. Я думаю, что присоединюсь к ним.
Гарри глубоко вздохнул, как только Рон исчез на лестнице, чтобы забрать свою метлу.
— Знаешь, он может тебя удивить, — пожала плечами Гермиона. — Вся его семья — за исключением Перси, конечно, и я знаю, его мама — была в команде. Он занимался этим видом спорта дольше, чем ты о нём знаешь. Кроме того, он только что сказал, что провёл лето, тренируясь.
— Да, я знаю, — медленно кивнул он. — Охотник или загонщик, я мог бы понять… Но вратарь?
— В прошлом году он собирался стать вратарём, — напомнила она ему. — До того, как Амбридж распустила всю команду, конечно. Тогда тебе казалось, что всё в порядке.
Гарри поморщился.
— Я знаю, просто это… Просто так вышло…
— Ты хочешь сказать, что в прошлом году это была команда Анджелины, а в этом — твоя, — холодно заметила она. — Для Анджелины было нормально иметь дело с посредственным вратарём, но не для тебя.
— Когда ты так говоришь, — Гарри поморщился, — я ощущаю себя полным придурком.
Гермиона промолчала, но многозначительно подняла бровь.
Он глубоко вздохнул и покачал головой.
— Я просто хочу, чтобы команда преуспела, особенно после того, как её распустили в прошлом году. Хотя бы для того, чтобы Слизерин увидел, я действительно могу сформировать первоклассную команду. Мы с Роном лучшие друзья, Гермиона — но я просто не знаю, лучший ли он вратарь.
— Тогда поработай над ним, — предложила она. — У тебя есть две недели до начала тренировок.
— Увидимся позже, ребята! — крикнул Рон, пересекая комнату и направляясь к портрету с метлой в руках.
— Ты права, — кивнул Гарри, вставая из-за стола. — Может, и стоит.
— Не сейчас! — крикнула она, когда он направился к лестнице, ведущей в мужскую спальню. — Ты должен закончить своё эссе. Ты ведь понимаешь, что как капитан квиддича ты должен поддерживать определённый академический статус, не так ли? Это не исключает зелья.
Парень одарил её улыбкой и рассмеялся.
— Я как раз собирался забрать конспекты по зельям, но спасибо за доверие.
— Извини, — Гермиона покраснела. Она подождала несколько секунд, прежде чем встать и направиться к другому входу в спальню, чтобы взять свою сумку с книгами.
***
Корень донг-квай произрастающий в Китае, чаще всего называют «женским женьшенем» его свойства таковы, что он может быть использован в зельях для усиления обезболивающего, противовоспалительного, спазмолитического и седативного эффектов. Трава богата производными кумарина, которые помогают снять мышечное напряжение, а высокое содержание витамина Е помогает сохранить кожу, внутренние органы и ткани — особенно женской репродуктивной системы — влажными, хорошо смазанными и гибкими. Гермиона покраснела, глядя, как высыхают чернила на последнем абзаце её эссе. Никогда прежде она не испытывала такого смущения, выполняя задание. Это должны были быть зелья, а не занятия по биологии. Сделав глубокий вдох, она снова обмакнула перо в чернильницу и продолжила писать. Трава пустырника традиционно использовалась в магической защите женщин и детей. На протяжении веков целители использовали настойки этой травы в качестве тонизирующего средства для матки и других репродуктивных органов. Более поздние открытия с пустырником, показали способность растений успокаивать и укреплять всю нервную систему. Точно так же манжетка обыкновенная — или женская мантия — используется в медицинских зельях для лечения воспаления или повреждения женской репродуктивной системы и может облегчить дискомфорт в матке. — Эй, Гермиона? — перебил её Гарри. — Что? — спросила она, не отрываясь от работы. Парень потёр рукой затылок, хмуро глядя на раскрытую книгу, лежавшую у него на коленях. — Ты когда-нибудь слышала о цветке ветра? Я искал, но всё, что я могу найти, это винный цветок и крылатый цветок. Как ты думаешь, может быть, он ошибся, написав его? Она фыркнула и покачала головой. — Я в этом сильно сомневаюсь. Возможно, есть и другое название. — А откуда мне знать, какое именно? — рявкнул он. Гермиона вздохнула и отложила перо. Она наклонилась, взяла свою книгу и подтолкнула её к нему. — В конце есть приложение с альтернативными названиями. Оно довольно обширно. Ты можешь начать с этого. Она проигнорировала его невнятное выражение благодарности и посмотрела на свой список ингредиентов, проверяя те, которые уже описала. Avena sativa чаще всего упоминается как овёс. Сама по себе трава может быть использована для лечения многих физических и нервных заболеваний, включая депрессию. Овёс может использоваться в зельях для предотвращения или снятия спазмов, для успокоения воспалённых или повреждённых тканей и слизистых оболочек, а также для укрепления способности нервной системы функционировать должным образом. Эта трава обычно встречается в любовных зельях, так как, когда она используется в сочетании с определёнными ингредиентами, включая мелиссу, перец кубеба, кору вишни или цветы красного клевера, она может влиять на сознание принявшего. Она глубоко вздохнула. Мелисса, перец кубеба и красный клевер были в зелье Olivideregrete, но это конкретное варево не требовало ни одного из них. Теоретически, зелье, которое он дал ей, не было любовным зельем. «Ну, это уже кое-что», — подумала она, просматривая свои записи. Rubus idaeus — это красное малиновое растение. Его листья содержат ароматизатор, который способствует укреплению тазовой области. Высокое содержание кальция в листьях также может быть использовано для облегчения боли и питания нервной системы. — Нашёл! — крикнул Гарри, указывая на страницу в её учебнике. — Древесный анемон, также известный как кроуфут или цветок ветра, призывает элементарный воздух. Зрелый цветок является частым местом гнездования для колоний Дандранских фей Северной Европы. Ядовит, но можно заговорить против лихорадки, и часто используется в ритуалах смерти. — Это просто смешно. Либо я хочу убить кого-то, сорвав его, либо почтить его в смерти. — Он вздохнул. — Не говоря уже о том, чтобы вытеснить кучу недовольных фей. Гермиона хихикнула и закатила глаза. — Он говорил, что нужно теоретизировать возможные цели, поэтому он, вероятно, не будет оценивать тебя по тому, скажешь ли ты правильный ответ. — Это я, Гермиона, и это Снейп, — тихо сказал Гарри. — Конечно, он оценит меня по тому, смогу ли я дать правильное объяснение или нет. — Полагаю, ты прав, — пожала она плечами. — Тогда проверь другие ингредиенты. Парень хмыкнул, просматривая свой список. — Ну, есть корень валерианы. Это же успокоительное, верно? Она кивнула, перечитывая собственное описание ингредиентов. — Да, он обладает седативными свойствами, но также может быть использован при внутренней боли или мышечном напряжении. — Я бы не стал применять транквилизатор к тому, кто уже мёртв, — вслух подумал Гарри. — Так что, очевидно, этот вариант исключён. — Очевидно, — согласилась она, приподняв бровь. Гарри фыркнул и покачал головой. — Мерлин, если не считать мерзкой ухмылки, ты говоришь точь-в-точь как он. Гермиона начала хихикать, а затем небрежно задалась вопросом, слушает ли Снейп этот разговор, и не рассердится ли он из-за этого. Она тут же отрезвела от этой мысли и снова опустила взгляд на стол. — Ты в порядке? — спросил он, обеспокоенный внезапной переменой её эмоций. — Хм, да, — кивнула она, потирая лоб. — Я просто кое-что придумала. — О, — тихо ответил он. — Ну что, ты уже разобралась со своим? Гермиона взглянула на свои записи. Кава-кава обладала обезболивающими свойствами и могла использоваться для расслабления. Малина использовалась для защиты и исцеления, как и кора корицы. — Ну… — осторожно начала она. — Похоже, он обладает некоторыми целебными свойствами — особенно для нервной системы, — но я думаю, что его можно использовать в качестве направленного анестетика. — Неужели? — спросил Гарри, взволнованно потянувшись к свитку со списком ингредиентов, который она дала ему. Гермиона поспешно начала собирать все свои записи и складывать их в сумку. Она действительно не хотела ничего объяснять относительно фактического содержания своего эссе. Было достаточно неприятно думать о том, что Снейп проводит время, исследуя женскую репродуктивную систему — она не нуждалась в дополнительном смущении от того, что Гарри тоже узнал бы об этом. — Летучий? — он ухмыльнулся. — Что это за чертовщина? На самом деле это не летучая мышь… Э-э… Понимаешь? — Ты имеешь в виду яичко? — нервно рассмеялась она. — Ни в коем случае! Это семенной стручок азиатского растения. Он просто похож на летучую мышь. Его ещё называют дьявольским стручком. Мерлин, Гарри. Парень побагровел и снова опустил взгляд на пергамент. — Так что же он делает? — Он даёт сильную защиту от зла, — ответила она. — Ты имеешь в виду, против тёмной магии? Гермиона кивнула, радуясь, что он выбрал один из ингредиентов с наименее неловкими свойствами. — Я думаю, это должно уберечь пьющего от некоторых последствий тёмного проклятия. Или, по крайней мере, свести их к минимуму. — Блестяще, — пробормотал он, возвращая ей пергамент. — Полагаю, что так. Ответ Гермионы затих, так как оба друга были отвлечены внезапным появлением разгневанной Джинни Уизли. — Где он?! — сердито крикнула она, привлекая всеобщее внимание кучки людей, слонявшихся по общей комнате. — Кто? — спросил Гарри. — Рон! — ответила она. — Где он? Гермиона прищурилась, заметив заплаканные щёки девушки. — Что случилось, Джинни? — Он… Он… Я была… Дин и я… Он… Тьфу! — Рыжеволосая девушка с красным лицом провела рукой по волосам и принялась расхаживать по комнате. Внезапно она покачала головой и бросилась в спальню девочек. Вздохнув, Гермиона схватила свою сумку и встала со стула. — Пойду поговорю с ней, — пробормотала она, заметив беспокойство в глазах Гарри. — Если ты не собираешься работать над своим эссе, то, возможно, найдёшь Рона. Очевидно, он сделал что-то, что расстроило её. Она услышала приглушённый ответ Гарри, прежде чем подняться по лестнице. Когда девушка толкнула дверь в комнату старост, то увидела Джинни, лежащую поперёк кровати и громко всхлипывающую. Гермиона закатила глаза, решив бросить сумку на стол, прежде чем сесть рядом с плачущей девушкой. — Итак, — прямо сказала она, — вы с Дином целовались, и Рон поймал вас. Это так? Джинни медленно кивнула, уткнувшись в подушку. — Он был так зол — совсем обезумел, кричал на меня. Потом Дин попытался встать на мою защиту, и Рон не выдержал. Он ударил Дина, и Дин ударил его в ответ, а потом всё пошло к чёрту. Наконец пришёл Симус и помог мне разнять их, а потом он держал Рона подальше от нас, пока я сопровождала Дина в больничное крыло. — С Дином всё в порядке? — спросила Гермиона, убирая прядь волос с лица Джинни и заправляя её за ухо девушке. — Да. У Рона сломан нос и челюсть, так сказала мадам Помфри. — Девушка сделала прерывистый вдох. — Она проверяет его на наличие других повреждений. Я собиралась остаться с ним, но Макгонагалл отправила меня обратно. «Профессор Макгонагалл», — мысленно поправила её подруга, прежде чем лечь рядом с рыжеволосой. Джинни перевернулась и уткнулась головой в плечо Гермионы. — Я убью его, Гермиона. Клянусь, я так и сделаю. Гермиона раздражённо вздохнула и погладила девушку по руке. — Нет. Хотя я не сомневаюсь, что ты сможешь, но ты не убьёшь его, потому что в глубине души ты знаешь, что он сделал то, что сделал, потому что любит тебя. Ты его единственная сестра, и он просто хочет защитить тебя. — Он полный идиот, — последовал приглушённый ответ. — Конечно, — засмеялась Гермиона, прижимая Джинни к себе. — Он же парень. Все парни глупые. Джинни фыркнула и начала неудержимо хихикать. — Ты совершенно права. — Разве я не всегда права? Девушка снова рассмеялась и села на кровати. Её глаза были красными и опухшими, а щёки блестели от остатков слёз, но глаза сверкали, когда она отчаянно пыталась изобразить на лице насмешку. — Невыносимая всезнайка, — произнесла она глубоким насмешливым тоном, прежде чем снова разразиться хихиканьем. Гермиона улыбнулась, но проглотила большой комок от очевидной пародии на Снейпа. «Профессора Снейпа», — поправила она себя, когда чувство вины внезапно нахлынуло на неё. Джинни плюхнулась обратно на кровать и обняла девушку. — Я рада, что ты со мной, Гермиона. Если бы не ты, я бы, наверное, избила его до полусмерти. Я всё ещё могу, но не тогда, когда ты со мной. Гермиона напряглась, но всё же похлопала Джинни по плечу. — Думаю, у меня просто есть практика в том, как разрядить печально известный характер Уизли. — Ты очень хорошо ладишь с Роном. Жаль, что тебя не было с ним раньше. Ты могла бы остановить это, — вздохнула рыжая. — Если бы только ты и он были привязаны друг к другу чуть сильнее. Гермиона поморщилась и неловко отстранилась от девушки. Она демонстративно взглянула на часы и скрестила руки на груди. — Ну, скоро уже обед. Ты голодна? Джинни решительно кивнула и слезла с кровати. — Вообще-то, проголодалась. — Ещё одна черта Уизли? — Заткнись. Гермиона тихо рассмеялась и схватила девушку за руку. — Я просто шучу. Слёзы и правда выводят тебя из себя. — Как и поцелуи, — добавила Джинни с озорной улыбкой. — Не знаю, — вздохнула Гермиона, открывая дверь. — Есть что-то, чего не знает великая Гермиона Грейнджер? — у девушки отвисла челюсть в притворном удивлении. — Знаешь, мы могли бы это исправить. Я уверена, что знаю одного идиота, который был бы готов принять вызов. Может быть, тогда он перестанет обращать внимание на мою любовную жизнь. Гермиона тяжело сглотнула, а затем судорожно вздохнула. — Может, сначала заглянем в лазарет и проверим, как там Дин? — Да, пожалуй.***
Когда Гермиона обменялась с Гарри раздражённым взглядом во время завтрака в понедельник, она молча поблагодарила его за то, что выходные прошли без дальнейших серьёзных инцидентов. «Во всяком случае, почти». Воскресная утренняя трапеза, как и следовало ожидать, была прервана визгливыми ругательствами Молли Уизли после того, как потрёпанная семейная птица уронила в каждую порцию овсянки письмо. После этого Рон и Джинни с позором покинули Большой зал, и ни один из них не обменялся ни словом с другим после инцидента. Башня Гриффиндора в целом имела дело с последствиями тех выходных. В тот вечер Рон вернулся в гостиную после ужина, сжимая метлу побелевшими костяшками пальцев, после того как получил от профессора Макгонагалл основательную взбучку. Хотя точная сумма баллов не была подтверждена, ходили слухи, что он потерял солидные пятьдесят баллов за свои действия и получил неделю наказания с Филчем. Макгонагалл, похоже, была весьма недовольна таким неподобающим поведением двух своих старост и отстранила Рона от должности на месяц. Джинни, с другой стороны, посчастливилось получить только строгую лекцию о безупречном поведении, ожидаемом от старосты Хогвартса, и предупреждение держать свои романтические связи подальше от глаз общественности. Напряжёнными были не только отношения между братом и сестрой Уизли, но и между шестикурсниками Гриффиндора. Симус и Дин были не в ладах с Роном, поэтому Невилл и Гарри чувствовали себя довольно неловко. По крайней мере, Рон спал в комнате старост — иначе напряжение в комнате было бы астрономическим. Как бы то ни было, Рон проводил мало времени в общей комнате, поскольку многие гриффиндорцы были довольно раздражены потерей такого количества баллов так скоро в этом году — от их собственного декана факультета. И теперь, когда Рон угрюмо ссутулился на соседнем месте и впился взглядом в высокого парня, сидящего рядом с сестрой, Гермиона с трудом удержалась, чтобы не закатить глаза. «Ну и что, что у твоей сестры есть парень!» — ей хотелось вскочить и закричать. — «Дин же не убил твоих родителей, а потом пытал тебя на глазах у всех своих друзей! Или заклеймил её своим именем, чтобы у неё не было другого выбора, кроме как быть с ним! По крайней мере, она может выбирать, с кем целоваться, так что повзрослей! У некоторых из нас есть настоящие проблемы». Она подавила лёгкое фырканье и покачала головой, представив себе взгляды, которыми будет встречена её воображаемая вспышка гнева. Ужас, потрясение и жалость, несомненно. Она глубоко вздохнула и принялась ковырять вилкой яичницу. Это стоило бы сделать в течение первых нескольких секунд, просто чтобы заставить всех замолчать о своих незначительных проблемах, но это быстро приведёт к катастрофе. Учитывая, что Снейп велел ей ничего не говорить об этом, это, вероятно, привело бы к эпизоду сильной боли и яростному катанию по полу Большого зала. Внезапно сцена, разыгравшаяся в её голове, перестала казаться такой уж желанной. Потеряв аппетит, Гермиона уронила вилку на тарелку и опёрлась локтями о стол. Она прикусила губу и посмотрела сначала на Гарри, потом на Невилла, Джинни и, наконец, снова на Рона. Все они знали, какие кошмары ждут их впереди. У них у всех были реальные проблемы, которые были вне их контроля. Она глубоко вздохнула, понимая, что их мелкие споры были отвлекающими факторами — вещами, которые на самом деле были в их власти, чтобы что-то сделать. Беспокоиться о квиддиче, искать укромные места, чтобы быстро поцеловаться, бороться за добродетель сестры, жаловаться на домашнюю работу или затевать тривиальные споры — всё это делали нормальные подростки. Мир, в котором они жили, не позволял им быть нормальными, но, по крайней мере, они могли притворяться. Если они хотят забыть на время, что их близкие были убиты, или что их родители не могли даже произнести их собственные имена, или что они были одержимы Волан-де-Мортом, или что они сражались с Пожирателями смерти — пусть так и будет. Проблемы, на которых они решили сосредоточиться, были пустяковыми и несущественными, но даже Гермиона понимала, что они отвлекают её от размышлений о собственной ситуации. Все они склонны были смотреть на неё как на всезнайку, и именно такой она и должна была быть — или, по крайней мере, притворяться. Но сейчас она отчаянно нуждалась в нескольких минутах отдыха от хаоса. Лекция по зельям начиналась через полчаса, и она знала, что перед этим ей нужно будет проветрить голову. Оттолкнувшись от стола, она перекинула сумку через плечо и направилась в какое-нибудь тихое место.***
— На что ты уставилась, грязнокровка? Северус внутренне поморщился, услышав, как Драко ухмыляется из коридора. Распахнув дверь класса, он появился как раз вовремя, чтобы увидеть, как в глазах Гермионы Грейнджер вспыхнуло маленькое пламя и тут же погасло. Поттер встал рядом с девушкой — и попытался встать перед ней, защищая её, — но крепкая хватка, которую она держала за рукав парня, помешала ему сделать это. — Войдите! — рявкнул он, свирепо глядя, как собравшиеся студенты подпрыгнули и начали проходить мимо него. Он почувствовал, как лёгкая струйка облегчения растеклась по его телу, когда заметил, что девушка оставалась бесстрастной, пока Драко целеустремлённо толкал её перед собой, и он был ещё более впечатлен тем, что ей удалось сдержать гнев Поттера. Она держала его за руку на протяжении всего времени и почти силой подтолкнула к их месту. Стиснув зубы, Снейп захлопнул дверь и шагнул в переднюю часть класса. — Ваши эссе должны лежать на моём столе в течение ближайших тридцати секунд, иначе они будут считаться запоздалыми, и вы получите «тролль». Уголки его рта приподнялись в ужасной ухмылке, когда все в страхе бросились к его столу. То есть все, кроме Грейнджер. Она стояла у своего стола с побелевшим лицом, после того как Поттер выхватил у неё из рук эссе и пошёл сдавать его вместе со своим. Заметив, что Снейп смотрит на неё, приподняв бровь, её щёки слегка порозовели, и она немедленно опустилась на свое место. Когда прошло ровно двадцать семь секунд, он проревел приказ всем сидеть и молчать. Начиная свою лекцию, он время от времени ловил себя на том, что его взгляд блуждает в направлении мисс Грейнджер. Всем остальным казалось, что она слушает его с восторженным вниманием, но он знал, что это не так. Её взгляд то и дело устремлялся туда, где сидел Драко, и он слышал, как она пытается понять, знает ли парень о том, что произошло на собрании Пожирателей смерти три недели назад. Северус не мог придраться к ней за это, так как он честно задавался тем же вопросом. Он знал, что Драко был вынужден принять тёмную метку в качестве наказания за неудачу своего отца в Министерстве, но было довольно маловероятно, что парень был вызван, чтобы засвидетельствовать привязку. Вполне возможно, что либо Люциус, либо Беллатрикс просветили его относительно того, что произошло, но отсутствие вкрадчивых комментариев, исходящих от слизеринца, заставило Снейпа думать иначе. Но в данный момент это не имело для него никакого значения. С другой стороны, важно было вернуть мисс Грейнджер к её обычному поднятию руки и пересказа книг. До сих пор, как он заметил, её начало урока было плачевным. Лекция была уже наполовину закончена, но она не успела записать ни одной строчки, и он точно знал, что она слушала его всего несколько минут. Он сделал драматическую паузу в своей речи, которая эффективно привлекла новое внимание большинства студентов. Теперь они уже знали, что это будет означать одно из двух: либо он готов начать словесное потрошение кого-то, либо он собирается задать вопрос, который также может привести к язвительному замечанию. К счастью, последнее относилось и к этому случаю. Не сводя глаз с Гермионы, он сложил руки на груди и вздохнул. — Кто-нибудь здесь может объяснить мне, почему используются листья растения эстрагон, а не стебли или корни? Прошло несколько коротких секунд, пока студенты нервно ёрзали на своих местах, отчаянно надеясь, что их не призовут к ответу. Северус почувствовал небольшой триумф, когда заметил, что даже Драко намеренно избегает его взгляда. Однако по мере того, как секунды таяли, триумф вскоре сменился явным нетерпением. Мисс Грейнджер сидела совершенно неподвижно, закусив губу и многозначительно уставившись в стол. Поттер уже начал бросать на неё вопросительные взгляды, словно умоляя ответить, чтобы не получить очередную порцию насмешек. Конечно, это было заманчиво, но с этим придётся подождать ещё один день. Прямо сейчас Гермиона должна была ответить на этот вопрос — и, если она не собиралась делать это сама, он должен был вынудить её. Северус сосредоточил всё своё внимание на её маленькой фигурке, желая, чтобы она подняла руку. Когда это произошло — заставив её лицо перемениться удивлённым замешательством — он удовлетворённо ухмыльнулся. — Мисс Грейнджер, — протянул он. — Сюрприз, сюрприз. Пожалуйста, даруйте свою бесконечную мудрость остальным. Её глаза сузились, и она сделала большой глоток воздуха. Когда её рот открылся и слова начали вырываться наружу, он заметил, что её глаза расширились ещё больше от шока. — На самом деле, сэр, — поправила она со свойственной ей уверенностью, — используются стебли и корни эстрагона, а не листья. Снейп позволил своим бровям приподняться в притворном удивлении. — Умоляю, объясните, почему это так — кроме того, что вы прочли это в списке зелья. Несколько смешков вырвалось у студентов Слизерина, в то время как остальные ученики поморщились от осознания того, что они должны были знать ответ. — Потому что, сэр, — сказала она, и её спокойный голос дико противоречил удивлению и обиде, сверкавшим в её глазах, — листья обычно используются мухой Ктыри как место для откладывания яиц. Яйца этих мух покрыты смолой, которая опасно токсична для человека. Поскольку большинство листьев эстрагона испорчены этой смолой, их использование сделало бы истинное действие зелья бесполезным и вместо этого убило бы пьющего. Очевидно, что это разрушило бы всю цель приготовления Бодрящего зелья в первую очередь. Северус изобразил разочарование и пожал плечами. — Пять баллов с Гриффиндора за ваш тон, мисс Грейнджер. Я попросил простого объяснения, а не чтобы вы снабдили нас своими дополнительными комментариями. Он глубоко вздохнул, глядя, как у неё отвисла челюсть и лицо вспыхнуло от гнева. Когда Драко откровенно рассмеялся, Снейп грациозно повернулся лицом к блондину. — Мистер Малфой, может быть, вы просветите нас относительно этого? Когда парень ответил, он присудил пять баллов своему собственному факультету, а затем продолжил свою лекцию. К концу урока он начислил ещё десять баллов Слизерину, ещё десять — Рэйвенкло и лишил ещё пятнадцати очков Гриффиндора. Десять из этих баллов были потеряны Поттером, который пытался доказать, что Гермиона должна была получить баллы за правильный ответ. Взглянув на часы, Снейп увидел, что минутная стрелка пробила двенадцать, и немедленно распустил класс. Он двинулся к своему столу, но остановился, заметив подавленное выражение на лице гриффиндорской ведьмы. — Мисс Грейнджер, на пару слов, — добавил он, усаживаясь и устремляя холодный взгляд на Поттера, который внезапно решил остаться. Девушка судорожно вздохнула, но жестом велела парню удалиться. Когда за Поттером захлопнулась дверь и в классе никого не осталось, кроме них двоих, Гермиона скрестила руки на груди и возмущённо уставилась на него. — Прошу прощения, мисс Грейнджер, — пробормотал Северус. — Я вовсе не хотел вас обидеть. — Вы не хотели меня обидеть? — прошипела она, вставая с места. — Это всё, что вы хотели, не так ли? Вы заставили меня произнести эти слова, а потом наказали меня за это! Пять баллов за мой тон и пять баллов за покровительство однокурснику? Это вы задавали мне тон! Это всё вы! Он на мгновение закрыл глаза и поднял руку. — Если вы позволите мне объяснить… — Своим собственным ртом? — усмехнулась она. — Или вы собираетесь заставить меня объяснить это самой себе? Глаза Снейпа распахнулись, а ноздри раздулись, когда он произнёс: — Вы можете просто выслушать меня, Грейнджер? Гермиона захлопнула рот и уставилась на него, обхватив себя руками за талию. — Итак, — начал он, стараясь говорить спокойнее. — Я уже говорил вам, что мы должны вести себя так, как обычно, включая то, что я отчитал вас на уроке. Хотя мне это не особенно нравится, но именно этого от меня и ждут — как от вашего факультета, так и от моего собственного. «Никто не ожидал, что ты будешь обращаться со мной, как с чёртовой марионеткой!» — подумала она, прищурившись. — Хотя это и так, — признал он, — они, однако, ожидают, что вы будете знать ответ на каждый вопрос, заданный в классе, и выставлять это знание напоказ, как вы всегда это делаете. Если у вас сложилось впечатление, что студенты и преподаватели не заметили вашей несобранности на занятиях, мисс Грейнджер, вы глубоко ошибаетесь. Некоторые из наиболее беспокойных взяли на себя труд выяснить причину вашего беспокойства — и это именно тот вид внимания, который нам не нужен. Она глубоко вздохнула и опёрлась на ближайший лабораторный стол. — Может быть, мне просто надоело быть в центре внимания! Неужели никто не удосужился подумать об этом? Северус поднял брови и несколько секунд изучающе смотрел на неё. — Учитывая, что вы всегда наслаждались своим местом в центре внимания, ваше нынешнее поведение является довольно заметным отклонением от нормы. Некоторые люди считают, что должно быть что-то ответственное за изменение вашей личности. — Ну, возможно! — она застонала и сделала жест между ними. — Вот к чему привело моё пребывание в центре внимания! Он кивнул головой и вздохнул. — Как бы это ни было, факт остаётся фактом: молчанием вы привлекаете больше внимания, чем если бы каждые пять секунд поднимали руку вверх. — Я просто должна притвориться нормальной, вот что вы хотите сказать, — тихо пробормотала она. Прошло мгновение молчания, прежде чем она встретилась с ним взглядом. — А что, если я этого не сделаю? А что, если я не начну участвовать на занятиях? Вы собираетесь сделать из меня марионетку и махать моей рукой на каждом уроке? Снейп тихо фыркнул и посмотрел на свой стол. — Возможно. Если это то, что нужно. — Вы ведь не в первый раз это делаете? — спросила она, подозрительно прищурившись. — Вы и раньше заставляли меня говорить, не так ли? Он медленно сглотнул и слегка наклонил голову. — Когда я столкнулась с Ремусом, вы ответили за меня, не так ли? А потом снова на приветственном пиру. Его кивок был почти незаметен. Гермиона вздохнула и закрыла глаза, не зная, сердиться ей или чувствовать некоторое облегчение от того, что именно он ответил на трудные вопросы. Одна мысль, однако, была прочно закреплена в её сознании — нельзя было ожидать, что Снейп справится со всеми её взаимодействиями за неё. Во-первых, это было жутко и оскорбительно, но это было также слишком много, чтобы просить его. Ей нужно было сделать шаг вперёд и вернуть часть власти в свою собственную жизнь. «Но это была, пожалуй, самая страшная мысль из всех». Она угрюмо выдохнула. — Не знаю, смогу ли я это сделать. Я не очень хорошо играю — или лгу, если уж на то пошло. Северус приподнял одну бровь и наклонил голову. — И всё же каким-то образом вам удалось заманить ту проклятую женщину в Запретный лес в поисках секретного оружия, которого даже не существовало. Если бы вы были такой ужасной актрисой, как вы утверждаете, она бы не рванула туда, даже не взглянув с сомнением в вашу сторону. — Но это же… — возразила она. — Это совсем другое дело! Я должна была что-то сделать! Она мучила Гарри — это был вопрос жизни и смерти, сэр. — Вот именно, — решительно заявил он. Гермиона удивлённо моргнула. Северус вздохнул и закатил глаза. — Как вы думаете, мисс Грейнджер, в каком положении мы сейчас находимся, если не в вопросе жизни и смерти? — Вы правы, — пробормотала она несколько секунд спустя, опустив руки в знак поражения. — С этого момента я буду стараться больше. Кивнув, он бросил взгляд на часы. — Вы можете начать с того, что не опоздаете на чары, и убедиться, что Поттер пойдёт с вами. Мне не нравится, что он слоняется по коридору. Гермиона недоверчиво ухмыльнулась, схватила сумку и направилась к двери. — О, и мисс Грейнджер, — сказал он скучающим голосом. — Да? — спросила она, поворачиваясь к нему лицом. — Десять баллов Гриффиндору. Она открыла рот в искреннем удивлении, но через несколько секунд прищурилась, глядя на него. — Только десять? Гриффиндор потерял двадцать. — Мистеру Поттеру не мешало бы вспомнить, кто его профессор, — ледяным тоном ответил он. — Десять баллов за ответ учителю — это более чем справедливо. — А как насчёт баллов, которые я должна была получить за правильный ответ на вопрос? — спросила она, скрестив руки на груди. Снейп одарил её высокомерной ухмылкой. — Разве мы только что не установили, что именно я отвечал на вопрос? Я не даю баллов за то, что вы считаете чужую интеллектуальную собственность своей, Грейнджер. А теперь идите. Гермиона закатила глаза и выскользнула в коридор, где Гарри стоял, прислонившись к стене. — Ты в порядке? — спросил он, нервно поглядывая на дверь. Когда она кивнула, он поднял бровь. — Что всё это значит? И даже не пытайся сказать мне, что он просто спрашивал о твоём здоровье. — Конечно, нет, Гарри, — фыркнула она, когда они начали подниматься по лестнице. — Он счёл необходимым напомнить, что на прошлой неделе я не отвечала ни на чьи вопросы в классе. — И он был разочарован тем, что именно в его классе ты вернулась к учёбе? — спросил Гарри. — Что-то вроде этого, — пожала она плечами. — Он произнёс длинную речь о том, что я не должна привлекать к себе внимания. Парень покачал головой и хихикнул. — Ну и мерзавец.***
Когда Северус собрал эссе шестикурсников в удобную стопку и перенёс их в свой кабинет, он ухмыльнулся и покачал головой. Взглянув на рыжего кота, свернувшегося калачиком на стуле за его столом, он быстро встретился взглядом с бледно-зелёными глазами. — Она гораздо лучше врёт, чем показывает, — усмехнулся он. Косолапус понимающе моргнул в ответ. Снейп фыркнул и вернулся в класс, чтобы подготовиться к уроку сопливых первокурсников.
