И вновь мы утонули...

      Минуту провела в ступоре. Не могла до конца осознать, что только что произошло. Жутко тряслись руки. Испытала такой страх, какой не испытывала вероятно никогда. Прикрыла глаза и шумно вдохнула. Закружилась голова. Должна была выйти из машины, но даже не могла посмотреть в лобовое стекло, чтобы оценить весь масштаб произошедшего. В голове крутилась одна единственная фраза: «Я сбила человека.»       За столько лет, что водит машину не попадала ни в одну аварию. А тут… Проклинала себя за свою невнимательность. Проклинала Лепса за то, что он приперся к ней в выходной. И только сейчас поняла, что свернула на дорогу, которая ведёт к его дому. Даже не хотела признаваться самой себе, что ее на подсознательном уровне тянуло к нему.       Все эти мысли в доли секунды пролетали в ее голове. Сделав несколько глубоких вдохов и медленных выдохов, заглушила двигатель и распахнула дверь автомобиля. Свежий воздух, ворвавшийся в салон помог немного прийти в себя. Встав на ноги облокотилась на дверь. Закрыв ее все равно продолжала держаться за машину, двигаясь к человеку, который, кажется, подавал признаки жизни. Хотя она не была уверенна в том, что она что-то слышала. В ушах гудело от резко подскочившего давления. — Эй… — была уже совсем близко, — Вы как? — может быть это был один из глупейших вопросов, который можно было бы задать человеку, которого она только что сбила, но она совершенно не знала, что ей говорить.       Увидела, что тот пошевелился, а спустя несколько секунд пришел в положение сидя. Сама же присела перед ним на колени, оперевшись одной рукой об асфальт. — Кажется цел. Вы куда смотрели? — по голосу поняла, что сам был в шоковом состоянии. Возможно именно поэтому так долго лежал в одном положении. — Я… Простите… Не знаю, как это вышло. Вы точно в порядке?       Только сейчас смогла рассмотреть лицо. Молодой парень. Лет восемнадцать — двадцать. В голове не укладывалось то, что едь она со скоростью выше, чем ехала, то простым испугом они оба вряд ли бы отделались. — Да, всё хорошо. Это вы меня извините, сам выскочил на дорогу, не посмотрев по сторонам.       Поднялся на ноги и подал руку Ире. Не сразу среагировала на это предложение помощи. Была какой-то заторможенной. Но нашлась спустя несколько секунд и всё же подала ему свою руку и поднявшись на ноги, вновь облокотилась на капот машины. — Макс, — не поняла для чего он представился и протянул руку, но все же ответила, протянув свою руку в ответ. — Ирина, — парень поцеловал руку Иры и улыбнулся, — Что-то не так? — не поняла его улыбки, вроде ничего веселого не произошло. — Всё хорошо, просто было бы странно если бы я вас не узнал, — подмигнул Максим. — Ну да, точно, — легкая усмешка слетела с губ Аллегровой, — Надеюсь, что завтра не будет «интересных» заголовков в газетах? — Вы только что сбили человека, а вас волнует ваша репутация? — парень рассмеялся. В его голосе явно не было упрёка, это была просто шутка.       Ирину конечно поразила его некоторая наглость, но она ничего не сказала. В любом случае она была рада, что всё обошлось, но на душе все равно было неспокойно. — Тебя подвезти? — не поняла почему перешла на-ты, но и значения этому особо не придала. — Нет, я и так уже был удостоен честью быть сбитым самой Императрицей российской эстрады, — снова усмешка. — Так, Макс, я конечно понимаю, что я виновата и всё такое, но колкостей в свой адрес от малолетки я не потерплю, — высказалась Ирина. Она и так была вся на нервах, так еще и этот сопляк со своими шуточками. — Мне вообще-то уже восемнадцать, Ирина… — снова усмехнулся, но под ее строгим взглядом добавил, — Александровна. — Надеюсь, что у тебя претензий ко мне нет, поэтому можем расходиться. Подвезти тебя я предложила, ты отказался. В следующий раз смотри по сторонам и больше не бросайся под колеса.       Развернулась и в два шага оказалась у двери, которую тут же открыла и уже была готова сесть в машину, но пришлось обернуться на его голос. — Будьте осторожнее, Ирина.       В этот раз отчество не добавил, снова усмехнулся и быстрым шагом стал отдаляться от ее машины. — Наглец, — сама усмехнулась и наконец-то вернулась в теплый салон автомобиля. За время нахождения на улице успела замерзнуть и только сейчас заметила, что всё это время пальто было расстегнуто, а от всех нахлынувших эмоций она даже не ощутила, что ей холодно, пока не встретилась с резким контрастом температур, сев в машину.       Завела двигатель и включила печку, пытаясь согреться. В голове роились мысли, а в ушах снова появился непонятный гул. Снова стало не по себе. Не могла представил себе, что бы было если бы она ехала быстрее. Она же могла его… Убить… Передернуло от одной мысли, а глаза начало щипать. Сложила руки на руле и уронила на них голову. Пыталась сдержать слезы, но не получалось.       Вспомнила сегодняшнее утро и стало еще хуже. Вслед за этим вспомнила «Новую волну»… Отель… Сотни эпизодов за эти двадцать лет с момента их расставания. Всегда позволяла ему больше, чем обычному другу. Всегда балансировали на этой тонкой грани над пропастью. Она тянула в одну сторону, а он в другую. Надеялась, что этого никогда больше не произойдет, но произошло в том злосчастном отеле. Надеялась на то, что поставили точку в отношениях. Что смогут вновь стать друзьями. Хотя и сама тогда понимала, что шанс на дружбу после отношений один на миллион, ведь на ее памяти не было таких «друзей». Но она все равно поставила на этот единственный шанс. Она им дорожила и боялась потерять. Да что уж говорить, сейчас мало что изменилось. Она все так же им дорожит… Но, кажется, что как друга она его потеряла два месяца назад. Она позволила себе вновь утонуть в его объятиях и разделить с ним одну постель на двоих. Она впервые в жизни позволила себе стать второй. Позволила себе стать любовницей…

***

      До самого вечера пробыл в ее доме. Несколько раз набирал ее номер, но телефон механическим голосом оповещал, о том, что «аппарат абонента выключен…». На этом моменте он сбрасывал звонок. Смысл ему дослушивать до конца эту заезженную фразу. Всем и так известно, что обычно говорит эта «машина».       За целый день измерил шагами гостиную вдоль и поперек. Не находил себе места. Он же не знал, что она разбила телефон и уж тем более не знал, что он послужил этому причиной.       В шесть вечера понял, что ждать ее скорее всего бесполезно, поэтому одевшись и погасив свет он покинул её дом, а вскоре уже был на МКАДе, направляясь к себе домой.       Свернув на дорогу, ведущую к его посёлку, он заприметил темный автомобиль на обочине, который судя по всему был заведен, однако фары не горели. Сбросив скорость присмотрелся к номеру. И только когда он уже проехал мимо, то резко вывернул руль вправо и припарковался на обочине. Заглушив двигатель выскочил из машины и пройдя несколько метров и ещё раз взглянув на номер понял, что не ошибся. В темноте не заметил, что бампер был немного помят.       Подошел к двери с пассажирской стороны и открыв ее, сел в салон. С улицы было не видно, что происходит внутри в силу того, что было темно и на лобовом стекле была легкая тонировка.       Кажется даже не отреагировала на хлопок двери. Ее плечи продолжали вздрагивать и Грише не составило труда понять, что она плачет. Вот только почему? — Ир, — дотронулся до ее плеча и она вздрогнув, подняла на него затуманенный взгляд, — Я не хотел тебя напугать, прости. Ириш, что случилось? — Ничего…       Не могла осознать происходящего и даже успела подумать о том, что не сошла ли она с ума и не мерещится ли он ей. — Гришка…       Буквально упала на его плечо, он же в свою очередь крепко прижал её к себе. Как ей хотелось провести так всю свою оставшуюся жизнь. В его объятиях, в которых чувствовала себя защищенной. В которых было максимально комфортно. Она знала, что может спрятаться за его спиной и не бояться ничего. До сих пор не понимала зачем прогнала его тогда. Почему не попыталась все наладить? Почему не поговорила с ним?       Но умом, который сейчас работал очень слабо все равно понимала, что ей с ним никогда не быть. Он женат, а любовницей быть она не готова. Но именно сейчас ей нужно было ощущать его рядом. Хотелось хоть на минуту почувствовать какого это быть в объятиях любимого мужчины. Не в тех объятиях, которые он подарил ей той ночью. А в объятиях, которые не несут в себе никакого подтекста. — Ир, — позвал ее спустя несколько минут, когда она, как ему показалось, немного успокоилась, — Солнце, что случилось?       Поцеловал ее в макушку и хотел отстранить от себя, чтобы была возможность заглянуть в ее глаза, но встретил ее протест и поэтому тяжело вздохнув, еще крепче прижал женщину к себе. Он чувствовал, что она была на грани. Она казалась ему такой хрупкой… Он просто боялся ее разбить.       Сколько они так просидели одному богу известно, но через какое-то время Ира все же решилась заговорить.