Сердце моё драконье

Я восхищен, А, может, я просто пьян? Я не знаю, как быть правильным, Да я и не хочу — тебя не отпущу… (Джиос)

Валка не знала, почему, но она любила походы (похоже, одна-единственная). Что пешие, что — корабельные. А первый поход с Нового Олуха они совершили, скорее всего, просто от нечего делать. Нет, ради «галочки», Иккинг, конечно, важничал: собрал отряд добровольцев и поставил конкретную задачу — найти землю, на которой они могли бы разводить скотину. Свободную от других племен, в безопасности от лесного массива, который, вопреки распространенному мнению, всё равно представлял определенную угрозу, и наконец — достаточную по площади для расплодившихся (без драконов-то) овец, которые заполонили собой всё пространство. — Делимся по три человека! — когда лодки были спущены на воду, объявил Иккинг. — Завтра жду всех на корабле с подробными картами местностей и описанием плюсов и минусов оных! Через два дня пути они подплыли к большому острову, скорее всего, даже к архипелагу, уходящему далеко за горизонт скалистыми берегами с порослью молодых деревьев. То, что над островом кружило много птиц, было признаком того, что земля там хорошая — много червей. А хорошая земля всегда могла бы сгодиться для пашни. — Всё! Моя команда набрана! — Валка, не успев спуститься в лодку к Сморкале, так любезно протянувшему руку, была несколько ошарашена. — Мы отчаливаем! — Иккинг же сказал — по трое, гений! Моя сестра-даун и то считает лучше! — тут за плечо Йоргенсона схватил Задирака. — Ты шлем-то снимай иногда! А то ни черта не слышишь! Двигайся! Я буду грести! — Конечно, будешь! За бортом! Греби сколько влезет — глядишь, к вечеру и доберёшься! — Сморкала бесцеремонно схватил друга за бороду и скинул в воду. Валка, закатив глаза, увидела, как Задираку, весьма скверно плавающего (опять же — из-за бороды, которую он слегка «перерастил»), подобрали в свою лодку Забияка и Эрод. Рыбьеног оказался в компании Иккинга и Астрид. В надежных руках — что тут сказать. Впрочем, за них она никогда и не переживала. А вот за себя… — Сморкала! Скалы! — Валке пришлось брать управление лодкой на себя, потому как мальчишка смотрел на неё, вообще забывая, где они находятся и что нужно делать. Так было всякий раз, когда они оставались наедине. — И за что мне всё это? — Да ладно — течение само принесёт нас куда надо… — Серьёзно?! — Валка нахмурилась ещё больше, уже пожалев о своём решении плыть с ним. Когда они сошли на берег, то худшие опасения Валки подтвердились — Сморкала, очевидно, посчитал, что поход — это маленький отпуск, и он может просто загорать на солнышке. — Позволь, я напомню тебе, что мы не валяться сюда приплыли! — А что — ты и правда собираешься исследовать местность? — он усмехнулся. — Ну — иди… только помни, что без арбалета или, хотя бы топора, ты станешь самой уязвимой добычей… — Сморкала! — Я ненавижу походы! — сказал он громко, и по его глазам она поняла — это чистая правда. — Какой смысл открывать новые земли, если мы сюда скотину перевезем — будь тут хоть трижды шикарно, но мы-то никогда этого не узнаем! Да?! — Какой же ты пессимист! — Какой есть! — Сморкала, ещё больше надувшись и надвинув тяжеленный шлем на самые глаза, демонстративно прошагал к месту, где два больших дерева давали неплохую тень. — Я здесь подожду! Валка фыркнула и подумала о том, что неплохо было бы проучить засранца. Вот, только каким образом — пока не представляла. Хотя… был один вариант. Она дождалась, когда Йоргенсон уснет, и скрылась в чаще леса, в надежде, что, когда он проснется под вечер, испугается — почему она не вернулась, и, вероятно, пойдет её искать. А уж там она подготовится, чтобы он познал все прелести «походной романтики»… — Валка-а-а-а! — душераздирающий крик раздался, когда уже порядком стемнело. — Валка-а-а! Уплываем! Скорее! Скорее, я не шучу! Это место не пригодно для овец — они передохнут сразу же — здесь живет племя дикарей! Они каннибалы! Они хотели меня сожрать! Перетащили сюда и подложили мне под бок скелет… обглоданный!!! А-а-а! Валка с улыбкой наблюдала как испуганный Сморкала мечется по берегу, зовя её. Никакого племени тут, конечно, не было — скелет она нашла в песке. И то была туша выброшенного на берег крупного морского животного. Вот, почему они видели так много птиц. Перетащить труп ей бы не хватило сил — зато она легко перетащила Сморкалу. — Валка-а-а! Неужели и тебя эти твари съели?! Когда он запутался в собственных ногах и рухнул лицом вниз, закрываясь от птиц, что залетали куда интенсивнее, агрессивнее набрасываясь на тушу, Валка решила, что с Йоргенсона на первый раз хватит. — Меня пока не съели, — она вышла из низкорослых кустов, неся в руке какого-то зверька, очевидно, убитого ею для того, чтобы поужинать. — А вот я бы, если б встретилась с этими дикарями лицом к лицу — не уверена… — Валка?! — Сморкала, едва не плача, поднял голову. — Ты… — Хоть бы костер развел пока меня не было — приготовил бы ужин… или ты и на это не годишься? А, мужчина? — …ты не представляешь, что со мной было!!! — Поверь — представляю… — А вот и нет! Я испугался! За тебя, между прочим! Сморкала сел на песок, всё ещё тяжело дыша, принялся осматриваться кругом. — Скорее, за себя. Кстати, спать в незнакомом месте нельзя — это первое правило безопасности, которое ты должен знать наизусть! — Я знаю! То есть — я не думал, что… — А надо было думать! — Ладно — я уяснил урок. — Сморкала вытер пот со лба. — Прости меня… — И ты прости, — она чуть виновато улыбнулась. — За дровами хоть сходишь или все мне делать? — Как же я ненавижу походы! — простонал Йоргенсон, поднимаясь. — У нас вся ночь впереди — ты ещё поменяешь мнение, — шепнула ему Валка, заставляя смутиться, и закидывая тушку кролика на плечо, направилась к воде. — Походы — это так романтично…