Сердце моё драконье

— Не злись, Икки! — с ехидной улыбкой бросает Сморкала, в очередной раз забрав себе все медали на Дне Весения. — Да пошел ты! — отвечает она, вздергивая подбородок и стараясь не подать виду, что ей чертовски обидно. И дело совсем не в его победе. Кажется, их соперничество и вытекающая оттуда ненависть были чем-то осязаемым, впрочем, все на Олухе были уверены, что это вовсе не ненависть, а своеобразное проявление любви. — Не злись, Икки! — радостно подбрасывая черную овцу, отданную ему как победителю Драконьих гонок, кричит Сморкала. — На идиотов не злятся, Йоргенсон! — отвечает она, почти с безразличной усмешкой наблюдая, как делят своё почетное «второе» место близнецы — каждый желает оторвать себе половину овечьей туши. Кажется, их отцы вот уже несколько месяцев обходят друг друга стороной или подозрительно часто пытаются завести беседу о браке, чтоб положить конец этой вражде, взявшейся, похоже, ещё с пеленок, впрочем, разговоры об этом для других всего лишь — повод, чтобы позубоскалить, а для них — раздражающая тема. — Не злись, Икки! — чуть задевая её плечом, фыркает Сморкала, когда право зажигать викингов факел на торжественном собрании вождей, достается ему. — Просто. Отвали. К черту, — цедит она, стараясь не обращать внимания на восторженный взгляд Астрид в его сторону, который каждый раз летит, какого-то Тора, именно через неё. Кажется, это было ошибкой — согласиться участвовать в конкурсе ледяных скульптур на Сноглток. Она уже знает, что все её усилия, как обычно, напрасны, ведь он нагло подлизался к жюри — её родная мать, которая, кажется, всё же способна на предательство, ставит ему самую высокую оценку. — Эй, не злись, Икки! — пьяно хохочет Сморкала, принимая поздравления от викингов. — У тебя галлюцинации, дружок! — парирует она, улыбаясь и всем своим видом показывая — её это не трогает. Только, кажется, ещё немного, и кто-то из них двоих не выдержит. Но почему-то это происходит тогда, когда она совсем не ожидает — на празднике по случаю свадьбы Эрода и Забияки, Сморкала впервые не пытается её задеть. Он стоит в стороне от общего веселья и никоим образом не стремится помешать, хотя ещё совсем недавно он всячески демонстрировал неравнодушие к сестре своего лучшего, — как внезапно оказалось, — друга-Задираки, который и её отчего-то уговаривал «не злиться» на Йоргенсона. — …не злись, Икки… — вдруг шепчет Сморкала ей на ухо, пока молодожёны танцуют в свете огня, и чуть задерживаясь пальцами на щеке, затем быстро уходит, не обернувшись. Но она не злится, она в бешенстве — не оттого ли, что это сделать им стоило гораздо раньше: просто понять, что она «злится» от неразделенной любви, а он — уговаривает её не делать этого… да, кажется, тоже по той же самой причине.