Хочу касаться!

Чтобы лишний раз не нервировать Карлайла, Сибил проявил инициативу и пошёл к Салливану, чтобы договориться о встрече мужа с Рикко. — Не понимаю я тебя, Сибил, - ответил Салливан на просьбу омеги о подготовке встречи альф. – Сначала ты просишь меня, чтобы я держал Рикко подальше от твоего мужа и детей. Теперь же, ты просишь организовать их встречу. Что – то произошло? — Да, старейшина Салливан, произошло. Они виделись. Карлайл после этого был сильно расстроен. Как бы Рикко не пытался достучаться до мужа, тот даже слушать не стал. Как я понял, со слов Карлайла, Рикко жаждет встречи с ним и хочет, чтобы и его выслушали. Когда я уговаривал Карла всё же поговорить с Рикко, чтобы решить проблему, он напрочь отказывался. Однако я считаю, что им действительно надо поговорить и выяснить отношения. Я возьму на себя и подготовлю Карлайла, чтобы у него не было срыва, как в танц – классе. От вас только настроить Рикко так, чтобы он сам не вышел из себя во время разговора и не вывел попутно Карлайла. — Предлагаешь устроить им процедуру примирения? – предположил пожилой альфа. — Рано, мистер Салливан. Они оба к этому ещё не готовы. А вот убедить их выслушать друг друга – надо. — Тогда как ты себе это представляешь? — Им надо дать просто поговорить, выяснить всё, что обоих интересует. На большее и рассчитывать нечего. — А если они снова поссорятся? — Думаю, если обоих заинтересовать в результатах беседы, то они будут обязаны воздержаться от колкостей в адрес друг друга. — И кто будет за этим следить? — А что, они маленькие мальчики и сами за этим не проследят? — Полагаю, ты прав, но ... – Салливан медлил, но Сибил терпеливо ждал, что скажет старейшина. – Но, как и ты за Карлайла, я переживаю за состояние Рикко. Он мне как сын. А вдруг он не выдержит этого разговора и тоже сорвётся? Что если неправильно среагирует на слова Карлайла? Что будет тогда? И что мы будем делать? — В случае непредвиденной ситуации - прервём беседу до следующего раза. Будем их сводить на разговор до тех пор, пока оба не выскажутся и не выяснят что к чему. — Скажи, Сибил, - Абрахам сузил глаза и серьёзно посмотрел на омегу. Казалось, тот был в себе уверен и готов ответить на любой вопрос. – А ты сам не боишься узнать то, что они оба припомнят друг другу? — Ну … - Сибил призадумался. Он и так многое знал о том, что пережил муж в тюрьме со слов самого Карлайла. Однако была ещё одна сторона медали, которую омега ещё не видел – взгляд со стороны Рикко, его версия произошедшего тогда. Ведь её нельзя не брать во внимание. – Всё, что касается Карлайла, я знаю. Он мне много чего рассказывал, да и я видел воочию последствия того, что с ним в тюрьме творили. А моим глазам свидетелей не нужно. Марвин, кстати с этими последствиями долго разбирался. — Хорошо, допустим, - отозвался Салливан на слова омеги. – Как бы там ни было, версию Рикко Карлайл, да мы с тобой должны будем принять. В случае непредвиденных сложностей, прекращу этот пустой разговор, как ты сказал, до следующего раза. Если из этой идеи вообще ничего не выйдет, их придётся развести окончательно и оставить всё, как есть. Пойми меня правильно, Сибил, Рикко стал нам как сын, а Уайли он как брат. Он член нашей семьи, и мы все переживаем за него. Беды Рикко переносятся нами, как собственные. — Я понял вас, старейшина. Теперь нужно обговорить то, как пройдёт беседа. После относительно непродолжительного спора, договорились провести беседу на нейтральной территории. Ею оказался дом Уайли Салливана. Он давно жил отдельно от родителей, у него был муж и двое детей. В доме была отдельная комната, предназначенная для семейного отдыха, игр детей под присмотром родителей, вечернего общения. Всё лишнее из комнаты было убрано. Оставлен лишь широкий стол и два стула. Большая столешница была выбрана не случайно. Собеседники могли прекрасно видеть друг друга, но не иметь возможности прикасаться, даже если оба вытянут руки на полную длину. На этом настаивал Карлайл, когда отправлял мужа к Салливану.       Так и сказал: — Делай что хочешь, но этот демон больше не коснётся моего тела. Иначе, я снова потеряю душу. Салливан понимал всю справедливость этого требования, поэтому, нашёл, где взять такой стол. За этот стол могли свободно сесть человек двенадцать, а он предназначался для двоих. По условию переговоров, Салливан и Сибил будут присутствовать негласно, стоять за открытой дверью и слушать. В том случае, если альфы не смогут начать конструктивный диалог, он будет прерван до того раза, когда они снова смогут сесть за этот стол, через день или два. Встречаться договорились до того, пока оба альфы не выговорятся и не выяснят отношений. При этом, у каждого будет возможность, задать три самых важных вопроса и обязательно получить на них ответы. Если этого не сделать, переговоры могут никогда не закончиться совсем. Обязанность каждого ответить на все вопросы, чтобы оппонент мог для себя сделать правильные и понятные выводы. Сибил Карлайлу, а Салливан Рикко объяснили все условия предстоящей беседы. И, если Рикко принял все условия спокойно, даже покорно, то Карлайл долго не соглашался. У него возникли сомнения относительно того, зачем надо так много разговаривать «с этим мучителем», полагая, что одного разговора будет вполне достаточно. Мол, много чести Рикко разговаривать до полного выяснения отношений. Уорбертон был уверен, что в данной ситуации достаточно того, что он выслушает и задаст вопросы, получит на них ответы и уйдёт с требованием, чтобы Рикко продолжал держаться подальше от него и его семьи. Однако Сибил смог убедить мужа в том, что данные суждения неправильные. Ведь проблема давняя, а потому, решиться в одночасье не может. Переспав ночь с этими тяжёлыми мыслями, Карлайл едва согласился на условия переговоров. Ведь он альфа и должен поступить как настоящий мужчина и смело взглянуть своему страху в глаза. Первый раз был сумбурным, оба альфы не знали с чего начать этот трудный разговор. Когда в комнату, где стоял широкий стол, вошёл Карлайл, Рикко уже сидел на своём месте. Он вытянул руки вдоль стола, сжав их в кулаки. Он терпеливо ждал, когда Сибил приведёт Карлайла, но, когда дождался, стал пожирать альфу глазами. Ещё со вчерашнего дня Рикко получил от Салливана чёткие указания, поэтому сейчас был спокоен и сосредоточен на предстоящей беседе. Карлайл зашел медленно, неохотно, словно вымеряя каждый шаг. Он так же не отрываясь смотрел на Рикко. По глазам вошедшего было видно, что в его голове невольно пронеслись воспоминания о том кошмаре более чем десятилетней давности. Однако пересилив себя, Карлайл прошёл к своему стулу и сел. Рикко был спокоен, ничего пока не говорил, ждал, когда Карлайл, наконец, будет готов. Видимо, лечение Марвина пошло на пользу Рикко, и он сохранял спокойствие несмотря на недобрые взгляды Карлайла. — Ну вот, я здесь, как ты и хотел, – начал Карлайл. – Я слушаю тебя, но, не думай, что я сразу поверю в твои откровения. — Моё дело рассказать тебе, как всё было на самом деле, твоё дело – выслушать меня. А поверишь ты мне или нет, без разницы. — Тогда говори, не тяни. Долго я твой бред не вынесу. — Если ты считаешь мои слова бредом, - спокойным тоном заметил Рикко, – то зачем тогда согласился на эту встречу? — Встречи хотел ты! Я здесь по настоянию мужа. Он полагает, что пока мы не поговорим, так и будем бегать друг от друга. И, вот, я здесь! Но, почему –то до сих пор не услышал и слова объяснений от тебя: как я попал в тюрьму, откуда обвинение, в чём реальная моя вина, за что ты на самом деле так зверски пытал и насиловал меня? — Это всё, что ты желаешь знать? — А этого недостаточно? – ядовито заметил Карлайл. —Нет! Думаю, ты слишком сильно зациклен на своей версии происходящего. Не хочешь узнать и мою? — Достаточно того, что ты ответишь на уже прозвучавшие вопросы. Больше меня ничего не интересует. — Возможно, ты прав. Однако мне объяснили, что я также, как и ты имею право на три вопроса. — Странно, - фыркнул Карлайл. Он посмотрел на левую травмированную руку и парировал оппоненту. – Какие у тебя могут быть ко мне вопросы? Разве что снова пытать на пустом месте? — Зачем ты так, Карлайл? – не вынес слов Рикко слов мужчины, сидящего напротив. – Когда ты исчез, я страдал не меньше твоего. Поэтому, полагаю, тоже заслужил право на вопросы. — Не думаю, – отрезал Карлайл. – Считай, что твои страдания были посланы тебе свыше в качестве наказания за злодеяния. Не более того! Всё! Я больше не намерен здесь оставаться и вести этот пустой разговор, - раздражённо сказал Уорбертон. – Держись от меня подальше, Кери и не попадайся на глаза, иначе, я не ручаюсь за себя! - Он быстро поднялся и фурией вышел из комнаты, а потом и из дома Уайли Салливана. Сибил и Салливан не смогли его удержать. Омега последовал за мужем, чтобы вернуть его, если не сейчас, то позже и убедить встретиться ещё раз.       Салливан тем временем зашёл в комнату, чтобы успокоить Рикко и похвалить за достойное поведение. Он уже не был так хладнокровен и бездушен как ранее. Физически и душевно в Рикко многое изменилось. Однако Карлайл об этом пока не знал, а поэтому следовало проявить терпение и дать возможность ему тоже успокоиться. Тюремное заключение в своё время не лучшим образом повлияло на характер Карлайла, его можно понять. Именно это пытался Абрахам объяснить своему подопечному. Сибил догнал Карлайла почти у дома, заставил остановиться и успокоиться. В доме были дети, а потому не следовало пугать их или ещё больше настраивать на отрицательное отношение к Рикко, а также во избежание лишних вопросов. Сколько бы Карлайл не ругал своего любимого омегу за эту идею с организацией разговора, тот внимательно выслушал, обнял и попросил ради него и детей успокоиться. Пока все ответы на вопросы не будут получены, нужно встречаться с Рикко. Назад пути нет. Если дать слабину и отказаться, означало признать свою слабость и неправоту. Так нельзя, иначе конца не будет этому кошмару. Карлайл кое-как взял себя в руки, прежде чем Сибил позволил ему войти в дом.