Искусство - это затмение!

24 января 2019, 11:36 Виктория, Британская Колумбия, Канада

      Глаза Сары блестели как две ночные звёздочки. Её искренняя радость за наше счастье током ударила по сердцу. Я припомнила всю чепуху, которую наплела про «Дэниэла», вдруг внезапно осознала чрезмерно краткое расстояние между ним и Сарой… И в ту же секунду вторая волна жара накрыла меня с головой. — Здравствуй, Сара, — пролепетала я растерянно, заставив себя улыбнуться, пока та быстро семенила к нам. — Не ожидала тебя встретить… — И я тоже! — аж светилась от радости та. — Я к тебе хотела зайти на выходных, но, видишь, получилось и раньше! Ох, Оливия, я так счастлива, что вы с Дэниэлом наконец-то помирились!       Дейдара шокировано молчал. Мимика потихоньку выдавала привычное мне недовольство и проступающее омерзение. Знаю, чужой оптимизм его всегда раздражал.       Его недопонимание сейчас так к месту. — Мы просто гуляем, — пояснила я. — Вместе! Вы так здорово смотритесь вместе! А как же я рада за тебя! Ты нашла своего принца!       Высокие материи такого типа смутить меня не могли — лишь вызвать желание сменить тему. А вот Дейдара мгновенно скривился от раздражения и выдал: — Ещё одна из твоих недоразвитых дружков?       Сара остолбенела, поражённо поправила очки на носу, лишившись дара речи. — Я же говорила, что он злющий, как чёрт. Хамство — его образ жизни. — И проникновенно, обращаясь именно к Дейдаре: — Правда Дэниэл? — Я не…       Собравшийся возразить блондин схлопотал несильный удар локтём вбок. Устраивать концерт перед Сарой с участием психа было для меня последней каплей, и уж лучше продолжать делать вид, что мы дружелюбная парочка, пока она не уйдёт. А модник пусть выскажет все претензии позже и наедине! — Дэниэл, хочу тебя познакомить, — растянула широкую любезную улыбочку я. — Это Сара, моя подруга. Сара — Дэниэл. Дэниэл — Сара. Будьте знакомы. Потому что в прошлый раз знакомство явно не заладилось. — Привет! — вспыхнула восторгом Сара, мгновенно захватив руку Дейдары в свои щупальца. — Я очень рада с тобой познакомиться, Дэниэл! Оливия мне столько про тебя рассказывала! — Рассказывала? — округлились глаза до размеров бильярдных шаров у Акацуки. — Да, да! Ещё в тот самый день, когда мы с тобой первый раз увиделись! Я теперь всё про тебя знаю! И про историю вашего знакомства знаю! Божечки, как это романтично! Вы с Оливией — прекрасная пара! У меня…       Договорить Саре помешал телефон, не вовремя прервавший её ослепляющую эмоциями речь звонком. Она броско извинилась и, едва не выронив из рук гаджет, отбежала на пару шагов поговорить.       Тут-то Дейдару и понесло. Будто в клешню, он ухватил моё предплечье и сквозь зубы, чуть сдерживая гнев, зашипел: — Что ты ей рассказала обо мне? — Уймись, истеричка, — немедленно отреагировала я тем же тоном, чувствуя болезненную хватку. — Она ничего не знает о вас! Я всего лишь сказала, что ты мой парень. — Зачем?!       Мне повезло, что Дейдара после этой фразы не сломал мне руку. Альтернативная история, сложившаяся в голове Сары, — пусть и выдуманная, — явно убивала его сознание. Ему требовалась свежая кровь. — Я должна была ей рассказать правду? После того, что ты устроил в актовом зале?.. Гораздо лучше — наплести чушь про липового парня, истеричку, модника и хама! Так что успокойся, это в твоих интересах. — Пф, — отфыркнулся от меня Дейдара. — Твои проблемы, я тебе не мальчик на побегушках, хм. — Будь благодарен, ублюдок, иначе везли б тебя уже в морг! — рыкнула я ему напоследок, прежде чем дёрнуться в сторону.       То ли каши я мало на завтрак ем, то ли сегодня действительно был не мой день. Так или иначе, но из цепких лап Дейдары мне было не выбраться. Несколько секунд прошло в ожидании и раздумьях. Кусая губу, я всё поглядывала на Сару, рассеянно болтающую с кем-то по телефону к нам спиной.       Закричать? У блондина-то мозги набекрень, возьмёт сдуру и шею свернёт нам обеим. Впрочем, спятил он не до конца, при Саре не станет с катушек слетать. И у меня есть шанс ещё убедить его помочь мне… Последний. — Ладно. — Сжав руку чуть сильнее, Дейдара притянул меня ближе, заставив искривиться от боли. Злорадная усмешка не предвещала ничего хорошего, и я приготовилась услышать худшее. — Сыграем спектакль, хм!       Оттолкнув, блондин всё же выпустил меня. Я поостереглась выдавать крутившееся на языке ругательство и потрясла отёкшей рукой в воздухе. Лишь подарила полный ненависти взгляд — на что получила не менее сильный ответ в горящих голубых глазах. — Простите! — Сара, наконец, вернулась к нам с душевной улыбочкой, уложив телефон в карман. — На чём мы остановились?.. Ах, точно! Дэниэл, я как только услышала об истории вашего знакомства, всей душой прониклась! Мне кажется, что такой необычной первой встречи ни у кого не было! — Свалилась мне на голову эта незаурядность, — буркнула я недовольно, понимая, что распаляться Сара будет ещё очень долго. — Честно говоря, Оливия о тебе не слишком хорошего мнения, — враз выложила карты на стол подруга. Однако я и не скрывала ничего. — Я не думаю, что ты настолько плох! Пусть и грубоват, но я уверена, ты очень хороший человек! Я ведь права?.. — Она обо мне «не слишком хорошего мнения»? — передразнил Дейдара, пока я трагически закатывала глаза. — А я-то уж как ненавижу эту занозу, только и мечтаю шею свернуть, хм! — Может, не нужно так говорить о возлюбленной? — неловко заикнулась Сара. — Это всё из-за ссоры, да? Вы до сих пор не помирились? — Я же тебе говорила, что мы просто гуляем, — повторила я. — Незачем разводить мелодраму. — И вы… оба не хотите мириться? — Я чувствовала в словах Сары подвох, но пока не могла разгадать его истинный смысл. — Я уже говорила, что не собираюсь это делать. — Я недостоин твоего общества?! — Я подавилась воздухом и занесла руку для очередного несильного удара вбок, когда блондин тут же перехватил её вновь. — Да кто ты такая?! Никчёмная слабачка, возомнившая себя равной мне, хм! — Боюсь, мне трудно будет опуститься до уровня городского сумасшедшего, — возмущённо заговорила я. — Так что не переживай на этот счёт, я не равняюсь на тебя! — И не пытайся, хм! Ни за что тебе не понять истинного искусства!       Пока мы с Дейдарой грызлись, как кошка с собакой, Сара кидала на нас сочувствующие взгляды. Похоже, она представляла нашу парочку не конфликтующей и любящей, в то время как мы уже на лезвии ножа.       Я предполагала, что та, смутившись нашей ненавистью, покинет зону поражения, однако она лишь воодушевила Сару на новые подвиги. — Так не должно быть! — заявила подруга нам. — Вам обязательно нужно помириться! — Или нет? — возникла я, пока Саре не пришла в голову идея повязать нас ленточкой. — Это, быть может, просто не мой человек. — Нет, Оливия! Разве из-за какой-то глупой шутки можно грызться целую неделю, а? — «Глупой шутки»? — непонимающе сощурился блондин. Но, держу пари, он уже догадывался, о какой шутейке я могла рассказать Саре.       Пока Дейдара находился в минутном замешательстве, я получила прекрасный шанс выдрать свою руку обратно. С некоторых пор я остерегаюсь касаться этого психа. — Может, мы сходим куда-нибудь? — вдруг предложила Сара, чем окончательно выбила меня из колеи. — Позавтракаем. А я выслушаю вас обоих! Может, мне удастся вас помирить?.. — Это нево… — Ты слишком много на себя берёшь, соплячка, хм! — огрызнулся Дейдара. — Но можешь попробовать.       Челюсть упала сама собой, потому что я была уверена, что ослышалась! Да Дейдара не мог сказать такого априори! Самодовольство, сочившееся через каждую клеточку его тела, просто не могло позволить ему согласиться!.. И всё же было в предложении Сары нечто ценное, что я очень быстро уловила, припомнив сказанное. — Попробовать? — взвилась на месте Сара. — Ты можешь во мне не сомневаться, Дэниэл! Будь уверен, я смогу вас помирить! Я ходила на курсы психолога! Оливия, помнишь? — Два месяца, — внесла поправки я.       Любовь Сары к перекапыванию мозгов действительно заслуживает уважения, ибо клиент даже не заметит, как попадёт на крючок. К сожалению, даже до психолога-любителя ей топать и топать. — Но я научилась кое-чему!.. Немного! — мялась Сара. — Я попробую помочь вам! Я ведь не хочу, чтобы моя лучшая подруга осталась одна!       А чем плохо-то?.. — Идёмте, Оливия, Дэниэл! Здесь недалеко есть небольшое кафе! Там перекусим и поговорим в тихой обстановке!       Сара едва ли не раньше нас двоих бросилась в нужном направлении. И покуда она вновь не заболтала меня или блондина, я обратилась к нему: — Ради завтрака? Неужели? — Не только, хм. Думаешь, я такой мелочный? — мгновенно окрысился Дейдара. — Будет забавно послушать, какого ты обо мне мнения. Эта девчонка разговорчивей, чем ты! Послушаем, что ты ей наболтала, хм! — Ничего, что требует твоего непосредственного внимания, — вскинула голову я, почувствовав пробежавший по спине холодок. — Значит, есть секрет, хм! — ехидно каркнул блондин.       Наверняка у него руки зачешутся прирезать меня, когда он узнает, что я обговаривала его и его хвостик? Пусть он сколько угодно дуется, но ему не перекричать веяния мужской моды… Впрочем, о какой моде я говорю с его-то типажом. Однако уж слишком часто я возвращаюсь к волосам блондина.       Дейдара не вступал в диалог, как ни пыталась Сара его растормошить. В один прекрасный момент он соблаговолил заявить, что начнёт распинаться лишь в комфортной обстановке, то есть в кафе. Тогда Сара весь путь объясняла мне, что парень вроде Дэниэла — большая редкость, на дороге не валяются, и мне вовсе не нужно отмахиваться от каждого встречного парня. А вдруг судьба?       Я, в конце концов, потеряла возможность пересказать Дейдаре всю его биографию, что навесила Саре на уши. И понадеялась на импровизацию, коей, полагаю, блондин всё-таки владел. И наблюдала, как он кривится, слушая о судьбе. Будто проглотил неслабую долю лимонов.       Сара привела нас в какое-то придорожное кафе, насквозь пропахшее кофе и корицей. Посадив нас за столик, пулей кинулась к кассе. И как я её ни уговаривала по дороге, она отказалась от моего денежного вклада в завтрак. Мне было ужасно неловко до того, что выступил румянец на щеках. — Я не знаю, какой кофе ты любишь, Дэниэл, поэтому заказала американо — через несколько минут вернулась Сара с чашкой кофе и тут же унеслась обратно. — Сойдёт, хм, — буркнул Дейдара, оглядев кафе исподлобья, и я поставила на кон всё, что Акацуки не понял слова «американо». — Нам я заказала латте со сливками и корицей! — поделилась вестью Сара и поправила мизинчиком очки, поставив передо мной чашку.       Я уже стала думать, что истеричка будет недоволен по поводу маленького меню, но он тактично промолчал. Решил побыть вежливым, пока Сара рядом? Пусть он не пытается никого обманывать, у него на лбу написано: «Нахал». — Итак! — решительно сцепила руки Сара, улыбнувшись обоим. — Дэниэл, что ты о себе расскажешь? — А что ты уже слышала обо мне? — выдавил из себя слабое подобие улыбки блондин. — Ах, Оливия рассказывала уже, что ты учишься в техническом колледже и собираешься перевестись к нам в Университет, — охотно перечисляла Сара, — а ещё про историю вашего знакомства! — Нашего знакомства?.. — Дейдара подозрительно покосился на меня. — Наверняка наговорила лишнего, хм. — Нет, что ты! Это было очень романтично! Ты поступил очень благородно! — Тогда был единственный случай проявления его благородства, — проговорила я правдиво.       «Тогда» — в моём потоке фантазий, где Дейдара умудрился утерять своё себялюбие. — И что ты хочешь от меня услышать? — вопросился Дейдара у Сары. — Ну, при нашей первой встрече мне показалось, что ты достаточно недружелюбен, но раним… — Сара сделала крохотный глоток из чашки. — Я подумала, что на самом деле ты не так плох! А Оливия это подтвердила!       Я едва ли не поперхнулась кофе, заслушав необоснованное обвинение в свой адрес. То, что альтернативная версия Дейдары помогла мне дойти до дома с ушибом — это лишь помощь. А сама легенда наших встреч — это обладающее невероятной силой враньё. — Мне нужно узнать тебя лучше, чтобы разобраться в проблеме, — говорила Сара. — Оливия сказала, что вы поссорились из-за твоей вспыльчивости… — Сара. — А ещё она сказала, что ты не понимаешь шуток… Не знаю, конечно, как именно она над тобой подшучивала, но если ты не понимаешь юмор — это усложняет задачу… Как ты себя опишешь и так ли это? — Сара, это обязательно? — снова окликнула я, пока Дейдара жадно хлебал кофе. — Да! Я ведь хочу вас помирить!       Крайне трудно было понять чувства Дейдары. Он бесконечно упивался поздним завтраком, и я не могла уразуметь, доставляет ли удовольствие ему наша беседа или он желает как можно скорее покинуть наш дружелюбный коллектив. — Ха, по-твоему, я вспыльчивый? — наконец оторвался от чашки Дейдара. — Импульсивный? Ещё и твердолобый? Чувства юмора у меня нет, хм.       Он говорил на удивление спокойно. Возможно, это лишь начало, но покуда он не взревел, я аргументировала: — Попробуй назвать себя спокойным после всего того, что ты сделал. А о каком чувстве юмора речь, если ты со мной элементарно общаться не можешь? — С тобой общаться? Ты ведёшь себя как взбалмошная самодовольная девчонка, которая позволяет себе всё на свете! — выпалил блондин ни с того ни с сего. — Поучаешь жизни меня, Данну… У меня не хватает терпения выносить твои выходки, хм! — Напомни мне, когда я учила тебя жизни?.. — парировала я. — Разве не тогда ты постоянно возникаешь, что сам разберёшься со своими проблемами?..       Дейдара открыл рот, но я заткнула его окончательно: — На правду не обижаются, Дэниэл. — Правда? — фыркнул Дейдара. — Посмотри на себя, девчонка! Я истеричен? Тогда твоя несгибаемость просто выводит из себя, хм! — Не скрою, я не так импульсивна, как ты, и более хладнокровна в некоторых вещах, но поверь, я тоже не железная. — Я убедился, хм! Выделываешься, будто способна горы свернуть, хм… А предоставим Кисаме возможность расквитаться с тобой? Посмотрим, сколько ты или твой дружок протянете!       Сара предпочитала принимать угрозы Дейдары за метафоры — эдакую забавную игру слов, понятную только нам, двум голубкам. Правда, немалая озадаченность словами «расквитаться» или «протянете» всё же выражалась немым шоком. — Страх — это нормально, — бросила я безразлично, попивая кофе. — Гораздо хуже — трусливо забиться в углу наедине со своими жалобами.       Разговор с Дейдарой приобретал всё более и более мрачный оттенок. Казалось, что блондин вот-вот сорвётся с места и выпустит внутреннего демона. Даже не глядя на него, я чувствовала непреодолимую жажду убийства, исходившую от Дейдары. Клянусь, не будь здесь лишних лиц, взбешённый модник просто-напросто свернул мне шею за оскорбление уязвлённого самолюбия.       Сердце пропустило один удар. Я терпеливо сжала кулаки, сделав осторожный вздох. Наши взгляды пересеклись, и мне стоило судорожно уцепиться в ручку чашки, чтоб не вздрогнуть. Наполненный ярой решимостью, он и правда, готов был разорвать на куски.       «Это правда», — твердил мой взгляд. На что получал достаточно чёткий ответ.       Сара смотрела на нас взглядом первооткрывателя. Ссоры двух голубков — она находила в этом свой индивидуальный шарм. И, похоже, она всерьёз планировала найти идеальное решение, чтобы нас помирить. — Э… Вижу, что дело туго, — проговорила с трудом Сара, глядя то на меня, то на Дейдару. — Определённо, вы не можете принять друг в друге те черты характера, которые вас раздражают… Попробуем зайти с другой стороны! Сыграем в игру! — Не думаю, что это хорошая идея, — покачала головой я, слушая пыхтение Дейдары. — Почему? Мне кажется, это именно то, что нужно! Оливия, попробуй назвать ту черту характера, которая тебе нравится в Дэниэле! И, если сможешь, рассказать почему. И так по очереди! Я уверена, это сработает! — Таких черт не существует. — Нет, я не верю! — упрямо отрицала Сара. — Обязательно должно быть что-то, что могло бы заставить тебя на миг забыть о его истерике и хамстве! Просто ты не хочешь задумываться над этим! — Не только я, но и сам Дэниэл, — просветила я воодушевившуюся подругу. — Ты не попробовала даже, Оливия! Неужели ты совсем не хочешь восстановить ваши отношения? Они тебе совсем не были дороги? И за всё время вашего знакомства не произошло ничего, что ты могла бы вспомнить с улыбкой?..       Если честно, то всё, что связано с Дейдарой, я вспоминаю с ужасом и дёргающимся глазом. Но Саре об этом знать совершенно не обязательно. И она, вероятно, просто не отстанет. Каким-то образом в её голову запрограммирована модель идеальных отношений Оливии и Дэниэла, поэтому сопротивление бесполезно. Будет проще согласиться с её речью: в конце концов, она не знает, насколько сильно накалено напряжение между нами двумя. — Удивительно, но пара моментов всё же есть, о которых забывать не хочется, — протянула я задумчиво, старательно припоминая Дейдару в утёсе и в торговом центре. — Хорошо, я подумаю.       Настораживало затянувшееся молчание. В мой адрес давно должен был обрушиться букет оскорблений. Но блондин сидел с жуткой миной на лице, исподлобья косясь на меня одну. О недопитом кофе на дне чашки он давно позабыл.       Рано или поздно вулкан должно прорвать…       Что мне нравится в Дейдаре? Очевидно, что весь его вид вызывает у меня лишь одно желание — запереть в подвале на ключ и повесить табличку: «Осторожно, злой Акацуки». Даже постаравшись, я не могу припомнить у него ни одного положительного качества. Вероятно, я слишком мало его знаю…. Или же этой информации достаточно, чтобы подтвердить мои догадки.       У него хватает расторопности и фантазии доводить меня до нервного срыва своим нападением — это первое. За всё наше знакомство этот модник не теряет уверенности в своей победе, постоянно напоминает мне о моём провале и бьётся головой о стенку, как бы устроить по мне панихиды!       Нельзя отрицать, что он законченный истерик и маньяк, но к своим профессиональным принципам он относится исключительно грамотно. Хоть в чём-то он хорош. — Настойчивость, — наконец молвила я, внимательно уставившись на Дейдару. Сара сгорала от нетерпения узнать подробности. — Да, ты постоянно ноешь о своих проблемах, но тем не менее, ты никогда не устаёшь их решать… Несколько специфическим способом, как по мне, однако это лучше, чем опустить руки.       Я надеюсь, что не перехвалила блондина, потому что его слишком скривило от отвращения к сказанному. Он щурился, скрипя челюстью от гнева и негодования. Жевалки ходили ходуном, пока сжатые кулаки на столе подрагивали от напряжения. — Это так прекрасно, Оливия! — обрадовано запищала Сара, заслышав долгожданное признание. — Видишь, ведь не сложно же?.. Дэниэл, попробуешь и ты?       Дейдара отреагировал моментально, ошпаренный раздражением. — Нет! Я не собираюсь играть в эту идиотскую игру, хм! Меня не интересует ваша детская болтовня! Мне плевать на твою жалкую ложь, хм! И ты меня не интересуешь, Оливия Морган! Всего лишь самонадеянная девчонка. — Блондин резко вскинулся на ноги и дёрнул меня за плечо: — Вставай! Возвращаемся, живо!       Я выслушала его молча, терпеливо, без притязаний. Только что проснувшееся желание вычислить в Дейдаре человека мгновенно улетучилось, когда вновь проявилась его пакостная истерическая сущность. Я закусила губу, недовольно проглотив подвернувшееся под язык оскорбление. И услышала вновь: — Ты оглохла?! Третий раз повторять не буду, хм!       Разгневанный Дейдара стащил меня со стула на ноги и, крепко уцепившись в плечо, потянул в сторону выхода. Следом поднялась и Сара, едва ли не плача: — Подожди, Оливия!       Проявив дюжее усердие, я выдернула собственное плечо из хватки Дейдары. И вернулась к Саре, в ступоре застывшей около стола. Её глаза были на мокром месте. — Мне жаль, что так получилось, — с сожалением сказала я, пока Дейдара околачивался около парадной и мнительно косился на меня. — Я не думала, что всё так серьёзно, — качала головой подруга, тихо лопоча. — Я думала, что смогу вас помирить… — Не переживай так, Сара. Уверена, что любую другую пару ты сможешь помирить. А у Дэниэла просто нет мозгов. — Но ты же дашь ему шанс?       И как ей ответить?..       Сара спешно порылась в сумочке и вытащила на свет две цветастые бумажицы. — Что это? — с любопытством поинтересовалась я. — Помнишь, я тебе рассказывала про крытый парк аттракционов? Это билеты, я взяла, чтобы сходить с тобой… — Аттракционы?! — Меня внутренне передёрнуло, словно от морозного озноба. — Нет-нет, там не только они! Там ещё и каток, и бассейн, и комната страха, и тир, и даже пряничный домик!       Моя фантазия мгновенно разыгралась, предоставив взору ораву шальной ребятни, с инициативой голодных мартышек поглощающей хибару из пряников. Но я быстро отогнала от себя глупости и отрицательно помотала головой: — Нет, я не могу их принять. — Ну как же, Оливия? — округлились влажные глаза подруги от непонимания. — Возьми, пожалуйста. Вам сейчас нужнее, это точно. Я успею сходить ещё, а если вы вдвоём пойдёте и помиритесь — моя миссия будет выполнена… Правда же?       У меня от стыда горели мочки ушей. Чертовски неприятно было брать билеты, прекрасно зная, что Сара рано или поздно впихнёт мне их силой убеждения. Игра в парочку заходила слишком далеко. — Если он не захочет туда идти, я верну тебе их, — пообещала я, стиснув билеты в кулаке.       На прощанье мы с Сарой обнялись, и я снова попыталась её убедить, что кретинизм Дейдары-Дэниэла не стоит того, чтобы из-за него убиваться. И побрела к блондину, готовому от ярости уже прожечь потолок взглядом.       Он чеканил шаг молча, исподлобья выглядывая из-за скошенной чёлки. Я в некоторой мере радовалась, не слыша от него претензий. Достаточно было шумного пыхтения, как у быка. Я не могла точно сказать, почему он злился на этот раз. На что или на кого. Очевидно, что повод для злости устроила я. Но разбираться в собственных ошибках — по мнению Дейдары — я не желала.       Пусть это молчание угнетало, тишина была сказочным счастьем рядом с блондином. Ни о какой радости речи и быть не могло, ведь этот кретин довёл своей истерикой и манией Сару до слёз. И уж точно вряд ли я должна плясать от счастья, что мне достались билеты в парк аттракционов. Я буквально вынудила Сару отдать их. Но ничего. Блондин даже не узнает о них, и я завтра верну их Саре, как и должно было быть.       Через какое-то время после моего гениального плана телефон стал разрываться от звонка. Дейдара скрипнул челюстью, заслышав мелодию, но мне было совершенно плевать на его дискомфорт: звонил Тайлер. — Тайлер? — удивлёно выкрикнула в трубку я. — Ты уже закончил? — Да! — весело отозвался тот. — Только что вышел из аудитории. Знаешь, я пережил такую пытку! Мистер Браун хотел меня выгнать, потому что у меня «своеобразный одеколон», ха-ха! А после долго унижал, ведь я почти ничего не выучил, Оливия! — Но ты сдал? — Конечно же! Как я мог завалить? Не забывай про дипломат.       Как вовремя он напомнил. — Как вчера отреагировал отец на твоё появление? — На моё? — хмыкнул Тайлер. — Ты хотела сказать «на наше»? Представь, как мои обрадовались, увидев меня и Какузу в кондиции! — Не могу представить, — протянула я, боясь даже воображать эту ситуацию. — Что ты им сказал? — А что я мог? Да, это мой друг, да, он пьян в хлам! Да, это я, да, я провалял дурака в ресторане! И конечно же нет, я не пил с ними! За это мне сделали нагоняй и выговор в личное дело. Не уверен насчёт отсутствия домашнего ареста, сегодня уточню… Но Какузу на эту ночь оставили, куда ж его такого красивого отправлять?.. Вот, сегодня снова буду прятать… А как-нибудь позже придумаю что-нибудь обязательно!       После внезапного бурного потока Тайлера я была в растерянности, что ему ответить. Но быстро вспомнила, сообразив, о какой недостающей детали экзамена он умолчал: — Я безумно рада, что ты сдал экзамен, но позволь спросить: что в этот момент делал Какузу? — Как что?.. Ждал меня, конечно же! — Только не говори, что он позволил тебе сдавать экзамен без его присмотра! — всё никак не укладывалось в голове у меня. — Ах, если ты об этом… — Тайлер на несколько секунд замолк, замявшись. — Ну, конечно же, не без присмотра! Ты же не думаешь, что он оставит меня одного, наедине с мистером Брауном? Он высказал мне претензию по поводу моей внезапной храбрости… Даже попытался проломить себе лбом путь в аудиторию, прямиком сквозь мистера Брауна! Но я убедил его, что двери стеклянные, а при должном желании можно услышать, даже как я молюсь. — И он отпустил тебя? — Да. Напоследок пообещал, правда, что если я выкину что-то лишнее, он перережет всех моих однокурсников и не сможет ручаться, что я и ты умрём быстрой смертью… Я тебе говорил, что он носит за пазухой ножик?       Я нервно усмехнулась: как же это похоже на Какузу. Наверное, мне ещё повезло, что рядом со мной ходит закомплексованная истеричка. — Я надеюсь, ты его не провоцируешь? — поинтересовалась я.- Иначе нарвёшься на нож под рёбра. С твоим-то языком… — Умоляю тебя, Оливия! — засмеялся Тайлер, и я просто почувствовала, что наш разговор прослушивается Какузу. — Да мы лучшие друзья! Он при мне даже Хидана не вспоминает! А, Какузу?.. Не отвечает… Ты-то как?  — Сам знаешь, меня трудно сломать, — пробормотала я с улыбкой, покосившись на Дейдару. — А, ещё держишься? Или рядом цепной пёс? — В трубке послышалось змеиное шипение, и Тайлер торопливо забормотал: — Время сеанса истекло, телохранитель недоволен! Привет Дейдаре!       Сбрасывая, я ещё раздумывала, поднимется ли у Дейдары настроение, если я передам ему привет от Тайлера?.. Было крайне неприятно осознавать, что блондин считает моего друга законченным идиотом, потому я решила оставить привет за кадром. — Снова врёшь…       Я изумилась, услышав ворчание оживившегося модника. — Прости?.. — Снова твоя ложь, хм! — воскликнул громче Дейдара, замерев на месте. — Проклятая девчонка! Как же это раздражает! Твоё постоянное лицемерие, лживый взгляд и мнимое превосходство!       Из лёгких как воздух выкачали. Я стояла рядом и опустошённо слушала, как изливает все накопившиеся гадости обо мне Дейдара: — Ты возомнила себя равной Акацуки, хм?! Ты просто ничтожество! Слабая, расхрабрившаяся девчонка, которую сломать — ничего не стоит! Беспомощная, хм! Каждое твоё слово — это мерзкая ложь! Как же бесит, хм! Ты лжёшь даже этому мальчишке! А мне зубы заговариваешь ради спасения собственной шкуры? Знаю, что не ради твоих тупоголовых друзей, хм! Такая же лицемерная и трусливая, как и остальные, хм! И мне плевать на твою ложь.       Каждое слово Дейдары, пропитанное отборным гневом и обвинением, было заслушано и впитано. Я терпеливо обождала, пока блондин окончит свою ругань, замолкнув с гортанным хрипом. И буквально сразу же ощутила, как в глотке подкатил жгущий комок ярости. Жуть как хотелось с треском засадить Дейдаре смачную оплеуху — мало ли, его разум не протрезвел с гулянки! Но я держалась, лишь только агрессивно стискивая кулаки. — Вру, говоришь? — Тон мой был холоден, как лёд. — Бесконечно рада твоей ненависти к лицемерию, но отрицание правды — не повод обвинять остальных в ней. — Как ты… — Заткнись! Тебе нравится тешить собственное эго, ведь вокруг все мелочные, ничтожные, жалкие, лживые… А ты хороший. Убийца и ни капельки не лицемерный… Хороший?.. Да ты такой же! Ты не принимаешь правду, что идёт вразрез с твоими убеждениями! И тебе нравится, нравится видеть, как ломаются те, кто её сказал! Ты убеждаешь себя, что они не правы! И тем не менее… Ты прекрасно знаешь, что есть что.       Дейдару кривило. Он норовил вставить слово, но я снова заткнула ему рот: — Ты знаешь, я бы с удовольствием врезала тебе… Но не за себя. За Сару. Она лишь предложила сыграть, а ты выставил себя законченной истеричкой. — Игра?! — взбрыкнул, не выдержав, Дейдара. — Какое-то убожество! — Думай, как хочешь. Только я впервые понадеялась на то, что искренне смогу найти хоть что-то человеческое даже в таком-то ублюдке, как ты.       Я и не надеялась пристыдить Дейдару. Мне лишь хотелось заткнуть его невменяемое эго на подольше. Теплилась слабая надежда, что он в своём львином бешенстве вновь замкнётся в себе или начнёт нести малозначащий бред. Но больше всего выводило из себя, что он упрекает меня в мнимом лицемерии, когда сам смотрит на мир как сквозь кривое зеркало. И более того — я и правда удержала себя на мысли, что готова вот-вот ударить.       Я полагала, что Дейдара, наконец, замолк. Но глубоко ошибалась. — Значит, не лицемерка? — каркнул он недобро спустя некоторое время. — Что тебе дала та девчонка перед уходом?       Я надеялась обойтись без сцен, но, похоже, без истерики никак. — Ты заметил? — Как же! Я ведь слепой, хм! — Это не тайное послание, можешь не переживать, — разубедила я его сразу. — Тогда что?! — Не думаю, что тебе это понравится. — Знаешь, Оливия Морган, — вдруг затянул кровожадно Дейдара, прихватив у локтя, — а я ведь могу отдать своё желание Кисаме, как он того и просил!.. — Он выждал, пока я осознаю серьёзность сей угрозы и вспомню, как дышать. — Живее, хм!       Пока чека не была выдернута окончательно из гранаты, я протянула Дейдаре два билета. Блондин изучал их с особой тщательностью, вчитываясь в каждое слово, а я тем временем прогоняла прочь мысли о Кисаме, Самехаде и желании. — Билеты в парк? — заключил Дейдара после минуты исследования. — На двоих? — Так и есть. — Кха, и ты хотела это от меня скрыть, девчонка! «Вас ждёт искромётное веселье и море незабываемых впечатлений», хм! Искромётное! Я уверен, это гораздо лучше твоих скучных метаний по дому и магазинам! Меня это уже достало! Я хочу там присутствовать, и ты пойдёшь со мной, хочешь ты того или нет, хм!       А у него даже настроение приподнялось… слегка, где-то на десять процентов. Как раз столько нужно, чтобы наш разговор не закончился летальным исходом. — Или ты предпочитаешь времяпрепровождение с Самехадой Кисаме? — осведомился он издевательски.       Вероятно, он снова не оставляет мне выбора. Правда, в толк не возьму, зачем тащить меня с собой… Разве что не может выйти из роли телохранителя. Или же блондину нужен поводырь в большом городе: как знать, а вдруг, на моё счастье, заблудится по пути. — Желание обменяно, — вздохнула я убито. — Завтра идём в парк.