Искусство - это затмение!

25 января 2019, 06:47 Виктория, Британская Колумбия, Канада

— Девчонка, поднимайся живее!       Я тяжело приподняла свинцовую голову с подушки, потихоньку сосредотачиваясь на раздражающем до тика буха в дверь. Если не Хидан, то Дейдара, полагаю? Акацуки неисправимы! Я могу их поблагодарить, что они в мою комнату гурьбой не вваливаются? — Проклятье, ты играешь на моих нервах, хм! — бушевал на той стороне блондин. — В чём дело? — сонно спросила я, поглядывая на время.       Семь часов. Не много, не мало, но дал бы он мне поспать ещё хоть часик. Всё-таки у меня выходные… пусть и немного экстраординарные. — В чём дело? В ЧЁМ ДЕЛО?! И ТЫ СМЕЕШЬ СПРАШИВАТЬ?! — Похоже, напряжение спало, и Дейдара продолжил на полтона тише: — Мы сегодня идём в чёртов парк! Я не хочу упустить ни единой минуты пребывания в нём! Собирай манатки и выдвигайся, хм! — А ты время открытия посмотрел? — зевнув, поинтересовалась я. — Что?! — На билете внизу должно быть написано время открытия, кажется… Я не знаю. Возьми их, они на столе на кухне… — Я знаю это и без тебя! — отрезал грубо Дейдара и исчез.       М-да. Показалось, четверг попросту пролетел мимо меня, только приблизив заветный поход в парк. Окончание вчерашнего дня запомнилось мне лишь походом по магазинам. Можно было считать достижением, что Дейдара не смел сшибать с полок товары в приступе гнева, и я спокойно смогла выбрать горшки и посуду на замену побитым — за это я ещё была в силах расплатиться.       Пересадку оставила на сегодня, а посуду распаковала и сунула в шкаф. Обидно было, что за сервиз мне влетит по первое число, и ведь его заменить, к сожалению, я не могу. Пока что. А сразу же после того, как наговорилась с Сарой, передавая соболезнования по поводу утраченных умственных способностей Дейдары, посвятила день Рэйчел. — Девять! — Что «девять»? — В тот момент я уже успела застелить кровать и практически потеряла нить разговора. — Открывается в девять, девчонка, что непонятного?!       Всё предельно понятно. Парк работает на меня, у меня аж два часа на уборку помещения до того, как завтра мама приедет давать мне трёпку… Было бы неплохо устроить коллективную конференцию по поводу проживания и размещения, но мне кажется, что Акацуки в моём мнении не нуждаются. — Как жаль, но раз такое дело, я приберусь в твоей комнате, — буднично сообщила я.       Ответа не последовало. Впрочем, это не удивительно.       Спустившись вниз, я не обнаружила сладкой парочки Итачи и Кисаме. А слух вдруг пожаловался на подозрительную тишину, отчего я сделала вывод, что и бес пропал. Полагаю, у них эдакий пятничный променад? Хотя… Судя по отсутствию Самехады, троица отправилась на поиски своего старого приятеля.       А троица ли?.. Собственно говоря, я и не намереваюсь соваться ниже первого этажа. С недавних пор это личная резиденция рыжеволосого мальчишки, и как знать… Авось там что-то рванёт, сунься я без его ведома. — Данна чинит Хируко, хм — брякнул неразборчиво блондин, глядя, как я высверливаю дыру в подвальной двери.       Не собираюсь выяснять подробности терминологии. Очередные игрушки Сасори?.. Припоминаю, что слышала нечто подобное при нашей первой встрече… Правда, в тот час мне было не в строчку судить, о чём судачили коллеги по рукоприкладству.       Докладывать о перемещениях своих друзей блондин был не обязан — да и говорить-то со мной ему не слишком-то и хотелось. Он смело позволил мне остаться наедине с моей жаждой к уборке, решив, что я слишком ничтожна для его высокодуховного общества.       Буквально сразу же, в столовой, я приступила к пересадке бедных растений. Если через пару-тройку дней Хидан в пылу страстей не опрокинет их, то можно будет считать, что бедняжки выживут. Там же, в том числе и на кухне, рьяно вычистила пол от мусора и привела шкаф с посудой в порядок. Пустующий уголок с принадлежностями просяще умолял вернуть на место ножи и ножницы, но могла ли я позволить себе при текущих обстоятельствах такую роскошь?..       Критически оглядев дырявый стол, внаглую прикрытый праздничной скатертью, я ужаснулась. Какой же будет стыд, когда мама обнаружит мою маленькую ложь… Но смириться пришлось и с закалённым рассудком идти на бой в зал. Должна признать, я ожидала… разгрома? Я ведь не могла знать, что творит сама безмятежность в лице Итачи вместе со своим дружком синекожим? Но он оправдал все мои ожидания, не повредив ни одной декоративной статуэтки.       А вот Кисаме не хвастался аккуратностью. За какие-то пару суток выполнил месячную норму по загрязнению территории: намочил резиновый коврик, расцарапал поверхность ванны, раскидал банную утварь и связал полотенца в морской узел. Я поняла, что вкус у синекожего исключительно аристократический, потому что баночки с морской солью и пеной со вкусом морского бриза были опустошены до дна.       Гостиную же я убирала со скрипом. Ведь там лежал мне ненавистный ковёр. Наконец руки до него дошли. Это чудище мохнатое выглядело как побитый зверь с запёкшейся раной. Казалось, у меня напряглась каждая мышца — так тщательно я пыталась выдраить пятно намоченной губкой. Спустя какое-то время я всё-таки добилась результата, чему и несказанно обрадовалась: если бы и за персидский ковёр влетело, то я могла бы уже упрашивать Акацуки прикончить меня на месте.       И хотя свою комнату я прибрала, как обычно, быстро, покои Хидана и истерички оставались для меня вип-зоной. Первый отсутствовал, и можно было беспрепятственно убраться там. Мама бы наверняка не обрадовалась, что бес превратил её кровать в какое-то гнездо, а из гардероба выволок почти всю одежду — не понять, зачем. Собственно, я должна радоваться, что не вижу ритуальных кругов Джашина, потому убирала весь бардак с чистым сердцем.       А вот с Дейдарой возникли проблемы. В свою обитель он не позволял пройти мне ни под каким предлогом и даже под угрозой расправы. Дошло до того, что я всучила ему в руки швабру и тряпку, дав устное руководство по использованию, и оставила их наедине. Напоследок добавила, что если он не захочет жить, как свинья в болоте, он не выбросит «кучу рухляди» за дверь.       Ещё одного Акацуки я не могла обойти стороной. Пришвартованное у вешалок растение не могло не возмутить духовное состояние моей мамы по приезду. Разумеется, в качестве оригинальной скульптуры в стиле абстракцианизма, на которые у меня глаз падал в магазинах, это порождение фауны сойдёт. Правда, не подходящее место выбрано для хвастовства всеми красотами его истинно природного тела.       У Дейдары скорее руки отвалились бы, чем он смог бы успешно помочь мне, потому перетаскивать Зецу пришлось мне. Было бы желательно упрятать алоэ подальше от маминых глаз, но я сомневалась, что без солнечного света этот кактус продержится больше суток. Одним наладом дышит и без того. Неужели эта бравая команда надеется, что в один прекрасный день их ручное растение заговорит?.. Охотно посмотрю на это.       Затишье наступило надолго. Чуть позже девяти часов блондин явил свой лик вместе со шваброй. Выяснить, насколько чиста комната, он мне не позволил. А затем спешка попросту снесла крышу Акацуки.       Не помню, когда последний раз блондин так сильно куда-то торопился. Я едва ли не позабыла телефон из-за его фонового нытья. А в трясущемся автобусе всё слушала его назойливое рычание и наблюдала нервозное заламывание рук. Он всегда так нервничает или только сейчас? Так и напрашивается вопрос, что легче — сходить в парк или скосить парочку невинных жизней?       Уже издалека я начала слышать раскаты музыки. А вскоре, уже у самого порога, её веяние стало просто невыносимым. И я только и хотела, что оглохнуть. Вывеска с кричащим названием парка «City Center Park-Family Fun Park» встретила нас у входа, а милейший молодой человек с голливудской улыбкой потребовал у нас билеты. Получив оба, он впустил нас в обитель развлечений.       Прямо по курсу нас уводила дорожка к полю для гольфа, опустевшая. А чуть ближе — аллея к развлекательному центру, где возбуждённая молодёжь дико ревела, срывая голос. Меня уже колотило, стоило представить адскую машину смерти, закручивающую в водоворот. И глядя на застывшего Дейдару, чей шокированный взор был направлен в ту сторону, я внутренне настраивала себя на лучший исход.       В конце концов, его могло привлечь футбольное поле справа от нас? Кого не мог привлечь громогласный ор болельщиков?.. Впрочем, Дейдара не относился к категории любителей спорта. Разве что кровавого.       Запустение царило в лиственном парке, и погода была тому причиной. Никому не хотелось оставаться под тенями раскидистой «седой» ивы. Уверена, что летом я смогла бы зарисовать всю прелесть этого прелестного пейзажа, пестреющего изобилием спящих растений. — Может, мы всё-таки пойдём? — осторожно спросила я, боясь потревожить лихо. — Чёрт, да! — рявкнул Дейдара, вдруг опомнившись.       Он рванул вперёд, объявив низкий старт, и утянул меня прямиком в гущу столпотворения.       Слова «стоп» для блондина не существовало. Привыкший пробиваться к цели кунаями, он распихивал зевак кулаками, дабы только открыть себе путь к пресловутым развлечениям Канады. Впрочем, за сим ему следует ехать в Торонто.       Под пренебрежительное фырканье пролетев каток с подсветкой, Дейдара ворвался внутрь центра. Чуть успела уговорить того стащить куртку, а уж после, предчувствуя беду, потянулась в царство развлечений.       Вокруг нас то и дело каждый прыгал на очередной аттракцион, затянутый пёстрой наклейкой названия. Дейдара, как ребёнок, старался обвести взглядом одновременно и этот, и тот — ухватить весь пирог махом и не подавиться. И морщился от любого дребезжащего крика, вдруг ездившего по ушам. — Это…это… — Блондин тужился изъять нужное слово из без того скудного словарного запаса. — Это какая-то орава баранов, хм!       Разве я ожидала восхищения от самолюбивой истерички? Только многомиллионные проклятья в сторону глупых, ничтожных людишек, раззявивших рты на развлечения…. — Ты так предсказуем… — негромко пробормотала я, да только чуткий слух блондина всё расслышал. — Кричащие, вопящие, визгливые дегенераты! Что может привлекать их в этих убогих конструкциях, хм?! Никакой эстетики, никаких высоких эмоций! Бандура, и только, хм.       Его отвращение сейчас, кажется, перельётся через край мерзопакостной болотной жижей. — А чего ты ожидал? — полюбопытствовала я с искренним интересом. — В вашем мире парки для убийц выглядят несколько иначе? — Тупое зрелище для деградирующих людишек, хм, — фыркнул Дейдара, показательно отвернувшись от зрелищного вида.       Надеюсь, мне не придётся его в этом разубеждать? В случае с пиццей он был довольно-таки твёрдо настроен на покорение новых вершин. В конце концов, Дейдара уже не дошкольник, чтобы я, как мамочка, за ручку водила его от одного аттракциона к другому.       Аттракционы… Чёрт возьми, только не они. — Понимаю, я тоже предпочла бы аттракционам картинную галерею, — поделилась я своим мнением… ничего не значащим для некрашеных блондинов. — Но вынуждена стоять тут.       Правда, за свои слова я заслужила-таки не менее недоумённый взгляд, едва ли не обвиняющий меня в том, что я имею право помышлять об истинном искусстве.       Детвора сбегалась к горке, настойчиво уговаривая своих мамаш пролететь хоть один пролёт в бассейн с цветастыми шариками. — И чем они привлекают? — осведомился с рьяным недовольством Дейдара. — Ими не любоваться нужно, Дейдара, — просветила я невеж. — Бесполезный хлам, хм.       Терпение грозилось выйти из границ дозволенного. Разумеется, это не Диснейленд, но мог он быть чуть лояльнее хотя бы сейчас? Не я его тащила сюда. Но факт в том, что и не я смогу его вытащить отсюда, обозлившегося. — Ты сам хотел сюда прийти, — напрямую заявила я, развернувшись к нему. Взгляд блондина метал искры. — Прекрати вести себя как капризный ребёнок. Ты пришёл в парк развлечений по своей воле. Сам вытянул меня сюда. А сейчас делаешь вид, будто все кругом виноваты в твоём выборе, будто этот парк уже заранее не оправдал твоих ожиданий… — Так и есть! — гавкнул Дейдара, оскалившись.       Возможно, в детстве его роняли на пол, но что я могу поделать, если у человека вместо мозгов опилки?.. — Уйдёшь отсюда? Позволишь билетам пропасть? А они не из дешёвых.       На самом деле, если этот бездарный Акацуки сейчас развернётся и на каблучках направится к выходу, я лично устрою ему Армагеддон за то, что вынудил Сару отдать билеты и потратил их зря. ОБА.       На горизонте маячил тир. Со стрельбой я столкнулась в раннем детстве, ещё в те стародавние времена, когда мой так называемый отец водил меня в похожие парки. И, боюсь, я ещё ни разу не выиграла.       Разрешение блондина мне не требовалось. Я решительно направилась в сторону тира. Остановилась возле светящегося стенда, приглашающего каждого попытать счастья в стрельбе. Выбить из арбалета, лука или винтовки 10 целей из 10. Из лука — мишени, винтовки — цветастые банки, арбалета — шарики. Довольно увлекательно, если не считать расстояния в 5 ярдов существенным препятствием.       Семь человек в очереди к арбалету с завидным упорством пытались заглянуть впереди стоявшему через плечо, чтобы узнать, каково это — когда болт с грохотом насквозь протыкает несчастный шарик. — И что? — Дейдара уже был тут как тут. — По-твоему, это искусство?       Со стороны — разумеется, ничего общего с Мунком или Ван Гогом. Но Тайлер в восторге от одного упоминания о тире. Впрочем, можно ли брать Тайлера в пример?.. — Лук, арбалет или пулемёт? — протараторила я, видя, как быстро пополняются ряды очередей.       Три варианта на выбор — и все уже вызывали у Дейдары отвращение. — Какая разница, они все на одно лицо, хм, — огрызнулся блондин, и не соизволив удостоить вниманием орудия.       Поскольку пулемёт для истерички представлял собой неопознанный объект для разрушений, а неудачный опыт с натягиванием тетивы у меня уже был, я поручила тому арбалет. Терпеливо дождалась своей очереди, кое-как уломав Дейдару не быть свиньёй и не бодаться, и указала на орудие. — Не томи, люди тоже хотят поиграть, — поторопила я после молчаливого выпендрёжа.       Нехотя, через силу Дейдара приложился к аппарату, абсолютно не имея понятия, что в ложе нужно ещё и болт положить. Эту обязанность возложила на себя я, не утруждаясь объяснениями, что это такое и с чем его едят. — Нажмёшь сюда. — Я пальцем показала на спусковой крючок. — Будет выстрел. Потом положишь ещё один болт для следующего. Десять болтов — десять попыток. Задача — лопнуть все шарики… Если, конечно, хочешь получить приз. И умоляю, целься.       Иначе выбьешь кому-нибудь глаз, но добавлять я это уже не стала. — Разберусь, — дёрнулся Дейдара озлобленно, наверняка ни во в чём не разобравшись.       Когда Акацуки выстрелил, я чисто инстинктивно зажмурилась. Но поскольку следом не последовало ни испуганного визга, ни затяжной тишины, я уже спокойнее приоткрыла глаза. Болт отрикошетил от стены на пол, и близко не задев ни одного из шаров. Следующий был в точности таким же неудачным, и это приводило меня к однозначному выводу, что блондин окажется ни с чем.       И в самом деле. Истратив все десять болтов, Дейдара жутко взвыл и попытался выдрать арбалет из крепления — но, к сожалению, это был тщетно. Время вышло, а потому юноша из тира, сменяя болты, вежливо попросил его удалиться. И, неожиданно взбешённый, блондин тараном направился ко мне. Я не успела ничего понять, как он уже тряс меня за плечо: — Ещё! Живо! — Надо же, тебе понравилось, — хмыкнула я иронично. — Иди и встань в очередь.       Чем хорош этот парк, так это неограниченными попытками на пользование аттракционами. Однако, не надоест ли целый день кататься? Да и цена за это пользование дороговата, имею в виду, сам билет в парк. Потому-то истеричке не поздоровится, если старания Сары нас «помирить» не окупятся.       Дейдара простоял в очереди несколько раз и столько же пытался лопнуть шары. От моего предложения попробовать другой вид оружия он отказался. И опробовал его лишь спустя какие-то пятнадцать попыток. В то время мне уже надоело считать ворон и пялиться на мир, потому я решила, что добру пропадать не нужно. И встала в очередь с пулемётами.       Не знаю, сколько прошло времени за нашими играми. Дейдаре надоело играть почти тогда же, когда и мне. Разумеется, никто из нас не выиграл. Ни Дейдара с его меткостью, ни я с моей-то увлечённостью. Впрочем, в таких играх выигрыш даётся только людям с четырёхлистным клевером на лбу. — Чёртовы ублюдки! — прямо как Хидан, негодовал Дейдара, вышагивая рядом со мной. — Ещё бы немного, и я смог лопнуть этот шар, хм! — Да, ещё бы часика два… — Твари! Я мог бы заполучить этот приз! Чтоб их! — Хватит истерить, — осадила я Акацуки, размахивающего руками, как лопастями. — Думаю, что ты даже не обрадуешься этому призу. — Это!.. Что за приз? — вдруг опомнился истеричка. — Да так. Игрушка какая-нибудь мягкая, скорее всего… Это же парк развлечений, Дейдара.       Аргумент, судя по всему, был не убедительный. И посему блондин посчитал, что все его труды по заполучению приза были напрасны. Взревел, как ошпаренный, распугав шныряющих неподалёку подростков. — Прекрати орать, ты не у себя дома! — негромко крикнула я тому. — Мне плевать! — не обращал внимания на мои потуги тот. — Эта игра глупа! Я приложил усилия, чтобы получить равноценный приз, хм! Что за вздор — какая-то бессмысленная игрушка, которая мне и даром не сдалась?! — Гхм… Ты пойми, Дейдара, что в эту игру играют преимущественно дети. И призы для них соответствующие. Тем более, повторяю, это парк развлечений. — Развлечений?! Тогда пусть тут будут призы и для других! Для меня, хм!       Блондин загонял меня в тупик своей логикой. — И что ж ты предлагаешь утвердить на твой приз?.. — Взрывную глину, хм! — без колебаний отчеканил истеричка. — Ох. — Несколько мгновений я просто и не знала, что ответить. — Это, наверное, хороший приз. И нужный. Для тебя. Но видишь ли, с этим продуктом у нас напряжёнка. Можно сказать, его нет. Сходи на стройку, тебе бесплатно дадут обычную.       Дейдара разочарованно каркнул. — Убогий мирок вместе с его убогими развлечениями…       Неподалёку от нас выплясывал разодетый в костюм миньона клоун. Несчастный, уставший от жутких танцев в жарком костюме, взял на себя миссию привлекать народ для совместных фотографий. И был популярен у школьников. Глядя на это чудо, Дейдара жестоко изъявил: — И это не убогость? Он похож на перекормленного цыплёнка, хм! — Понимаю, тебе не по вкусу, — кивнула я понимающе. — Но дети любят. Если повезёт, можешь наткнуться на собственную копию. — Какого?.. — Это же костюмы. Наруто очень популярен, и мало ли, чей костюм могут надеть…       Хотя, наверное, я бы не пожелала, чтобы он увидел Наруто. Мало ли, авось в нём проснётся мощь истинного убийцы. Возьмёт и набросится, а потом я доказывай в полицейском отделе, что это у него сезонное обострение.       Нам попадались Микки Маус, толстый доктор, какой-то бледный клоун с разорванной усмешкой, подобие Гендальфа, но, судя по реакции Дейдары, никого из Наруто не нашлось. Почему-то он слишком долго задержался возле низенького гнома в красном, однако тот расценил это совершенно не так, как нужно было. Через несколько мгновений Акацуки уже был зажат в охапок, а гном, скалясь, ждал вспышки. Она была ему обеспечена, с моей подачки. Перешлю Тайлеру, будет любоваться грустными зимними вечерами.       Дейдара толчками вырвался из объятий и первым делом немедленно полетел ко мне. Не отошла я и шага, как вселившийся в него бес ухватил меня за запястье, оттаскивая назад. — Что ты сделала? — зашипел он мне на ухо.       Я молча приподняла телефон, сжимая зубы от боли. Сумасшедший ублюдок снова входил во вкус. — Уничтожь, — кратко приказал Дейдара, даже не подумав выпустить.       Интересно, будь у него кунай, за минуту промедления он убил бы меня?..       Но я не стала проверять, станет ли он выкручиваться, будучи безоружным. В конце концов, наплевать мне на эту фотографию. Я смело её удалила, после дав пролистать Дейдаре всю галерею. — В следующий раз убью, хм, — хмуро бросил он, выпустив. — Всё, я насмотрелся на этих ущербных, что там дальше?       Сара права. Этот омерзительный кретин не понимает даже простейшей шуточки. А Тайлер будет невероятно расстроен, не застав такой забавной фотографии. Мои слова так явно не передадут всех красок.       На этот раз Дейдара тщательно всматривался в таблички с названиями аттракционов. Они казались ему глупыми и несуразными. Но я никак не могла догадаться, что блондина привлечёт угрюмый замок, в двух ярдах от которого стояла старая потёртая табличка «Замок ужасов». К нему вела тропинка из искусственного угольного камня.       Замок представлял собой низкое двухэтажное здание, выполненное в самых мрачных тонах. Дейдара еле пережил, пока прошла очередь. Я же терпеливо выслушивала весь его недовольный гул все полчаса. Около же входа разодетый Дракула запускал по четыре человека, напутствуя держаться вместе и двигаться по коридору до самого конца.       С нами зашла светящаяся от восторга романтическая парочка, которая тут же обвинила Дейдару в копировании его же самого из Наруто. Им повезло, что уровень истерии быстро понизился, когда дверь за нами закрылась, повергнув мир во тьму. — Помни, это просто игра, — шепнула я Дейдаре прежде чем окончательно потерять его из виду.       Было довольно непривычно опираться исключительно на сухой треск шагов и шумное дыхание блондина, умудрившегося позабыть сцапать меня за руку. Никакого подобия звёзд или красных глаз — только наши инстинкты.       Минуту всё шло прекрасно, пока парочка не начала весело болботать о колесе обозрения в Лондоне. Назло нам обоим. Обстановка должна была, кажется, накалиться до глубины души, а вместо этого те обсуждали, как сильно отличается колесо обозрения Лондона и колесо обозрения в Торонто.       Когда Дейдара уже должен был, взбесившись, разораться во всё горло, включилась ало-белая иллюминация. Парочка тут же замолчала, перепугано заозиравшись. И спустя несколько секунд с небес обвалился град костей, буквально избивший нас до синяков и заставивший сбежать вперёд. — Ох, я так испугалась, Марко! — жаловалась девушка своему любимому, вешаясь тому на шею. — Тут так страшно, как ты?.. — Со мной всё в порядке, Алиса, — поглаживая ту по волосам, молвил герой-любовник.       Похоже на мыльную оперу. Меня выворачивало. А Дейдара был невозмутим, словно всё случившееся — так, цветочки.       Но меня не оставляло дурное предчувствие… Казалось, что иллюминация должна была потухнуть в коридоре, вновь отправив нас в царство мрака. Но мы по-прежнему находились под светом ламп-черепов над головами. Так и надо?.. Наверняка у меня паранойя. — Это даже забавно, хм, — издевался над нервами парочки Дейдара, вертя в руках подобранную кость. — От взорванных частенько такие оставались… — Может, не здесь? — предложила я вежливо. — Что?.. А да, эти ублюдки такие кретины, что элементарных костей боятся… Они не настоящие, хм! Вы слышите, как они стучат, а?       Но все уже сосредоточились не на стуке. Кости, издавая премерзкий дребезжащий звук, в унисон затряслись, как в танце. И буквально сразу же с потолка под удивлённо-истеричный «ох» рухнул самый настоящий скелет. Девушка задрожала за спиной парня, пока скелет, бренча составляющими, становился на четвереньки. И, на удивление мне, стал увлечённо разглядывать разбросанные до того кости… — Огорчился, что дружка разделали? — язвительно хмыкнул Дейдара.       Правда, его шутка ничуть не смягчила настрой. Внимание только заострилось на новом госте. Дейдара вперился глазами в ходячий скелет, всей своей показной надменностью скрывая жгучий интерес. Я видела, как он порывался подойти к скелету, и пора было уже притушить его иномирный восторг.       Но я даже пикнуть не успела, когда скелет оглянулся. Мёртвые глаза механической куклы были наполнены кровью, и пока парочка визжала, он уже изо всех сил бросал в нас зажатую в руке кость. Наших товарищей сдуло в мгновение ока, а я с ёкнувшим сердцем бросилась наутёк вслед за ними. И была сильно поражена, когда рядом увидела Дейдару с искривлённым от шока лицом.       Плюс ко всему погас свет, что заставило парочку завопить, как резаных. Я же начинала заметно нервничать и желала поскорее убраться отсюда. А когда кто-то вдруг уцепился в мой локоть, я едва ли не завопила в голос. Но то был Дейдара, наконец-то вспомнивший об опасности утерять жертву в темноте.       Далеко убежать не удалось. Сквозь нас лихо пронёсся ветер, неожиданно пищащий. Кое-что застряло в волосах, оцарапало лицо. От ора парочки уши закладывало. Останавливаться же они и не думали, спасаясь от новой напасти, а я уж и в мыслях не чаяла уединяться в темноте.       Несколько раз мы ударялись с перепугу о стены узкого коридора. Меня приложило раз, и я почувствовала какую-то жидкую слизь, от которой мгновенно скривило лицо. Дейдара уже дёргал меня вперёд, а я всё соображала, какую причуду, похожую на сопли, навесили на стены.       И в какой-то момент иллюминация вновь засияла. В шаге от нас осветились пики с нанизанными, как на канапе, окровавленными головами, смотрящими на нас провалами вместо глаз. Ноги подкосились, едва я осознала, что лечу прямиком на них. В то же мгновение слева оказалась точно такая же группа колышков, отрезав путь к отступлению.       Дейдара, несколько секунд назад зачарованный, уже пробовал выдернуть кол из земли вместе с головой. И мне пришлось утаскивать идиота за руку, глядя, как улепётывает парочка в единственный оставшийся проход. — Прекрати заниматься идиотизмом, они искусственные! — кричала я, оттаскивая блондина. — Не неси бред! — ревел тот. — Это не искусство, хм!       Впрочем, за мной он всё же побежал. И нам удалось нагнать парочку, когда иллюминация погасла. Дикий визг лишь нагнетал обстановку. Сердце готово было вырваться из груди, пока мы вслепую бежали куда-то, а когти Дейдары царапали мне руку. Я кусала губы, сражаясь с желанием присоединиться к воплю.       Уже не знала, куда мы там мчимся. Думала, что с такими темпами наверняка могли промотать весь этот коридор от начала до конца. Но, удивительно, лишь чаще и чаще натыкалась на липкие стены.       Хотелось взвыть.       Сердце упало в пятки, когда перед нами вдруг растянулся огромный волосатый паук с боевым макияжем, расхохотавшийся, как безумец, в лицо всем четверым. От визга девчонки, немедленно опавшей на руки своему парню, заложило уши. А Дейдара, позволивший себе миг оцепенения, уже с готовностью рвался на передовую с кулаками.       Ещё прежде, чем я попыталась вразумить горячую голову, паук взлетел на паутине обратно к потолку. Чернота снова накрыла коридор, оставив нас слушать вопль девушки. — Мамочка, мне так страшно! — кричала она. — Марко! Марко, где ты?! — Я здесь, Алиса, — дрогнувшим голосом отозвался тот. — Как же здесь крипово… — Я думала, что тут будет не так страшно! Не хочу тут оставаться!       Надеюсь, эта девушка понимает, что всё это — дело рук человеческих… Довольно губительно для нервной системы, учитывая, как постарались проектировщики. Но успокаивает, что кое-кто готов смело кидаться на таких мерзких тварей. — Дейдара, это всё — ненастоящее, — запыхавшись, молвила я блондину. — Слышишь? Это — не живые монстры.       Я было подумала, что он игнорирует меня, показательно рыча, но после всё-таки услышала: — Ненастоящие? Ходят, бросаются, летают… смеются! Они шершавые, хм!.. Я изрублю их! — Чем? — настала очередь чуть расслабить напряжение, посмеявшись. — Любым подручным орудием! Хоть кулаками, хм!.. Да плевать на него! Этот ублюдок слишком ничтожен! — Я не хочу никуда идти! — тем временем пищала девица. — Раздражает, — клокотал Дейдара.       Он не видел в темноте, как я согласно кивнула. У меня была бы к нему несколько невежлива просьба… но я подозревала, что сразу после неё же он окончательно слетит с катушек. Потому что мне требовалось чуточку больше личного пространства. — Алиса, мы должны идти… — Парень продолжал ломать комедию. — До конца. Идём, ты же сама хотела… — Ну, а вдруг там хуже?! — Это естественно, — внезапно присоединился к беседе Дейдара. — Кровь, кишки, трупы… Эта тварь уже кого-нибудь сожрала, хм…       Резко блондин потянул меня вперёд. Шаги гулко отдавались в коридоре. Спустя минуту я услышала, как нагоняет нас парочка, опомнившаяся.       И хотя нас отделял толстый слой тьмы, я чувствовала, что Дейдара уже готов был снести горы. Его явно не устраивали законы нынешней механики. В его мире существовали подобные монстры?.. Возможно, есть и похуже, раз Дейдара с завидной храбростью кидается на паука, видя в нём противника.       Парочка черепахой плелась в хвосте. На бег у несчастной Алисы сил уже не осталось. А сзади только и слышались слабые утешения. Я всё явнее ощущала себя в дешёвом ужастике.       Скрип половицы нарушил всеобщую тишину. — Что это?.. — слёзно спросила девушка, когда мерзкий деревянный звук снова повторился.       Откуда-то подул сквозняк. Показалось лишь на секунду, будто где-то недалеко выход, которого все так долго ждали… только ветер был отнюдь не свежим. — Приш-шли… — Страшное шипение эхом пронеслось по коридору, впившись колючим ознобом в кожу. — Мои… Ж-жертвы-ы…       Пока Дейдара исходил злобой, девушка снова начинала завывать. — БЕГИ-ИТЕ, ТРУ-С-СЫ!       Брызнуло в глаза освещение. Совсем рядом алые лучи осветили прогнившую деревянную лестницу, чьи ступени держались на одном святом духе. Разум тут же подсказал, что это — всего лишь маска. — Марко, быстрее! — дёрнула своего парня к лестнице девица.       Парочка дала дёру, не выдержав психологической атаки таинственного шёпота. А я, на секундочку, почему-то глупо думала, похоже шипение на змеиное или кошачье…       Из состояния шока вывел истеричный вопль Алисы, сорвавшийся на высшую ноту. Не ожидая ничего удивительного, я потянулась к лестнице — и, к счастью, Дейдара не стал протестовать моему желанию.       Алиса, чуть подпрыгивая, стояла возле растерзанного паука, облитого, как застывшим соусом чили, багряной кровью. Того самого паука, что недавно смеялся нам в лицо. Полагалось, что вид должен был повергнуть присутствующих в страх… но у меня он вызвал только тошноту. За девушку с лицом белее скатерти ручаться не могу. — Сдохла, тварь, хм, — злорадно хмыкнул Дейдара, кощунственно пнув труп ногой. — Какая мразь тут ещё обитает? Кто её разделал так красиво? — Дейдара, это кукла, — напомнила я, осипнув вдруг. — По сюжету — нам должны внушить, что здесь обитает кто-то пострашнее этого паука, — пробормотал чуть слышно парень.       У всех крыша уже едет от этого дома ужасов. А у меня — и подавно.       Освещение потускнело, позволив нам вдоволь налюбоваться пауком. На этот раз мы видели, куда ступаем, и у меня не было шанса бахнуться плечом о стену и влипнуть в склизкую жижу.       Девушку с трудом отдирали от места, внушая, что всё вокруг — игра. Пока я, перешагивая через куклу, недоумевала, как она ещё решилась войти сюда, парень умолял её перебороть брезгливость.       Одно желание — поскорее уйти. Квест реальности постепенно начинал надоедать. А Дейдара, как оказалось, увлёкшийся охотой за монстром из замка, отчаянно торопился вперёд, чтобы… снести голову очередной кукле? Наверняка представлял её на одной из пик, которую мы недавно лицезрели. Только чем же он защищаться будет, раз он так вошёл во вкус? — У тебя есть оружие? — не удержавшись, поинтересовалась я. — Ты думала, я всё это время хожу безоружный? — шикнул мне в ответ тот.       И меня бросило в холодный пот. Что это значит? Что значит «всё это время»?! — И что на этот раз? Опять иглы? Отравленные? — Не твоего ума дела, хм.       Ясно, я не вызнаю это никаким образом… Какузу таскает с собой нож, так что же я удивляюсь? Даже истеричка волнуется за свою жизнь. Каждую секунду мечтает умертвить кого-нибудь с обязательным рукоприкладством. И меня — в первую очередь. — Почему же не «убил» того паука первый? — задала своевременный вопрос я, чтобы хоть как-то вызнать характер оружия. Мало ли, добрался до моего ящичка. — А кто уверял меня, что это всего лишь кукла? — оглянулся Дейдара, сверкнув насмешкой в тусклом свете ламп. — Бог мой! — снова завизжала Алиса. — Кажется, у меня что-то хлюпает под ногами! — Это кровь, хм, — надо было подлить масла в огонь блондину. Вызвать истошный визг на наши головы.       Истинно, так и было. В невыразительном освещении казалось, что то были потемневшие лужи крови. Правда, её следы никак не отпечатывались на наших ботинках, только и делая, что отвратительно хлюпая.       Каким-то чудом её парень Марко всё-таки утихомирил крикунью. У меня было время попривыкнуть к воцарившейся тишине целых пять минут, пока снова не услышала знакомый гул. — Моя… еда-а-а… — слышали мы тягуче-шипучий змеиный шёпот, бравший за нервы. — Пришла-а-а… Я успешно убеждала себя, что вся кодла Акацуки намного страшнее этого шипения. — Ближ-же… Ближ-же…       Удивительно, что девушка всё ещё в сознании. В то время как я начинаю панически оглядываться по сторонам, в точности, как Дейдара. Не терпится найти эту самую шипучку и не нервировать себя ожиданием. Изводит хуже любой пытки. Особенно вместе с мыслью, что рядом шныряет Акацуки с колющими-режущими предметами.       Сердце стучало как заведённое. Не пойми когда, я успела втянуться в эту игру и теперь мучилась от жути, что висела хмурой тучей над нашей четвёркой. Разве что Дейдара походил на не менее пугающее облачко ауры, разящее всё на своём пути…       Слух резанул странный гортанный звук, донёсшийся будто из недр желудка. Повторившись, он уверил каждого, что обладатель такого «приятного» голоса находится у нас за спиной…       Ещё обернуться не успела, когда Алиса уже вопила во все четыре голоса, а через пару секунд живо уносила ноги. Путь назад преградила голова титановой змеи, голодно сверкающей янтарными глазами и скалящейся полным ртом заострённых зубов со следами свежей крови. — Куда, дура?! — орал Алисе вслед парень, позабыв о монстре и бросившись следом.       Я впала в истинный шок, издав мало-мальски слышную мне ругань. Потихоньку отходила от чудовища и находила утешение в том, что острота зубов этой гадюки преувеличена, а вот острота Самехады — нет.       Дейдара Отважный, так рьяно желавший доказать свою храбрость, вдруг сдулся. С жгучей болью взглянул на свои руки. Скрепив сердце, потянулся к карману джинсов… — Здесь тупик! — вдруг развопилась девушка, чем и спугнула блондина.       А я ведь специально не стала ему мешать. Но не кричать же во всё горло: «Продолжай!» Время было упущено. — Хватит, идём, — дёрнула я Дейдару, щерившегося на змею. Неизвестно, у кого улыбка краше. — Оставь. Это всего лишь… — Кукла, — хмыкнул истеричка угрюмо. — Данна был бы рад этому чучелу… Девушка, колотясь, как осиновый лист, вжималась в своего защитника и всё смотрела на тупик — окончание коридора, голую стену. — Игры кончились, хм, — каркнул Дейдара, подбегая.       Не простояв и трёх секунд рядом с парочкой, я почувствовала, как пол под нами уходит вниз. Одно мгновение — и всей четвёркой мы уже ухнули в неизвестность… буквально сразу же приземлившись на что-то желейное.       Снова ослепительно ударил по глазам яркий свет. И лишь спустя время я разобралась, что то было такое родное мне солнце. То, на чём мы лежали, как оказалось, и было подобием тёмно-малахитового желе, служившего мягкой подушкой. — В порядке? — Внутрь просунулся Дракула, запустивший команду сюда. — Никому не дурно? Помощь не требуется? — Это не замок, а логово дьявола, — недовольно пробормотал парень, поднимаясь.       Дейдара очухался первый, уже бодренько вскакивая на свои обе. Солнечный свет зарядил батарейки, он снова готов был трепать мне нервы. И даже силком стянул меня с пружинистого желе, утаскивая к выходу.       Где-то недалеко от замка я успела заметить табло, которое по прибытию упустила из виду. Чёрным по белому просили воздержаться посещения эпилептиков и людей со слабой психикой. А это уже о чём-то говорит.       После пережитого у меня было навязчивое желание отрезвить разум холодной водой. В отличие от Дейдары с нечеловечьей выдержкой, я упорно искала покоя. А блондин, наоборот, разогнался и жаждал приключений на всю свою пышную шевелюру.       Не знаю, что им руководствовало при выборе пряничного домика. Разве его прельщали яркие цвета? Или у него банальная жажда голода?.. Не похоже, потому что всю его вредную натуру скривило при виде изобилия всех видов сладкого, разложенного вокруг. Как бы то ни было, изыски и всё прочее, а стены и крыша никак не были сделаны из пряников. — Как ты можешь есть после всего этого? — неверяще спрашивала я, глядя, как Дейдара смачно прикладывается к медовым маршмелоу с подноса. — На вкус как данго, — с набитым ртом отчеканил блондин, даже и не подумав ответить на вопрос.       Солгу, если скажу, что вся эта съедобная палитра не привлекает меня. Но, пережив небольшое приключение в доме ужасов, я вряд ли возьму хоть кусочек в рот в ближайшие полчаса.       Дейдара же с превеликой радостью уминал и кремовые пирожные, и шоколадные трюфели, и леденцы на палочке… И всё как дитя с голодного краю, на которого даже школьники смотрели в немом шоке.       Нельзя было поглотить весь этот разрисованный домик. И Дейдара это прекрасно понимал. Потому пробовал чуточку от всего, боясь вдруг остаться ни с чем, насытившись. А как только этот страшный момент всё-таки произошёл, силком впихнул в себя ещё печенья и стащил про запас немного маршмелоу. Правда, у выхода вежливая леди мило попросила его не выносить еду из пряничного дома и протянула салфетку: блондин бы и не догадался, что чумазый, как трубочист, без зеркала.       Чуть дальше Дейдаре на глаза попался чудаковатый аттракцион, больше потягивающий на детский. По виду — шкатулка с забавными лошадьми, качающимися то вверх, то вниз. Заметив её, Дейдара издал приглушённый хмык. — Примитивизм для детишек, — буркнул он. — Не говори так, если не знаешь, как выглядят детские аттракционы, — проговорила я задумчиво.       Наверняка он не станет разбираться, что такое «аттракцион». Хватает отсутствия в них искусства. — Мне плевать, хм. — Я же говорила. — Они все выглядят убого! — Так ведь тебе понравилось в пряничном доме? А в замке ужасов?       Дейдара решил меня проигнорировать. — А ведь то был аттракцион, — продолжала я, намереваясь втолковать блондину прописную истину. — Противоречишь сам себе… — Следи за языком! — харкнул немедля блондин. — Они не выглядели как бездушные механизмы, хм! — Ну да… Бездушные куклы и еда… Чем не душевное искусство. — Замолкни! Куклы Данны — это давно не искусство! Но я уважаю его творения больше, чем эти железяки крутящиеся! — А еда? — не могла угомониться я. — Причём здесь искусство, когда я просто хотел поесть! — уже вопил Дейдара.       Упёртость Дейдары переходила все границы. Горящий взгляд, жадная хватка… Если б ему не нравилось, он бы давно ушёл, хлопнув дверью. Пусть это и своеобразный способ Акацуки выражать радость, но этого не скрыть. — Ты не можешь просто признать, что недооценил парк развлечений? — развернулась я к Дейдаре, резко затормозив. — Я сперва также неправильно поняла цель твоего визита… Но ты лишь хотел доказать, что даже развлечения нынешнего времени оскорбляют твой взор, не могут ничего дать такому человеку, как ты. Очередное представление. А оказалось иначе. Канада снова одержала верх над Акацуки! — Одержала верх! — передразнил Дейдара жутко. — Думаешь, что я в восторге от твоих «аттракционов»?! Они никогда не смогут произвести на меня такого впечатления, как масштабные взрывы, хм! Нет таких ярких эмоций, красок! Тускло, хм!       Даже не стану стараться говорить ему, что взрывы можно устроить и в нашем мире. Иначе начнётся такая вакханалия, что остановить будет просто невозможно. — Хочешь, чтобы я дал шанс этим ничтожным конструкциям?! — всё сильнее заводился Дейдара, расхаживая туда-сюда. — Да, знаешь…       »… уже нет», — хотела я добавить, да вот блондин вдруг замер возле огромной махины под названием «Молот Тора». Титанический аттракцион в виде молота, раскачивающегося и в итоге зависающего с посетителями верх тормашками. — Хотя бы это! — гаркнул он, указывая на него пальцем.       Уже один вид внушил мне трепетный ужас. Нормальный человек не пожелал бы такого экстрима, а я уж — тем более. — Уверен? — Я попыталась вразумить блондина. — Это экстремальный вид аттракционов… — Какая разница?! Если мне понравится, я признаю, что эти конструкции на что-то годятся, хм! — Тогда я подожду тебя здесь, меня не привлекают такие штуки.       Дейдара, обозлившись, предостерегающе сжал кулаки. Не прошло и секунды, как он уже хватал меня за руку, утаскивая к аттракциону. — Сейчас, да, чтобы ты сбежала! — на ходу разорялся он. — Заодно и пронаблюдаешь, насколько искренне моё отвращение к этому месту, хм!.. Я всё решил, живее!       Я тут же пожалела, что затеяла с истеричкой этот откровенный разговор. И меня пробрал холодный пот при одной только мысли о скорой встрече с этой махиной. Гораздо хуже, чем в замке ужасов.       Только вот если я затею с ним драку прямо сейчас, станет намного хуже.       Скрипя зубами, я терпела, пока меня ремнями пристёгивают к кожаным сидениям. Старые воспоминания неприятно закопошились в памяти, когда кожу туго стянуло, приковывая к месту. Паника не заставила себя долго ждать. И ни капли было не смешно даже, когда Дейдара стал упираться пристёгиванию самого себя. Видите ли, ему это было совершенно не нужно.       Он по-прежнему надеялся, что аттракцион окажется чушью.       Кнопка запуска прозвучала звучно, отчётливо. Словно сирена.       Сперва челнок «Молота» раскачивался медленно, набирая скорость. Угол едва-едва доходил девяносто градусов. Сидящие напротив меня увлечённо оглядывались вокруг. Кто-то перепугано кричал, не в силах сдержать животрепещущую эмоцию. А другие уже размахивали руками, ловя невидимый воздух.       Дейдара, неясно приоткрыв челюсть, всё не мог перестать дёргаться, пытаясь избавиться от ремней. То и дело он оглядывался, когда молот совершал очередной подъём, чтобы взглянуть вниз. Следил за моим созерцанием точки напротив и, похоже, не был рад такой реакции.       К тому моменту, когда аттракцион зашёл за рубеж девяносто градусов, моя спина уже покрылась ледяным потом. Я, с силой вцепившись в ручки кресла, не могла заставить себя отвести взора. Дышала через раз, чуть слыша, как сквозь землю, крики людей.       Дьявольское сооружение поглощало силы, и я хвала себя на мысли, что ещё чуть-чуть — и я упаду в обморок. Постоянно одёргивала себя, но это было так ничтожно.       Когда челнок опускался, я, внутренне улыбаясь, успокаивала себя. «Мы на земле, снова земля…»       Но он снова взлетал, уносясь в пучину высот. И я кусала губы, чувствуя, как подкатывает к горлу.       Сердце остановилось, когда молот приблизился к отметке сто восемьдесят градусов. Мы оказались практически вниз головой. И все мои мысли были только о том, что я сейчас сорвусь вниз и окажусь там, прямиком под этой махиной. Или же что аттракцион вдруг сломается, и мы зависнем на несколько минут в подвешенном состоянии…       Тяжёлые мысли атаковали меня, и я чувствовала, как по щеке катится горячее. Из груди вырвался слабый стон, сдерживаемый прикушенной до крови губой. В глазах помутилось. Казалось, до обморока было недалеко. Да и я была бы этому рада.       Чуда не случилось. Однако обратный путь я помню достаточно отрывочно. Какие-то слабые проблески в памяти. Проясняться зрение стало, когда аттракцион уже замер, а меня тормошили в попытке вывести на волю.       Слышала, как Дейдара выкрикивает моё имя.       В конце концов, общими усилиями меня вытащили подальше от «Молота», усадив на скамью. Собрался большой кипиш, настойчиво требующий отвести бедную девушку на воздух. — Вам плохо? — спрашивала милая леди в солнечных очках. — Позвать врача?       На ответ сил не было. Я могла бы обрадоваться, что всё закончилось… но это было выше моих возможностей.       Окинув краем глаза собравшихся, я заметила и Дейдару.       Несмотря на откровенное недовольство гвалтом вокруг меня, восторженная ухмылка и сияющий взгляд оставили свой след. — Хватит! — раздражённо рявкнул он, пробиваясь ко мне сквозь толпу. — Вон пошли, хм! — Зачем вы водите свою девушку кататься на таких опасных аттракционах, если она боится высоты? — вещала та же женщина в упрёк блондину.       Правда, не дождавшись воплей истерички, она развернулась и направилась к другому аттракциону. Чудесным образом испарился клубок людей вокруг меня. Вероятно, вид Дейдары был страшнее «Молота».       В тот же момент я перестала понимать всякую его реакцию. Избавившись от назойливых наблюдателей, раздражавших своей жалостью и меня, блондин опасно замер в двух шагах, мрачно глядя куда-то в сторону. Всё ходили по лицу жевалки, кулаки периодически сжимались в подрагивающих руках, как заведённые. Дёрнулась мысль, что Акацуки хочет меня избить до полусмерти за испорченный отдых… и я отступила на край скамейки.       Так продолжалось минут десять. Головокружение было едва-едва ощутимо, но мозг по-прежнему прокручивал воспоминания этого «развлечения». Дейдара пыхтел, как испорченный электрический чайник. Топнул ногой, будто подтвердил своё право на лидерство: — Вставай, хм.       Привычно истеричка утянул меня со скамьи за локоть, не потерпев моей временной заминки. Однако, с трудом удержавшись на ногах какие-то три секунды, я покачнулась назад вместе с отяжелевшей головой. Но вовремя удержалась, спохватившись за виски. И успела заметить, как герой комедии потянул руку, чтобы, вероятно, поймать падающую добычу. Выглядело ужасно глупо с его стороны, и он немедленно забыл об этом, утянув конечность обратно.       Оказавшись на улице, я чаяла надежду вернуться домой… Но не тут-то было. — Что там? — резко спросил Дейдара, кивнув на здание парка.       Неожиданный вопрос блондина почти не удивил меня. Ведь с его точки зрения, никаких помех забаве не существует. — Стадион. Ресторан. Магазины… — слабым голосом перечисляла я.       Он увёл меня сразу же, как услышал ответ. И я подивилась эдакой бесконечной бодрости.       В здании было намного холоднее, чем на улице. Даже в куртке я чувствовала себя некомфортно и быстро замёрзла, прогуливаясь по рядам небольших бутиков. Дейдара оглядывался на каждый с нескончаемым интересом, всё косясь на меня. Будто бы я могла сбежать в таком-то положении.       То и дело блондин поправлял свои растрепавшиеся волосы, походившие на пучок торчавшей во все стороны соломы. Я боялась подумать, на что похожа была я… Мертвенно-бледное лицо, как у восставшего вампира. Красные слезящиеся глаза. И, конечно же, один сплошной колтун. Это могло было быть смешным, если б не вся плачевность ситуации.       Можно было сбить ноги, пройдя насквозь всё здание и рассматривая безделушки да побрякушки. И если б Дейдара не заметил развилку, ведущую на лёд, так бы мы и плутали, как зомби сквозь кукурузное поле.       На трибуне — масса людей. Я практически упала на пластмассовое кресло синеватого оттенка, в то время как Дейдара завис, глядя на катающихся. — Что наверху? — снова поинтересовался он безразлично. — Развлечения для детей… — таким же тоном ответила ему я. — Замок для принцессы… Зал представлений… — И откуда ты всё знаешь, хм? — Мы с Сарой вместе изучали этот парк в интернете… Она покупала эти билеты для нас двоих.       И снова Дейдара затих, угрюмо уставившись на лёд. Происходящее впереди его интересовало явно меньше всего. Он, обождав, тяжело плюхнулся через кресло от меня и каркнул: — Это не искусство — плясать на льду, как тупоголовые индюки, хм! — Ты знаешь, хоккей — это вид спорта, и не тебе сейчас утверждать, искусство это или нет, — довольно резко отчеканила я. — Впрочем… Думай, что хочешь.       Чувствовалось, что совсем скоро блондин лопнет, как воздушный шарик. Надеюсь, во время полёта он таки выронил своё орудие убийства, иначе как знать, устроит ли он кровавую баню за то, что я испортила ему отдых… — Что, правда боишься высоты?       А вот этот вопрос был воистину внезапный. — Нет, — кратко бросила я. — Ха, врёшь! — Я не собираюсь обсуждать мои страхи с тобой, Дейдара, — холоднее добавила я, взглянув тому в глаза. — Страхи! — победно вскричал блондин. — Значит, это твоё слабое место, хм! И ты вовсе не такая неуязвимая, как думаешь! — Это неудивительно, я всё-таки человек…       Я давно поняла, что блондин представляет всё верх ногами, но чтобы я — и неуязвимая?.. Тогда бы я давным-давно, как Зена, спасала мир от Акацуки. — Теперь я знаю, что у тебя наверняка найдётся много таких страхов, хм! — гавкал Дейдара увлечённо под гул. — И при любом желании я могу устроить тебе повторное катание, чтобы усмирить твою чёртову гордыню и назойливость!       Показушное самомнение истерички выводило из себя. И я, набрав полные лёгкие воздуха, выдохнула: — А ты сам наверняка считаешь себя непробиваемым? Неуязвимым? Сделанным из стали? Акацуки, человек без страхов!.. Ты прекрасно знаешь, что это не так. Каждый твой страх живёт глубоко в твоём подсознании и ждёт возможности вырваться наружу, покуда ты наслаждаешься своей беззаботной и счастливой жизнью эгоистичного ублюдка! Нравится своя жизнь? А представь себе этот момент — этот страшный момент, когда наконец-то встречаешься со своим самым ужасным страхом! Что ты почувствуешь? Боль, одиночество, потерянность?.. Это похоже на то, что ты чувствовал, когда вдруг оказался здесь без своих способностей?.. — Замолчи! — прорычал сквозь зубы озлобленно Дейдара. — Легче обидеть слабого, чем вспомнить о собственной уязвимости… Моральный урод. — Хватит! Я убью тебя, самоуверенная девчонка! — Верно, потому что это всё, что ты умеешь — убивать! — огрызнулась я немедля. — И снова — проще простого. А ты хотел увидеть мои слёзы от страха? Вот и довелось. — ЗАТКНИСЬ!       В мгновение ока Дейдара рванулся вперёд. Целью стала шея, которую тот несильно ухватил в щипцы, яростно прожигая взглядом меня. Я терпеливо смиряла его стальным гневом, сощурившись. Думала, насколько ненавистно человеку может быть чужое мнение. Будто бы его суждение — одно единственное на всей планете…       Потому ли, что это самое чужое мнение никогда не сходилось с его собственным?..       Вдоволь наигравшись в «гляделки», Дейдара выпустил меня, осклабившись от омерзения. — Лучше высоты бояться, чем подыхать в твоём мирке без истинного искусства, хм, — буркнул он отрывисто, развернувшись ко льду.       Вероятно, этот разговор окончательно поставил точку нашему совместному выходному. Оба, молчаливые и обозлившиеся, мы через десять минут уныло тащились обратно, игнорируя друг друга. Не веселье, так кое-что другое подарил нам этот парк. В особенности Дейдаре, чьи чувства были похожи на спутанный клубок.       Он даже никак не отреагировал на мой самовольный поворот в круглосуточный. К приходу инспекции нужно было закупиться рыбой и мясом, дабы показать, что я не голодаю. И заправить эту ложь овощами. А сегодня на ужин для элитных персон — разогреваемая пицца.       Несмотря на то, что прошли какие-то несколько часов, Акацуки так и не появились дома. Кроме Сасори — ни один из них. К нему же и направился блондин, только стащив с себя верхнюю одежду и ботинки. Ябедничать, вероятно.       Собственно, мне было всё равно на его обиды. Я попыталась спасти себя очередной карикатурой в ожидании, пока компания добросовестных Акацуки вернётся. Правда, затевать с ними совместную конференцию было опасно для здоровья…