Аллегория Силы

Рей двигалась по проложенному навикомпом маршруту, неуклонно приближаясь к своей цели – тому, к чему она шла всю свою жизнь, чего так ждала и на что продолжала надеяться, даже когда надежды уже не было. Даже когда Маз сказала, что те, кого она ждёт, не вернутся назад, что их уже не спасти. А теперь ей предстояла встреча с единственным оставшимся в живых родственником, по горькой иронии судьбы являвшимся непосредственным виновником того, что она осталась сиротой. Рей стремилась к ней в той же степени, что и боялась её. Кого она увидит сейчас перед собой? Выжившую из ума полу-мумию? Но когда она разговаривала с дедом, он не произвёл впечатления маразматика. Безусловно, Рей слышала о Палпатине раньше. Вселяющий ужас мрачный ситх никогда не вызывал – да и не мог вызвать – у неё симпатии. Она помнила его немногочисленные изображения, виденные ею ещё на Джакку: в основном почему-то это были республиканские плакаты, напоминавшие всем живым существам в Галактике, какого страшного монстра уничтожили Дарт Вейдер, перед смертью перешедший на Светлую сторону Силы, и его сын Люк Скайуокер, после этого подвига удостоившийся звания живой легенды. Император на них был отталкивающе безобразен. А как он, интересно, выглядит на самом деле? Сейчас? С чем она столкнётся, когда прибудет на Экзегол? С полуразложившимся заживо недомертвецом, жаждущим вернуть себе былую власть и величие ценой, возможно, её жизни? В детстве она слышала байки, что бывший император, пока был у власти, чтобы сохранить угасающую жизнь в дряхлеющем теле, пил на завтрак кровь младенцев! Сейчас-то девушка понимала, какая это дикая белиберда, но ребёнком она воспринимала это всё за чистую монету. Рей отдавала себе отчёт в том, сколько Сидиусу лет – больше сотни! – и выглядеть хорошо в его возрасте было крайне затруднительно и даже странно. На крошечной голограмме она очень плохо его разглядела: изображение всё время дрожало, - но почему-то ей показалось, что он ещё вполне крепкий старик. Ну что ж, чтобы это выяснить, ей осталось пройти ещё два гиперпространственных коридора. Всего два гиперпространственных коридора. *** Её ждали. Как только её «ипсилон» (ну да, теперь её!), выйдя из гипера, встал на рейде на ближней орбите Экзегола, на приборной панели замигало табло с обозначением точных координат посадки. Рей усмехнулась: дедушка сгорал от нетерпения прижать внучку к своей стариковской груди. Она не могла даже предположить, какой приём её ждал: от коварного старого ситха ожидать можно было чего угодно. Начиная с места посадки, пафосным было всё. Рей встретила целая рота почётного караула: воины, одетые в красные одежды, стояли шеренгами вдоль красной же дорожки, на которую ровнёхонько и опустилась рампа её корабля. Как только она показалась в открывшемся проёме, перед ней склонился в почти земном и очень церемонном поклоне человек в настолько пышных и хитросделанных одеяниях, что Рей, засмотревшись на всё это великолепие, прослушала, о чём он говорит. Очнулась она, когда он обратился к ней «госпожа». Девушка сделала над собой усилие, чтобы не обернуться и не поискать взглядом госпожу настоящую. Но… нет, он точно обращался к ней. Одетая в странный микс из поддёвки под броню, одолженную бывшей джедайкой у незадачливого штурмовика-охранника, и деталей украденной ею из каюты рыцарей Рен их экипировки, Рей выглядела по меньшей мере неуместно, если не сказать нелепо. Но у неё была цель, её тут ждали, и она понадеялась, что ей либо дадут, во что переодеться, либо деду наплевать на все эти формальности. Как оказалось, деду было наплевать. Разодетый в пух и прах слуга бывшего императора, пригласив Рей следовать за ним, чётко дал ей понять, что Палпатин желает видеть её незамедлительно. Она тут же вспомнила все уроки, которые ей в своё время дала Лея Органа, когда её только собирались внедрять на службу к тогда ещё невесте командующего войсками Первого Ордена: как надо держать спину и голову, как надо идти, как стоять и где держать руки, как кланяться. Она постаралась забыть о нелепости своей одежды, потому что Лея говорила ей: - Совершенно не важно, во что ты одета. Даже если ты будешь голой, по твоей стати, по тому, как ты выступаешь… Ты слышишь меня, Рей? Выступаешь, не идёшь!.. По наклону твоей головы окружающие должны понимать, что ты – принцесса! О, Лея знала, о чём говорила! Но Рей ученицей была не очень способной. - У тебя ужасающая грация! – качала головой Лея, наблюдая, как джедайка в сложных набуанских одеждах тяжёлой, размашистой походкой, слегка покачиваясь из стороны в сторону, «выступает» по импровизированному подиуму в одном из помещений их очередной секретной базы, приспособленном для тренировок будущей компаньонки энтралльской «принцессы», - но ходить прилично я тебя всё-таки научу! - Спину ровно! – командовала Органа, с тоской замечая, что расправившая на её окрик плечи Рей выглядит, как будто палку проглотила. Все эти навыки, возможно, и пригодились бы Рей сейчас, но она чувствовала, что в данный момент это вторично, если не сказать не важно. Её ждут уж точно не для проверки знаний этикета, политеса и тому подобного. Когда перед ней распахнулись гигантской высоты двери в тронный зал, Рей невольно остановилась, как будто чувствуя, что эта преграда – своеобразная черта, которая разделит её жизнь на «до» и «после». Неизвестность пугала. Девушка выдохнула и решительно шагнула внутрь. На своём огромном троне Палпатин казался таким маленьким… Но Рей чувствовала его мощь, Темную энергию, волнами пульсирующую вокруг. Она подходила всё ближе и уже могла сказать, не повышая голоса, слова приветствия – Сидиус услышал бы её, если, конечно, не окончательно оглох на старости лет. Но она молчала, словно заворожённая. Остановилась на некотором отдалении от трона и молчала. Она понимала, что раз он безмолвствует, то нужно ей начинать говорить, наверное, но даже простые фразы не могла сформулировать. Он, скорее всего, её загипнотизировал: Рей не могла сосредоточиться и адекватно соображать, мысли её буксовали. «Передо мной настоящее воплощение зла… А я идиотка! Почему я поверила ему? Наверное, он так всё и спланировал. Он заберёт мою жизнь, чтобы продлить свою…» Она медленно отстегнула от пояса один из мечей – инстинкт самосохранения приказывал ей не сдаваться без боя, - но почти сразу пальцы её разжались, и оружие гулко звякнуло, упав на каменный пол. Проследив за её действиями, Палпатин чуть подался вперед, одновременно стягивая с головы капюшон. Ему надоел весь этот спектакль. - Ты будешь продолжать верить в глупые сказки о страшном ситхе или наконец подойдёшь и обнимешь старика? Он не был похож на чудовище с плакатов. Пожилой человек, на вид не старше семидесяти - семидесяти пяти лет, с прямым взглядом серых глаз, в которых она видела живой интерес, чувствовала ясный ум и, как бы странно это не звучало, - любовь. А ей так хотелось любви – сначала от родителей, потом от Бена. Хотелось, но… не получилось. Она в детстве слышала сказку о ледяной девушке, не знающей простых человеческих чувств, которая попросила одну могущественную волшебницу дать ей возможность испытать чувство любви. Та ответила, что это приведет её к гибели: любовь настолько горяча, что ледяная девочка тут же растает, как только это чувство наполнит её сердце. Но ей было всё равно: она готова была отдать целую жизнь за миг этого чуда. Точно, загипнотизировал! Потому что и она сейчас, несмотря на все доводы разума, готова была отдать жизнь за крупицу тепла, исходящего от родного ей человека. Он поднялся со своего гигантского трона и двинулся ей навстречу. - Рей, не для этого Сила сохранила мне жизнь в реакторе Второй Звезды Смерти, а потом привела тебя ко мне! Просто слушай своё сердце: что оно говорит тебе? Рей – теперь вблизи – рассматривала бывшего императора, не в силах отвести взгляд, и чувства, что захлёстывали её, не позволяли здраво мыслить и даже просто облечь в слова и озвучить какую-то неясную, пульсирующую где-то на уровне подсознания тревогу. Он понял и продолжил, слегка улыбнувшись, отчего у его глаз собралась сеть морщинок. - Очень странно… Рей, тебя волнуют сейчас не самые важные вещи… Тебя смущает мой вид, моё лицо? Ты рассчитывала увидеть обезображенного шрамами и временем старца? Она едва заметно кивнула, так и не отведя взгляда. - Я сейчас объясню, - его голос звучал тихо и успокаивающе. – Когда Совет джедаев узнал, что я являюсь Владыкой-ситхом, они приняли решение уничтожить меня и выбрали для этой миссии одного из своих магистров – Винду. Поединок с этим самовлюблённым снобом был частью моего плана по уничтожению джедайского Ордена и захвату власти в Галактике – я думаю, это не нужно тебе объяснять. Я бы и сам с ним справился, но мне на выручку подоспел мой друг, а впоследствии ученик – Энакин Скайуокер, хотя моим учеником он стал гораздо раньше, чем сам это осознал. Палпатин прервался ненадолго, опять улыбнувшись – на этот раз своим воспоминаниям. - Чтобы он окончательно перестал сомневаться в лицемерии джедаев, мне пришлось немного его к этому подтолкнуть. Изменение моей внешности было иллюзией Силы, но мой пугающий облик произвёл должный эффект: Энакин разделался с Винду и присягнул мне. Конечно, у него были и личные мотивы принять мою сторону: я обещал посвятить его в тайну воскрешения мёртвых и избегания предначертанной судьбы - он был разбит смертью матери и боялся потерять жену, которая должна была вот-вот родить. - А это правда возможно? – нахмурилась Рей. - Возможности Силы безграничны. Просто нужно уметь ими пользоваться! – наставительно, но мягко проговорил он. - Так вот, свой новый устрашающий облик я потом принимал ещё не раз: я демонстрировал «изуродованное джедаями» лицо Сенату, используя себе на пользу сочувствие многих сенаторов. Я подумывал впоследствии перестать демонизировать собственный образ, но он так всех пугал, а меня это забавляло. Поэтому в историю я вошёл именно вот таким чудовищем. Но перед тобой мне нет смысла скрывать своё подлинное лицо. Сейчас ты можешь наблюдать ещё одну возможность Силы: мне больше ста лет, но именно Сила даёт мне здоровье и относительную молодость. Рей, всё ещё не до конца веря в искренность ситха, и, как ей показалось, уловив в его словах попытку ею манипулировать, тут же вспылила: - Ты сейчас пытаешься обмануть меня, как когда-то Энакина? Ты считаешь меня пустышкой, готовой ради продления молодости перейти на Тёмную сторону? Палпатин едва удержался, чтобы не закатить глаза. - Нет. Я не обманываю и не агитирую тебя. Просто рассказываю о себе. Я не собираюсь удерживать тебя насильно. Ты можешь уйти, если хочешь. Прямо сейчас. Рей низко опустила голову, устыдившись своих слов. В конце концов, она же сама прилетела на встречу с дедом. Могла бы и не делать этого, на аркане её никто не тянул. - Скажи, что тревожит тебя? Чего ты боишься? – смягчился старый ситх. - Все эти разговоры о Силе… мне больше ни к чему. Я… никогда не смогу… больше… чувствовать Силу и использовать её возможности, - и окончательно бросив стесняться и подбирать слова, с горечью выдохнула: - Я для тебя такое же разочарование, как и твой сын. - Ты знаешь об этом? О моих отношениях с твоим отцом? - Да, я откуда-то знаю это. Сила неоднократно посылала мне видения… - В тебе течёт та же кровь, что и во мне, - вместо того, чтобы продолжить начатую тему, сказал он. Девушка вновь уставилась в глаза старику, не вполне понимая, что он имеет сейчас ввиду. - Ты не понимаешь, о чём я говорю, да? – усмехнулся Палпатин и принялся терпеливо объяснять: - Кровь - не вода, Рей. Её нельзя разбавить. Как я понимаю, внук Дарта Вейдера нашёл голокроны, спрятанные по моему приказу в древнем ситхском храме. Та сыворотка, что ввели тебе, была разработана в одной имперской секретной лаборатории тоже, собственно говоря, по моему распоряжению. Она действует - должна действовать - на всех форс-чувствительных, но только не на меня. И, соответственно, на тебя она тоже не подействует. Перед учёными такая задача стояла, понимаешь? - Ты хотел остаться один в мире форсъюзеров? – съязвила Рей. - Не вижу в этом ничего зазорного и не собираюсь за это оправдываться! – легко пожал плечами дедушка. - Да кто бы сомневался! – фыркнула она. - О! Ты больше не боишься меня? – улыбнулся Дарт Сидиус. - Молодец! Ты родилась, наделённая огромным потенциалом Великой Силы, и никто не сможет отобрать у тебя этого дара! Я не собираюсь предлагать тебе совместно править этой Галактикой – нельзя предложить и даровать то, что принадлежит тебе по праву твоего происхождения. Я боюсь, что ты даже не имеешь возможности отказаться: это твоя ответственность, твоя ноша и обязанность. Тебе необходимо понять и принять это как свершившийся факт. А всему необходимому для этого я тебя научу…