Аллегория Силы

Сталью ты стал, с болью ты спал, С ее любовью спорить не стал… Тристан «Мельница» Еще не наступившее, но уже близкое счастье – единственное истинное счастье в этом мире. Анри Барбюс, «Огонь» - Ну-с, молодые люди, у меня для вас очень важное задание! Лукавая улыбка Палпатина не сулила ничего хорошего. Император потер сухонькие ладошки и с азартом предвкушения похлопал ими по подлокотникам своего кресла. - Дети, дети, дети! Не вижу энтузиазма! Я уверен, что вам понравится то, что я предложу! Посмотрите сюда! По мановению его руки посреди кабинета развернулась голопроекция всей галактики. Сидиус ткнул перстом в самый ее центр, увеличив требуемый фрагмент, который теперь можно было разглядеть во всех подробностях. - Итак, вас ждет дипломатическая миссия, но я бы даже сказал, что это скорее будет легким, необременительным путешествием в один из самых прекрасных миров Галактики. Ваша цель - система Брентаал. Когда-то он - этот мир - был одной из самых крупных жемчужин в императорской короне Палпатина. Находясь на пересечении двух важнейших гиперпространственных маршрутов, он всегда – и во времена Республики, и при владычестве Империи – был очень богатым и относительно независимым: при Палпатине эта система была автономией со своим Сенатом и Правительством, а принадлежность к Новой Республике вообще была больше номинальной. На данный момент в правительстве Брентаала кипели жаркие споры о том, стоит ли вновь примыкать к возрождаемой империи (пока еще именуемой Последним Орденом) или оставаться самостоятельной политической единицей. Поэтому на долю будущих правителей Галактики выпала миссия вернуть в лоно дружной имперской семьи эту небольшую, но очень гордую систему. - Их премьер ратует за возрождение Конфедерации независимых систем, – продолжил дедушка. - Конечно же, во главе с ним лично, иначе зачем ему это нужно? В свое время я силой присоединил Брентаал к Империи, уничтожив флот Конфедерации. Сейчас у этой системы имеются свои вооруженные силы, они успели их создать во времена Новой республики. Хоть их мощь не идет ни в какое сравнение с боевым потенциалом флота Последнего Ордена, мне совершенно не хотелось бы бряцать оружием. Старик говорил одно, но весь его вид свидетельствовал о другом: применение оружия он считал как раз способом самым эффективным, но в данный момент и в конкретной ситуации можно было попробовать использовать мирный способ принуждения присоединения к Последнему Ордену, хоть путь этот и был длиннее и сложнее. - Взгляды премьера в их Парламенте поддерживает большинство членов, – с сожалением отметил бывший Император, - но с очень незначительным перевесом. Прагматично мыслящие люди понимают, что создание новой Конфедерации не уменьшит налоговое бремя, а расходы на содержание боеспособного флота могут только возрасти. Империя была золотым веком Брентаала, и большинство населения вспоминают время моего правления с ностальгической грустью: простым людям во времена Империи жилось намного проще и лучше, чем при Республике. А Последний Орден предлагает практически те же условия, и в первую очередь – свой флот, свою защиту во имя процветания и блага всех рас, населяющих этот благодатный мир. Кайло и Рей внимательно слушали Сидиуса, с трудом сдерживаясь, чтобы не закатывать глаза: дед оседлал любимого конька, и его было уже не остановить. Палпатин заметил, что внимание к нему ослабевает, и решил немножко сместить акценты в своей речи: - Я слежу за вашим рейтингом в голосети – ваша популярность растет семимильными шагами! Дедушка – как он умел, почти без нажима - давал понять, что очень гордится своими подопечными (да, Бена он тоже считал таковым). Кайло поерзал в кресле и непроизвольно поежился. - Вам нужно выкрутить свое обаяние на максимум и произвести впечатление, – продолжил дедушка. - Вы побываете на всех планетах системы, завершив турне на планете-столице. План вашей поездки уже составлен, чуть позже ознакомитесь с ним. Формально это дружественный визит, можно сказать, романтическое путешествие Диады Силы в преддверии предстоящей свадьбы. Люди – и не только они - жаждут сказок о прекрасных принцах и принцессах. Ваша задача – воплотить их мечты в реальность и показать им эту сказку. И помните: если сейчас ваша миссия удастся, когда-нибудь это все будет принадлежать вам. А Брентаал – это ключ ко всему сектору Бормеа, в котором в том числе находится и Чандрилла. Палпатин вскинул брови и многозначительно посмотрел на Бена – он прекрасно знал, что тот родился именно там. Первоорденский Верховный Лидер, пытаясь никак не выдать своих подлинных чувств, вновь поежился. - Вы посетите последовательно все планеты Брентаальской системы. Напоследок вам останется самое важное – планета-столица с наиболее важными для всей системы – да и сектора в целом – городами: Кормондом и Вотрадом. Я помню, как посещал этот мир сразу после присоединения его к моей Империи, – Палпатин мечтательно-ностальгически улыбнулся своим воспоминаниям. – Это был очень удачный в политическом отношении визит. Теперь настала ваша очередь! *** Тем временем на Брентаале… Только что избранный и сформировавший свое правительство новый премьер-министр Брентаала, бывший глава профсоюзов и радетель за восстановление Конфедерации независимых систем, мистер Белл Хорн, давал одну пресс-конференцию за другой. Он с радостью и воодушевлением рассказывал корреспондентам о своей программе: заученными фразами, как и привык за долгий и изнурительный период предвыборной гонки, но те ждали от него не этого. Это они уже пятьсот раз слышали, но интересно им было совсем другое. - Господин премьер-министр, что Вы ждете от визита Диады Силы в нашу систему? Как же ему не хотелось отдаляться от любимой темы и реагировать на эту, по его мнению, малозначимую новость. Было заметно, что мистер Хорн делает над собой усилие, чтобы не кривиться и не сорваться на бестолкового представителя прессы, жаждущего сенсаций и скандалов, а не серьезного обсуждения по-настоящему важных вещей. - Честно говоря, мне совершенно некогда думать об этом, тем более в свете того, что мне предстоит сделать. Премьер улыбнулся, намекая, что одним из пунктов его предвыборной программы был курс на абсолютную автономию Брентаала, а возрождение империи он не просто не принимал, а даже высмеивал в своих речах. Выдержав паузу, мистер Хорн продолжил: - Если класть на чаши весов истории краткосрочное пребывание внучки бывшего императора Палпатина со своим женихом на планетах нашей системы и те грандиозные свершения, которые предстоят всем нам – и моему кабинету, и рядовым гражданам, – как вы думаете, что перевесит? Что заботит меня больше? Но… они едут. И мы встретим их с присущим нам гостеприимством и радушием. В зале пронесся нарастающий гул голосов журналистов, пытающихся не дожидаясь включения их личных голофонов вне очереди задать свои вопросы. Но премьеру и не требовалась какая-то расшифровка, он прекрасно знал, о чем именно те хотят его спросить. - Это частный визит, – отрезал он. – Мне тут ставили в вину, что на это путешествие тратятся кредиты из бюджета Брентаала, но это не так. Все расходы по своему пребыванию в нашей системе гости взяли на себя, включая охрану, проживание, перемещение и прочее. Посещение национального парка Грату, Исследовательского центра современных медицинских технологий и Национального музея изобразительных искусств, по моим данным, будет сопровождаться пополнением их фондов пожертвованиями из личных средств Леди Палпатин и Верховного Лидера Первого Ордена. Так что… они изо всех сил стараются нам понравиться и даже пытаются подкупить! В ответ на шутку премьера зал отозвался дружным смехом. Не дожидаясь, пока он стихнет, слово взял следующий интервьюэр. - Союз Первого и Последнего Орденов вот-вот состоится. Все считают, что Палпатин намеренно выдерживает паузу, чтобы приурочить это событие к свадьбе своей внучки и Верховного Лидера Первого Ордена: безусловно, это будет символично. Этот союз, в свою очередь, приведет к возрождению Галактической Империи. Как Вы считаете, есть ли место Брентаалу в этом новом государстве? В этот раз премьер не выдержал и все-таки поморщился. - Я считаю, что вновь образуемая Империя нуждается в нас больше, чем мы в ней. Мы обладаем огромными ресурсами, и разве мы плохо справлялись после падения Империи старой? Считаю, что промахи и просчеты, имевшие место в прошлом, являлись издержками неумелого руководства республиканской власти. Именно поэтому Брентаал в свое время сделал ставку на Конфедерацию независимых систем. На мой взгляд, было бы странным возвращаться к архаическим формам правления, хоть я и отношусь к Палпатину с большим уважением. Но руководить Брентаалом должен тот, кто знает его проблемы изнутри, кто уважает и ценит его традиции и культуру, а не пришлый с другого конца галактики человек, пусть даже и имеющий немалый опыт руководства, но все же чужак. И сноб, взирающий свысока из окон Корусантской Башни на происходящее здесь, да и во всей остальной Галактике, и относящийся к нашей системе как к чему-то второсортному. По залу пронесся гул одобрения. Сейчас, в момент своего избрания, премьер был на пике популярности, но, опытный политик, он знал, как легко можно слететь с пьедестала. А ему во что бы то ни стало хотелось на нем удержаться. *** Поездка на Брентаал была своего рода политическим дебютом Диады Силы – дедушка наконец-то посчитал, что его преемники способны самостоятельно исполнить эту миссию, все детали которой были продуманы до мельчайших подробностей: начиная от текстов речей на каждом мероприятии до порядка смены одежды. Обслуживающий персонал сбивался с ног, обеспечивая безупречный внешний вид «самой красивой паре этой Галактики». Смены черного обмундирования Рена, скорее всего, никто не замечал, а вот Рей приходилось нелегко: к каждому новому выходу к жаждущей увидеть ее толпе она должна была не только переодеться, но также поправить макияж и даже иногда сменить прическу. Но старания эти не были напрасны: публика была без ума от Набуанской королевы, претендующей на императорский трон, а мрачный Верховный Лидер чаще всего оставался в тени своей невесты. *** Пресса создавала еще больший ажиотаж вокруг звездной пары, и уже к середине их визита в тех местах, где должна была появиться Диада, собирались огромные толпы любопытных зевак. В ожидании краткого мига, когда кортеж с наследницей Палпатина и ее женихом проедет мимо них (а если повезет, Рей выйдет из своего великолепного спидера пообщаться с местным населением), корреспонденты всех мастей – от представителей серьезных изданий до мелких бульварных газетенок – подогревали интерес своих соотечественников к сказочной истории любви Альдераанского принца и Набуанской королевы. Ближе к концу визита, судя по творившемуся ажиотажу в брентаальской прессе и ежедневно получаемым отчетам, Дарт Сидиус сделал вывод, что все проходит как нельзя лучше, то есть, так, как он и планировал: правительство Брентаала было готово подписать договор с Последним Орденом о вступлении в его ряды. Было понятно, что документ еще будет готовиться, и брентаальцы будут пытаться выторговать себе как можно больше привилегий, но главное было сделано: симпатии и правящей верхушки, и рядовых граждан были на стороне наследницы Дарта Сидиуса, а значит, и его самого. *** Если бы мне пришлось выбирать между вашим обществом и обществом обыкновенной кудлатой, колченогой дворняжки, то один из обитателей этой хибарки вилял бы сейчас хвостом. О. Генри, «Справочник Гименея» Надо ли говорить, что на «Добивающем» трое затворников - лейтенант Митака и две вверенные его опеке девушки – не пропускали ни одной трансляции с Брентаала. Дорме с упоением рассматривала и комментировала наряды Набуанской королевы, параллельно пытаясь выявить положительные тенденции в развитии отношений Рей с Кайло Реном, что, несомненно, было сложно: Верховный Лидер почти в любых обстоятельствах оставался хмур и крайне скуп в проявлении эмоций, а его невеста чаще улыбалась не ему, а окружавшей их публике. Но Дорме надежды не теряла, вместе с журналистами жадно ловя каждый взгляд и жест звездной пары. - Скажите, вам нравится Рей? – журналист вместе с группой девушек, имитирующих своей одеждой стиль Палпатинской внучки и все, как одна, с тремя пучками на затылке, повис на ограждении, отделявшем тротуар от проезжей части, при этом умудряясь снимать и их, и себя, и перспективу улицы, откуда должны были выехать открытые спидеры с высокими гостями. - Конечно! Она такая милая! – выкрикнула первая. - А чем? – не унимался тот. - Для каждого у нее найдется несколько добрых слов! – добавила вторая. - А что думаете Вы? – обратился корреспондент к последней из троицы подружек, менее восторженной и чуть более серьезной. - Она не кичится своим положением и происхождением, ведь пока она не нашла своего деда, она жила в тяжелых трудах и бедности, – ответила та. - Она понимает нас, простых людей! Все это время в кадр настырно стремился попасть долговязый молодой человек с плакатом в руках, на котором было изображено - кривовато, но зато от души - большое розовое сердце. Переключив на себя внимание журналиста, тот громко крикнул прямо в его записывающее устройство: - Если у нас будет такая королева, то мы не против Империи! И как только кортеж с «прекрасной принцессой» показался вдали, все взоры обратились к нему, и у всех была только одна цель: хотя бы одним глазком увидеть юную Рей, приобщиться к чудесной сказке. *** - Смотрите, смотрите! Вон они! – Дорме проще своих друзей-«сокамерников» поддавалась ажиотажу, творившемуся на центральных улицах сначала Кормонда, а затем и Вотрада. А вернее, она одна и поддавалась, потому что то, что творилось в душе леди Эллин, сложно было отследить, ибо внешне она оставалась холодна и даже равнодушна к происходящему. Некоторое волнение или недовольство выдавали только слишком плотно сжатые губы. Если ее не спрашивали, от комментариев она воздерживалась. Да и когда спрашивали, предпочитала отмалчиваться. Митака, понимая, что Эллин не сыплет едкими замечаниями насчет несостоявшейся джедайки только из-за безупречного воспитания, свою госпожу пылко поддерживал, выражая негативные эмоции за них обоих. Он фыркал, морщился, отпускал шуточки в адрес мусорщицы и бесконечно дебатировал с Дорме по любому поводу, касавшемуся новоиспеченной набуанской королевы. Верховного Лидера лейтенант своими комментариями тактично не затрагивал. Фрейлина в ответ дулась, вспыхивала, как спичка, горячо отстаивая свои взгляды на ситуацию, пыталась привлечь в спор госпожу, но всегда натыкалась на ее молчаливый нейтралитет. Митака, естественно, трактовал его в свою пользу, а Дорме – в свою. Разругаться в пух и прах им мешали только перспективы пребывания в состоянии вражды в очень небольшом пространстве отведенного им отсека и общая миссия – обеспечение сносного существования в изоляции своей госпожи, поэтому пикировки их не перерастали в перебранки и заканчивались всегда… ничем. То есть, каждый оставался при своем мнении. А на голоэкране тем временем творилось форменное безумие. - Рей, мы любим тебя! – кричали со всех сторон люди. Кроме восторженных возгласов из толпы доносились радостный визг, свист и улюлюканье, а несколько особенно разошедшихся парней, пробившись почти к ограждению, подпрыгивали вверх, чтобы королева обязательно их заметила, и пытаясь перекричать друг друга, вопили: - Бросай его, Рей! - Да, бросай! Выходи лучше за меня! Кайло Рен, на несколько секунд попавший в кадр, криво улыбаясь, пытался делать вид, что он находит их выходку милой. А Рей действительно как будто бы поймала кураж: без устали жала руки жаждавшим ее внимания обывателями, фотографировалась с ними, обнимала детей и принимала от них незатейливые подарки, находя для каждого теплые слова. - Тебе очень повезло, парень! – услышал Кайло очередной восторженный крик из толпы. Он вновь скромно улыбнулся в ответ, на автомате почесав внезапно засвербевший шрам, проходящий через все лицо. *** Их миссия заканчивалась в Вотраде, «второй столице» Брентаала, городе, значительно превосходившем своими размерами столицу настоящую, Корморд, и пользующемся славой самого богатого на развлечения места в этой системе. И развлечения, безусловно, не низменные, вроде казино и борделей, а высококультурные и интеллектуальные: город насчитывал несколько сотен концертных залов, не меньше театров самого разного профиля, вместимость которых доходила до нескольких десятков тысяч зрителей. То, что они никогда не пустовали, говорило о том, что брентаальцы вели активную культурную жизнь, гоняясь не только за прибылью, но и стараясь богатеть духовно. Спорт в системе тоже процветал, а грандиозные сооружения, обеспечивающие комфорт спортсменам и прекрасное зрелище болельщикам, периодически предоставляли свои площадки для проведения разнообразных концертов и представлений. Финальным аккордом визита Диады должен был стать грандиозный бал, устраиваемый в честь высоких гостей самим премьер-министром, и пройти он должен был как раз на самом большом стадионе, носившем название города, в котором располагался – «Вотрад». Он был известен тем, что во 2-м году ПБЯ там с грандиозным успехом прошла премьера оперы с историческим сюжетом «Цикл Каллеи». Тогда стадион оборудовали ста тысячами зрительских мест, а сценическое пространство было организовано так искусно, что об этой постановке помнили еще очень долго. Да что там: до сих пор помнили. Бал грозился стать мероприятием не менее масштабным. Но прием этот был запланирован, естественно, на вечер, а до него, днем, Диада должна была почтить своим присутствием три важных мероприятия и дать крупную, подводящую итог всей поездки пресс-конференцию. Кайло Рен очень тяготился всем этим фарсом. Его самолюбие было уязвлено тем, что Палпатин очень легко обошел его в реализации планов распространения влияния в галактике. Если бы не его триумфальное возвращение, то Первый Орден, а не Последний должен был присоединять к себе новые системы, наращивая свою мощь и стремясь к абсолютному господству. А теперь Рен вынужден был – ради сохранения хотя бы того, что Первый Орден имел сейчас – выступать не на первых ролях, а где-то на подтанцовке, причем под дудочку Палпатина. В преддверии их с Рей визита на Брантаал Кайло посмотрел все интервью и прослушал все комментарии, что дал местный премьер по поводу своего отношения к Последнему Ордену, лично Палпатину и его внучке вместе с ее женихом. У брантаальца так и сквозила уничижительно-снисходительная интонация: он называл бывшего императора «нашим дедушкой», а Кайло Рена – «пареньком», от чего у Верховного Лидера аж зубы сводило. И конечно, местный никак не мог предполагать, что простой визит представителей семьи бывшего императора так повлияет на изменение общественного мнения совсем не в его пользу. - Если бы Вы приехали один, Верховный Лидер, я боюсь, мы бы с Вами ни о чем не договорились! – тщетно пытаясь скрыть свое разочарование, на последнем, совместном их мероприятии по перерезанию очередной ленточки выдавил из себя премьер-министр, наблюдая за тем, как купается в лучах народной любви Рей и при этом с треском и грохотом рушатся его мечты о единоличном правлении этой системой. Кайло медленно повернул голову в сторону не в меру расхрабрившегося абборигена. - Но Ваша невеста просто покорила сердца брентаальцев! Какая очаровательная и харизматичная девушка! – продолжал тот, обреченно глядя на то, как Рей, лучась улыбкой, в очередной раз фотографируется со своими поклонниками, а некоторым даже дарит свои автографы. – Счастливчик! Он, наконец, оторвался от созерцания красавицы, взглянул на Рена и тут же стушевался, поймав его тяжелый взгляд. *** Назначенный на вечер бал не был чисто развлекательным мероприятием: он носил благотворительный характер. На нем должна была присутствовать вся элита – политическая, финансовая, культурная – этой системы. Входные билеты были платными, все сборы от этого мероприятия шли в фонд борьбы со смертельно опасными заболеваниями детей, а приглашенными звездами были, естественно, Верховный Лидер Первого Ордена и Королева Набу. К моменту начала бала и Рей, и Кайло вымотались так, что единственное, чего они хотели, это лечь и лежать. Если бы не Сила, позволявшая им уставать чуть меньше, чем обычным людям, и восстанавливаться буквально после пятнадцатиминутной медитации, никакого удовольствия от бала они, конечно же, не получили бы. Это, можно сказать, был последний раунд их дипломатической миссии, уже на следующий день был запланирован отлет Диады обратно на Корусант, и, безусловно, они должны были завершить свое пребывание на Брентаале мощным, запоминающимся эмоциональным аккордом. А Рей хотела впечатлить не столько местную публику (это она уже с успехом сделала), сколько своего жениха. После краткого отдыха от дневных встреч парочка разошлась каждый в свой номер Президентского отеля, чтобы привести себя в порядок, чуть-чуть передохнуть и переодеться. По черной-пречерной одежде Рена неискушенный зритель не смог бы с первого взгляда разобрать, менял он свой костюм или нет (менял, конечно же, но кому это интересно, когда все взоры были устремлены на его спутницу). А Рей… Рей была прекрасна. Ее волосы мягкими небрежными волнами ниспадали с плеч, скрывая нервно сведенные лопатки. Ее платье, ярко-красное и переливающееся, хоть и имело в своем фасоне отсылки к традиционной местной одежде, возможно, чуть сильнее открывало взору плечи и декольте, но это компенсировалось струящейся до самого пола юбкой. Пока они с Беном летели сюда в спидере из отеля, наряд Рей скрывал наглухо запахнутый плащ, поэтому девушка надеялась, что ее эффектный наряд произведет на жениха должное впечатление. И ожидания девушки оправдались. Когда стоявший за ее спиной телохранитель подхватил белый плащ королевы, который та сбросила легким движением, Кайло, уставившись в вырез ее платья, застыл как вкопанный. Из украшений, которые могли бы так поразить Верховного Лидера, на Рей ничего не было: на ее шее висел небольшой кулон на тонкой цепочке, подаренный, естественно, дедом, поэтому немой восторг Бена девушка восприняла лично на свой счет. Да, декольте было непривычно глубоким, и Рей чувствовала некоторую неловкость из-за этого, но эффект, произведенный на жениха, компенсировал все неудобства. Она невольно усмехнулась. Мужчины все-таки действительно примитивные существа (как ей когда-то говорило Кольцо): чуть меньше загадочности и полунамеков, но чуть больше откровенного призыва, и вот он твой. Кайло улыбнулся, предлагая ей руку. И вновь они говорили речи, почти ослепнув от направленных на них софитов и вспышек голокамер, позировали перед приглашенной на прием прессой поочередно с каждым из высоких гостей бала. И вдруг Рей заметила, что ее любимый… волнуется. Она очень хорошо его изучила – он всегда начинал припадать на правую ногу, когда чувствовал себя неловко, не в своей тарелке, что ли. Девушка не знала, с чем это было связано, то есть, почему именно так выражалось его волнение. То ли Рен внезапно начинал испытывать фантомные боли от старого ранения, то ли у него действительно что-то начинало болеть, но она, наблюдая за ним, точно усвоила: если хромает, значит, очень сильно смущен. Когда он кусал или сжимал плотно губы, или грыз щеку изнутри – это могло означать что угодно, но зачастую то, что Бен в этот момент испытывал какие-то сильные эмоции, причем диапазон их был настолько широк, а проявление настолько однотипным, что Рей никогда бы не рискнула предполагать, что же конкретно на данный момент переживает Верховный Лидер, но хромота… Это однозначно было смущение. Объективных причин для такой реакции, вроде бы, не было, и Рей чуть пристальнее прислушалась к сигналам Силы – на всякий случай. Но Сила тоже молчала. И даже Кольцо, на удивление, не подливало масло в огонь. Девушка боялась в это поверить, но, скорее всего, Бен так разволновался из-за нее! Теперь уже нервно улыбнулась она и скосила взгляд на стоящего рядом жениха. Заметив это, он тоже повернул голову в ее сторону. Больше всего на свете она хотела разглядеть в его бездонных глазах подтверждение своей догадки, но тут раздались первые аккорды музыки. Начинался бал, который Диада должна была открыть. Кайло вновь подал Рей руку, увлекая ее на центр огромного танцпола. Многочисленные гости организовали вокруг них широкий круг. Надо сказать, что Рей выучилась танцевать только недавно под руководством своей наставницы в делах джедайских и шпионских - Леи Органы, а потом совершенствовала свои навыки с помощью танцмейстеров, нанятых дедом, и вроде бы, у нее даже получалось, но все равно занятие это было для нее чем-то искусственным, чужеродным. А вот Бен чувствовал себя в танце как рыба в воде. Скорее всего, она была слишком напряжена, поэтому ее партнер склонился почти к самому ее уху и прошептал: - Расслабься, ничего страшного не происходит. И ты… Он на секунду замолчал. А она так хотела услышать от него «Ты прекрасна!» - Ты прекрасно справляешься! Ну что, покажем им класс? Они же жаждут зрелища! Что-то хищное мелькнуло в его глазах, и азарт этот мгновенно передался Рей. Она лукаво улыбнулась ситху в знак одобрения. Ее нерешительность как рукой сняло. Да что, в конце концов, она зря, что ли, так много тренировалась, проводя в танцзалах со своими руководителями времени едва ли не больше, чем упражняясь со световым мечом?! Не в ее правилах было пасовать перед проблемой. Любой. А это была не проблема даже, а ее собственная неуверенность в себе, совершенно неуместная после ее такого яркого дипломатического триумфа. И Бен сегодня был каким-то… другим. Он так смотрел на нее, как никогда раньше, и потом это его волнение… Нет-нет-нет! Нельзя было перед ним ударить в грязь лицом! Никак нельзя было упускать такое близкое счастье! Она сначала неуверенно, но потом все более смело следовала за Беном, а под конец он так закружил ее, что блеск драгоценностей и нарядов гостей в глазах девушки слились в какую-то сияющую мешанину. Но как же хорошо ей было! Да, сейчас на нее были устремлены взгляды всех гостей бала, а благодаря журналистам, миллионы и даже миллиарды глаз по всей галактике, но ей был важен только один взгляд, только один. И ей хотелось, чтобы музыка не прекращалась, исполнители на сцене так и пели бы про любовь, а танец длился и длился, и они бы так и кружились в нем до бесконечности, а Бен смотрел бы на нее, не отрываясь… Но все заканчивается. Закончился бал, подошла к концу их тяжелая, но вместе с тем приятная миссия, в течение которой они с Беном так сблизились. В спидере он опять сидел с ней на почтительном расстоянии, но пока летели в свой отель, они все время разговаривали, делились впечатлениями, подшучивали друг над другом. Их вечер пока еще длился. Но впереди была ночь. Последняя ночь на Брентаале, где они были вдалеке от пристального внимания дедушки. Они вместе поднялись в лифте на свой уровень и двинулись вдоль по коридору, в конце которого друг напротив друга располагались их отдельные номера. И чем ближе они подходили к ним, тем медленнее был их шаг, тем тише разговоры. Оказавшись напротив своих дверей, Рей и Кайло остановились в нерешительности. За все время их общения Рей прилагала немало усилий, чтобы Бен был с ней. Она порой настолько откровенно предлагала себя ему, что даже стыдно было об этом вспоминать. Она безумно хотела близости с ним, но не хотела больше унижений. Поняв, что не сможет прямо смотреть ему в глаза и не поддаться захлестывающим эмоциям, Рей потупила взор. - Спасибо за прекрасный вечер, Бен. Спокойной ночи. Он почему-то не отвечал ей, и тогда она, уже открывая дверь в свой номер, решилась через плечо взглянуть на него. А он даже и не думал идти к себе, а стоял и смотрел на нее, как будто дожидаясь приглашения. Но она не стала ему ничего говорить – в конце концов, Бен прекрасно знал, чего она хотела, ведь все ее мысли и чувства были перед ним как на ладони. Поэтому Рей, с трудом отведя взгляд от любимых глаз, толкнула дверь и скользнула в темную прихожую. В следующую секунду Кайло перешагнул порог следом за ней…