Лошади Росскетила

Ривай какое-то время жил как нормальный человек. Конюшни он обходил за километр и заходил туда только тогда, когда самому надо было вывести Козла на плац для тренировочного построения. Руки держал поверх одеяла. Но даже при таком редком контакте смесь запахов свежего лошадиного пота, навоза и влажного сена возбуждали в нем воспоминания о своей провалившейся разведке. Иногда его отпускало, и он с немым стыдом задавал себе один и тот же вопрос: «Ну откуда, откуда это во мне?» Это было похоже на какое-то долгоиграющее помутнение, от него не было никакого спасения... как и желания спасаться. В один такой приступ, он сдался и выдернул Рохуса прямо на общей тренировке. Тот как раз сидел вдали от своей обычной компании (полузнакомые ему два парня с девушкой) и отдыхал перед тем как приступить к упражнениям в воздухе. — Надо поговорить. — А-а, здравствуйте, — вяло сказал Рохус, сощуриваясь на него и пытаясь посмотреть прямо в лицо. Он начал вставать, чтобы поздороваться по уставу, но Ривай отмахнулся. — Не надо, это не для этого разговора. — Все равно отойдем, ладно? Вы притягиваете внимание людей, — сказал он и ткнул куда-то за его спину. Ривай обернулся, но не заметил, чтобы на них кто-то смотрел. Наоборот, он видел только затылки… быстро отворачивающихся солдат. Пожалуй, Рохус был прав. Кто-то стремительно тупеет на глазах, раз думает, что сунуться в полдень на плац ради обмена секретами — хорошая идея. Они отошли к хранилищу с тренировочным инвентарем и, встав с теневой стороны, наконец-то уединились. Ривай с одной стороны чувствовал себя как провинившийся ребенок, а с другой ему было совершенно наплевать, кто и где следил за его передвижениями, лишь бы сейчас под руку не лезли. — Ну что, согласны вы или нет? — Согласен, — не раздумывая выпалил Ривай. — И на мое условие? — Согласен. Удовлетворенный услышанным Рохус чуть округлил глаза и расплылся в улыбке. Он прыснул. — Что? — У вас лицо такое… звериносерьезное было, когда вы это сказали, — он помахал перед собой руками, — без обид, просто замечание. — Ха. Ха, — припечатал Ривай, чувствуя необычную теплоту в щеках. — Что в этом смешного? — Ничего-ничего, я просто люблю деловых людей. Он с усталым вздохом прижался спиной к стене сарая и начал говорить: — Есть одна заброшенная конюшня, она принадлежит Разведывательному корпусу. Вы не застали, но наверняка слышали, что лет шесть назад новый штаб начал объединять вокруг себя все остальные мелкие отделения. В результате осталось много зданий, которые пришлось просто закрыть. Среди них есть одна пустая конюшня у леса. Ривай силился вспомнить, что это за бесхозное здание такое, но безуспешно. — И где это? Рохус скрестил руки на груди и нахмурился, вспоминая детали. — Рядом с городом Гибтар, это в трех-четырех часах езды от Троста — смотря какая лошадь. — Он помолчал и, расплывшись в улыбке, заметил: — Живописное местечко. Живописное, не живописное — да какая разница? Тут главное, чтобы их никто не заметил. — Когда у вас увольнение? У меня на этой неделе, а вы как? — Увольнение? — переспросил Ривай. Он никогда не отпрашивался, только предупреждал Эрвина о том, что выходит в город. Правда, желание уходить у него возникало редко. — Наверное, на следующей, когда будет День урожая. Но я думаю, что смогу на этой… Что опять? — Хорошо быть офицерским составом, — покачал себе головой Рохус, поджимая губы. — Сам выбираешь, когда у тебя выходной… Он мечтательно прикрыл глаза, явно думая о мясных рульках, отдельных комнатах и прочих привилегиях дослужившихся военных, на что Ривай только хмыкнул: — Нет-нет. Хорошо быть сильнейшим солдатом человечества. Вот он точно решает, в какой день месяца он может устроить себе выходной, — он замолчал, на секунду призадумавшись о том, почему Рохус еще рядовой. Они знакомы давно, и тот постоянно торчал в конюшне, при этом неплохо справляясь с регулярными выездами за Марию (а теперь и Розу). Странно! — Кстати, а почему ты до сих пор ходишь в солдатах? С плаца послышался свисток, обозначивший конец перерыва. Рохус даже не моргнул и никак не отреагировал на сигнал, только почесал шею. — Ну-у, не хочу иметь один выходной в три месяца, может быть? А если серьезно, то я, скорее, из тех, кто просто живет в разведке и изредка выходит погулять за Стены. — Это ответ из какого года? У нас только что было десять экспедиций летом, и две — весной. Тот с поддельной печалью вздохнул. — Да, теперь приходится выходить почаще. Но мне не в тягость. Странный, странный человек. Ривай присмотрелся к нему, будто увидел впервые — мужчина лет за тридцать, среднего роста, крепкий, даже коренастый. Не красавец, но и не урод, нос переломан, а на подбородке есть несерьезная ямочка. Что может говорить эта внешность? «Что так выглядит человек, который ебется с лошадьми?» — проговорил про себя Ривай, но глаза его видели только то, что мужчина привык работать и уместнее он смотрелся бы на ферме. Или это все ему лишь кажется? Ощутив, что его лицо разглядывают, Рохус наконец-то смутился, и отлип от стенки. — Капитан Ривай, давайте договорим позже? Мне еще с УПМ возиться. — Да. То есть ладно, я возьму увольнительный и мы посмотрим, что будет дальше. Рохус сдержанно улыбнулся ему на прощанье и спешно ушел обратно. Ривай еще некоторое время наблюдал за тем, как он быстро надевает униформу, ловко застегивает ремни, и сам пошел по делам.