Старшая сестричка Тейлор

      Герои и злодеи. Непримиримые противники, сражающиеся на потеху публике, соблюдая неписанные правила. Их ключевым различием был подход к тому, как следовало использовать свои способности. Не ради мифического «добра» или «зла» — нет, такие пафосные заявления оставьте подросткам — или тем, кто умственно застрял на их уровне развития. На самом деле, чаще всего напуганное и эгоистичное общество клеймило злодеями тех, кто всего лишь принимал решение использовать обретённые через страдание суперсилы исключительно на благо самим себе, не считаясь более с законами альтруизма. Полные чудовища, сознательно избравшие путь разрушения, были большой редкостью — иначе государства как таковые давно бы перестали существовать. Герои же, нацепив белые плащи, посвящали свои жизни игре в служение народу, ровно в той мере, как того от них требовали лидеры мнений и политики — не меньше, но и не больше. Их незначительные и пустые достижения, подаваемые с нужного ракурса под раскаты бахвальства ни на минуту не замолкающей пиар-машины, с лёгкостью затмевали в глазах обывателей успехи так называемых «мстителей в масках», настоящих героев, которым для того, чтобы совершить нечто действительно значимое, приходилось вставать вне закона.       Но случались дни, когда всем участникам этой безумной пьесы, полной поистине театральных условностей, приходилось отбросить навязанные им роли и они вставали рука об руку на бой насмерть. В сражении против настоящего, истинного зла, воплощённого стремления к хаосу, нельзя было победить иначе. Когда они приходили, не оставалось непричастных, невозможно было просто отсидеться – лишь принять бой или бежать, оставляя за спиной обречённые города. У этих созданий, чудовищных даже по меркам мира, населённого парящими в небесах людьми, было своё название.       Губители.       Три огромных монстра, что каждые несколько месяцев приходили в места, где они могли нанести наибольший вред, и стирали их в пыль. При взгляде на последствия их действий — сотни тысяч человеческих жертв и миллиарды долларов экономического ущерба, — становилось хорошо понятно, насколько глупо было называть обычных преступников со сверхспособностями «злодеями». В подавляющем большинстве из них не было ничего по-настоящему злого, лишь обычная человеческая порочность, круговорот ненависти, который существовал тысячи лет до этого и без изрыгающих огонь драконов и призывающих стальные клинки шаманов. Но когда в привычный, казалось бы, к жестокости мир людей вторглись Губители и начали собирать свою кровавую жатву, без какой-либо причины и цели, воплощая собой чистое стремление к разрушению, замкнутое лишь на себя само – это не было похоже ни на что, с чем наш вид сталкивался прежде. Больше, чем звериная жестокость — звери убивали всего лишь ради пропитания и выживания. Больше, чем стихийное бедствие – природные катаклизмы были неразборчивы и беспристрастны. Губителям ничего не требовалось, но они раз за разом били в самые чувствительные точки, словно бы наслаждаясь причиняемыми страданиями. Словно бы они существовали с единственной целью.       Медленно, но верно, уничтожить саму цивилизацию.       И одно из этих чудовищ прямо сейчас направлялось в Броктон-Бей. Город, который стал домом для Старшей Сестры — загадочной девушки, ломавшей стереотипы о кейпах, события вокруг которой всегда принимали неожиданный оборот. Здесь определённо было чему пойти не по привычному сценарию.       За окном высотного здания «Галереи Форсберг», в которой проходил устроенный Протекторатом и мэрией благотворительный вечер, раздавался оглушительный вой сирен. Будучи включёнными, системы оповещения об атаке не прекращали разносить над дремлющим в сумраке городом этот пронзительный звук даже на мгновение, словно твёрдо намеревались разбудить всех и каждого в округе.       И, вообще-то, именно для этого их такими и сделали.       Сирены Губителей, что были установлены в этот жестокий век на Земле Бет в каждом городе, отличались от обычных сигналов гражданской опасности и предназначались для того, чтобы донести до каждого жителя одну простую мысль: бегите. Бросайте всё и бегите, спасайтесь, если хотите жить. Беда пришла в ваш дом и не получится отсидеться за его стенами в надежде, что она обойдёт стороной. Апокалиптический монстр уже стоит на вашем пороге, и доносящийся из массивных репродукторов вой являлся лишь предвестником дыхания самой смерти.       Для паралюдей же, отмеченных по воле судьбы меткой силы, этот сигнал означал нечто совершенно иное. Отбросьте дрязги, возьмите в руки оружие и выступайте. Потому что сегодня вы — единственная надежда на выживание ваших сограждан. Неважно, кто они для вас — подопечные, которых вы дали клятву защищать, или всего лишь стадо, которое приятно запугивать и стричь. Не важно, любите ли вы их или презираете и любят или презирают они вас. Важным в день беды оставался лишь один простой факт. Если Губитель победит, то проиграют все.       — Левиафан приближается к побережью. При сохранении текущего курса и скорости он будет здесь через три с половиной часа. Спасибо нашей с Дракон новой системе раннего оповещения — это первый раз, когда нам удаётся засечь его настолько заранее, — голос Оружейника, как и всегда, был сух и лишён примеси эмоций. И уж совершенно точно в нём не было и малейшей примеси паники. В своей броне, пусть и облегчённой, он казался живой крепостью, сторожевой башней спокойствия и собранности посреди этого безумного мира, полного беспорядочной жестокости.       — Отличная работа, — коротко похвалила героя Александрия, что также присутствовала на вечере в своём неизменном чёрном костюме с плащом, — я думаю, вы все знаете, что делать. Героев попрошу не расходиться, а гражданских — очистить помещение.       Жаркий, пропахший запахом множества одеколонов воздух зала сотрясся от низкого гула испуганного бормотания и перешёптываний, и гости города принялись покидать прерванное сиреной мероприятие. Тугие кошельки никак не помогли бы им сейчас, но железная самодисциплина и хорошее воспитание прилагались к их положению в обществе — да и кто бы стал поднимать шум в месте, полном высококлассных героев? — так что бизнесмены и меценаты вели себя на удивление прилично и даже умудрились не создать столпотворения — благо, чтобы суметь устроить его в широких коридорах Галереи, нужно было сильно постараться. Строгие тёмные пиджаки мужчин и яркие, богато украшенные платья женщин, обеспокоенно покидающих помещение, создавали забавный пёстрый контраст, напоминающий сверкание калейдоскопа. Александрии подумалось, что так они выглядят, словно следуют принятому среди паралюдей разделению на цветастых «героев» и готичных «злодеев». Уже совсем скоро и тем, и другим предстояло столкнуться в смертельном бою с монстром, который в своё время затопил канадский остров Ньюфаундленд, а после него и японский Кюсю. Прямо сейчас силы были, мягко говоря, неравны.       — Твою мать… — беззлобно, скорее просто как-то устало выдохнула Кэрол Даллон, запуская руку в сумочку. — Я, возможно, не доживу до утра, так что — Сара, дети, простите. Я закурю.       — Здесь не за что извиняться, — успокоил её незнакомый женский голос, мягким прибоем стелющийся в духоте зала. Повернувшись, героиня из Новой Волны увидела, что к ней незаметно подкралась та девушка, которая недавно закружила в танце её дочь Эми. Кадриль оказалась неожиданно красива — даже Кэрол не могла этого не признать. Чёрт, а она ведь даже не учила эту девчонку танцевать! Но партнёрша так уверенно её повела, что не оставила и шанса ошибиться. Конечно, сам факт того, что незнакомка пригласила к себе в пару другую девушку, был довольно странным. Да и её крепкие плечи и спортивная фигура, проглядывающая под платьем цвета морской волны, наводили на мысли определённого толка. Но, в конце концов, сегодняшнее общество было весьма терпимо к такого рода вещам, особенно после появления Легенды, так что и Кэрол со своим высоким положением старалась соответствовать тенденциям толерантности. А вот то, что незнакомка решила, что фраза «гражданские на выход, кейпам остаться» к ней не относится, раздражало. У героев не было времени разбираться с каждой дурой, которая решит, что рядом с ними безопасней.       Словно прочитав её мысли по нахмурившемуся лицу, странная девушка тряхнула головой, отбрасывая со лба прядь платиновых волос, и улыбнулась. Протянув сложенную щепотью ладонь женщине, которая уже успела достать сигарету из припрятанного на подобный случай портсигара, она щёлкнула пальцами.       Над изящным указательным пальцем, украшенным хитрым маникюром, расцвёл миниатюрный факел пламени, похожий на огонь выкрученной на максимальную мощность зажигалки «Зиппо».       — О, так ты кейп, — удивлённо протянула Кэрол и с благодарностью приняла подношение, после чего как следует затянулась. Её собеседница не высказала никакого беспокойства по поводу сигаретного дыма. — И не скрываешь лицо. Новенькая?       — Ну, технически, я последняя на данный момент, кто получил триггер в этом городе... Не считая того парнишки, Колесничего. Я пару раз видела, как он носится по городу.       — Уже выбрала имя?       — О… — улыбка девушки растянулась ещё шире, неестественно широко, почти что от уха до уха. — Но Вы уже знаете моё имя.       В наступившей вдруг в зале тишине это заявление прозвучало неожиданно громко. Кейпы вокруг резко напряглись, словно все уже осознали правду, но боялись произнести её вслух.       Отвесив быстрый, но изящный поклон, прежде чем кто-то опомнился, странная гостья сделала две вещи. Первое — с хрустом потянулась, и её тело вдруг как-то резко потеряло в объёме, превращаясь из спортивного в очень худое. Её красивое платье из-за такой метаморфозы тут же съёжилось и пошло складками, отражая всю разницу в телосложении. Она словно потеряла пару лет возраста, глаза стали похожи на два бездонных тёмных блюдца, вены вздулись и почернели, а лишняя масса опала невесомыми хлопьями, взметнувшимися к потолку. И второе — бросив быстрый взгляд в окно, она исчезла с глухим хлопком, окончательно обратившись облаком чёрного пепла.       — Вот дерьмо! — в сердцах выругалась Виктория Даллон, рефлекторно отступив на шаг от того места, где секунду назад стояла самая опасная кейп в городе, что только что так мило и непринуждённо танцевала с её сестрой и дала прикурить её матери. Вышеупомянутая мать, застывшая с полуприкрытым ртом, из которого грозила выпасть сигарета, даже не попыталась упрекнуть дочь в сквернословии — с учётом обстоятельств, вольность была более чем уместной.       — Как эта ШТУКА сюда попала?! — продолжила накручивать себя Слава, повышая голос.       — Об этом ещё будет время подумать завтра, — резко одёрнул начавшую было бушевать девушку Оружейник. Тягучее молчание, повисшее в воздухе после этой фразы, было красноречивей любых слов. Завтра наступит не для всех — каждому кейпу было известно, что по статистике в лучшем случае половина из присутствующих сумеет пережить эту ночь.       — Вам сюда нельзя! — боец СКП, охранявший вход в здание небольшой больницы на окраине Броктон-Бей, вскинул винтовку, преграждая путь Старшей Сестре, появившейся в своём неповторимом стиле на другой стороне улицы и теперь приближавшейся к дверям. Именно в этом учреждении было решено устроить госпиталь на время нападения Левиафана, на что были свои причины. Конечно, «Броктон-Бей Централ» или «Башня Медхолл» были куда крупнее, обладали лучшим оснащением и даже имели кое-какие средства обороны. Но против всесокрушающей силы Левиафана защитные двери и бронированные окна всё равно помогли бы не более, чем зонтик от цунами. У этого же здания имелся другой ситуативный плюс — оно находилось в противоположной от побережья стороне города, так что подразумевалось, что от бушующей стихии его защитит расстояние — хотя бы на первое время. Множество медицинских специалистов и крайне немногочисленные кейпы с исцеляющими способностями уже собрались внутри; для развёртывания соответствующего требованиям ситуации госпиталя активно использовался служебный транспорт СКП и Медхолл, реквизированные полицией частные грузовые автомобили и услуги Движков, способных переносить достаточный вес. Все эти люди были профессионалами своего дела и паники среди них не было — лишь мрачная решимость и желание исполнить свой долг до конца.       Впрочем, смелость солдата, который пытался остановить опасного кейпа, уже известную тем, что не щадит простых людей, тянула больше на самоубийственную глупость. Но в душе он понимал, что, даже если она его прикончит, так он сумеет выиграть драгоценным целителям хотя бы несколько лишних минут — и тем самым может спасти и их, и тех, кому ещё предстояло сегодня оказаться в руках медиков.       Издав гулкий вздох, резонировавший в её большом железном шлеме, Старшая Сестра опустила на асфальт между ними пузатый, тяжёлый даже на вид сундук, который левитировала с ближайшей крыши, захватив с помощью телекинеза. Изготовленный из белого металла, он немного напоминал горизонтальную версию крупного холодильника. А вот знающий человек без труда бы опознал в нём герметичный контейнер для хранения медицинского оборудования, используемый корпорацией «Медхолл» для перевозок крупных партий требовательных медикаментов.       — Боец, — с раздражением протянула девушка, — я нахожусь здесь в рамках перемирия Губителей. У меня с собой Технарское оборудование, которое может спасти сегодня множество жизней. Твоё смятение понятно, но ты правда хочешь помешать ему попасть внутрь? Готов взять на себя ответственность за смерти людей, которых не успеют вовремя исцелить? Не бойся, я сегодня кусаю только чудовищ. С каждым сказанным словом её тон становился всё более и более холодным, словно вода при погружении на глубину. Мужчина не нашёл, что ответить под пристальным хищным взглядом резко покрасневшего иллюминатора, напоминавшего голодный птичий глаз. Мигнув, подсветка на шлеме Старшей Сестры сменилась обратно на менее тревожную, хотя и всё ещё пробирающую до мурашек жёлтую, и Технарь вновь подняла контейнер в воздух и проследовала внутрь. Пролетая мимо, железный ящик слегка задел плечо замершего с оружием в руках бойца СКП, но тот никак не отреагировал, лишь в нерешительности опустил винтовку и отошёл в сторону, доложив о происшествии по рации. Теперь, если она вдруг начнет буянить, на пути убийцы могут встать только герои. Но в преддверии атаки Губителя это, согласно инструкциям, был допустимый риск. Где-то вдалеке на горизонте прозвучал первый раскат грома.       Уверенно ступая вперёд, девушка проследовала в переоборудованный под приёмный покой актовый зал — сегодня ожидался наплыв посетителей, для которого окраинная больница была подготовлена не слишком хорошо. Медсёстры и врачи спешно убирались с пути жуткого кейпа, да и желающих быть сбитыми с ног тяжёлым контейнером не находилось — а Старшая Сестра не была с ним слишком аккуратна. Наконец, остановившись сбоку от входа в помещение и опустив свой груз на пол, Технарь огляделась, высматривая кого-нибудь, кто мог принимать решения. И действительно, к ней уже приближался пожилой доктор в сопровождении ещё одного бойца СКП. В связи с чрезвычайным положением боец был вооружён настоящим летальным оружием… которое не больно-то помогало против утопленницы даже в те времена, когда она ещё не начала собирать способности. Всего лишь иллюзия безопасности — прямо как и сами стены здания, не способные даже серьёзно задержать Левиафана, если он вдруг решит ворваться сюда. Впрочем, простым людям этот обман был необходим, чтобы продолжать действовать уверенно — а значит, более продуктивно, — и Старшая Сестра это хорошо понимала.       — Мисс, — смелости доктора, обратившегося к ней в таком тоне, тоже можно было только позавидовать, — я вынужден попросить вас покинуть помещение, если, конечно, Вы не являетесь целителем.       Вместо ответа девушка щёлкнула замком медицинского контейнера и открыла крышку, продемонстрировав ему содержимое. Внутри оказалось множество белых жестяных коробок размером с крупную мужскую ладонь, на каждую из которых была тщательно нанесена надпись «Аптечка первой помощи» и символ кадуцея.       — Считайте это моим долговременным вложением. В каждой аптечке содержится ткань, пропитанная субстратом с универсальными стволовыми клетками, способными вылечить любую травму. Единственное требование — это чтобы человек был ещё жив. Распорядитесь ими мудро.       Высказав всё, что посчитала нужным, девушка развернулась обратно и пошла к выходу. Старый врач не стал её задерживать, вместо этого потянувшись к одной из «аптечек», чтобы лично осмотреть содержимое. Но уже у самых дверей Технаря окликнул знакомый голос.       — Подожди!       Обернувшись, Старшая Сестра увидела, что её нагоняет Панацея, смотревшаяся в своём привычном белом балахоне здесь удивительно уместно, в отличие от собственного скафандра Тейлор. Капюшон целительница сняла, так что кудряшки её каштановых волос забавно колыхались от быстрого шага.       — Привет, Эми. Как рука?       — Опухолей не образовалось, воспаления или некроза — тоже. Даже клешни или щупальца не выросло. Если честно, я несколько разочарована.       — Всегда пожалуйста.       Панацея поморщилась.       — Старшая Сестра, ведь так ты себя называешь? Зачем ты это сделала?       Её собеседница удивлённо наклонила голову на бок.       — Ты ведь пострадала от рук моего Папочки. Я просто исправила причинённый ущерб.       Целительница лишь отмахнулась.       — Нет, не это! То есть, и это тоже. Но я имела в виду, — она понизила голос, — танец.       — Потому что я считаю, что ты очень милая девушка, Эми. И тебе стоит отдыхать хоть иногда. Если мои аптечки хорошо себя покажут сегодня — а они, поверь, покажут, — у тебя наконец-то может появиться свободное время. Так что подумай, на что бы ты хотела его потратить. И обязательно выживи, ладно?       Оставив замолчавшую и нахмурившуюся в задумчивости девушку, Старшая Сестра быстро покинула здание больницы и, едва заметно кивнув всё так же стоявшему на входе охраннику, телепортировалась прочь. Ей предстояло ещё много работы.       Быстро пересекая городские улицы в том направлении, где, как она узнала из полученной от случайного бойца СКП листовки, находилась точка сбора кейпов, наша героиня оглядывалась по сторонам, поражаясь тому, в каком же хаосе находился город. В отличие от уже встреченных ей солдат и врачей, суровых профессионалов, или даже богатеев со званого вечера, обычные люди совершенно не стремились придерживаться хоть какого-то порядка эвакуации, пусть даже он и был бы им всем только на пользу. Охваченные страхом и отчаянием, паникующие люди не обращали внимания на девушку в костюме, которая двигалась наперерез толпе. К счастью, сила телепорта и нечеловеческая ловкость позволяли ей избегать самой страшной давки, а наиболее крупные скопления людей и вовсе огибать, прыгая по крышам. Но внутри она содрогалась от мысли, что Губитель ещё даже не появился, а это столпотворение уже наверняка унесло десятки жизней.       Откуда-то с улицы под ней раздались крики — тяжело нагруженная машина застряла посреди дороги и людской поток уткнулся в неё, шатая и грозя перевернуть. Согласно правилам эвакуации при атаке одного из чудовищ, людям было запрещено брать с собой что-либо, кроме документов, денег, нескольких бутылок питьевой воды и минимального запаса личных вещей. Видимо, как обычно, среди горожан нашлись те, кто посчитал себя «избранными» и решил, что правила им не указ — и теперь они поплатились за свою наглость и глупость. Но вместе с ними кровавую цену платили и те, кто теперь по чужой вине не успеет добраться до Убежищ или хотя бы окраин, а то и вовсе умрёт, задавленный и растоптанный паникующим стадом.       Позволив себе минутную заминку, Старшая Сестра направила ладонь на перегородивший улицу автомобиль и в одно движение закинула его на крышу небольшого дома усилием воли. Перепуганные люди, может, и хотели бы отпрянуть от внезапно образовавшегося пустого пространства, но, подталкиваемые сзади, были вынуждены быстро возобновить движение. Несколько из них упали. Пожав плечами, кейп прицелилась и перенеслась на следующую крышу, находившуюся на противоположном конце улицы. Она не могла тратить время, пытаясь спасти всех — если она опоздает из-за этого к началу, погибнет куда больше. И в первую очередь те, кто был гораздо ценнее обычного сброда.       Имея хорошую точку обзора, Старшая Сестра могла телепортироваться через целые кварталы, за секунды покрывая расстояние в сотни метров. С быстрым перемещением проблем не было. Даже с тем, чтобы убедить себя закрыть глаза на чужие страдания, проблем было не то чтобы много — «падающего толкни», и всё такое. Но они были, и серьёзные, с желанием попадать туда, куда она направлялась.       Тейлор было страшно.       Может показаться странным, что такое существо, как она — и у неё самой-то уже язык не поворачивался называть себя вполне «человеком» — могло чего-то бояться. Та, кто без капли страха убила Они Ли и без тени сожалений вырезала десятки людей, искореняя Барыг; та, кто, не раздумывая, бросила вызов Луну — и вышла из боя с ним победителем. Ну, со второго раза и при поддержке других паралюдей, но всё же это был факт, которого не могли не признавать даже её враги. Старшая Сестра казалась созданием невероятно самоуверенным, да к тому же способным подкреплять своё высокое эго не менее выдающимися делами. Такими, что одни слухи о ней уже вызвали трепет.       Заключенная в старомодный водолазный костюм, зловещая Технарь видела угрозу и, издав боевой клич, бросалась в бой, без капли сомнений рассчитывая на свою силу и крепкое плечо Большого Папочки. Но вот что касалось самой Тейлор Эберт внутри этого панциря… чуть не погибнув от зубов дракона, она крепко осознала собственную смертность. Каждый Бугай, что умирал в схватке, находил свой конец, переоценив свою живучесть и нарвавшись на противника сильнее себя. Девушке не хотелось становиться ещё одной цифрой в этой статистике. Но также ей хотелось помочь этому городу, в котором она родилась и выросла. Сделать его лучше. Спасти его. И именно поэтому она раз за разом надевала шлем, становилась Сестрой и рвалась в бой. Именно поэтому сегодня она собиралась выступить против врага, превышающего не только её собственную весовую категорию, но и все существующие вместе взятые. Ради себя, ради Папы и ради всех, кто ещё не сгнил и не сгинул.       Сорвавшись с очередной крыши, кейп совершила головокружительный кульбит в воздухе и приземлилась за ограждением, отставив одну ногу в сторону. Кивнув вытянувшимся по стойке «смирно» бойцам СКП, застывшим в оцеплении, она проследовала внутрь большого кирпичного здания, стоявшего почти у самого побережья. Здесь уже собрались все городские кейпы и герои из других мест, откликнувшиеся на призыв о помощи. Не хватало только её, и именно это Старшая Сестра собиралась исправить. Для начала.       Пройдя через распахнутые стальные двери, девушка вошла в вестибюль, уже битком набитый паралюдьми. Её взгляд сразу выделил Легенду в его синем обтягивающем костюме с белым узором, напоминавшим что-то среднее между пламенем и молнией. Глава Триумвирата как раз закончил произносить речь, так что в возникшей после его слов тяжёлой напряжённой паузе многие обернулись, чтобы посмотреть, кто ещё пришёл. И не подумав смутиться такому количеству направленных на неё взглядов, Старшая Сестра подошла к ряду складных стульев, установленных напротив импровизированной сцены, на которой сейчас стоял Легенда, и пристроилась рядышком — свободных мест уже не наблюдалось. За панорамным окном вспыхнула молния, осветив десятки разномастных костюмов, а секунду спустя до собравшихся донёсся раскат грома. Грозовой фронт и стена ливня перемещались вместе с Левиафаном в их центре, и они все это знали. Времени оставалось всё меньше.       — Простите за опоздание, — вежливо поздоровалась печально известная кейп. Раздались два глухих хлопка, и рядом с ней возникла ещё пара бронированных фигур. Одна уже была хорошо знакома героям Протектората — Большой Папочка, неизменный спутник девушки. Единственное отличие заключалось в том, что вместо привычного бура сейчас его рука оканчивалась обычной, пусть и огромной, кистью, в которой он держал гранатомёт, похожий на тот, которым Старшая Сестра пользовалась в сражении с Луном. Снаряды для оружия размещались у него на поясе, и ещё больше — в ленте, переброшенной через плечо. Второй же великан, хоть и был похож на первого, имел в своей внешности заметные отличия. На первый взгляд — очередная вариация на тему водолазного костюма из толстой прорезиненной ткани с тяжёлыми, подбитыми свинцом ботинками. Телосложение чуть менее громоздкое, чем у Папочки, но и близко не такое изящно-худое, как у самой Старшей Сестры — ближе к нормальному, пусть и довольно крупному, человеку. Необычней всего выглядел шлем — цилиндрической формы и плоский спереди, он смотрелся, словно неизвестный решил надеть на голову бочонок. На этом «бочонке» светились жёлтым два несимметрично расположенных иллюминатора — один над другим, верхний больше нижнего. С четырёх сторон шлем украшали четыре таких же жёлтых фонаря, образуя крест. Хотя если это тоже были иллюминаторы, выбор места их размещения был очень странным, ведь через них невозможно было что-либо увидеть.       Если, конечно, у существа внутри костюма было всего два нормально расположенных человеческих глаза.       Ещё одной, и, пожалуй, самой бросающейся в глаза отличительной чертой новичка был раструб реактивной установки, закреплённой с помощью системы кожаных ремней на его правом плече. Перевязь с ракетами была перекинута у него через другое плечо, а на поясе под левой рукой висели ещё несколько снарядов, похожих на большие консервные банки.       — Старшая Сестра, — спокойным, уверенным тоном протянул Легенда. Та кивнула.       — Да, это я. Очень приятно познакомиться, жаль, что при таких обстоятельствах. Со мной Большой Папочка и наш новый друг, Грохот.       Среди героев Протектората прокатилась волна шёпота. Они обладали доступом к информации о способностях Сестры, которую их ведомству уже удалось выяснить. Так что новый водолаз мог означать только одно — ещё одного несчастного, которого эта девушка подвергла хирургическим и генным изменениям. Понимала это и вновь хмурящаяся Чистота, стоявшая с Ночью и Туманом возле окна рядом с группой злодеев из Империи 88, но всё же отдельно от них. Неонацисты во главе с самим Кайзером тоже вышли сражаться за город, который считали уже полностью своим. Среди них выделялся Крюковолк, наполовину обросший стальными лезвиями. Довольно оскалившись, он кивнул Старшей Сестре, на что та коротко моргнула подсветкой иллюминатора. Были здесь и Неформалы в полном составе — собаки Суки уже немного подросли, заняв собой целый угол немаленького вестибюля и не сильно уступая в размерах Крюковолку. Сбоку от них притулились Убер и Элит, на сей раз в простом камуфляже и балаклавах. Видимо, даже эта странная парочка понимала, что атака Губителя – не время для игр. Злодеи, герои Протектората, Новая Волна и множество иногородних кейпов — все они собрались сегодня здесь, чтобы дать бой живой стихии. Даже Кукла, известная своим нежеланием участвовать в войнушках кейпов, пришла сюда и стояла сейчас под тенью двух крупных плюшевых зверей, словно отгородившись ими от многочисленных героев и злодеев. И всё же к ней сумела подобраться и о чём-то тихо беседовала девушка-Страж в облегающем костюме с забралом, прикрывающим её глаза, нос и уши. Она носила за спиной большой колчан, полный боеприпасов, похожих на гигантские иглы, и держала в руках массивный осадный арбалет.       И, конечно же, на битву с Губителем прибыл Триумвират в полном составе. Легенда, как уже было сказано, возглавлял оборону, а рядом с местными членами Протектората ярко выделялись костюмы Александрии и Эйдолона. Сильнейший человек на Земле, второй по мощи герой после Сына, носил облегающий сине-зелёный костюм с ниспадающим плащом, а его голову укрывал капюшон. Внутренняя часть этого капюшона и рукавов его брони светилась мягким зелёным светом, а сам воздух вокруг Эйдолона, казалось, потрескивал от исходящей от его тела силы. Мужчина воплощал в себе едва ли не половину всей надежды на то, что действительно массивных разрушений и непоправимых жертв удастся избежать.       Улыбнувшись своим мыслям — а даже её не могло не радовать присутствие рядом сильнейших из героев в такой день, — Старшая Сестра бросила взгляд в сторону местных Стражей. Призрачный Сталкер в её плаще с капюшоном из тёмно-серой ткани в расцветке «городского камуфляжа» и чёрной металлической маске резко дёрнулась и попыталась вжаться в панорамное окно. Остальные подростки выглядели пусть и чуть менее напуганными, но такими же напряжёнными — как и Тейлор, они боялись того, что грядёт, но всё равно вышли на бой за родной город. Со стороны океана вспыхнула ещё одна молния, и секунды спустя донёсся новый оглушительный раскат грома.       Легенда на удивление равнодушно отнёсся к такому радушному и уважительному обращению от жутковатой девушки, известной своей привычкой нанизывать людей на огромную иглу так же легко, как ребёнок — бабочек. Его застывшая восковой маской фирменная улыбка даже не дрогнула, равно как и идеально поставленный командный голос, так и лучащийся располагающей к себе харизмой. Впрочем, сейчас — такой же фальшивой, как и улыбка. Рядом с Губителем никто не мог чувствовать себя действительно спокойно.       — Благодарю за ваше прибытие. Возьмите, пожалуйста, браслеты и обозначьте свою роль в бою.       — Поясните?       — Я объясню, — вызвался Оружейник, поднимаясь со своего места.       Он подошел к девушке, и, не слишком-то мягко схватив её за локоть, отвёл в сторону. На нём была надета массивная силовая броня, очень похожая на ту, в которой он сражался с Луном. Скорее всего, просто та же самая — как помнила Старшая Сестра, в его мастерской на Вышке такая была лишь одна, хотя две недели назад она и немного отличалась.       Оба спутника Сестры молча проследовали за ними и всё так же молча приняли из рук героя браслеты для связи. Умный обруч крепления с лёгкостью сомкнулся на огромном запястье Большого Папочки — в конце концов, бывали кейпы и гораздо крупнее его габаритов. Разве что с идентификацией возникла заминка — прибору требовалось назвать своё имя, так что Старшей Сестре пришлось тут протянуть своим подручным «голос помощи». Покончив с этим, она повернулась к Оружейнику, намереваясь выяснить всё-таки, что именно от неё требуется. Герой был как всегда собран и информативен.       — Прежде всего, браслет. По нему слушаешь, кому нужна немедленная помощь, и посылаешь сигнал, если она понадобится тебе самой. Все сообщения фильтрует программа, написанная Дракон, так что никакой лишней информации тебе не поступит, но если он что-то сообщает — обрати пристальное внимание. Если Левиафана потеряют и он вдруг оказывается перед тобой — ты должна немедленно сообщить остальным ваше с ним местоположение. Это можно сделать вслух или вот этими кнопками.       Дождавшись утвердительного кивка, Оружейник продолжил.       — Теперь, твои действия. Как мы знаем, у тебя есть целый мешок суперсил. Какой ты видишь свою роль в бою против Левиафана?       — Как универсальную, — в голосе девушки явно послышалась улыбка, — смело записывайте меня в Движки, я буду перемещаться по полю боя и переносить других кейпов в нужные места. Эвакуировать раненых в том числе и оказывать им первую помощь. Вы должны быть уже в курсе, что у меня есть средство, которое поднимет на ноги кого угодно, если он ещё жив.       Девушка сделала паузу и положила руки на своих компаньонов.       — Это же, за вычетом первой помощи, относится к Папочке и Грохоту. Папочке, правда, недостаёт инициативы, так что я буду направлять его, а вот Грохот вполне способен действовать самостоятельно.       С шумным вдохом Тейлор повернула иллюминатор ржавого шлема обратно к большому окну, выходившему в сторону океана, где уже в полную мощь развернулся грозовой фронт. По воде гуляли крупные волны, несмотря на то, что сама береговая линия сильно отступила назад, как это обычно бывало перед большими цунами, а чёрные облака то и дело вспыхивали отблесками молний. Вихрь хлестал беспощадными струями ледяной воды по стеклу. С решительным выдохом Старшая Сестра продолжила.       — Но также мы хотим участвовать и непосредственно в бою. Все мы достаточно крепкие Бугаи, не думаю, что мы можем умереть от первой же случайной атаки, даже если мы столкнёмся с этой штукой вплотную. Но я бы предпочла стрельбу с высокой и средней дистанции. Все гранаты, что мы несём… скажем так, относитесь к ним, как к бомбам Бакуды.       Герой невольно отступил на шаг назад, рефлекторно потянувшись к одной из двух Алебард, висевших у него за спиной.       — Откуда они у тебя?       Старшая Сестра любовно погладила руку Грохота, крепко обхватившую рукоять ракетной установки.       — У Грохота много идей насчёт взрывчатки, а у меня остались некоторые трофеи после боя с Бакудой, которые он смог использовать. К тому же мы знаем, какая граната какой эффект даст.       Оружейник сжал в тонкую нить губы, которые его шлем, ещё не загерметизированный, сейчас не прикрывал. У него было много вопросов к этой девушке… Вопросов, на которые та всё равно не собиралась отвечать добровольно. И хорошо бы было как-нибудь задать их ей в более подходящей обстановке, вроде уютной камеры, наподобие той, гостеприимство которой уже оценил Толкач. Пойманный с её, Старшей Сестры, помощью, что было столь же иронично, сколь и раздражающе для тщеславного героя. Но он был не только солдатом на войне с преступностью, но также считал себя хорошим стратегом, так что сдержался от неразумного порыва.       Окончательно от конфликта их спасла Чистота, бесшумно подлетевшая к напряжённым кейпам сбоку.       — Я слышала, что ты сказала про гранаты. Группа мобильных стрелков во главе с Легендой собирается нанести по Левиафану первый удар. В основном, там местные — хотят поднять боевой дух. Желаешь присоединиться?       Старшая Сестра кивнула старой знакомой и пошла за ней, на ходу делая незаметный жест левой рукой. Грохот убрал палец со спускового крючка своего гранатомёта и послушно пошёл вслед за хозяйкой.       Легенда, Чистота, Леди Фотон и Лазер-Шоу парили в воздухе над набережной, и яркое белое сияние бывшей неонацистки освещало как находящихся рядом с ней героев, так и других кейпов, стоявших внизу. В качестве огневого рубежа они выбрали тот самый выдающийся вперёд, в море, небольшой утёс, с которого Старшей Сестре не так давно пришлось улететь в воду в зубах Луна. Здесь как раз заканчивались восстановительные работы после буйства азиатского дракона, но после Левиафана, вероятно, всю Набережную придётся переделывать заново. Ну да, ну да. Строители бы явно не обрадовались тому, что станет с результатом их работы. А может, и наоборот — в Броктоне была вечная нехватка достойных рабочих мест.       Помимо «летающих пушек», вышедших встретить Левиафана приветственным фейерверком, здесь находились ещё несколько кейпов — ну, и приравненных к ним лиц. В первую очередь Старшая Сестра со своей маленькой командой, вскинувшие гранатомёты и высматривавшие врага в океане через мушку прицелов. Жестокий ливень захлестнул берег ещё пять минут назад, и теперь в свинцовой толще воды залива отчётливо виднелась тёмная громада чудовища, плывшего вплотную к поверхности, поднимая огромные тучи белых бурунов среди и так не маленьких волн. Другими же добровольцами оказались Мисс Ополчение, зарядившая в созданную её силой ракетную установку полученные от Старшей Сестры снаряды, и Флешетта, девушка-Страж с большим арбалетом. В последний момент с неба спустились ещё две совершенно непохожие фигуры, вставшие чуть позади. Одна — очень высокая и мускулистая, но при том фактически обнажённая женщина, укрытая лишь сияющими чешуйками силовых полей на её теле. Вторая же — крупный, размером с два грузовика СКП, летательный аппарат, в чьём футуристическом дизайне угадывались черты двуногой рептилии, на сей раз вместо крыльев имевшей простые двигатели вертикального взлета. Нарвал и Дракон, кейпы Гильдии, решили присоединиться к открывающей атаке, как прикрытие для стрелков. Драконий модуль так же выпустил из своего нутра ещё одного кейпа — миниатюрную девушку из делегации Ассоциации Японских Беженцев, прибывшей на благотворительный вечер Протектората. Предполагалось, что после решения проблемы с АПП город станет более привлекательным для легальных переселенцев из азиатских стран, но, увы, беда не пришла одна. Похожая на подростка в костюме, стилизованном под ведьму, она одной рукой опиралась на деревянный посох, а второй придерживала на голове огромную широкополую шляпу, которую пытались унести яростные порывы ветра. В один момент бедная девочка промокла до нитки.       Не защищенный даже силовым полем, шпиль Вышки первый столкнулся с разрушительной мощью чудовища. На самом деле, Левиафан даже не атаковал его напрямую, вместо этого поднырнув под опоры конструкции и проплыв прямо сквозь них, будто они были бесплотным дымом. Прекрасно понимая, что без щита здание не выстоит, за эти три с половиной часа СКП вывезли из него всё, что только было возможно. В каком-то смысле, то, что Губитель явился более, чем на две недели раньше ожидаемого срока, было даже хорошо — успей Оружейник восстановить защитные системы Вышки, к спасению её оборудования могли отнестись более халатно, понадеявшись на Технарское силовое поле. Но теперь было уже поздно думать о том, что могло бы быть. С жалобным скрежетом массив главной достопримечательности Броктона накренился и обрушился в воды залива, чтобы тут же быть подхваченным сверхъестественно мощным течением за спиной монстра и последовать с ним в сторону берега. Вздымался первый вал.       — Пятнадцать секунд до контакта! — Ожили браслеты на руках у артиллеристов-добровольцев.       Легенда и Чистота поднялись повыше, вытянув руки и прицелившись. Остальные ещё раз проверили оружие, а что до японки, имени которой Старшая Сестра не знала, то та лишь пошире расставила ноги и вцепилась обеими руками в посох. Шляпа «ведьмочки» красочно взметнулась в небеса алым мазком, но ей, видимо, было уже всё равно.       Монстр, тем временем, подобрался к мелководью. Добравшись до песчаной косы, он уже не мог нормально плыть из-за своих чудовищных габаритов. Но вместо того, чтобы по-настоящему встать на ноги, Левиафан поднял вместе с собой сам океан, принимая при этом вертикальное положение. Над водой показались мускулистые сгорбленные плечи и круглая голова, на которой слабо светились асиметричные зелёные точки зловещих глаз.       — Ждём! — крикнул Легенда, перекрывая своим голосом шум дождя.       Метр за метром, Губитель неспешно приближался к берегу на своих чудовищных волнах. И вот уже почти всё его десятиметровое тело показалось над водой, из которой монстр вышел по колено, высоко нависнув над приговорённым им городком. Непропорционально широкие плечи и узкий таз делали его корпус похожим на перевёрнутую каплю. Левиафан плыл, стоя на титанической стене воды, изящно, но обманчиво неторопливо извиваясь над ней, словно чудовищная помесь удава с ленивцем. Волна надвигалась, как в замедленной съёмке. Непропорционально длинные руки Губителя размеренно колыхались, задевая когтями воду, но не было похоже, чтобы это его хоть сколь-нибудь волновало. Как, впрочем, и что-либо ещё. Длинный хвост уходил обратно в океан, и из-за знаменитого смертоносного шлейфа, тянущегося за спиной существа, было невозможно понять, где заканчивается тело Левиафана и начинается, собственно, толща воды. Словно он и был океаном — живым воплощением воли морской стихии, безжалостной и неостановимой.       Далеко за спинами героев, над самым центром города, засияла зелёная вспышка, быстро поднимаясь к траурно-чёрным небесам. Словно маяк Надежды, точка ярко вспыхнула, и волна под ногами Губителя внезапно замедлилась ещё сильнее, а затем начала стремительно оседать, опуская ноги чудовища на илистое дно. Левиафан замер, и, казалось, был слегка дезориентирован.       — Огонь! — вскрикнул лидер Протектората и тут же обрушил на остановившегося монстра два сияющих луча, переливавшихся, казалось, всеми существующими цветами сразу. Пара похожих зарядов, только ослепительно белых, ударили из рук Чистоты, внося свой вклад в общее дело; не остались в стороне и Леди Фотон с дочерью. В руках Старшей Сестры и Большого Папочки захлопали гранатомёты, посылая очереди реактивных снарядов в сторону головы чудовища. В жерлах ракетных установок, которыми вооружились Грохот и Мисс Ополчение, вспыхнули языки пламени, и хищные силуэты их ракет добавилась к яростному граду ударов. Модуль Дракон широко раскрыл пасть, выдыхая в сторону океана поток пламени, быстро уменьшившийся до узкого пурпурного луча, который канадка обрушила на противника. Технарский арбалет Флешетты также с глухим щелчком спустил тетиву, посылая массивный болт в сторону замершей цели.       То ли Левиафан не ожидал подобного отпора с самого начала, то ли решил принять удар грудью на пробу, но Губитель не уклонился. Остатки окружавшей его воды тут же испарилась от разрывов первой волны Технарских гранат, а на зелёной шкуре самого монстра аномально высокие температуры сверхъестественных химических реакций образовали чёрные подпалины. Второй и третий залпы накрыли его космическим холодом и вспышками электричества, сделавшими верхние слои плоти хрупкой и ломкой. Ракеты, выпущенные Грохотом и Мисс Ополчение, впечатались в грудь морского чудовища и расцвели чёрными точками, начавшими с силой всасывать окружающую массу. Как только каскад маленьких чёрных дыр схлопнулся, в плечо Губителя врезался пурпурный луч жёсткой энергии, прожигая плоть врага сразу на несколько слоёв вглубь и заставляя его корпус расцвести вспышками новых взрывов. И, не давая существу передышки, в самую середину его развороченной груди вонзился на две трети длины посланный Флешеттой болт, заставив Левиафана оступиться и поднять голову.       Он вновь двинулся вперед, и неуклюже, на первый взгляд, взмахнув лапами, одновременно послал в сторону берега второй вал, увенчанный громадой Вышки. Однако зелёная звезда под небесами над Броктоном вновь засияла ярче, и вода потеряла приданную монструозным гидрокинетиком плотность. Разломанное строение обрушилось на мелководье, унеся с собой часть массы атаки, но на сей раз цунами не исчезло полностью, лишь уменьшившись где-то втрое. Волна с силой ударила по позициям стрелявших кейпов — но, к счастью, четверо летунов не пострадали — до них долетели одни лишь брызги; а остававшихся на земле прикрыла серия сверкающих силовых полей Нарвал, выставленных ей в форме щитов и волнорезов.       От следующего залпа Левиафан попытался отгородиться, подняв перед собой ещё одну стену воды, но лазеры Легенды, Дракон и кейпов Новой Волны, вместе с лучами твёрдого света Чистоты, испарили её, открыв путь для реактивных снарядов. И вновь Технарские гранаты и ракеты врезались в неподатливую плоть Губителя, всё ещё истекавшего густым ихором из многочисленных ран, полученных от предыдущей атаки. Но в этот раз они не взорвались вспышками яростных стихий. Вместо этого на месте разрывов заблестела странная взвесь, игнорируя стену дождя, которая бы сбила обычные химикаты в океан в мгновение ока. В тех местах, где загадочная пыль касалась несокрушимой тёмно-зелёной плоти, структура тела Левиафана начала искажаться, превращаясь в хрупкое тусклое стекло.       С громоподобным хлопком Левиафан резко рванулся назад, выбираясь из смертоносного облака и поднимая вокруг себя всё новые и новые волны, направленные теперь, казалось, во все стороны сразу. С жалобно режущим слух скрежетом и оглушительным хрустом верхняя часть его тела отслаивалось, оставляя позади монстра целые куски шкуры и... мяса? Или что там было у этих штук вместо мяса? Это выглядело так, будто монстр несётся к берегу, постепенно ускоряясь и всё более стремительно сокращая остававшееся расстояние, и одновременно раз за разом линяет. Наконец, с тошнотворным хрустом, что гулким эхом отразился от скал побережья, Губитель сбросил последний остекленевший слой себя. По сути, Левиафан просто-напросто оторвал своё остальное тело от пострадавших частей, став заметно более худощавым и истекая ихором по всей своей поверхности. У него не осталось глаз, но, не обращая внимания на раны, смертельные для любого мыслимого существа, монстр резко остановил свой бег и, словно в ярости, взмахнул хвостом, разбивая стеклянную статую себя, оставшуюся позади него.       В этот момент в дело наконец вступила японка, воздух вокруг которой к этой минуте начал низко гудеть от накопленной ей энергии. Размахнувшись посохом, миниатюрная девушка что-то закричала, и перед ней возникло сияющее огненное кольцо диаметром около двух метров. Ещё секунда — и кольцо выстрелило вперёд ярко-жёлтым потоком энергии, слишком широким для слова «луч». Залп устремился прямо на Губителя… вот только тот не стал снова покорно принимать удар. Вспенив воду вокруг себя, монстр бросился в сторону с такой скоростью, что на секунду превратился в смазанную зелёную тень, а после вовсе пропал из виду. Сияющий поток энергии прошёл мимо и ударил в торчавший на мелководье остов Вышки далеко позади того места, где только что был Левиафан. Взрыв, который вызвало попадание, сделал бы честь любой из бомб Бакуды — большой и яркий, настоящий огненный гриб, взметнувшийся к небесам. На секунду стало светло, как днём, и в этом свете стрелки увидели, как на них надвигается ещё одна пятнадцатиметровая волна.       — Назад! — закричал Легенда, и тут же спикировал вниз, подхватывая «ведьмочку» на руки. К счастью, они были готовы к тому, что Эйдолон с Нарвал могут не успеть перехватить очередную волну, заранее составив план отступления с позиции — неспроста в группу подбирали не только Стрелков, но также и Движков. Старшая Сестра схватила в свои объятия Флешетту и телепортировалась прочь, взорвавшись облаком чёрного пепла, тут же прибитого ливнем к земле. Грохот подхватил Мисс Ополчение и проделал тот же манёвр, что и его хозяйка. Не успели чёрные хлопья раствориться в грязи, как на утёс обрушилась колоссальная масса воды. К счастью героев, лишь модуль Дракон не сумел взлететь достаточно высоко вовремя и теперь лежал, сметённый и перетёртый в металлолом внезапным ударом. Благо в городе было ещё несколько, пусть и с не такими мощными орудиями.       По настоящему плохо было то, что неумолимая волна хлынула дальше, в город, сметая всё на своём пути.       Мутный поток из грязной воды, мусора и целых кусков смытых зданий захлестнул улицы Броктон-Бей, выбивая стёкла домов, вырывая из земли столбы и деревья, переворачивая машины и разбивая их о стены высоток. Судьба же людей, не успевших завершить эвакуацию и застигнутых под открытым небом сверхъестественным селем, была скоротечной и незавидной — подхваченные подчинённой монстром стихией, они оказывались в положении муравья в водовороте. Очень невезучего муравья с переломанным телом. Большинство умирало на месте просто от первого удара стремительной «реки» из грязи и обломков. И, словно этого было мало, на гребне волны в город прибыл её создатель. И он лишь разогревался.       — Панцирник погиб, CC-3. WCM погиб, CC-3. Цикада выбыла, CD-6. Виктор погиб, CD-6. Регент выбыл, СE-4. Ящер выбыл, CE-4. Добрый Сосед погиб, СE-4…       Браслеты защитников Бухты ожили сообщениями о жертвах первого пропущенного удара среди кейпов. Беспорядочный набор номеров и цифр, обозначавших самые различные сектора, подсказывал, что паралюди оказывались убиты и искалечены яростным потоком по всей восточной половине Броктона наравне с не сумевшими укрыться обывателями. Лишь когда вода докатилась до самого центра, Эйдолону наконец удалось свести ответный удар Левиафана на нет и отвести угрозу, но даже так число пострадавших было чудовищным — Губитель сполна расплатился за только что выглядевшую успешной «приветственную» атаку героев. При этом местонахождение огромного, казалось бы, монстра оставалось неизвестным — слишком быстро тот передвигался.       Сразу восемь модулей Дракон поднялись в воздух по всему городу и направились к побережью, чтобы постараться оказать поддержку сильнейшему герою Триумвирата в борьбе с новыми приливными волнами — но это было всё, чем она здесь располагала. Зеленая звезда так же направилась к береговой линии — Эйдолон спешно перебирал новые силы в поисках той, что могла бы помочь против гидрокинеза монстра взамен утратившей эффективность. Один из аппаратов канадского Технаря внезапно оказался сбит, разрезанный пополам невероятно мощной струёй перемешанной с песком воды. Левиафан продолжал наступать. Бил, бежал и снова бил.       Первым его сумела высмотреть летучая камера Элита, тот самый «снитч», который пара злодеев обычно использовала для записи своих видео. Быстрая и хорошо замаскированная, она резво села на хвост начавшему замедляться чудовищу. Даже визуально апокалиптический гидрокинетик уже не был так же худ, как за считанные минуты до этого.       — Левиафан в квадрате CD-3, направляется на северо-запад. Я в квадрате CF-2, наблюдаю его посредством Технарского оборудования, — произнёс в браслет универсальный Технарь пустым голосом, стоя по колено в воде, и бессильно опустил руки. Перед ним на обломках какого-то забора, придавленное легковушкой, лежало искалеченное тело друга. Убер уже не дышал.       — Квадрат CD-3, подтверждаю. Вижу ублюдка, — отрапортовала Мисс Ополчение, занявшая новую позицию на холме. Хотя монстра и скрывала стена дождя, героиня сразу заметила титаническую сгорбленную фигуру, едва узнав, в какую сторону надо смотреть, и приняла единственно верное решение.       Не тратя более времени на разговоры, она разрядила свою ракетную установку в сторону чудовища. Четвёрка ракет, переданных Старшей Сестрой, со свистом пронзила воздух, но Левиафан больше не собирался давать себя бить так просто и в последний момент увернулся, с издевательской для своих габаритов скоростью бросившись в сторону. Небольшой магазинчик за его спиной затрясся и пошёл трещинами, разваливаясь, словно карточный домик, а сейсмическая волна от суммарного взрыва необычных снарядов оказалась такой, что достигла даже ног самой героини, заставив её пошатнуться и встать на одно колено, чтобы не упасть.       Первым в озвученный квадрат прибыл Легенда — его немедленной атаки Губитель попытался избежать тем же манёвром, но переливчатый луч изогнулся невозможным образом и поразил монстра в грудь, совсем рядом с всё ещё торчавшей его тела головкой болта Флешетты. Раны Левиафана выглядели действительно ужасно, ведь он буквально сорвал с себя кожу и целый пласт плоти, но не было похоже, чтобы это как-то ему мешало. Наоборот, чудовище двигалось так же быстро, как в самые сложные сражения с ним, и стремительно возвращало утраченную массу. Даже отсутствие глаз не стало сколько-нибудь серьёзной помехой для зверя апокалипсиса — впрочем, их он и раньше лишался неоднократно, так что герои уже знали, что это было отнюдь не слабое место. Только выглядело им. Поражённый ещё серией ударов от лидера Триумвирата, но даже не замедлившийся монстр указал когтистым пальцем в сторону Стрелка, и в Легенду ударил новый пескоструйный гейзер. К счастью, мужчина был достаточно быстр, чтобы уклониться от этой атаки, переместившись на добрую сотню метров в сторону менее чем за секунду, и возобновил огонь.       Следом за напарником на Левиафана чёрной молнией обрушилась Александрия, метя всем телом в особенно глубокие раны на груди морского чудовища. Но оно с невозможной для своего веса резвостью рвануло ей навстречу, прямо к позиции Мисс Ополчение, заставив летучую героиню разминуться с собой на встречных курсах. Монстр приземлился чуть дальше холма, и брызги от его водяного эха градом обрушились на кейпа в патриотическом шарфе, дробя кости и отбивая плоть. Основная же масса смертоносного шлейфа Губителя пришлась на саму Александрию, сбив её с небес и потащив вниз по склону холма, начисто скосив селевым потоком едва ли не треть составлявшей его земли и чей-то чудом уцелевший при первой волне домик.       — Мисс Ополчение выбыла, CD-3. Требуется срочная эвакуация, — ожил механический женский голос в браслетах всех присутствовавших в квадрате героев и злодеев. Тут же в хлопке чёрного пепла над переломанной, но всё ещё живой женщиной материализовалась Старшая Сестра, аккуратно коснулась её руки и исчезла вместе с раненой, за долю секунды до того, как на место, где они только что были, наступила огромная лапа чудовища.       В бок Левиафана влетела вынырнувшая из потока грязи Александрия, проделав глубокую выбоину в его ещё немного отросшей плоти и заставив сделать несколько шагов назад. В это же время к месту боя наконец прибыли и другие кейпы — Движки закончили перебрасывать к соседним улицам рукопашников первой линии, которые должны были атаковать Губителя вблизи и при этом в теории способны были пережить ответный удар. Наручник и Батарея, работая как всегда парой, обрушились в слаженной атаке на левую ногу чудовища, заставив того в странном, механическом движении подогнуть её. Бесстрашный метнул своё верное копьё, засиявшее подобно вспышке солнца, но увы — Левиафан оставался всё так же на удивление быстр и ловок и пропустил оружие над собой, в последний момент сильно отклонив корпус назад. Несколько иногородних кейпов в разноцветных костюмах не преминули тут же обрушить на чудовище град тычков и ударов, заставив существо пошатнуться. В этот момент сам Оружейник, возглавлявший команду местного Протектората, вступил в битву на скоростях, недоступных человеку. Его новая Алебарда, с лезвием, окружённым чем-то вроде серого тумана, рубанула по и без того уже побитой и сочащейся ихором ноге Губителя, рассекая её едва ли не на треть толщины.       — ХА! А сейчас я тебе лапу до конца отрублю, так что стой смирно! — раздался из-под шлема самодовольный возглас героя. Но второй атаки бронированный кейп совершить уже не успел — Левиафан решил ударить в ответ. Взмахнув длинным хвостом, который до этого безвольно волочился за ним по земле, титан собрал волну водяного эха и запустил во все стороны кольцо из сотен центнеров воды. Неестественная плотность, в сочетании с абсурдной скоростью, сделала стену жидкости прочнее гранита, так что тем кейпам, кто оказался размазан по её толще, повезло не больше, чем бродячей собаке, выбежавшей на дорогу перед фурой.       — Оружейник выбыл, CD-3. Бесстрашный выбыл, CD-3. Притворщик выбыл, CD-3. Акустик погиб, CD-3. Суровая Госпожа выбыла, CD-3. Решительная выбыла, CD-3. Шипучая Вишенка выбыла, CD-3…       По счастью, в этой группе были собраны герои и злодеи с наилучшей защитой, а на холме посреди уже смытого сектора частных коттеджей, обращённого первой волной в пустырь, не было сколько-нибудь прочных стен, об которые их могло бы перемолоть — так что у многих из этого отряда ещё оставались шансы выжить. В список пострадавших от удара вовсе не попали Наручник и Батарея — благодаря их схожим кинетическим силам, страшный удар просто отбросил их в стороны, как пару резиновых мячей. Так что, ударившись о землю, первый тут же вскочил на ноги. Его растерявшую заряд жену успешно поймал Скорость, который, побежав по направлению её импульса, сумел погасить его плавно и сохранить Батарею невредимой.       К большой удаче пострадавших, за Левиафаном не водилось привычки добивать раненых. Специально, по крайней мере. Схватив Александрию лапой, без особого успеха попытавшись раздавить неуязвимую женщину и в итоге отбросив её на сей раз куда-то за горизонт, существо просто продолжило продвигаться вперёд, привычно уничтожая всё на своём пути, перемалывая в труху и затапливая каждую улицу в округе. Новые залпы Легенды монстр игнорировал — да они и не оставляли на нём по-настоящему крупных отметин.       И всё же, те, кто не был способен сам убраться и всё ещё оставались рядом с врагом, могли оказаться просто раздроблены в фарш случайным его движением или же банально утонуть. Это было печально, но неизбежно — спасать тех, кому повезёт к тому моменту выжить, предписывалось, когда Губитель хоть немного отойдёт в сторону. И уж точно, не стоило даже пытаться вытащить из-под ног Левиафана переживших его атаку кейпов, не обладая прочностью, позволяющей противостоять хотя бы брызгам от его водного эхо. Те же, кто, несмотря ни на что, пробовал рискнуть собой для спасения других...       — Скорость погиб, CD-3.       Вновь зазвучали хлопки гранатомётов. Группа Старшей Сестры открыла огонь с новой позиции, но Мисс Ополчение рядом с ними не было — кое-как перемотав её побитое тело пропитанными АДАМом повязками и надеясь, что не спровоцировала тем самым болевой шок — по крайней мере, браслет об этом молчал — Технарь в скафандре поспешила передать её с рук на руки какому-то незнакомому Движку, обещавшему доставить героиню в целости в госпиталь. Вместо выбывшей к залпу на сей раз присоединился её юный коллега из местных Стражей — Кид Вин, закончивший монтировать на небольшой антигравитационной платформе нечто, похожее на массивную лазерную пушку. Но, увы, Губитель не захотел ловиться на прежний трюк, пусть и казался на первый взгляд лишь безмозглым зверем, движимым пустой жаждой разрушения. Почти все гранаты прошли мимо, отклонённые водяным шлейфом, который обрушивался на них с нечеловеческой силой, словно живая тень своего хозяина, и заставлял подорваться ещё в полёте. Цели достигла лишь одна из ракет, выпущенных Грохотом, беспомощно вспыхнувшая не причинившим существу ни малейшего вреда фиолетовым пламенем, и луч лазерной пушки Кид Вина, угодивший монстру в плечо — так же без видимого эффекта.       Ответная атака Левиафана не заставила себя ждать. Рванув к позиции стрелков, он покрыл добрых полторы сотни метров разделявшей их дистанции за доли секунды и перелетел кейпов. Последовавшее за Чудовищем водяное эхо буквально сдуло бетонное ограждение, за которым они укрывались. Старшая Сестра и Грохот успели телепортироваться, прихватив с собой Кид Вина, а вот его пушке и Большому Папочке повезло меньше. Ненамного, впрочем — пусть с несколькими раздробленными костями и придавленный бетонными обломками, Папочка оказался достаточно прочен, чтобы не выбыть на месте, а захлебнуться он тем более не боялся. Так что пострадала, по большому счёту, только техника.       Махнув длинным хвостом, Левиафан зашагал дальше на северо-запад, с каждым движением выбрасывая из своего шлейфа всё более широкие потоки воды, уже затопившие улицы так, что грязная жижа укрыла их почти на полтора метра глубины. Однако, внезапно на пути чудовища возникла стена из стальных кольев, выросших словно из-под земли. Не сбавляя темпа, Губитель смахнул их лапой и поднял голову, на которой начали очерчиваться углубления под новые глаза, в сторону очередных осмелившихся бросить ему вызов самоубийц. Огромный — всего вдвое меньше своего врага, — металлический волк набросился на титана-гидрокинетика, яростно кусая и кромсая неподатливую плоть противника, стараясь метить в особенно глубокие раны. Увы, никакого видимого вреда это не принесло, зато сам Губитель, небрежно взмахнув увенчанной метровыми когтями лапой, с лёгкостью перерубил злодея на две половинки.       — Крюковолк выбыл, CD-5.       Левиафан стегнул хвостом, посылая серповидное лезвие воды шириной во всю улицу в другую группу кейпов, выбежавших из здания у него за спиной («Блицкриг погиб, CD-6. Алебастр погиб, CD-5. Штормтигр выбыл, CD-5.»), присел и прыгнул в сторону стоявшего на крыше напротив Кайзера. Тот вновь использовал свою силу, десятками создавая огромные металлические колья и прутья на пути у чудовища, но те лишь слегка замедлили полёт существа. Вперёд слажено выступили Фенья и Менья — две близняшки, телохранительницы главы Империи 88. Каждая по росту была сейчас на уровне плеч самого Левиафана. Выхватив из земли копья, созданные для них Кайзером под их впечатляющие габариты, валькирии синхронно метнули их в Губителя с колоссальной силой и попали, выбив из его плоти ещё пару крупных кусков и заставив отлететь обратно. Кайзер успел воздвигнуть за спиной чудовища острый барьер, так что от удара Левиафан напоролся на колья, но уже в следующее мгновение водное эхо прыжка существа достигло остававшихся кейпов Империи. Сёстры закрыли своего лидера собственными огромными фигурами и оказались смыты вместе со зданием, на котором тот стоял («Кайзер выбыл, CD-5. Фенья выбыла, CD-5. Менья выбыла, CD-5.»).       Яростно взмахнув хвостом, Губитель высвободился из западни, доломав всё ещё торчавшие из его тела части стальных кольев своим водяным шлейфом, и снова пошёл в прежнем направлении. Но существо не продвинулось и на пару сотен метров, как наперерез ему откуда-то со стороны, где было место его назначения, вылетел возникший из ниоткуда огромный шар ослепительно яркой плазмы шириной во всю улицу, одним только своим жаром испаривший и воду под гигантом, и шлейф самого Левиафана. Маленькая звезда беспощадно вгрызлась в тело чудовища, лишив всё ещё не восстановившегося после самой первой атаки монстра передней половины головы и значительной части груди. Отшатнувшись от продолжавшей наступать аномалии, титан вскинул то место, где у него только что начинало формироваться новое лицо, куда-то к небу, замер на долю секунды, и проворно, словно ящерица, вскочил на стену ближайшего здания. Взобравшись в пару движений на многоэтажку, Губитель одним прыжком пересёк её крышу и скрылся за очередным поворотом — и вновь понесённый страшный урон его даже не замедлил.       Шар плазмы потух и распался на искры почти сразу следом за побегом существа, и летающие кейпы последовали за монстром, стремясь отследить его путь. Из-за сильного дождя и снова набранной врагом скорости, сделать это оказалось не так-то просто.       — Левиафан движется по крышам на умеренной скорости, CC-4, — раздался в эфире голос Сплетницы.       Да, из всех присутствующих сейчас в городе кейпов повезло столкнуться с Губителем лицом к лицу именно группе малолетних воров, придерживавшихся тактики «бей-беги». Жизнь умела неприятно удивлять своей иронией.       И оставшаяся тройка Неформалов (Регенту ещё во время удара первой волны повезло сломать ногу и быть отправленным к госпиталю) решительно обратилась к привычному приёму, если опустить ту часть насчёт «бей». Нападать на Левиафана среди них идиотов не нашлось, так что, доложив об его местоположении, молодые злодеи тут же припустили с места верхом на собаках, успешно уклонившись от пролетевшей над их головами водяной плети. К удаче подростков, геройская — и частично злодейская — кавалерия не заставила себя долго ждать. Сияющие силовые поля, принявшие форму острых копий, устремились к массивному телу Губителя, вонзаясь в верхние слои его плоти, и тут же чудовище принялись терзать ослепительно белые лучи твердого света. С неба поближе к цели спикировали Нарвал и Чистота. К несчастью, их атаки причиняли удивительно мало урона. Но они отвлекли врага от первоначальных мишеней.       Внезапно поднявшееся откуда-то с улиц облако тумана обволокло замешкавшегося при виде нескольких целей монстра, и составлявшее Левиафана вещество начало медленно растворяться, вновь отслаивая только что восстановленные слои. Ответ не заставил себя ждать — это выглядело так, будто колоссальный зверь взорвался сотнями литров воды. Повинуясь воле титана-гидрокинетика, жидкость обволокла частички едкой дымки, растворила её в себе и обрушилась вниз, на улицы, расплескавшись во всех направлениях, растаскивая газовую форму несчастного кейпа на отдельные молекулы.       — Туман погиб, CE-7.       И не думая угомониться, Левиафан взмахнул лапой, и пара мощных гейзеров ударили вверх, стремясь достать до летающих целей. Нарвал увернулась — в целом успешно, разве что поток воды разрушил новый каскад силовых полей, заготовленных ею для следующей атаки. Бывшей неонацистке повезло меньше — жёсткая струя начисто срезала ей ноги ниже коленей. Издав полный боли вскрик, Чистота начала стремительно снижаться, но, собрав остатки сил для последней атаки, сумела ещё раз выстрелить, поразив остатки головы чудовища, прежде чем рухнула на крышу. Камнем пролетев последние пару метров, она жёстко приземлилась и свернулась в позе эмбриона, не переставая кричать. Её сияние погасло, стоило ей коснуться мокрого гудрона. Размахнувшись лапой, Губитель собрался уже добить отказывающееся сдаться насекомое у своих ног, как вдруг в его кисть целиком вошёл метровый арбалетный болт.       — Давай ещё! — скомандовала Призрачный Сталкер своей временной напарнице, Флешетте. Под звуки сообщения: «Чистота выбыла, CE-7. Требуется срочная эвакуация», девушки заметили, как у самой их цели на мгновение взвился небольшой вихрь чёрного пепла, чтобы вновь исчезнуть в потоках ливня.       Но Губитель не собирался стоять и смотреть, как его обстреливают. Потеряв интерес к прежней добыче и, казалось, не заметив её внезапного исчезновения, он обернулся и, расставив лапы в стороны, словно какой-то сказочный шаман, начал собирать воду вокруг себя. Мощными потоками она хлынула к Левиафану, выводя из боя новых зазевавшихся кейпов, но теперь это была всего лишь подготовка к настоящей атаке.       — Отступаем! — прогремел из браслетов голос Легенды. Быстро оглядевшись, девушки заметили на другом конце улицы ещё одну подоспевшую группу героев, среди которых выделялся Барьер. Буркнув: «Дай мне, я быстрее», Призрачный Сталкер вырвала тяжёлый арбалет у Флешетты из рук и, нагруженная сразу двумя, побежала к спасительным союзникам. Лишённая тяжёлой ноши, несясь сломя голову по стремительно освобождавшейся от наводнения улице, иногородняя героиня легко обогнала местную. Они обе старались изо всех сил, преодолевая метр за метром без оглядки, и сложно было их осудить за эту невнимательность. Флешетта едва-едва успела миновать предельное для Барьера расстояние, когда его группу окружила спасительная синяя плёнка силового поля.       — Еле успели! — тяжело дыша, бросила Страж, и наконец обернулась. Вот только её временной напарницы рядом не было.       Призрачный Сталкер, задыхаясь после пробежки по разбитой дороге по щиколотку в воде, стояла там, снаружи мерцающего щита. В её глазах, видневшихся в прорезях маски, плескался чистый, первобытный ужас. А в следующий миг Левиафан ударил.       Улицы Броктон-Бей сотрясло настоящее землетрясение, встряхнувшее весь город до самого основания. Уцелевшие ещё окружавшие кейпов здания дрожали и дребезжали, их размытые водой несущие конструкции не в силах были более справиться с нагрузкой, в капитальных стенах вспухли трещины, и мощный напор тут же хлынул в них, сокрушая камень. Огромная стена воды, вровень с третьими этажами домов, прокатилась по улицам всего квартала, подчистую сметая с них все следы деятельности человека, и пошла дальше. Левиафан вновь обрушил на несчастный город цунами, вот только на сей раз эпицентром его стал он сам, и Эйдолон с Дракон, успешно отразившие уже несколько десятков титанических валов со стороны океана с помощью основанных на заморозке и испарении атак, ничего не могли противопоставить этой волне с такого расстояния. Одна из центральных высоток не выдержала, рухнув, словно вымоченный картон, и обломки бетона тут же унесла за собой сверхуплотнённая вода, волоча их по превратившейся в канал улице и причиняя тем самым ещё больше разрушений. Даже устоявшие строения выглядели немногим лучше — они стали похожи на годами ветшавшие дома-призраки, полуразрушенные, оседающие, слепо оскалившиеся пустыми провалами окон.       — Тяжёлые потери, подробности позже, — объявил браслет Флешетты, равно как и у всех окружавших её защитников города. Шокированная девушка мелкими шажками вышла из-за рассеявшегося силового поля, загребая ботинками вновь вставшую по колено воду. Левиафан опять куда-то исчез, но не это для неё сейчас было важно. Та, другая девушка с арбалетом. Призрачный Сталкер. Флешетта бросила её. И теперь едва знакомый ей Страж погиб, спасая её жизнь.       Вдруг из клуба чёрного пепла навстречу юной героине вышла ещё одна девушка. Вот она, судя по костюму, прекрасно чувствовала себя в воде. Круглый ржавый шлем незнакомки, имени которой Флешетта не запомнила, шарил вокруг тусклым жёлтым светом иллюминатора, словно выискивая кого-то.       — Ага, вот ты где! — удовлетворённо сказала она, и, совершив пасс руками, заставила тяжёлую бетонную плиту, ещё пять минут назад бывшую частью стены жилого дома, подняться в воздух. Подняв тучу брызг, обломок опустился рядом, и взглядам девушек предстало искалеченное тело.       — Призрачный Сталкер! — Флешетта бросилась к лежащей среди мусора изломанной фигуре, хотя и понимала, что та уже очевидно мертва. Или нет? Приложив пальцы к её шее, Страж смогла различить слабый, словно из последних сил бьющийся пульс.       — Она ещё жива! Ты ведь телепортер, да? Можешь… Можешь доставить сюда Панацею?       Её собеседница вопросительно наклонила голову на бок.       — Ты хотя бы знаешь, кто она?       — Да мне плевать, хоть самая разыскиваемая злодейка этой дыры! Она мне жизнь спасла! Пожертвовала собой! — огрызнулась девушка. Но тут же, безвольно осев в воду и всхлипнув, добавила тихим дрожащим голосом, — П-пожалуйста…       Вместо ответа вторая кейп лишь пожала плечами и опустилась на колени перед искалеченным телом. Согнув правую руку, она выдвинула массивную иглу и с размаху вогнала её Сталкеру прямо в грудь, с лёгкостью разрывая пострадавший костюм и пробивая грудину.       — ЧТО ТЫ ДЕЛАЕШЬ?! — закричала в ужасе Флешетта, но тут же замолкла, шокированная последствиями выходки жуткой девушки. Последняя начала закачивать какую-то странную, слегка светящуюся алую жидкость с золотыми искорками в изломанное тело Призрачного Сталкера, и оно менялось прямо на глазах. И менялось в лучшую сторону. Словно надувная, фигура Стража постепенно наполнилась объёмом и распрямилась в тех местах, где ранее была придавлена и переломана. С громким хрустом сломанные кости вставали на свои законные места и срастались, а открытые раны, видневшиеся в многочисленных прорехах изодранного о камни костюма, затянулись и покрылись свежей кожей. Шоколадного цвета, с лёгкой долей удивления отметила про себя Флешетта. Закончив с вливанием, кейп выдернула иглу и посмотрела на опустевшую ампулу у себя на предплечье. Перед началом процедуры в ней плескалось не менее литра.       — Многовато вышло.       Судорожно вздохнув, Призрачный Сталкер открыла глаза. И тут же вскрикнула и попыталась отползти, увидев склонившегося над ней зловещего кейпа в круглом шлеме с выдвинутой окровавленной иглой наперевес.       — Всегда пожалуйста, — хмыкнула та и бросив взгляд в другой конец улицы, исчезла в хлопке телепортации.       Хорошая новость заключалась в том, что Левиафан вскоре нашёлся. Его обнаружили Нарвал и Мирддин, занявшиеся ликвидацией первых последствий волны, пришедшей из центра города. Плохой же новостью было то, где именно он оказался. Губитель появился вновь всего в двух кварталах от больницы на западной окраине и шёл в её сторону, обманчиво медленно, спокойно и неумолимо.       — Левиафан приближается к госпиталю, общий сбор! GG-6! — надрывался механический женский голос в браслетах оповещения. Кейпам не нужно было повторять дважды — все они понимали, что случится, если Губитель доберётся до здания больницы, куда продолжало поступать всё больше их раненых товарищей. Не говоря уж о том, что там над ними не покладая рук трудилась сама Панацея.       Летающие стрелки — Легенда, Леди Фотон, Лазер-Шоу и почти десяток кейпов из других городов вновь обрушили лучи и вспышки на тело чудовища, которое к этому моменту успело в значительной степени залечить полученные ранее раны. Группа рукопашников во главе с вновь вступившей в бой Александрией так же не отставала — все они стремились своими ударами если не остановить Левиафана, то хотя бы отвлечь его, заставить развернуться в другую сторону. Увы, титан, казалось, совершенно точно знал, где его цель, был по-прежнему вынослив до почти полной неуязвимости, а его последовавшие ответные атаки вызвали ещё одну череду сообщений об убитых и выбывших.       Но, когда до госпиталя оставалось всего несколько поворотов, из-за угла навстречу Губителю вышла не уступавшая ему в размерах фигура огромной гориллы. Настоящий Кинг-Конг, сшитый из прочной ткани и приводимый в движение силой Куклы. Ещё один плюшевый зверь, пятиметровый лев, своими лапами сдвигал бетонные плиты, составляя на подступах к больнице плотину в попытке не дать воде течь по улице так свободно.       Повертев обрубком головы, будто бы осматриваясь несуществующими глазами, Левиафан обрушил водяную плеть на дом, крышу которого заняла независимая кутюрье. Строение ощутимо тряхнуло, и оно начало оседать. Не готовая к такому, бродяга оказалась сбита с ног, но сориентировалась, и оба её зверя тут же набросились на врага. С неожиданной для существ из ткани с одним лишь воздухом внутри силой, они нанесли своему врагу несколько мощных ударов, которые заставили существо наклониться и отступить на пару шагов дальше от их хозяйки.       Подхватив куском запасной ткани собственное тело, Кукла аккуратно спланировала на затопленную улицу. Левиафан попытался использовать это время, чтобы контратаковать плюшевых гигантов серией ударов своими огромными когтями, но, повинуясь воле хозяйки, всё ещё внимательно наблюдавшей за боем со стороны, её тканевые фамильяры уклонились как от лап чудовища, так и от их водяного эха. Словно решив, что целиться нужно в хозяина, а не в слуг, Губитель сформировал из окружавшей кончик его хвоста воды тонкий хлыст и с громким свистом стегнул им в сторону кутюрье. Обоих плюшевых зверей, попытавшихся защитить её собой, тонкая струя перерубила с ходу, даже не замедлившись, а после обрушилась на то место, где стояла девушка, оставив глубокую выбоину в асфальте.       Самой Куклы, впрочем, там уже не было. Лишь чёрные хлопья пепла поднимались вверх на том месте, где она только что находилась.       В очередной раз забыв о сбежавшей добыче, Левиафан уставился на стоящее между ним и прямым путём к больнице многоквартирное здание, словно размышляя. Потянувшись за спину, он накрылся водяным шлейфом, словно плащом, а затем резко махнул лапами вперёд, с силой посылая сверхплотную водяную стену прямо перед собой. Когда поток схлынул, на месте многоэтажки осталась лишь ровная площадка, вокруг которой плавали обломки мусора, бывшего только что чьим-то домом. К удаче, волна была небольшой по сравнению с предыдущими и до самого госпиталя дошёл лишь её слабый отголосок, так что немногие кейпы со способностями к созданию щитов, что ещё стояли на ногах, сумели защитить здание. Но все понимали, что следующую такую атаку остановить не получится.       К уцелевшим относился Триумвират — что, впрочем, неудивительно — и Новая Волна в полном составе. Уже не пытаясь остановить самого Левиафана, они старались не дать ему возможности создать ещё одну волну и смыть госпиталь. Бризант своими выстрелами испарял воду, Мирддин превращал её в туман в огромных количествах, а Эйдолон, отвлёкшись от побережья, замораживал, превращая в ледяные торосы. Вновь вставший в строй Кайзер создавал стальные колья на пути чудовища, а Старшая Сестра левитировала крупные куски бетона, чем не могла не вызвать у неонациста определённые мысли о причинах пропажи Руны. В очередной раз махнув хвостом, Губитель с обманчивой неторопливостью занял низкий старт, опустившись на все четыре конечности, и резко рванул вперёд, отчего его водяное эхо разлетелось вокруг мощными брызгами. Через все барьеры, воздвигнутые на его пути, он просто пробежал, как через мокрую салфетку, не замедлившись ни на секунду. Кейпов и бойцов СКП, стоявших в оцеплении возле госпиталя, снесло его шлейфом, как кегли, что вызвало новую вспышку отчётов о пострадавших. Конечно же о героях и злодеях, погибших людей без сверхспособностей никто и не считал – да это и не представлялось возможным. Замерев напротив главного входа, Левиафан вновь расставил конечности в стороны, и вода послушно потекла к нему со всех городских улиц, собираясь бурлящим потоком. На вспышки нескольких Технарских гранат на своём теле он даже не обратил внимания, целиком сосредоточившись на подготовке к удару. Наспех восстановленный плюшевый Кинг-Конг не сумел и подойти к нему — возникшие вокруг него водяные щупальца вцепились в ткань и разорвали её на клочки. Эгида и несколько других Бугаёв попытались пробиться через потоки воды, но их быстро сбило с ног и унесло.       — Не… смей… — прохрипел Оружейник, выходя из здания госпиталя напротив своего врага. Его успели привести если не в порядок, то хотя бы в чувство, а дальше он отсиживаться отказался — бездействие грозило обернуться катастрофой, которую герой не мог допустить, насколько бы серьезно ни был ранен. Тяжело шагая, опираясь на Алебарду, лидер местной команды Протектората активировал форсаж брони и бросился навстречу чудовищу, выставив оружие перед собой. На сей раз это даже отвлекло Губителя — увёртливый человечишка никак не давался ему, раз за разом нанося действительно глубокие порезы и уходя от точечных ответных ударов. Но в конце концов, существу это надоело, и Оружейника опрокинул внезапно ударивший в спину водный поток. Мощное течение вырвало Алебарду из рук героя, и его несокрушимый враг, подхватив бронированное тело человека водяным щупальцем, зашвырнул его в окно второго этажа больницы.       На горизонте занимался новый рассвет. Рассвет, которого работники и пациенты этого госпиталя уже не увидят.       — Сказано, не смей! — отчаянно закричала маленькая фигурка в бело-золотом костюме, пикируя на сгорбившееся чудовище с небес. Неуязвимый кулачок Славы ударил Левиафана по израненному обрубку головы, ободрав сверхпрочный слой плоти и заставив пошатнуться. А юная героиня уже заложила новый вираж, разворачиваясь для следующего удара.       — Там! Моя! Сестра! Там! Эми! Не! Трогай! — с каждым словом она наносила удар за ударом, стараясь целиться в то, что осталось от морды чудовища — самую израненную к тому моменту точку на его теле. Дёргаясь от обрушившегося на него града ударов, Губитель даже отступил на шаг назад, чем вызвал сильное воодушевление у девушки. У неё получается! Она справится! Люди в госпитале не погибнут, как те, что были на складе в Доках! Она…       Во время очередного пике Левиафан вдруг ушёл резким движением вбок и схватил пролетевшую мимо девушку за ноги. Она не успела даже понять, что произошло, как её полёт вдруг резко изменил направление — продолжая удерживать Славу в своей хватке, чудовище с силой приложило её об асфальт и тут же, не давая опомниться, ухватилось второй лапой за туловище, картинно рванув тело в стороны. С влажным звуком Виктория Даллон разделилась на две примерно равные половины. Верхнюю, на которой в безмерном удивлении застыло лицо блондинки, Губитель размазал по асфальту, превратив в кровавую кашу. Нижнюю же отправил вслед за Оружейником, метко закинув в уже разбитое окно второго этажа больницы.       — Девушка-Слава погибла, GG-8!       Проигнорировав ещё несколько атак успевших среагировать кейпов, Левиафан собрал массу воды, достаточную для нового цунами, и отпустил, направив вперёд, на здание, где укрылись сейчас сотни раненых. Жатва обещала быть славной, хоть воплощению тупой ненависти и было на это плевать.       С оглушительным рёвом стена воды обрушилась на госпиталь… и вдруг резко замерла, словно кто-то остановил время. Разорвав грозовые тучи, с неба быстро спускался окружённый ослепительно ярким сиянием золотой человек. Сын. Первый из героев, сильнейший, и единственный, кто был способен наверняка прогнать Губителя. И, кажется, именно этим он и собирался заняться.       Зависнув над крышей больницы, сверкающий полубог посмотрел на стену воды, неподвижно замершую перед ним, как кролик перед удавом. А затем он двинулся вперёд, а вся эта вода исчезла. Не испарилась, нет, а просто исчезла в никуда, едва её коснулось сияние золотой энергии, мягкие волны которой исходили из тела героя. Нервно хлестая хвостом по бокам, Левиафан начал отступать назад — и на сей раз это движение не выглядело уловкой. Сын поднял руку, и шар золотисто-жёлтого света ударил Губителя, протащив его назад через образованный чудовищем пустырь. Вода вокруг существа вскипела, и острые, похожие на пики водяные струи протянулись вверх, к телу сильнейшего из героев — но лишь затем, чтобы бессильно исчезнуть, не сумев даже коснуться его. Ответный удар Сына выглядел похожим на выстрелы Легенды или любого другого кейпа с лазерной силой — но вот только эффект от его луча был совсем иным. Энергия выстрела протащила чудовище ещё сильнее назад, впечатав его спиной в пропаханный асфальт, оставшаяся у него на груди рана кипела и тлела, плоть расползалась, словно горящая бумага. Левиафан попытался поднять воду вокруг себя для новой атаки, но у него ничего не выходило — жидкость, которой коснулось золотистое сияние первого героя, отказывалась повиноваться.       В последний раз повернув голову в сторону ненавистного полубога, Губитель с силой ударил по земле, и Броктон-Бей вновь вздрогнул. Земля под телом существа осела и провалилась, забирая его с собой. А следом за этим, сотрясаемый всё новыми толчками, под воду начал погружаться весь город, начиная с Набережной.       Взглянув вниз с присущим ему выражением безразличия на идеальном лице, Сын вытянул вперёд руку, сжал кулак, и сквозь толщу породы ударил новый луч, а по Бухте прокатилась волна золотистого света. Сейсмическая активность прекратилась так же внезапно, как и началась, успев отодвинуть побережье всего на несколько кварталов вглубь города.       Можно было заметить, как гигантская чёрная тень вынырнула в середине залива откуда-то снизу и понеслась дальше, в океан. Не обращая более своего внимания на оставшиеся после чудовища руины, золотой человек последовал за ней.       — Нет… — потрясённо шептала Эми Даллон, Панацея, стоя перед трупом своей любимой сестры. Или, если говорить точно, нижней половиной трупа — неровно разорванным тазом и парой ног, всё так же обутых в высокие белоснежные сапожки. Этот… ошмёток, который ещё сегодня утром просыпался в одном с ней доме, сейчас распространял вокруг тошнотворный запах сырого мяса.       — Мисс Даллон, я… Мне очень жаль, — тихо пробормотал обессиленный Оружейник, сидевший у неё за спиной, прижавшись к стене. Целительница не обратила на него никакого внимания, бухнувшись на колени перед остатками тела сестры, словно не замечая, что пачкает свой балахон кровью, которой из обрубка натекла уже целая лужа. Поборов отвращение — и откуда только вдруг взялось у неё, столько уже повидавшей? — она приложила пальцы к кровавому срезу, из которого торчал обломок позвоночника. Скелет начал расти, мышцы вокруг него схватывались, появлялись внутренние органы, напоминавшие усушенные версии положенных человеку. …       Ничего. Ничего, с чем её сила смогла бы работать. Всего лишь мёртвый кусок мяса. Даже если бы материала было достаточно, чтобы восстановить тело хотя бы на треть, Панацея не могла вдохнуть в него новую жизнь. Не могла создать правильный мозг с теми же воспоминаниями и личностью. Не могла предотвратить распад клеток, запустить заново процессы, которые уже остановились. И она это понимала с самого начала. Но не могла позволить себе даже не попытаться.       В полупустой палате раздались рыдания.       Неожиданно, рядом с целительницей опустилась на колени ещё одна фигура. Худая девушка в водолазном костюме. Старшая Сестра. Массовая убийца. Мозг Эми отмечал эти факты, но её тело не собиралось ничего с ними делать. Она бы хотела сейчас умереть.       Тем временем, вторая девушка, по своему обыкновению, принялась вести себя странно — как будто бы она хоть раз делала иначе. Достав из кармашка на поясе большую лабораторную пробирку, она принялась наполнять её кровью, зачерпывая прямо из лужи на полу.       Кровь Вики.       — Ч-что ты… Ч-что ты делаешь? — севшим голосом просипела Панацея.       Заполнив пробирку, Старшая Сестра завинтила на ней жестяную крышку и лишь после этого ответила.       — Мисс Даллон. Прошу у Вас разрешения на использование моих технологий.       Глаза целительницы расширились, едва до неё дошло, что она только что услышала из чужих уст реформулировку своего стандартного запроса, с которым она всегда прикасалась к людям, чтобы исцелить их. Пошатываясь, она медленно поднялась на ноги.       — Н-на… — чувствуя, что её рот полностью пересох, Эми судорожно сглотнула, — на что?       — На воскрешение. Прошу, решай скорее, времени в обрез.       — Если т-ты так шутишь…       — Эми, я хочу помочь. Ты позволишь мне это сделать или нет?       — Да! ДА! — она бы закричала, если бы ещё могла. Но её голос уже был сорван, и из горла девушки раздался лишь громкий хрип, сменившийся приступом кашля. — Н-но… можно м-мне при этом присутствовать? Хочу знать, что это будет именно Вики, а н-не простая обманка.       — Ах, ты не оставляешь мне выбора. Пошли.       Резко шагнув вперёд, Старшая Сестра вдруг заключила перемазанную кровью Панацею в объятия. Секунду спустя обе девушки исчезли, оставив ошарашенного Оружейника кашлять в облаке чёрного пепла.       — Ч-что за… Где мы? — Панацею сильно мутило после недавней истерики и внезапной телепортации. Оглядевшись вокруг, она обнаружила, что находится в каком-то просторном, но в то же время создающем давящее ощущение помещении. Его стены были сделаны из ржавого железа, похожего на то, которое Старшая Сестра использовала для своего шлема. При этом от них ощутимо тянуло холодом и сыростью, а протерев глаза от слёз и присмотревшись, девушка разглядела повсюду маленькие капельки конденсата. На противоположной стене виднелась массивная шлюзовая дверь, над которой было аккуратно выдолблено «Нет Богов. Нет Королей. Только Человек»; а рядом виднелись крючки для одежды.       — У меня дома, — коротко ответила хозяйка помещения, снимая свой шлем и вешая его за какую-то петельку на один из этих крючков, после чего ушла за ржавую перегородку. Продолжая оглядываться по сторонам, Эми последовала за ней.       Следующая после странной «прихожей» комната и впрямь напоминала дом. Вообще-то, всё в ней выглядело так, словно это и был нормальный дом, который по частям перенесли в… это место, чем бы оно на самом деле ни было. Под потолком были закреплены лампы дневного света, на стене виднелась обширная книжная полка, в центре помещения был мягкий диван. Напротив него стоял журнальный столик, подойдя к которому Эми увидела на столешнице карандаши и множество рисунков. У противоположной стены находились гардероб и кресло, а за гардеробом, как убедилась целительница, заглянув туда, скрывалась широкая двуспальная кровать. Возле стен также стояли несколько незнакомых ей цветков в крупных горшках, и помимо них помещение украшало полдюжины картин, набранных, впрочем, безо всякой системы, просто из-за того, что на них были изображены приятные вещи — вроде животных и пейзажей.       Несколько чужеродно выглядел здоровенный аркадный автомат, словно пришедший прямиком из восьмидесятых. Как он вообще попал сюда? Он работает? Панацея не видела здесь розеток, но кабели питания всех электроприборов собирались вместе в один толстый жгут и уходили куда-то за одну из стен.       — Сюда! — позвала её Старшая Сестра из-за очередной перегородки. Вообще-то, с учётом железных стен, этих перегородок и той шлюзовой двери на входе, это место здорово походило на подводную лодку. Правда, Эми сама на таких не бывала, но в кино определённо показывали нечто похожее.       Следующая комната живо напомнила Панацее родную больницу, в которой она провела большую часть сознательной жизни… впрочем, помещение в равной степени было похоже и на любую другую больницу, включая ту, в которой она находилась только что. А также на смесь биохимической лаборатории и операционной. Сильный стерильный запах, множество анатомических плакатов, включая нарисованные от руки (!), и масса медицинских инструментов и оборудования. Большой операционный стол с креплениями, отодвинутый к стене, и банки с образцами и реагентами, живо акцентирующие внимание любого гостя на том, что он, вообще-то, находится в логове Биотехнаря. Но, впрочем,… чего Эми было теперь бояться?       Самое страшное уже произошло.       Всю дальнюю часть комнаты занимала огромная установка, состоявшая из нескольких соединённых между собой машин. Панацея за свою жизнь насмотрелась на кучу медицинского оборудования и с лёгкостью могла бы опознать любое, но такие штуки она видела впервые. Центром всей конструкции служила стеклянная камера, отдалённо напоминающая кабинку для душа. Внутри неё легко поместился бы даже такой великан, как Большой Папочка, и что-то подсказывало девушке, что это находилось здесь неспроста.       Щёлкнув тумблерами, Старшая Сестра… или как её теперь называть, раз уж они у неё дома? В общем, Технарь активировала именно эту установку, отчего на её приборной панели зажглись ровные ряды светодиодов, а на выпуклом мониторе небольшого терминала загорелись зелёные символы незнакомого Эми языка. Словно в старой научной фантастике, типа каких-нибудь Звёздных Врат. Стеклянная камера тоже засветилась изнутри голубым светом, и в ней начали плясать золотистые искры, похожие на маленькие вспышки молнии. Теперь, когда заработала вся эта подсветка, Эми обратила внимание на ещё один крупный элемент — большой, объёмом с парочку ванных, стеклянный бак, наполненный подозрительно знакомо выглядящей жидкостью. Алого цвета, с золотистыми прожилками и словно бы слабо светящейся изнутри.       — Ты бы только знала, как сложно и утомительно произвести столько АДАМа, — пожаловалась хозяйка лаборатории своей гостье, поймав её взгляд.       — АДАМ? — удивленно переспросила целительница. Её голос всё ещё предательски подрагивал. — Т-так ты называешь свои стволовые клетки? Я осмотрела т-те бинты, но так и не поняла, как они вообще работают.       — И не поймёшь, — кивнула бледная девушка, снова прильнув к терминалу. Пробирку она загрузила в соответствующий слот на панели управления своей машины, и теперь бегло печатала на клавиатуре, считывая данные и вводя команды на всё той же тарабарщине, — И да, меня зовут Тейлор. Тейлор Эберт.       — Тейлор, ты утверждаешь, что можешь вернуть мне Вики? — взяв, наконец, свой голос в руки, со странной смесью надежды и нетерпения твердо спросила Эми.       Та в ответ щёлкнула ещё несколькими клавишами.       — Я работаю над этим прямо сейчас. Понимаешь, в теории всё было совсем по-другому. Но я же не бездумно копирую технологии с чертежей, нет! Я адаптирую. Я же Творец, в конце концов.       С широкой улыбкой Технарь переключила ещё один тумблер. Большая лампа на приборной панели засветилась зелёным светом.       — Отлично. Зелёное — это хорошо. А теперь приготовься.       — К чему? — целительница подалась вперёд.       Её собеседница щёлкнула последним оставшимся переключателем. Вся установка вдруг громко загудела, а во влажном воздухе разлился сильный запах озона. С ослепительно яркой вспышкой внутри стеклянной камеры что-то хлопнуло, а затем вдруг всё погасло.       — Лови её, — посоветовала Тейлор своей гостье, не отрываясь от приборов.       Услышав это «её», Эми рванула вперёд быстрее, чем осознала, что, собственно, делает. Двери стеклянной камеры разъехались в стороны, и из глубин странной машины выпала обнажённая женская фигура. Нет, не так — обнажённая фигура молодой блондинки. Одной конкретной блондинки, которую её любящая сестра сегодня уже потеряла и не надеялась больше увидеть. Эми нежно подхватила Вики — её Вики, словно заново родившуюся в этом непонятном устройстве. Такую сильную, но такую уязвимую. Такую раздражающую, но такую милую. Неумелую, но всегда искренне стремящуюся поступать как лучше. Её полную противоположность, красивую и успешную, но всё равно лучшую сестру на свете, которую невозможно было не любить. И вот теперь, чудом вырванная из лап Смерти, эта девушка покоится в её дрожащих руках. Такая тёплая и беззащитная, Такая... Живая! Спокойно и ровно дышащая, с подрагивающими во сне светлыми ресницами. Перехватив тело сестры понадёжнее, Панацея приподняла её и заключила в крепкие объятия, остро ощущая, как её, Вики, нагая грудь трётся об её собственную грудь в заляпанном её, Вики, кровью, белом балахоне. Такая мягкая и нежная. Виктория. Сестрёнка. Это была действительно она, невредимая и во плоти. Им столько нужно было наверстать. И больше Эми не собиралась её отпускать, уж точно не теперь, после такой жестокой и внезапной смерти. Теперь они всегда будут вместе. Принадлежать друг другу. Её и только её. Навеки.       Убрав с прекрасного лица Вики влажную прядь волос, Эми Даллон, также известная во всём мире как величайшая на Земле целительница Панацея, со всей остававшейся силой прижала горячо любимую сестру к себе и крепко поцеловала в губы.