His (for now)

Чимин все еще чувствовал себя немного опьяненным от встречи с Юнги, когда он поднялся к себе в квартиру. Он прежде никогда не задумывался о том, каково было получать в безраздельное владение все внимание такого успешного и красивого мужчины, но теперь, когда он познал это, ему определенно понравилось. Он был рад, что его соседей по квартире не было дома, так что ему не пришлось отвечать на вопросы о том, почему он был так одет и почему был готов лопнуть от счастья. Вместо этого он просто прошел в свою комнату и стал набирать Джину смс, как они условились заранее. Чимин Я дома!

Джин Как все прошло?

Чимин Хорошо, наверное? Он уже дал мне деньги, и мы поцеловались 😊

Джин Думаю, это хорошо!

Чимин Но я не всегда знал, что ответить на его вопросы. Это было неловко

Джин Думаю, он не запарился из-за этого

Джин Юнги не из тех, кто осуждает

Чимин Я надеюсь! Чимин Он сказал, что постарается отправить все документы завтра, это же хорошо, да?

Джин Это хорошие новости

Чимин Это странно, что меня не пугает мысль о том, чтобы переспать с ним?

Джин Вовсе нет

Джин Если бы он был жутковатым или некрасивым, тогда стоило бы начать беспокоиться, но Юнги всегда был популярен среди деток

Чимин Пытаешься заставить меня ревновать? 😠

Джин Территория уже занята? Помнишь, я говорил тебе о том, что он никогда не задерживается надолго с кем-то одним, так что не привязывайся к нему

Чимин Ладно 😞 На следующий день Чимин вернулся к своей постоянной работе. Надевать уродливую униформу и варить кофе для других за нищенскую зарплату казалось чем-то нереальным, когда он знал, насколько мог пополнить свой банковский счет всего лишь после одного свидания с Юнги. Но он старался не слишком сильно на этом зацикливаться, особенно при условии, что целый день у него не было никаких новостей от Мина. Может, он все-таки передумал? Чимин пытался не думать об этом, сосредоточившись на все поступающих заказах. Он был все еще на работе, когда его телефон вдруг завибрировал, оповещая о том, что наконец пришло сообщение от Юнги. Юнги Не хочешь зайти ко мне в студию попозже и подписать документы?

Чимин Конечно. Во сколько?

Юнги После 7 Юнги Напиши, когда поедешь

Чимин Хорошо!

Чимин был счастлив, что у него оставалось в запасе вполне достаточно времени, чтобы закончить со всем на работе и, заскочив домой, смыть с себя запах кофе, перед тем как он направится к Юнги. Эти же мысли, однако, заставляли время тянуться в миллионы раз медленнее обычного. Войдя наконец в свою квартиру, Чимин обнаружил, что Тэхен и Чонгук играли в видеоигры в гостиной, и понадеялся, что они будут настолько рассеяны, что не обратят на него никакого внимания. Но к тому времени, когда он принял душ и переоделся, они по-видимому решили сделать небольшой перерыв. — Опять уходишь? — спросил Тэхен, вальяжно растягиваясь на диване. — Ага. Буду поздно. — Куда идешь? — на этот раз вопрос задал Чонгук. — Прогуляться с Сокджин-хеном, — Чимин не до конца понимал, почему он не стал им рассказывать, чем на самом деле собирался заниматься. Он не стыдился этого, но при этом все еще не привык к своему новому статусу. Как вообще можно было рассказать друзьям о том, что у тебя появился папочка? — Хорошо, тогда до вечера! — крикнул Тэхен и снял игру с паузы без предупреждения, заставив Чонгука выругаться. Выходя из дома, Чимин быстро набрал смску Юнги, после чего заказал такси. Обычно он не любил совершать лишние траты и предпочитал ездить на общественном транспорте, но сейчас тратить много времени на дорогу ему совершенно не хотелось. К тому же, он пытался убедить себя, что денег, которые ему даст Юнги, будет более чем достаточно, чтобы покрыть все его дополнительные расходы. Несмотря на ночные пробки, Чимин смог довольно быстро добраться до студии Юнги. Он дважды проверил телефон, сверяясь с указаниями Юнги по поводу адреса, чтобы уж точно ничего не перепутать. Чимин Я на месте

Юнги Иди в вестибюль. Я спущусь и заберу тебя

Снова чувствуя подступающее смущение, Чимин вошел в здание. Охранник бросил на него мимолетный взгляд, а затем снова уставился в монитор. Прошла буквально пара минут, прежде чем лифт за спиной охранника открылся, и оттуда вышел Юнги. Он был одет гораздо более небрежно, чем в прошлый раз, но умудрялся выглядеть еще лучше, чем тогда. Рваные джинсы чертовски хорошо сидели на нем, и даже его черный свитер, казалось, был сшит исключительно для него. И все же дорогие часы на запястье все еще выдавали в нем не обычного человека из толпы. — Иди сюда, — Юнги жестом пригласил Чимина следовать за ним, и они оба зашли в лифт. — Ты выглядишь мило, — Чимин потянул Юнги за рукав после того, как тот нажал на кнопку с номером нужного этажа. — Это всего лишь моя уличная одежда, — Юнги нахмурил брови, словно не понимал, о чем говорил Пак. — Но мне все равно очень нравится, — настаивал Чимин. Он легонько провел пальцами по руке Юнги, пытаясь отстоять свою точку зрения. — Давай закончим с бумагами, — Юнги схватил Чимина за запястье и потащил его куда-то из лифта, когда тот наконец остановился. Чимин было рассмеялся, но вместо этого только закусил губу. Он с любопытством оглядывался по сторонам, пока Юнги вел его по коридору, который выглядел так, будто это было местом, в котором была собрана целая куча огромных офисов. В конце концов Юнги вошел в кабинет, дверь в который уже была оставлена приоткрытой. Чимин тут же понял, что он принадлежал Юнги благодаря огромному количеству именных наград, стоявших на полке, которая была придвинута к самой стене. Чимин подошел ближе, чтобы рассмотреть их, пока Юнги запирал дверь. — Я почти ничего не исправлял в стандартном варианте таких документов, но если хочешь что-то изменить, только скажи, — Юнги взял какие-то бумаги со своего стола и протянул их Чимину. Пак прежде никогда не видел подобных соглашений, о которых говорил Юнги, поэтому он вообще не представлял, чего ему следовало ожидать. Джин только объяснил, что по большому счету, это был неофициальный контракт. Чимину сразу же бросились в глаза пункты о том, что компенсация будет денежной, что контракт истечет ровно через месяц и что Юнги оплатит его счета, если вдруг решит закончить все раньше, как он и обещал. Чимин не был уверен в том, был ли один месяц типичным сроком для такого рода соглашений, но это казалось таким непродолжительным периодом времени. И все же он не хотел спрашивать об этом, вспоминая о предупреждении Джина. — По-моему, все в порядке, — наконец сказал Чимин, дочитав последнюю страницу. — Хорошо, — Юнги схватил со стола ручку и небрежно передал ее Паку. Чимин наклонился над столом, чтобы поставить подпись внизу документа, и понял, что не отвлекаться на руку, которая настойчиво сжимала его бедро, было чертовски трудно. Юнги взял ручку, когда Пак наконец не без усилий выполнил свою миссию, и нацарапал свою подпись рядом с его, а затем отошел в сторону и положил документы в сканер. — Теперь ты все отправишь Джин-хену? — спросил Чимин. — Да, он сможет пересмотреть все бумаги и разобраться в ситуации, если у тебя возникнут какие-то претензии. Чимин уже заранее знал, что этого не произойдет, но зато ему было безумно любопытно узнать, найдет ли Джин какие-то отличия в этом контракте от тех, которые обычно заключал Юнги. Мин сел за свой стол, по-видимому, чтобы отправить сканы Джину по электронной почте. Чимин тоже подошел к столу и, зайдя Юнги за спину, обхватил его широкие плечи, осторожно массируя их. Он улыбнулся, когда Юнги все же издал тихий стон, продолжая стучать пальцами по клавиатуре. К счастью, у Мина не ушло много времени, чтобы все оформить и отправить, после чего он захлопнул свой лэптоп и отодвинул его в сторону. — Иди сюда, — Юнги снова схватил Чимина за запястье и потянул к себе. — Тебе не понравился мой массаж? — Понравился, конечно, но я бы предпочел, чтобы ты сделал для меня сейчас кое-что другое, — Юнги отъехал на своем стуле немного назад, чтобы поставить Чимина прямо перед собой. — Что, например? — Чимин вопросительно поглядывал на Юнги. — Сядь, — Юнги указал на свой стол, и Пак последовал его указаниям. Мин медленно водил руками по бедрам Чимина, с нажимом проходясь ногтями по мягкой плоти, обтянутой джинсами, пока тот не задрожал от дразнящих, разгоняющих по венам возбуждение прикосновений. И Пак был чертовски раздосадован и удивлен, когда Юнги проигнорировал его твердеющую в штанах выпуклость и скользнул теплыми ладонями ему под рубашку. — Ты что-то скрываешь от меня? — внезапно спросил Юнги. — Что? — Чимин чувствовал себя полностью дезориентированным и понятия не имел, о чем говорил старший. Юнги подцепил большими пальцами край рубашки Чимина и приподнял его, обнажая живот. — У тебя губы, которые так и просят их оттрахать, потрясающий зад и накаченный пресс? — Юнги говорил так, словно не верил собственным ушам. — О, — Чимин издал короткий смешок. — Это все благодаря танцам, понимаешь? — Хорошо. Сними уже эту тряпку и дай мне посмотреть, — Юнги поднялся со стула и потянул ткань вверх, помогая Чимину сбросить ее. Чимин вдруг почему-то почувствовал себя немного неловко под чужим взглядом. Не то чтобы он не привык к тому, что люди разглядывают его тело. Он все время танцевал без рубашки. Но до сих пор ему еще никогда так сильно не хотелось произвести на кого-то впечатление. — Что думаешь? — Чимин откинулся назад на локти, напрягая мышцы, делая кубики еще более отчетливыми. — Блять, ты слишком горячий, знаешь об этом? — Юнги наклонился вперед и принялся прокладывать мокрые дорожки поцелуев на шее Пака. Это было одним из самых чувствительных мест на теле Чимина, так что он едва не начал тут же издавать тихие стоны. Пытаясь сдержаться, он вдруг поймал себя на том, что надеялся, что Юнги оставит на нем метку, чтобы потом, когда он вновь останется один, у него было доказательство реальности происходящего. Потому что отчего-то оно все еще казалось ему чем-то сюрреалистичным. Он был так сосредоточен на ощущении губ Юнги на своей шее, что почти упустил тот момент, когда руки Мина, проскользив вниз по его животу, опустились на ремень его брюк. Протяжный стон слетел с губ Чимина, несмотря на все его попытки не позволить этому случиться так скоро. Пак немного поерзал на столешнице, смещая руки Юнги на свои бедра, и тот, очевидно, принял это за призыв действовать дальше, потому что следующим, что Чимин почувствовал, были крепко сжавшиеся поверх джинсов пальцы на его эрекции. — Клянусь, если у тебя еще и член больше моего, у нас будут проблемы, Чимин, — предупредил Юнги, и Пак заливисто рассмеялся. — Не говори так, — Чимин знал, что он шутил, но все равно потянул Юнги за свитер на себя, сокращая расстояние между их ртами. Если Юнги что-то и хотел на это возразить, у него не осталось для этого возможности. Чимин буквально вгрызся в его губы голодным поцелуем, сходя с ума от ощущения теплой, податливой плоти, в то время как Юнги, прекрасно владея собой, сплетал их языки вместе, заставляя Чимина снова начать стонать. — Хочу услышать, как ты звучишь, когда кончаешь, — Юнги слегка отстранился от Пака, усаживаясь обратно в свое компьютерное кресло и продолжая сжимать его бедра железной хваткой. — Хорошо, — Чимин прикусил нижнюю губу, стараясь не сгореть тут же заживо при виде длинных пальцев Юнги, которые завозились над пуговицей его джинсов. Пальцы Мина касались его эрекции каждые несколько секунд, и он не мог не думать, что старший наверняка делал это специально, чтобы раздразнить его еще сильнее. Чимин решил, что на него снизошло благословение, когда Юнги наконец отбросил джинсы в сторону, оставляя его в одних черных боксерах. И в этот момент Пак возблагодарил Небеса, что он предпочитал классические цвета для белья, которые помогли ему скрыть от внимательного взгляда Юнги влажные пятна выступившего предэякулята. Юнги неосознанно остервенело кусал свои губы, пытаясь расправиться с одеждой Чимина, когда наконец высвободил твердый член младшего, словно новогодний подарок из обертки. — Ты и здесь прекрасен, детка, — Юнги наклонился вперед и обхватил член губами, прежде чем Пак успел что-либо ответить. Громкое проклятие сорвалось с его губ, когда он почувствовал, как Мин погрузил его стояк глубоко в рот. Прошло так много времени с тех пор, как кто-то делал ему минет; обычно он сам отсасывал всем своим партнерам. Он не мог не задаться вопросом, было ли это нормально для Юнги или нет, но быстро отвлекся от этой мысли, когда Мин начал тесно и довольно быстро насаживаться на его налившийся ствол, и все тело Чимина свело крупной судорогой. Его руки инстинктивно потянулись к голове Юнги, но тот, сыграв на опережение, схватил его запястья и прижал их к столу рядом с бедрами. Тогда Чимин попытался глубже толкнуться Юнги в рот, но тут же был наказан: жаркая теснота вокруг его стояка исчезла. — Веди себя хорошо и не двигайся, или я остановлюсь, — предупредил Юнги. Чимин издал тихий звук разочарования, который в то же мгновение превратился в долгий стон, когда Юнги снова заглотил его член. Чимин крепко сжимал руки в кулаки, отчаянно пытаясь бороться с собственным телом, чтобы не двигаться и не кончить слишком быстро от ощущения влажного жара и умелого языка Юнги. — Не могу больше, — заныл Чимин, когда Мин вобрал ствол немного глубже. Это было слишком для него, совершенно непривычному к тому, что все внимание сосредоточено на его теле, а не на ком-то другом. Юнги отпустил его запястья и скользнул ладонями Паку под зад, наклоняя его так, чтобы член еще глубже вошел ему в рот. Чимин конвульсивно дернулся и кончил прежде, чем успел предупредить Юнги. Он громко простонал имя Мина, и его еще долго колотило, бросая из стороны в сторону, пока Юнги высасывал сперму из его члена, всю до последней капли. — Ты издаешь самые прекрасные звуки, — довольно протянул Юнги, наконец соскользнув с члена и проводя пальцами по животу и груди Чимина. — Я не могу придумать достойный ответ прямо сейчас, — Чимин чувствовал себя совершенно изничтоженным. — Это хороший знак, — усмехнулся Юнги. — Ты можешь встать на колени для меня, детка? Или тебе нужна минутка? Вместо ответа Пак слегка привстал, и Юнги помог ему соскользнуть со стола, прежде чем он упал перед ним на колени. Чимин все еще пытался собрать воедино свое разлетевшееся на мелкие кусочки сознание, так что он был бесконечно благодарен Юнги за то, что тот сам растегнул ширинку своих джинсов. — Ого, — Чимин не знал, что конкретно он ожидал увидеть, но член Юнги определенно был больше, чем у него. Крупный и толстый, и Чимин сглотнул, представив, как идеально он будет растянут этим стволом. — Покажешь мне, как эти губы будут выглядеть вокруг моего члена? — Юнги не заставлял Чимина двигаться, но положил одну руку на его шею, мягко поглаживая кожу, покрытую испариной. Чимин несильно покачал головой. «Не сейчас». Вместо этого он решил в отместку немного подразнить Мина своим языком, цепляя им смазку, обильно вытекавшую из головки. Вкус Юнги помог ему наконец выйти из оцепенения, и он провел губами по одной из выступающих на члене вен. Юнги тихо застонал: — Разве я не заслуживаю кончить, детка? Я так хорошо о тебе заботился. Чимин внезапно задался вопросом, достаточно ли получал Юнги взамен за свою заботу? — Ты заботишься обо мне лучше, чем кто-либо, — заверил его Чимин, и Мин снова прикусил нижнюю губу, явно наслаждаясь этими словами. В эту минуту Чимин неожиданно для себя почувствовал к Юнги такую сильную привязанность, что сам едва мог поверить в это. Собственные эмоции вдруг показались ему странными до невозможности, особенно когда он ежесекундно напоминал себе, что вообще-то сейчас стоял на коленях, готовясь сосать его член. Но в груди у него все затопило согревающим теплом от осознания того, что Юнги беспокоился о нем. Даже если это будет продолжаться только сейчас. Наконец он дал Мину то, что тот так долго хотел, и позволил ему скользнуть в свой рот. Пак ощутил, как пальцы Юнги зарылись в его волосы, жестко фиксируя положение его головы. — Я был прав, они действительно выглядят потрясающе, — Юнги протянул свободную руку вперед и провел пальцем по своему члену в том месте, где его тесно сжимали губы Чимина, и они оба застонали. Обычно Чимин ничего не испытывал, когда отсасывал кому-то, но Юнги каким-то образом заставлял его чувствовать себя невероятно сексуальным. Вот он, стоит на коленях перед человеком, который может заполучить в этом мире что угодно и который сгорает от того, как сильно хочет его, Чимина. Мысль о том, что он обладал властью над кем-то столь могущественным, заставила его на некоторое время забыть обо всех своих трудностях и придала ему уверенности. Он довольно быстро понял, что Юнги нравилось, когда он стонал вместе с ним. Как будто его собственное удовольствие подталкивало Юнги к краю, что казалось довольно странным, но Чимину это нравилось до безумия. Ему даже не нужно было притворяться. Ему нравилось ощущать тяжесть члена Юнги у себя во рту, нравилось смаковать его вкус, слышать, как он стонет, и больше всего ему нравилось то, как Юнги смотрел на него, пока он сосал ему. Как будто Чимин был всем для него. Это заставляло Чимина хотеть взять Юнги еще глубже, сосать еще усерднее, чтобы заставить Мина желать его еще сильнее. Чимин понял, что Мин был близок к разрядке, когда тот начал активно двигать бедрами, пытаясь войти глубже, усиливая накатывающее удовольствие. — Блять, — ругательство Юнги слилось с его стоном, и он крепче сжал руку в волосах Чимина. — Сейчас кончу. Пак округлил глаза от удивления, когда Юнги отступил от него на один шаг и начал дрочить, второй рукой он обхватил лицо Чимина, удерживая его на месте. Спустя мгновение Мин излился, сцеживая стон, и Пак почувствовал, как горячая сперма потекла вниз по его губам и подбородку. Чимин словно на автомате облизнулся, сглатывая попавшую на язык жидкость. — Моя сексуальная детка, — гордо произнес Юнги, проводя большим пальцем по губе Чимина, проталкивая ему в рот больше своей спермы. — Ммм, — Чимин блаженно прикрыл глаза. Когда Юнги пришлось отойти от Пака, чтобы взять несколько салфеток, он почти выглядел так, будто ему было физически больно отпускать Чимина. И после того, как они оба умылись и переоделись, Юнги обхватил Чимина за талию и притянул к себе для еще одного поцелуя. Первый раз с папочкой оказался намного слаще, чем Чимин мог предположить. И в глубине души он не мог не напомнить себе о том, что Джин рассказывал ему, как сильно расстраивались все детки Юнги, когда он разрывал с ними отношения. Теперь Пак понимал почему. Мин Юнги был опасен для его сердца.