His (for now)

В течение следующих нескольких дней Юнги был так сильно занят на работе, пытаясь успеть все закончить к дедлайну, что даже ночевал в студии. Он прекрасно понимал, каким мучительным могло быть ожидание на протяжении стольких дней, и не хотел, чтобы Чимин начал думать, что он сделал что-то не так. Поэтому Мин попросил Джина свозить Чимина на шоппинг. Он знал, что спокойно может доверить своему деловому партнеру испортить Чимина и заодно потратить кучу денег в процессе. И дело было не только в том, что он хотел таким образом извиниться за то, что ему приходилось безвылазно сидеть со своим завалом на работе, но и в том, что он хотел, чтобы Чимин получил от него что-то кроме оплаты счетов. А если ему еще и повезет, то он даже сам увидит Чимина в чем-то купленном на его деньги. Возможно, он был не особенно хорош в том, чтобы выделять на других время, но идея порадовать Чимина, даже когда он не мог быть с ним рядом, ему нравилась. Когда Юнги наконец разобрался со всеми своими делами, он почувствовал чертовски сильную необходимость снова увидеть Чимина, несмотря на то, что был адски измучен. На самом деле, то, насколько сильно он устал, не имело значения; Юнги испытывал всепоглощающую жадность до того, чтобы провести время с танцором, пока тот все еще принадлежал ему. Юнги Заедешь ко мне сегодня вечером?

Чимин Скинь адрес 😘

Отправив смс Чимину, Юнги схватил сумку и направился к двери. Он полагал, что Пак возьмет такси, поэтому надеялся опередить его и вернуться домой раньше. Он был уверен, что там прибрано, потому как во время его отсутствия приходила горничная, а он спал в своем кабинете в студии во время редких перерывов, но он просто не хотел заставлять Чимина ждать. К счастью, он добрался до своей квартиры первым и даже понадеялся успеть принять душ, чтобы не чувствовать себя, откровенно говоря, кучей мусора. Это был, пожалуй, самый быстрый душ в его жизни, и он как раз натягивал спортивные штаны, когда услышал стук в дверь. Он вышел в прихожую, чтобы открыть ее, даже не потрудившись проверить через глазок, кто находился с другой стороны. Юнги пропустил пару вздохов, увидев, каким совершенно незаконно красивым и ярким выглядел Чимин. — Привет, — Чимин счастливо улыбнулся ему, прежде чем его глаза опустились на обнаженный торс Юнги. — Извини, я только что вышел из душа, — Юнги не знал, почему он вдруг поднял руку, чтобы прикрыться. — Входи. Чимин быстро отвел глаза от Мина, проходя внутрь: — Ого, тут намного круче, чем в квартире, которую я снимаю. — Спасибо, правда, у меня ощущение, что в последнее время я вообще тут не живу, — Мин издал короткий смешок, адресуя его скорее себе, так как Чимин все еще был не особо в курсе, как много он работал. — Звучит отстойно, — Пак разглядывал плазму Юнги, которая была определенно просто огромной. Юнги только пожал плечами и направился в свою спальню, чтобы закончить одеваться. Он как раз вытащил простую черную рубашку из своего комода, когда Чимин последовал за ним и начал там осматриваться. — Хочешь выбрать белье? — спросил Юнги, застегивая последние пуговицы на рубашке. — Выбрать белье? — в замешательстве переспросил Чимин. — Для постели, — пояснил Юнги, указав пальцем на свою кровать. Чимин оглянулся, чтобы посмотреть на нее: — Хочешь, чтобы я ее перестелил? Мозг Юнги был слишком перегружен, так что он снова лишь пожал плечами и подошел к постели. Он обессиленно опустился на матрас, внезапно почувствовав себя еще более усталым, чем когда покидал свой кабинет не больше часа назад. Он уже почти вырубился, когда ощутил, как прогнулся матрас под тяжестью чужого тела, но слишком вымотался, чтобы открыть глаза и посмотреть на Чимина. — Я не знал, что ты пригласил меня, чтобы поспать, — прошептал Пак. — Прости, я забыл, что ты пока не в курсе моих привычек, — пробормотал Юнги. — Все в порядке, — Чимин протянул руку вперед и начал мягко перебирать все еще влажные волосы Юнги на затылке. От действий младшего Юнги захотелось придвинуться к нему поближе, но его тело настолько отяжелело, что он был совершенно не в силах пошевелиться. Когда он так и не отреагировал, Чимин сам, немного поерзав, прижался к нему теснее со спины, и Юнги почувствовал, как чужое тепло стало расползаться по его коже. Наконец, пальцы Чимина оставили его волосы и успокаивающе погладили его по спине, и с ощущением этих осторожных прикосновений Юнги заснул. Когда Юнги проснулся спустя несколько часов, по свету, едва проникавшему сквозь плотно занавешенные шторы, он понял, что солнце только-только начинало всходить. Он перевернулся на другой бок, чтобы увидеть Чимина, который лежал на спине, положив руку под голову. Пак вдруг показался ему таким невинным, и он не знал, что и думать. Может, он ошибался, или, может, Чимин не хотел делать этого с ним? Покачав головой, он выскользнул из постели и прошел в ванную, чтобы побыстрее заняться делом. Вернувшись обратно в спальню, Юнги обнаружил, что Чимин нисколько не изменил своего положения. Он снова лег рядом с младшим и неожиданно для себя заметил, что Пак, оказывается, вчера успел снять джинсы, перед тем как залезть на кровать, и теперь спал в боксерах. Это было слишком соблазнительное зрелище, и Юнги не смог удержаться и заскользил пальцами по голым бедрам Чимина, подумав о том, как же это было несправедливо, что у младшего, помимо всех его прочих достоинств, еще и ноги были до безумия привлекательными. — Ммм, — Чимин зашевелился, почувствовав прикосновения на голой коже. Юнги ждал, что Чимин отодвинется, но когда тот этого не сделал, он позволил своим пальцам подняться еще выше, накрывая пах младшего. Сонный Чимин был абсолютно мягким там, но все равно издал рваный, тихий всхлип. И как раз в тот момент, когда Юнги забеспокоился, что, возможно, он вел себя немного жутко, и начал убирать руки в сторону, он услышал бормотание Чимина: — Почему ты остановился? — Пак совсем немного приоткрыл глаза и посмотрел на Юнги. — Я могу продолжить, — фактически не ответил на вопрос Юнги и потянулся рукой к рубашке Чимина, чтобы приподнять ее. Он провел пальцами по животу и груди Пака ласково и с восхищением. Спустя несколько минут Чимин начал ерзать на матрасе, как будто больше не мог держать себя в руках и лежать спокойно. Когда Юнги опустил руку вниз, он почувствовал, как Чимин становился твердым. — Сними свою одежду, чтобы я мог поиграть с тобой, детка, — Юнги шлепнул Пака по голому бедру, прежде чем встать с кровати. Он подошел к шкафу, чтобы взять черную коробку, которую прятал там, чтобы не напугать горничную. Когда он вернулся обратно к кровати, Чимин уже разделся и лениво поглаживал себя, молча наблюдая за Юнги. — Я всегда покупаю новые игрушки для своих деток, — принялся объяснять Юнги, открывая коробку. — Я решил не сходить с ума в этот раз, потому что ты, вероятно, не привык к такому? Чимин слегка покачал головой: — Я раньше использовал их, но только наедине с собой. — Это хорошо, — Юнги кивнул. Он схватил новенький флакон смазки, который пришел в его последнем заказе, и бросил его Чимину, который с легкостью поймал его. — Можешь растянуть себя для меня? Прикусив губу, Чимин утвердительно моргнул и открыл бутылочку. Юнги отвернулся от него, чтобы сосредоточиться на собственном задании, но главное — чтобы не смущать Пака. Он разворошил всю коробку, в которую сложил новые игрушки, пока наконец не нашел то, что искал, и принялся распаковывать предмет. Приглушенный вздох, однако, вернул его внимание к Чимину, и он чуть не кончил прямо там, увидев, как танцор медленно проталкивал тонкие пальцы внутрь себя. С прикрытыми глазами, прогнувшись в спине, Чимин представлял собой идеальное олицетворение одного из смертных грехов. Похоти. Прежде чем он смог остановиться, Юнги стянул с себя рубашку и забрался на Чимина, низко наклоняясь и принимаясь посасывать его шею. Это заставило Пака выгнуться еще сильнее и прижаться плотнее к Юнги. Мин сходил с ума, глядя на то, как кожа Чимина становилась красной под его губами, пока не понял, что вообще-то его отметины теперь останутся на несколько дней. В то же время Пак пытался все сильнее вжаться в Юнги, чтобы хоть как-то успокоить разносившееся по всему его телу жжение. То, что Мин был все еще в пижамных штанах, не имело для него самого никакого значения; он весьма отчетливо ощущал возбуждение Чимина сквозь тонкую ткань. Между тем он пока вовсе не был намерен потерять рассудок от оглушающих ударов удовольствия, которые обрушивались на него каждый раз, когда Пак терся об него, так что Юнги немного отклонился и сел на пятки. Глаза Чимина выглядели стеклянными, потерянными от похоти, которая охватила его, пока он дразнил самого себя. И его губы почти побагровели оттого, что он постоянно жевал их, и теперь прекрасно сочетались с отметинами на шее и розовыми волосами. Юнги еле смог себя заставить оторвать взгляд от этого зрелища, чтобы взять пробку, которую он уронил на матрас, когда торопился забраться на Чимина. — Ты достаточно растянул себя? — спросил Юнги, выливая на игрушку побольше смазки. — Думаю, да, — Пак как раз вытащил пальцы из задницы, чтобы обхватить свой член, который начал течь и оставлять мокрые следы на прессе. Юнги сглотнул, подумав, что сейчас он был бы вовсе не против вылизать живот младшего, но вместо этого только закрыл крышку смазки. — Сначала я вставлю в тебя пробку, — начал объяснять Юнги, — и заставлю тебя кончить, а потом сам тебя трахну. Как тебе? Чимин закрыл глаза на мгновение, прежде чем ответить: — Звучит многообещающе. Юнги прикоснулся к бедру Чимина, пытаясь немного успокоить его, но вместо этого лишь заставил его нервно вздрогнуть. — Что ж, думаю, мы должны дать тебе кончить столько раз, сколько ты был этого лишен с другими парнями. Согласен? — А мы успеем за месяц? — глаза Чимина немного расширились. Юнги ухмыльнулся и с силой сжал ногу Пака, пока тот не согнул ее в колене, открывая доступ к своей дырочке. Чимин громко ахнул и снова выгнул спину, когда Юнги медленно начал вводить в него пробку. Осторожно, чтобы не быть слишком резким и не навредить ему. Когда игрушка наконец была вставлена до основания, Юнги наклонился вперед, чтобы слизать предэякулят, который обильно стекал по члену Чимина. — Я определенно буду стараться изо всех сил, чтобы мы успели, — наконец ответил Юнги, пока Чимин заходился тихими стонами под ним. Чимин скулил и активно елозил по кровати, чувствуя себя будто в состоянии аффекта от ощущения пробки в себе: — Позаботься обо мне, папочка. Юнги вскинул голову и взглянул на Чимина, удивленный и одновременно возбужденный тем, что розоволосый красавец так быстро и так правильно понял его. Теперь идея вытащить пробку и трахнуть Чимина как раз перед тем, как он начнет кричать от бессилия, стала еще более заманчивой, но Юнги постарался взять себя в руки и вернулся в исходное положение. Пак издал жалобный всхлип и попытался ухватиться за Мина, но тот ловко увернулся. — Терпение, детка, — Юнги обхватил член Чимина и крепко сжал его, как бы в качестве предупреждения, отчего младший задохнулся. Мин быстро потянулся к коробке и вытащил оттуда вибратор. Чимин, прикрыв глаза, попытался снова прикоснуться к себе, но сильно вздрогнул, когда почувствовал вибрацию у основания своего члена. Звуки, которые он начал издавать, заставили Юнги прикусить нижнюю губу, пока он наблюдал, как Чимин бессознательно двигал бедрами. Почему-то казалось, что он скорее пытал самого себя, чем Чимина, стараясь сдерживаться, пока медленно водил вибратором вверх и вниз по стволу младшего. Он немного тормозил, когда добирался до сверхчувствительного участка кожи под головкой, заставляя Пака откидывать голову назад от остроты ощущений. Его розовые волосы красиво опадали на темные простыни Юнги. Мин подумал, что смотреть на Чимина сейчас было почти так же, как наблюдать за его выступлением; он даже не позволял себе моргать, чтобы не упустить ни секунды, затаив дыхание наблюдая, как перекатывались твердые мышцы под медовой кожей. Чимин выглядел совершенно ошеломленным, и стонал теперь еще громче. Ему было так хорошо. — Кончишь для меня, детка? — Юнги опустил руку вниз, сильнее надавливая на пробку, прочно вгоняя ее в простату. — Юнги… — Чимин слегка приподнял бедра и начал изливаться себе на живот. Юнги отбросил вибратор в сторону и наклонился, слизывая с пресса Чимина его сперму. У Пака едва хватило сил поднять руку и коснуться волос Мина, пока он пытался отдышаться. — Перевернись, — Юнги приподнялся над ним и шлепнул по бедрам, стараясь не отвлекаться на его прикосновения. — Не уверен, что выдержу еще раз, — заныл Чимин, но все равно перевернулся. — Я уверен, что ты сможешь, — Юнги провел пальцами по круглой заднице Чимина, восхищаясь открывшимся перед ним зрелищем. — Ты позволишь мне хорошенько позаботиться о тебе? Когда Пак лишь издал тихий звук вместо ответа, Юнги быстро опустил руку и резко шлепнул его. Чимин застонал от удивления, пока Юнги попытался смягчить удар, нежно поглаживая горящую кожу. — Ну так что? — спросил Мин. — Да… Да… Чимин подвинулся назад и уперся бедрами в Юнги, напрочь забыв о том, что сказал всего минуту назад. Он выглядел так соблазнительно, что Юнги едва не забыл надеть презерватив. Ему потребовалось несколько секунд, чтобы открыть комод и выхватить оттуда целую пачку с резинками, а затем он раскатал одну из них по члену. Он также надел на себя эрекционное кольцо, чтобы не кончить прежде, чем вообще успеет войти в Чимина, и застонал от этого ощущения. Все еще лежа на животе, Чимин извивался на матрасе, будто пытался соскочить с пробки, и тогда Юнги без предупреждения наконец вытащил ее, услышав в ответ вздох облегчения. — Поднимайся, — Юнги потянул Чимина за бедра и порадовался тому, что тот легко поддался ему и встал на колени, хотя его ноги немного дрожали. — Если хочешь, чтобы я остановился, просто скажи, — добавил Юнги. Чимин качал головой до тех пор, пока Мин наконец не начал заполнять его собой, а затем сорвался на хрип, чувствуя, как тугие мышцы с неохотой расходились под настойчивым давлением. — Все еще такой узкий, — Юнги на секунду отвел глаза, чтобы хоть немного прийти в себя. Когда он снова посмотрел вниз, Чимин тяжело дышал и повернул голову в сторону так, что Юнги мог видеть его прикрытые глаза и приоткрытый рот. Наблюдать, каким разрушенным был Чимин и одновременно с этим чувствовать его так близко к себе, когда стирались абсолютно все границы, было для Юнги слишком, и если бы не кольцо, он бы наверняка уже взорвался. Он медленно трахал Чимина, по большей части потому, что в противном случае он бы точно окончательно потерял контроль над собой. Юнги был полон решимости заставить Чимина чувствовать себя так хорошо, как никогда прежде, и каждый звук, который срывался с пухлых искусанных губ танцора, когда он входил в него, был для него музыкой. Сейчас для него не существовало ничего более значимого, чем осознание того, что именно он подталкивал Чимина к пропасти. Даже собственное нарастающее удовольствие, на самом деле, не могло сравниться с тем, что он испытывал, когда слышал, как этот потрясающе красивый парень под ним выстанывал его имя. — Юнги, — тихий шепот был едва различим в куче неразборчивых стонов, но Мин все равно отчетливо услышал его. Приняв это за знак того, что Пак уже был близок, Юнги стал наращивать темп, прекрасно понимая, что и сам долго не продержится. С каждым новым толчком, с каждым новым шлепком его яиц о натренированные ягодицы Чимина он чувствовал, как стремительно приближался к концу. Он обхватил рукой бедро Чимина, а затем обернул пальцы вокруг пульсирующего члена младшего и принялся дрочить ему, вбиваясь в него еще жестче. Стоны Чимина превратились в откровенный скулеж, а потом Юнги ощутил, как все его тело сжалось в новом оргазме. — Блять, — Юнги едва успел сделать еще один глубокий толчок, прежде чем обильно кончил. Оргазм был настолько сильным, что Мин прочувствовал, как он прошелся сладкой судорогой по всему его телу, и мелко задрожал вместе с Чимином. Ему пришлось быстро освободиться от презерватива и кольца, чтобы он смог наконец рухнуть рядом с Паком, притягивая его ближе к себе. — Кажется, я умер, — пробормотал Чимин и немного заерзал, пытаясь устроиться поудобнее. Юнги обессиленно рассмеялся: — Ну не знаю. Для меня ты все еще выглядишь просто потрясающе. Он начал медленно поглаживать руки Чимина, чтобы помочь ему успокоиться, чувствуя, как бешено колотилось его сердце. — Я и не знал, что ты такой тактильный, — сказал Пак через некоторое время, когда его дыхание пришло в норму. — М-м-м, — Юнги снова стал слишком сонным для того, чтобы дать вразумительный ответ. — Я запомню это на следующий раз, — расслабленно выдохнул Чимин. А у Юнги вдруг екнуло сердце. И он понятия не имел почему. Конечно же, он знал, что снова увидит Чимина. Возможно, ему просто нравилось, как это звучало из уст Пака. Или, может быть, ему нравилось то, что Чимин узнал о нем что-то новое. Какая-то часть его чувствовала вину за то, что он не мог дать младшему больше. На самом деле, Чимин заслуживал гораздо больше, чем получал от него. Этот парень мог заполучить кого угодно. Он был ошеломляющим и милым, и в глубине души Юнги признавал, что был бы не против сберечь его для себя одного. Но он прекрасно знал, что, как и все парни до него, Чимин устанет от такой его жизни, и не хотел видеть, как это произойдет. А сейчас он просто надеялся, что той части его души, которая по какой-то причине понравилась Чимину, будет достаточно.