His (for now)

Быть с Чимином являлось для Юнги одновременно и самой простой, и самой трудной вещью в мире. Ему далеко не всегда было легко заставлять себя не думать о новой музыке. Он действительно обожал свою работу. Но вместе с тем ему также очень нравилось проводить время с Чимином. Самым сложным было то, что он без каких-либо усилий оставался в своем кабинете до самой ночи в те дни, когда знал, что не увидит Чимина. Пока Пак был занят на работе или в репетиционном зале, Юнги только и делал, что зависал у себя в офисе. И его расписание менялось только тогда, когда ему это было нужно. Конечно, Юнги понимал, что на самом деле не так уж сильно изменился. Он все еще проводил долгие часы за работой, просто подгоняя свое расписание под Чимина. И поначалу это не являлось проблемой, ровно до тех пор, пока он не начал корпеть над альбомом для одних из самых топовых артистов его компании. Ему установили жесткий дедлайн, и теперь он испытывал повышенное давление из-за необходимости создать по-настоящему качественные треки. Это в свою очередь означало, что он бы предпочел буквально жить в студии. Не то чтобы он не знал, что Чимина его такая постоянная загруженность сильно расстраивала. Но он также не чувствовал, что может сделать что-то еще, кроме как попытаться пережить это, а затем вернуться к своей обычной жизни. Как-то раз Юнги даже умудрился вернуться домой только в два часа ночи. Он бы просто переночевал в своей студии, если бы у него был с собой дополнительный комплект одежды, который он мог бы надеть на следующий день, но он уже и так успел сносить всю одежду, которую хранил у себя в кабинете. Измученный тяжелым днем, Юнги даже не заметил незнакомую пару туфель у своей двери и то, что одеяло подозрительным образом вздымалось над постелью, пока не лег в кровать. — Юнги? — сонно спросил Чимин. Юнги сначала вздрогнул, а потом увидел взлохмаченные розовые волосы Чимина, и тут он наконец вспомнил, что младший попросился переночевать у него. Конечно, Юнги разрешил ему. — Это я, — виновато ответил Юнги. — Спи, детка. — Который сейчас час? — вместо этого поинтересовался Чимин. Юнги включил дисплей телефона и посмотрел на время. — Почти два, — пробормотал он в ответ. Чимин вздохнул и снова опустился на подушки, и Юнги задался вопросом, как давно младший был у него. Но вместо того чтобы спросить об этом, он просто скользнул под одеяло и осторожно обнял Чимина. Его сердце тревожно забилось в опасении, что Пак попытается оттолкнуть его или отчитать за то, что снова так поздно закончил, но младший не сделал ни того, ни другого. В плотной темноте Юнги видел, как Чимин изучал его лицо, прежде чем закрыл глаза и придвинулся немного ближе. Усталость, которую он чувствовал, тут же сменилась печалью. Юнги не хотел причинять Чимину боль, но он также не делал этого нарочно. Прошло некоторое время, прежде чем он все же смог заснуть, и поэтому утром еле встал, даже несмотря на то, что проснулся позже обычного. Он очень удивился, когда обнаружил, что место рядом с ним было пусто, и заволновался, что, вероятно, Чимин проснулся в раздраженном настроении и просто ушел. Когда Юнги наконец поднялся с кровати и вышел из спальни, он обнаружил, что Чимин завтракал на его кухне. По контейнерам с едой, лежащим перед ним, стало ясно, что он с утра прошелся до кафе. Пак уже переоделся в чистую одежду, а его волосы все еще были немного влажными после душа. Юнги почувствовал, как огромный камень свалился с его души от облегчения, когда Чимин обернулся с очаровательно надувшимися от еды щеками. Когда Пак наконец все дожевал, он указал на стакан, стоявший на столе: — Я подумал, что ты захочешь кофе. — Ты просто идеальный, — Юнги быстро подошел к нему и поцеловал в макушку, зарываясь носом в его волосы. Чимин только пожал плечами и продолжил есть, и Мин сел рядом с ним, беря стакан в руки. Кофе действительно помог ему проснуться, но он все равно пропустил то, как притих Чимин. Младший не отрывал глаза от тарелки все время, что ел, и поднял взгляд только тогда, когда Юнги снова заговорил. — У тебя сегодня занятия? — спросил Мин. Чимин кивнул: — И не забудь, что мы сегодня ужинаем с Намджуном и Джином. Юнги напрочь забыл об этом: — Точно, — надо будет обязательно распросить обо всем Намджуна потом, чтобы Чимин не узнал, что он умудрился упустить это со всеми своими делами. — Мне уже пора идти, — Чимин схватил свою тарелку, чтобы убрать. Юнги наблюдал за ним, пока тот наконец не подошел ближе к нему. И даже несмотря на то, что он умудрился провиниться в очередной раз, Чимин наклонился, чтобы поцеловать его. — Увидимся позже? — тихо проговорил Чимин, отстраняясь. — Конечно, — Юнги провел рукой по волосам Чимина и улыбнулся, когда тот начал ластиться к его руке. А потом его сердце снова сковало печальным предчувствием чего-то недоброго, когда Чимин направился в коридор, чтобы надеть ботинки. Юнги потратил еще несколько минут на то, чтобы насладиться остатками кофе, после чего быстро принял душ и отправился на работу. — Черт, ты выглядишь просто ужасно, — вместо приветствия сказал ему Намджун тем же утром, когда они с Хосоком вошли в его кабинет. — И почему все вечно вторгаются в мое личное пространство? — Юнги раздраженно скрестил руки на груди. — Кто-то явно не в духе, — заметил Хосок и обвиняюще ткнул пальцем в сторону Мина. — Хм, — Юнги проигнорировал его и снова уставился в экран компьютера, чтобы продолжить работу. Если у него сегодня короткий день, он все равно постарается успеть побольше в сжатые сроки. — Ты нервничаешь из-за сегодняшнего вечера? — спросил Намджун. — Нет, — коротко бросил Юнги. — С чего бы мне нервничать? Намджун пожал плечами: — Не знаю… Это ведь твое первое двойное свидание, да? — Наверное, — Юнги на самом деле не задумывался об этом. — Куда мы идем? Намджун покачал головой и вздохнул: — Ты забыл? — Я был занят, — защищаясь, ответил Юнги. — Настолько занят? — спросил Хосок. Юнги прищурился, глядя на своего друга. Возможно, тот был прав, но Мин все равно не мог ничего с этим поделать. Вот почему он не собирался признавать это, зная, что таким образом втянет их в очередную долгую дискуссию. — Я напишу тебе подробности, — Намджун попытался разрядить атмосферу в кабинете. — Спасибо, — пробормотал Юнги. — Но Джин оторвет тебе голову, если ты опоздаешь, — предупредил его Намджун. Он кивнул, хотя ему очень хотелось закатить глаза. На самом деле он знал, что Намджун вовсе не шутил. Джин ужасно не любил, когда его задерживали, и плюс к этому, вероятно, все еще сильно опекал Чимина. Юнги выдохнул, когда его друзья наконец позволили ему спокойно вернуться к работе, и Намджун выполнил свое обещание, прислав ему инфу о том, куда они собирались и во сколько. Единственной проблемой было то, что как только Юнги снова занялся делами, он погрузился в них с головой. Когда он наконец оторвался и взглянул на часы, он понял, что уже опаздывает. У него даже не было времени проверить, достаточно ли прилично он выглядел. Вместо этого он просто схватил ключи и практически выбежал за дверь. Когда он проверил свой телефон, его уже ждало несколько сообщений. Намджун Тебе следует уйти с работы прямо сейчас! Чимин Не могу дождаться, когда увижу тебя! Чимин Только приехал… Джин и Намджун тоже уже здесь Намджун Хен? Джин ВТФ Юнги?! Выругавшись, Юнги сел в машину и вдавил педаль на максимум. Он совсем не удивился, когда обнаружил, что его друзьям уже подали напитки. — Извините, что опоздал, — Юнги наклонился и поцеловал Чимина в щеку. — Все в порядке, — мягко ответил Чимин. — Пфф, — вмешался Джин. — Все определенно не в порядке. Мы ждали целую вечность, Юнги. — Я же уже извинился, Сокджин, — Юнги бросил на него взгляд, который, как он надеялся, заставит его замолчать, и заметил, что Намджун предупреждающе поднял брови. — Это совершенно ничего не меняет, Юнги, — Джин прищурился. — Ты даже не ответил никому из нас. — Потому что был занят тем, что пытался доехать сюда поскорее, — ответил ему Юнги. — Я волновался, — попытался отвлечь их Чимин. — Прости, детка, — Юнги положил руку на бедро Чимина и ободряюще сжал его. Когда Джин было открыл рот, чтобы сказать что-то еще, Намджун решил, что пора вмешаться: — Малыш, почему бы нам просто не позвать официанта и сделать заказ? Джин нехотя сдался: — Хорошо. Намджун сумел привлечь внимание официанта, и они все же заказали себе ужин. Юнги просто попросил себе то же, что и Намджун, так как у него не было времени изучить меню. Чимин, казалось, хотел попытаться спасти ужин, поэтому перевел тему, заговорив о том, как продвигались его дела в новом учебном году. Он отвлекал Джина, рассказывая, какие непредвиденные сложности у него возникли с одним из обязательных курсов, пока им наконец не принесли еду. Намджун решил спросить Юнги о песне, над которой они собирались работать вместе, когда они начали есть. — Когда у тебя будет время закончить трек? — задал вопрос Намджун. — Я могу еще раз взглянуть на него, — сказал Юнги. — Но сначала я должен закончить этот проект. Джин, не церемонясь, встрял в их разговор: — И когда ты сможешь снова уделять больше времени Чимин-и? — Хен! — громким шепотом воскликнул Чимин. — Что? — Джин отмахнулся рукой от него. — Если ты не собираешься вправить ему мозги, то это сделаю я! Чимин покачал головой: — Я могу сам о себе позаботиться, хен. — Можешь? — переспросил Джин, вскинув бровь. — Малыш, — Намджун положил руку на плечо Джина. — Думаю, это не твое дело. — Знаешь что! — Джин резко встал. — Я, пожалуй, выйду подышать свежим воздухом. Когда Джин ушел, Намджун вздохнул и встал, чтобы последовать за своим парнем. — Джин сегодня в плохом настроении, — Юнги постарался говорить достаточно расслабленно, отправляя в рот палочки. Чимин тоже вздохнул: — И все же он не неправ… Даже если чересчур драматизирует. Юнги перестал жевать и посмотрел на Чимина. Младший выглядел скорее огорченным, чем разозленным, но видеть его таким было еще больнее на самом деле. — Это просто работа, — Юнги потер лоб. — Ты же знаешь, что это значит для меня. — Я знаю, — тихо проговорил Чимин. — Но я скучаю по тебе. — Я тоже по тебе скучаю, — ответил Юнги. — Обещаю, что исправлю все, как только закончу этот проект. Чимин кивнул, но все еще не выглядел особенно убежденным. В конце концов Намджуну удалось затащить Джина обратно в ресторан. И хотя Ким больше ничего не говорил, он все еще пребывал в заметно возбужденном состоянии. Чтобы попытаться как-то скомпенсировать свое опоздание, Юнги тихонько оплатил полный счет, когда встал из-за стола, направившись к уборным. — Ты останешься у меня сегодня? — спросил Юнги у Чимина, когда они шли к его машине. Чимин поджал губы, словно размышляя над ответом: — Я могу, если ты хочешь. Честно говоря, Юнги надеялся, что сможет вернуться в студию и поработать еще немного, но, естественно, не собирался говорить об этом вслух. — Конечно, — сказал он Чимину вместо этого. Атмосфера в машине была тихой и довольно напряженной, пока они ехали к нему домой. Чимин продолжал смотреть в окно, вместо того чтобы хотя бы раз взглянуть на старшего или покрутить радио, как он обычно делал. Тревога с каждой минутой нарастала в Юнги все сильнее, но он не знал, что мог сказать, чтобы как-то разрядить обстановку. — Ты не против, если я пойду в душ? — спросил Чимин, когда они поднялись наверх. — У меня все мышцы болят. — Конечно, детка, — сказал Юнги, а потом прошел на кухню, чтобы взять что-нибудь выпить. Пока младший возился в ванной, Юнги проскользнул в свой домашний кабинет, чтобы еще немного поработать. Он совсем не был уверен, как долго там пробыл, пока не попытался сделать очередной глоток пива и понял, что банка была пустой. Он тут же вышел из кабинета и, еще идя по коридору, заметил, как буграми поднималось его одеяло, что сигнализировало о том, что Чимин лег спать без него. Юнги переоделся в пижаму как можно тише и забрался в кровать. Он увидел, что волосы Чимина были все еще влажными, когда склонился над ним, и пришел к выводу, что младший не мог лечь слишком давно. Юнги нежно поцеловал волосы Чимина, а потом еще раз прикоснулся губами к его виску. — Я устал, — тихо сказал Чимин. Он не казался расстроенным, но было в его ответе что-то такое, что заставило Юнги забеспокоиться. — Хорошо, детка, — Юнги отстранился, больше не прикасаясь к нему. Юнги чувствовал себя ужасно уставшим, и он так давно нормально не высыпался, но все равно не мог отвести взгляд от напряженной спины Чимина. Как будто, если бы он смотрел достаточно долго, то смог бы понять, о чем тот думал. Теперь Юнги опасался самого худшего.