Обещание

Двухметровая фигура в чёрном до пола плаще с низко надвинутым капюшоном запросто могла принадлежать человеку. Гуманоиду в любом случае. Пока эта фигура не сдвинулась с места. Люди так не двигаются, не плывут над полом, не перетекают в громоздкое кресло. Стах предпочёл бы видеть гирарданца как есть: при щупальцах и всех делах. Маскарадный костюм опереточного злодея сбивал с толку. Но шеф Калеа оставался невозмутимым, его голос в наушнике звучал спокойно и ровно: — Детектив Икеда, Венчура. Советник посольства Бритт, Земля. Инспектор Вир Кан Лу, Гирарда. Главный эксперт-криминалист Эйнаре Анери. Судмедэксперт Лийория Рейянке. Члены следственной группы: старший дознаватель Мейнаке, дознаватели Брайенне и Лойя. Давайте мы работать будем вместе, чтоб не ушёл преступник от возмездья. — Сотрудничать мы будем непременно для мира и порядка во вселенной, — не остался в долгу Бритт. — Рад знакомству, — коротко кивнул Стах. Стихов от него, кажется, и не ждали. Гирарданец тоже стихами не порадовал, сразу перешёл к делу: — Что сделано, чтобы найти место преступления? Или же транспорт, на котором тело перевезли к водоёму? — Ни того ни другого найти не удалось, — сдержанно ответил криминалист Эйнаре, рослый худощавый эхмейец, высокие скулы которого подчеркивали ярко-бирюзовые узоры. Стаху показалось, что он пропустил ту часть диалога, в которой спрут успел достать местных копов. Он почувствовал некоторую гуманоидную солидарность. — Тогда давайте попробуем восстановить передвижения кейяре в вечер его гибели, — предложил он мирно. Заговорила дознаватель Лойя, женщина средних лет с пышными седыми волосами, собранными в высокую прическу. Ее минна представляли собой завитки в голубовато-розовых тонах. Стаху она напоминала нарядный фарфоровый чайник, который его опекуны ставили на стол по праздникам. — Кейяре Аалона провёл день в храме Май, после ритуалов остался помогать с уборкой… — Это нормально? — поинтересовался гирарданец. У Стаха возник тот же вопрос. Земные подростки проводили время по-другому, не говоря уже о тех, кто торчал на Венчуре и прочих планетах Содружества. — Да, вполне, — ответила Лойя. — Род Сутто — приверженцы культа Небесной Колыбели. Это распространённый культ среди выходцев из Феймара. У них принято работать в храмах, готовить еду для бедных, заниматься мелким ремонтом, стиркой, уборкой. От кейяре ожидается особая прилежность. Чем лучше его репутация, тем больше шанс отдать его в хороший род… — Опрос свидетелей? — перебил невежливый гирарданец. Стах про себя порадовался. Рядом с этим осьминогом даже такая бессердечная сука, как капитан Икеда, может показаться человеком милым и приятным. — Да, пройдите по ссылке, — вступил в разговор дознаватель Мейнаке, больше прочих похожий на человека, причём увлекающегося бодибилдингом. — Если коротко, то так: пятеро свидетелей подтверждают, что кейяре ушёл из храма между восемью и восемью пятнадцатью. Один из свидетелей, госпожа Лейра, сказала, что кейяре собирался идти прямо домой, нигде не останавливаясь. — Интересно! — заметил Стах. Кое-что он всё же запомнил. — Аалона тем не менее домой не торопился. — Да, камеры видеонаблюдения кафе «Лахайна» показали, что кейяре провёл там не менее получаса. — Причём кафе не по пути домой. И сидел он над одной крохотной плошкой с чем-то жёлтым. Никто к нему не подходил, но мне показалось, что мальчик кого-то ждал, — заметил Стах. — Кстати, дознаватель, эта дама, Лейра, она спросила кейяре, куда он собирается идти? Или же он сам ей сказал? — Не знаю, — эхмейец пожал обширными плечами. — Можно допросить её снова. Пока что проследуем за нашим кейяре. Транспортные камеры засекли его на станции подземной дороги недалеко от кафе. Там он сел в электромобиль, который мог бы доставить его домой. Больше его не видели. Ни на одной из станций он не выходил. Мы проанализировали данные камер видеонаблюдения каждой станции, подключили экспертов по опознанию внешности — ничего. Кейяре просто исчез. — Все станции оборудованы камерами? Все были исправными? — снова вступил в разговор гирарданец. — Да, на каждой установлены камеры. Вы можете ознакомиться со схемой установки. В материалах дела есть записи со всех камер. — Могу ли я отправить эти записи нашим специалистам? — спросил спрут. — Да, можете, — согласился Калеа. Стаху показалось, что на его унылом лице мелькнуло раздражение. — Капитан Икеда, такая же возможность предоставляется и вам. — Ладно, пошлю, — согласился Стах. Пусть бездельники из цифровой экспертизы посмотрят это кино. На некоторых станциях народу было много, теоретически эхмейские эксперты могли и пропустить одного ничем не примечательного мальчишку. — Но неплохо было бы и нам самим проехаться по этой подземке. В самом деле, надо прокатиться. Выйти на каждой станции, осмотреться. А также выяснить, кого именно поджидал кейяре в кафе… Поговорить с той тёткой из церкви и с другими прихожанами. Кто-то что-то вспомнит, кто-то что-то видел. Кто-то непременно что-то видит, нужно просто уметь задавать правильные вопросы нужным людям и в нужное время. А ещё неплохо бы на тело взглянуть. Конечно, он не увидит ничего, чего не заметили бы криминалисты и медики, но интересно, что бросится в глаза в первую очередь и как на это самое первое отзовётся его собственное нутро, что вспомнится, какой вкус окажется на языке? Всё это будет вполне разумным, логичным и основанным на опыте, просто логическая цепочка построится в мозгу настолько быстро, что разум окажется не в состоянии проследить каждое её звено… — Шеф Калеа, — спрут вдруг выпрямился в кресле и приобрёл официальный вид. Насколько это возможно в плаще с капюшоном. — В заключении криминалистов на странице двенадцать, пункт… Но эхмейец вскинул одну руку с нечеловечески длинными пальцами, а другую прижал к уху, очевидно, прислушиваясь к голосу в наушниках. В зале для заседаний повисла тишина, нарушаемая лишь негромким ритмичным гулом, напоминавшим биение огромного спокойного сердца. Стах воспользовался паузой, чтобы оглядеть лица тех, с кем ему предстояло работать. На лице каждого эхмейца застыло одинаковое выражение: напряжённая неподвижность пойнтера, почуявшего дичь. Их минна заметно побледнели, что, вероятно, являлось признаком волнения. Наконец, шеф поднялся, крепко прижав руки к поверхности стола, словно стараясь оставить на светлом пластике отпечатки своих ладоней. – Господа, — проговорил он осторожно, будто внимательно подбирая каждое слово, — только что в недостроенном храме Тиноре на острове Мей-на-ора обнаружено тело. Предположительно — кейяре. Оцепление уже поставлено, полицейские из Меа Ино на месте. Эйнаре, Лийория, соберите своих людей, мы выезжаем немедленно. Господа Икеда и Вир Кан Лу, если желаете, присоединяйтесь к нам. — Конечно. — Увольте. Одновременно ответили человек и спрут.