Амур по имени Гарри

Несколько дней спустя, Франция, Шато-Делакур В загородной усадьбе семьи Делакур сегодня было много гостей. Кому-то из них была интересна развязка недавнего конфликта, другие лишь воспользовались поводом провести время в загородной усадьбе, размещённой в долине реки Луары, и окруженной красивым парком с имеющимся винодельным хозяйством. Все собрались в бальном зале поместья, где сейчас спешно возводился дуэльный помост. Беллатрикс наблюдала за этим действом в компании своей новой знакомой Аполлин. Обе девушки были красивы и талантливы, правда, в разных отраслях, но несмотря на это, они быстро нашли общие темы и сейчас вели беседу. Недалеко от них Шарль что-то нервно шептал Гарри на ухо – видимо, его соперник тоже решил воспользоваться услугами защитника. — И всё же… почему Шарль? – спросила Беллатрикс. — Прости? – уточнила Аполлин. — Ну, он не выглядит очень красивым или сильным... а у тебя вариантов много. Даже очень много. Почему именно он? — Большинство из тех, кого я привлекаю – болваны, очарованные моей красотой, а Шарль не реагирует на мою ауру. Если уж я ему интересна, то это сугубо его чувства, а не моё «очарование». — Понимаю. — А что касательно его внешности… Моей красоты хватит на нас обоих, - улыбнулась Аполлин. — Как скоро свадьба? — В ближайшее время. Как только этот конфликт уляжется, – ответила Аполлин, сложив руки на животе. Глаза Беллатрикс сначала расширились, а потом загорелись завистью. — А что его родители? — Против нашего брака. — Считают тебя корыстной вертихвосткой? — Нет. Боятся, что их наследие умрёт. Моя мать вейла, а у люд… у тех, в ком течёт кровь вейл, почти всегда рождаются девочки. — Они настроены решительно? — Не очень. У Шарля есть младший брат, и скорее всего, именно его сыновья унаследуют Шато и всё остальное. Помост был возведён и дуэлянты начали на него подниматься. Дежурный аврор в алой мантии, означающий принадлежность к французскому Министерству магии, зачитывал правила. — Как давно вы с Генри в браке? — Меньше полугода, а что? — Даже у нас все наслышаны о доме Блэк. Они описываются как ярые сторонники чистоты крови, часто подверженные безумным порывам и открыто выражающие свою нетерпимость. — Я тебя разочаровала? — Признаться, я очень удивилась тому, что ты отреагировала на меня нормально, несмотря на мое происхождение. Да и Генри, насколько я поняла, полукровка. Я думала, что чистокровным ведьмам из древних семей такое поведение… не свойственно. — Знаешь, когда появился Гарри и я лучше его узнала, я поняла, что мне не важен статус его крови, как и происхождение. Меня всегда учили быть лучшей во всем, и я захотела иметь достойного себя партнёра. Не хотела принадлежать слабаку или посредственности. Теперь я думаю, что мне было бы безразлично, даже если бы он оказался магглорождённым. — А как у вас с «этим»? – улыбнулась Аполлин, взгляд Беллатрикс стал печальным. — С самим процессом всё просто отлично, проблемы с его результативностью. — Как давно? — Я не пью противозачаточное с момента свадьбы. Пошёл уже пятый месяц. Ты не представляешь, как я тебе завидую. — Прости. Мне не стоило об этом говорить. — Мне порой кажется, что моим боггартом будет отказывающийся от меня Гарри по причине того, что я не могу родить ему ребёнка. Но потом я тешу себя мыслью, что в нашем брачном контракте не прописана возможность отказаться от меня, даже если у нас никогда не будет детей. В уголках глаз Беллатрикс начала скапливаться влага. Не всегда же ей быть сильной. Аполлин поспешила вывести её из зала, чтобы никто не видел этот момент слабости, и чтобы успокоить новообретённую подругу. Беллатрикс сама не знала, почему так разоткровенничалась, вероятно, она нашла в Аполлин родственную душу. Обе девушки неимоверно красивы и за ними крепко закреплено ошибочное мнение общества о них. Обе нашли себе пару, теоретически им не подходящую. Шарль – потому что некрасив и будет смотреться на фоне супруги комично. Гарри – потому что полукровка, и чистокровной леди не следует марать благородную кровь в браке с ним. Спустя минут десять в комнату, где девушки пили чай после разговора по душам, вошел неимоверно довольный Шарль в компании Гарри. Последнего очень сильно нахваливали за победу. Аполлин с Беллатрикс, да и Шарль с Гарри договорились вести переписку. Блэки согласились остаться на обед, и после него отправились на запланированное свидание по Парижу. Остаток дня они провели вдвоем, гуляя по городу, посетили пару музеев и ещё несколько исторических мест. Поднялись на Эйфелеву башню, в процессе прослушав историю про одного старика, который ну просто люто ненавидел башню, но регулярно пил кофе под ней, потому что «это единственное место в Париже, откуда её не видно». В конце дня парочка остановилась около одной из детских площадок, где Гарри угощал детвору конфетами. Беллатрикс кинула в него снежок, после мистер Блэк «завербовал» детишек, и те помогли ему в битве снежками. Беллатрикс жаловалась на «клятых мелких грязнокровок», но весь остаток дня с её лица не сходила улыбка.

***

Хогвартс, гостиная Слизерина, середина февраля 1976-го года Компания друзей Гарри удобно устроилась посреди гостиной и была занята игрой в карты, словом очередной ленивый вечер, когда все задания выполнены, и тело требует медитативного отдыха. В последнее время на факультете начала формироваться радикально настроенная оппозиция, как раз параллельно рейдам Пожирателей по маггловским деревушкам. К компании выдвинулась группа слизеринцев, в их глазах читалась решимость и серьезность. — Блэк, – обратился парень, что стоял в центре группы, он был высокого роста и явно не брезговал физическими упражнениями. — Хиггс... Тебе что-то нужно? Гарри оглядел компанию взглядом. Там стояли слизеринцы из семей, преимущественно принадлежавших к фракции тёмных радикалов, и ещё родственники ближайших сторонников Тёмного Лорда. Паркинсон, Яксли, Хиггс, Роули, Руквуд, Трэверс, Селвин... Гарри отметил, что среди них нет Нотта, Мальсибера и Эйвери. Либо их семьи ещё не определились со стороной окончательно из-за «страстной речи» в начале прошлого учебного года, либо ребята решили не присоединяться к Лорду из-за дружбы с Северусом или Гарри. — Тебе пора отдать корону. — У нас тут что, бунт на корабле? – Избранный повернул голову набок. — Слизерин не устраивает то, что ты сделал с факультетом, – решительно промолвил Хиггс. Гостиная мигом замолчала, все взгляды устремились на говоривших. — Напомни мне, пожалуйста, когда в последний раз Слизерин выигрывал кубок школы? Пять? Семь лет назад? До того, как я встал во главе, конечно. — Шесть, – ответил стоящий позади Гарри Регулус. — А на сколько баллов мы сейчас опережаем ближайшего соперника? — На 250, – нехотя пробормотал Хиггс, Гарри хмыкнул. — Думаю, я делаю всё правильно. — Мордред, Блэк! К дракклу баллы! Ты не стоишь за чистокровность! — Кто такое сказал? – притворно удивился избранный. — Яксли, его отец был на приёме у Ноттов. Ты там соловьём пел о том, что нам нужно якшаться с грязнокровками, – Гарри перевёл взгляд на Яксли, и тот съёжился под пристальным взглядом холодных синих глаз. — Я не выступал против чистокровности. Я говорил о вреде близкокровных связей, не отрицая пользы от них. — Бред! — Разве? – Гарри развернулся и обвёл взглядом гостиную. – Давайте вспомним один благородный дом. Дом Мраксов. Древняя уважаемая семья, входит в список 28-ми, наследники самого Салазара, даже владели парселтангом. Но только в своем стремлении сохранить чистоту крови и наследство основателя стали жениться на ближайших родственниках. — И в чем проблема? – выкрикнул Яксли. — Они это делали, но не так, как многие из нас. Не женили потомков на кузинах и многоюродных братьях и сестрах. У них в порядок вещей вошли браки брата и сестры, множество раз из поколения в поколение. В итоге в семье стали рождаться неуравновешенные и агрессивные люди. Да и в придачу на фоне которых даже Северус выглядит эталоном красоты, – Гарри повернулся к Северусу. – Без обид. — Я знаю, как выгляжу, – закатил глаза тот. — Вот именно! Ты только такое и говорил тогда! И ни слова про преимущества! – крикнул Паркинсон, взгляды сосредоточились на Гарри. — Не лги, Мортимер, – Гарри устало потёр переносицу. – Смотрите, как я умею. В следующие пару минут, он демонстрировал свои способности метаморфа, пусть и ограниченные. Юноша менял цвет волос, глаз, кожи, менял некоторые черты лица. Ученики заворожено наблюдали за сим действием. — Метаморфизм, – прошептал один из них. — Да, он самый, пусть и ограниченный. Это – доброкачественная мутация, вызванная многолетними связями дома Блэк со своими близкими родственниками, моя племянница владеет этим даром в совершенстве. Вероятность получить столь же полезную мутацию, родовая библиотека, более сильные в магическом плане благодаря детству в нашем мире потомки... Вот они, преимущества чистокровности, я их никогда не отрицал и не буду. Если ваши обвинения исчерпаны, то я вернусь к игре. — Тебе недолго осталось руководить, – прошипел Хиггс. — Давай, Хиггс, брось мне вызов, – улыбнулся ему Гарри. Хиггс выхватил палочку и направил на Гарри. Его сторонники поступили так же, как и окружение Избранного – те тоже приготовились атаковать соперников. Мигом спустя глаза Хиггса расширились от шока. Палочки всех учеников в гостиной, помимо членов его группы, были направлены на них самих, в то время как Блэк стоял на месте, никак не отреагировав. — Думаю, Слизерин принял решение. И оно не в вашу пользу.

***

Хогсмид, конец февраля 1976-го года Этот субботний день было решено провести сугубо в компании своих друзей того же пола. Какая бы сильная любовь ни была между нашими парами, но отдыхать друг от друга тоже периодически надо. Так что Гарри в компании парней коротал день за кружечкой сливочного пива, а Беллатрикс с подругами отправилась по магазинам. Разговор в первой компании предсказуемо зашёл о девчонках. Регулус задал вопрос не по конкретно обсуждаемой теме: — Как понять, что она готова зайти дальше? – Гарри с Северусом заулыбались, Сириус хихикнул. — Малыш Рег теперь совсем взрослый, – притворно всхлипнул Гарри. – Как же расстроится тетя, когда поймёт, что пора перерезать пуповину. — Мордред, Гарри! Я серьезно! Вот как было у тебя с Беллс? — Ты ведь сейчас не на полном серьезе спрашиваешь, как я лишил твою кузину невинности? — Она была девочкой? – уже искренне удивился Сириус. — Да, несмотря на ходившие вокруг твоей кузины слухи, я был у неё первым. И нет, я не расскажу никаких подробностей. То, что происходит в спальне – остается в спальне. Тем более мы говорим о леди. — Это из-за ошейника? – спросил Регулус. Сириус, Северус и Барти поперхнулись выпивкой, Ксенофилиус понимающе улыбнулся. Все взгляды сосредоточились на Гарри. — Мордред, ладно. Только не ждите подробностей, – парни закивали. — И как ты понял, что она готова? – спросил Регулус. — Она делала намёки… очень толстые намёки. Я объяснил ей, что мой первый опыт был не очень удачным, в результате чего я комплексовал. Белла отнеслась с пониманием. В один из дней она была настроена очень решительно, да и я солгу, если скажу, что сам этого не хотел. — А при чём тут ошейник? – не понял Сириус. — Это был подарок, предназначенный не для постельных утех... и да, его мы тоже использовали. Но как я и говорил, подробностей не ждите. — Какая она? — Преимущественно – послушная, она соглашается на всё, что бы я ни предложил. Мне порой кажется, что если я во время завтрака в большом зале попрошу её залезть под стол и… ну вы поняли, – на щеках Гарри проступил румянец, – то она это сделает. — Ты не сильно мне помог. — Уж прости. — Снейп, а как у тебя было? — Прокляну, – предупредил Снейп. — Да ладно тебе, все это делают. Мы не просим подробностей, – засмеялся Сириус, его смех в этот момент походил на лай. — Мы сделали это в первый раз на каникулах. Когда я собрался уходить после того, как погостил у неё, она сказала, что её родителей не будет до утра, и я сразу всё понял. Хотя ещё перед отъездом из Хога, Лили сказала, что готова, вот мы и договорились... — Даже представить не могу, как она тебя к себе подпускает, – фыркнул Сириус. — Она мне не отказывает, но преимущественно близость происходит по её инициативе, – у Сириуса отвисла челюсть, Гарри сконцентрировался на окклюменции, всё еще сильно хотелось дать Северусу по лицу, всё же говорят про мать Гарри. — Крауч? – не унимался Регулус. — В общем, я еще девственно чист, – ответил Барти. Скрывать сей факт от друзей он не видел смысла – осуждать его не за что, и они точно его не засмеют. — Правда? — Да. — В школе много девушек, интересующихся тобой. Изменить это не будет проблемой. — Они меня не интересуют. — И кто же завладел твоим сердцем? – улыбнулся Гарри. — Гринграсс, – совсем тихо ответил Крауч. Сириус уже готовился принять активное участие в диалоге, но ему не дал заговорить Снейп: — Нет, нам не интересны твои сексуальные похождения, Блэк. То, что тебе не могут отказать хаффлпаффки ввиду твоего природного очарования, никак не поможет твоему брату. — А вообще, что посоветуете ну… в «этом»? – спросил Регулус. — Я дам тебе одну интересную книгу, прочти на досуге, – ответил Ксенофилиус. — Сейчас бы и трахаться учиться по книгам, - хихикнул Сириус. — Думаю, ты бы облажался, если бы перед тобой лежала голая девушка, а ты бы не знал, что с ней делать. Пусть хоть практическое пособие почитает.

***

Хогсмид, пару часов спустя Через некоторое время компании парней и девушек слились в одну и теперь все вместе весело прогуливались по магической деревне, о чем-то весело переговариваясь. — А правда, что там живут призраки? – спросила Лили, указывая на визжащую хижину. — Скорее оборотни, – фыркнул Снейп. — Снейп! – в один голос воскликнули Гарри с Сириусом. — Молчу, молчу, – поднял он руки в примирительном жесте. Они прошли ещё около пятидесяти метров, как Гарри вдруг остановился. — Блэк, чего застыл? – спросил Снейп. — Холодно… — Конечно, холодно, февраль месяц. — Нет. Этот холод... он не природный, и слишком уж знакомый, – неожиданно глаза Гарри расширились, и он выхватил палочку. — Регулус, отведи учеников обратно в школу, быстро! — Что случилось? — Дементоры, – Гарри указал на несколько тёмных силуэтов, нависших вдалеке над деревней. — Снейп, Сириус, идите к «Трём метлам» – там наверняка сейчас толпа людей, и эти твари скоро туда явятся. Парни поспешили выполнять указания, Лили увязалась за Северусом. Все остальные, в свою очередь, пошли перехватывать тёмных тварей. Гарри пришёл к выводу, что Тёмный Лорд таки взял их под контроль и решил испытать либо их, либо свою возможность управлять ими. Вероятно, поэтому слизеринская оппозиция сегодня в Хогсмид и не отправилась. — Экспекто патронум! С палочки Гарри сорвался королевский василиск и устремился навстречу тёмным тварям. В какой-то момент он свернулся в спираль, а затем вытянулся в струну и резко прыгнул в сторону опасности. Змей одним укусом развоплотил ближайшую тварь, до которой допрыгнул. Та рассыпалась прахом, после чего василиск поспешил к ближайшей. Крупная пантера элегантно прыгала следом. — Окружайте их! – скомандовал Гарри. Соратники Гарри обступили дементоров полукругом и призвали своих Патронусов: кролик у Ксенофилиуса, сова у Пандоры, у Марлин пока был только большой белый щит, у Крауча большой породистый вислоухий кот, у Рэйвен ворон. Несколько участников дуэльного клуба, что шли рядом, тоже последовали указаниям. К сожалению, телесной формой патронуса из них не владел почти никто. С противоположной стороны дементоров сгоняли в полукруг василиск с пантерой. Гарри руководил, отдавая команды. В какой-то момент тварей окружили со всех сторон и начали прижимать плотнее друг к другу. Пантера вцепилась когтями в ближайшую тварь и начала терзать ту лапами, в то время как василиск не давал остальным вырваться из ловушки. Дементоры взвыли, вой слился в единую громкую какофонию звуков, и казалось, это звуки людей под пытками. Спустя минуту и они отправились вслед за своими товарищами прямиком в бездну. Ученики, тяжело дышали, кто-то присел на землю, стараясь перевести дыхание. Гарри понимал, что им удалось одолеть дементоров так легко только благодаря быстрой реакции и сопутствующей ей атаке на тварей, пока те не приблизились к ним достаточно близко. Возможно всё дело в удаче. Беллатрикс прижалась к мужу, тот приобнял её за талию и поцеловал в лоб. — Ой, это так миленько, – воскликнула Пандора, указывая наверх, после встречи с дементорами нужно было отвлечься на что-то... на что угодно. Над четой Блэков призванная пантера ластилась к василиску.

***

Хогсмид «Три метлы», это же время К сожалению Регулус успел отвести в школу лишь малую часть учеников, оставшиеся младшекурсники спрятались в пабе под защитой остальных, кто хоть как-то мог их защитить. Дементоров около паба было меньше дюжины, но сдерживать их натиск очень проблематично, особенно когда те атакуют все разом. Мантикора Северуса металась из стороны в сторону, стараясь не подпустить ближе ни одну из тварей, большой пёс помогал удерживать тварей подальше от входа. Через минуту, Лили сконцентрировалась и смогла найти подходящее воспоминание – что оказалось довольно трудно, когда ты окружен аурой отчаяния и панических настроений. Мигом позже с её палочки тоже сорвалась мантикора, только в отличии от мантикоры Северуса, самка. — Лилс! – воскликнул Снейп. — Что? — Если всё закончится хорошо, ты выйдешь за меня? И да, это предложение! Лили направила чуть больше магии в палочку, и её Патронус стал на порядок сильнее, быстро откинув от себя окруживших его дементоров на пару десятков метров. — Я согласна! Пару минут спустя Регулус вернулся вместе с остатком факультета и почти полным преподавательским составом во главе с директором. Одна единая атака – и все твари были отброшены и отступили. Их не окружали, так что вырвались они почти невредимыми. Лили тут же прыгнула в объятья к своему уже жениху.

***

Сразу после происшествия детей отправили обратно в замок. Спустя двадцать минут в Хогсмид прибыл тридцатый министр магии Гарольд Минчум собственной персоной. Вслед за ним появились и репортёры, которые сразу начали задавать неудобные вопросы. Министр воздерживался от конкретных ответов, и даже если и отвечал на какие-то вопросы, то делал это расплывчато и обтекаемо – впрочем, как и многие политики. Репортёры принялись расспрашивать детишек, до которых могли добраться, далеко не все из них были в этот день в магической деревне, а к тем, кто там был, никого не подпускала мадам Помфри с деканами. Благо, всё закончилось относительно хорошо. На следующий день вышла статья в «Ежедневном Пророке» – в ней говорилось о некой ошибке, в результате которой пара десятков стражей Азкабана покинула свой остров. Попечительский совет требовал, чтобы теперь по выходным дням, в Хогсмиде дежурили авроры, на что получили отказ: Министерство старалось замять происшествие, и если они отправят в деревню авроров, то этим признают существование проблемы. Этот же день, несмотря на радость от официального согласия Лили на брак, омрачился для Северуса другой новостью. От Эйлин пришло письмо, в котором говорилось о смерти Тобиаса в результате поножовщины в баре. Убийца был задержан, но мужа и отца это уже не вернёт. Снейп, мертвецки бледный, сидел и сжимал в руке конверт, а его взгляд застыл на строчках, информирующих о смерти отца. Сколько бы он не перечитывал – результат не менялся. Казалось, он несколько минут и вовсе не моргал, пока из этого состояния его не вывел вопрос от Лили, которая заметила неладное в его поведении. Северус молча передал ей письмо, не зная как самому озвучить произошедшее, он и не смог бы. Парень никогда не проявлял особой любви к отцу из-за его нетерпимости ко всему магическому, но отца он уважал. За то, что тот не бросил их с матерью, несмотря на свою неприязнь к магии. За то, что помог Эйлин, когда от неё все отвернулись. В конце концов, он почти десяток лет сам содержал семью, пока его не сократили. Тобиас помогал сыну социализироваться в маггловском мире, всем остальным воспитанием занималась Эйлин. Тобиас учил сына драться по-маггловски, даже это пригодилось, несмотря на то, что их «уроки» сперва походили на избиение собственного ребёнка. Северус переживал о потере отца, хотя в глубине души радовался, что потерял не мать, от чего на душе было очень мерзко. Кто-то из учеников даже запустил слух, что Северус отравил ненавистного отца-маггла. Блэк пообещал, что остряку, вероятно, сломают нос, как только вычислят. Лили не отходила от Северуса весь день, стараясь привести в себя, но первые минимальные результаты были лишь четыре часа спустя. Похороны были назначены на ближайшие дни. По правилам школы в таких случаях ученику дают освобождение на несколько учебных дней. Всё, что смог сделать для Северуса Гарри, так это убедить деканов и директора отпустить в Коукворт и Лили Эванс для поддержки. Те согласились, но так как правила школы такого не предусматривали, официально Лили «навещала больную бабушку». Северус отметил, что у отца было очень много друзей. Учитывая, как много было людей на похоронах у Тобиаса, это были именно друзья, а не собутыльники. На похоронах был и Альфард Блэк – тот пришёл поддержать Эйлин, позже Северус попросил его позаботиться о своей матери, пока сам он в школе. Всё прошло, как в тумане, и вернувшись домой парень понял, что почти ничего не помнит. Единственное, что радовало, так это то, что Лили была рядом в момент трудности. Жаль, что своим появлением в прошлом Гарри не смог исправить всё.

***

Дни вернулись в привычное русло. У дуэльного клуба после произошедшего появилось ещё больше посетителей. Гарри не мог уделить внимание им всем, приходилось надеяться на товарищей. Оппозиция факультета залегла на дно и пока не проявляла никакой активности. Самого парня считали, теперь чуть ли не благородным героем-спасителем, его авторитет стал ещё выше, если это вообще возможно. Гарри терзала мысль, что дементоры пришли именно за ним, как и перед пятым курсом в своём времени. Морозные зимние деньки сменились отвратительно сырыми принадлежавшими ранней весне. Наступил март, а за ним и апрель. Никаких новых нападений на Хогсмид не произошло, но атаки «оборотней» на маггловские деревни продолжались. Ученики готовились к предстоящим экзаменам. Среди студентов Гриффиндора начали ходить слухи об Ордене Феникса, который набирал в свои ряды небезразличных к происходящему.

***

Хогвартс, середина апреля Гарри и его компания дружно устроились в тени векового дуба у озера. У ребят был пикник. Северус в конце концов отошёл от смерти отца и стал прежним. Никто из компании не признается, но все они соскучились по его желчному характеру и язвительными шуточками. Ребята переговаривались о предстоящих экзаменах и планах на будущее. Собралась почти вся компания, хотя большинство просто уплетали пищу за обе щеки – спасибо эльфам. — Гарри, так чем ты планируешь заняться после экзаменов? – спросила Пандора. — Слагги мне толсто намекал, что директор хочет предложить мне пост преподавателя ЗОТИ на следующий год. — Серьёзно? — Да. — Ну, вариант не самый плохой, учитывая, что тебя так и не пришли вербовать невыразимцы, – фыркнул Снейп, Лили хихикнула. — В том-то и смысл: если бы они пришли меня вербовать, вы бы про это точно не знали бы, – усмехнулся Гарри. — Значит, ЗОТИ? – уточнила Лили. — Пока не знаю, старик Дамблдор меня на чай ещё не звал. Но я как минимум потребую, чтобы название дисциплины поменяли. Быть может, и переживу учебный год на проклятой должности. — Ты будешь очень хорошим учителем, – улыбнулась Беллатрикс, облокотившись на мужа. Гарри обнял её, сложив ладони у неё на животе в защитном жесте. — А ты чём займёшься? – обратилась Пандора к Беллатрикс. – Тоже подашься в преподаватели? — Пока конкретных планов у меня нет, – ответила Блэк, откусывая большой кусок от сэндвича. — Будешь так много есть, поправишься, и Гарри тебя бросит, – деловито-шутливо отметила Эванс. — Мне сейчас нужно есть за двоих, – спокойно ответила девушка, ожидая реакции. Наступила полная тишина, не было слышно ни звуков природы, ни того как ребята копошатся с едой, казалось, время застыло на месте. Мигом позже вся женская часть компании дружно и радостно закричала. Пандора бросилась обнимать лучшую подругу, глаза Лили загорелись азартом, Гарри выпустил жену из объятий, чтобы передать в следующие. Все девушки по очереди обняли Беллатрикс, даже Марлин, которая отреагировала на новость более сдержанно. Сириус всё чаще проводил время в компании брата и кузена, не забывая конечно о Мародёрах. К Гарри подходили парни, поздравляли. — Так значит, Белла беременна? – спросил у него Северус. — Пять баллов Слизерину за логическое мышление, мистер Снейп, – усмехнулся Гарри. — Какой срок? – спросила Пандора. — Пятая неделя, – гордо ответила Беллатрикс. — Мальчик или девочка? — Пока не знаем, сами обнаружили буквально пару дней назад. — Ребёнок Гарри и Беллатрикс… мордредова смесь, от Хога ничего не останется, – пробормотал Северус, вызвав смех у компании. — Ну, Нимфадора просила братика, но думаю, что и сестричке она тоже будет рада, – вновь улыбнулся Гарри. — Вижу, ты очень рад. — Иначе и быть не может! Представляешь, я наконец-то стану отцом... ну и грудь Беллатрикс станет ещё больше! – Северус закрыл лицо ладонью, а Белла отвесила мужу шутливый подзатыльник.