Героиня на ваши головы: в гости к Бестолковой

Wake me up inside, Call my name and save me from the dark. Bid my blood to run Before I come undone. Save me from the nothing I've become…* (Evanescence — Save me)

POV Леви Аккерман       Никогда не был тормозом. Во всяком случае, претензий к себе насчет скорости реакции и соображалки раньше не имел. До этого момента.       Всё было так неожиданно, но вместе с тем так, мать его, очевидно. Титанша, внешностью сильно напоминавшая человека, который своим появлением в моей жизни умудрился перевернуть её с ног на голову, одним лишь взглядом заставила растеряться. На секунды, да. Их в стандартной ситуации мне бы вполне хватило, чтобы справиться с задачей и уничтожить врага. А здесь…       Гигантские ладони сомкнулись, не превратив меня в кровавый фарш, а АККУРАТНО, блять, опустили вниз! И в тот же миг, когда мои ноги коснулись земли, под черепушкой сразу всё прояснилось, не оставляя сомнений. Это она. Ошибки быть не может. Я стою, как столб и тупо наблюдаю, даже не пытаясь вмешаться. — Уничтожайте титанов! Не дайте им подобраться к Женской Особи!       Резкое гарканье Смита заставило выйти из ступора и повернуться. Почти синхронно со мной тоже самое сделала косматая гуманистка, тут же уставившись на Эрвина. Правда, ненадолго. Похоже, гляделки в её планы не входили. Она пришла за чем-то или кем-то конкретным.       Клубы густого пара поднимаются вверх, постепенно рассеиваясь. Всё уже закончилось? Я непроизвольно, не успев осознать в полной мере, что делаю, быстрым шагом иду в непроглядную белоснежную пелену. Тишина вокруг кажется настораживающей, гнетущей. Слышу только свой немного ускоренный пульс. Пар понемногу рассеивается, картина становится всё яснее…       Косматая титанша лежит на животе, поджав под себя ноги так, словно секунду назад стояла на коленях и молилась, тц. Мордой уткнулась в землю, ничего, кроме волос, не видать. Насрать, что там с её рожей — всё моё внимание сейчас устремлено на затылочную часть возле шеи. Ну же, вылезай, кем бы ни была! Я должен понять, какого хера ты так себя вела, и почему настолько знакомо выглядела! Секунда. Две. Три. Пять. Плевать, сам тебя достану!       Я нажал на курки, выпустил тросы, оттолкнулся от земли и уже в полете услышал звон стали. Блеснув на солнце, лезвие меча вырвалось из затылка титанши рассекая мертвую плоть. Чьи-то тонкие пальцы, сжимая рукоять и заметно дрожа, развернули его острием вниз и вонзили рядом с разрезом, создавая точку опоры. Человек внутри дохлого титана отчаянно хотел вырваться наверх. Что ж, наши желания совпадают.       Приземлившись рядом, я наклонился, крепко схватившись за чье-то запястье и потянув его на себя. Горячие, обжигающие пальцы судорожно вцепились в мою руку, из разреза показалась вторая, которая, нащупав меч, рядом, стала повторять попытку опереться на него. Моё терпение стремительно иссякает.       Поймав и другую ладонь, изо всех сил дернул на себя, да так резко, что перед глазами всё смазалось в разноцветное пятно. Кто-то глухо коротко вскрикнул, я плюхнулся на задницу, через мгновение ощутив на себе тяжесть чужого тела, горячего, как только что вскипевший чайник. Но тогда мне было плевать на боль. Всё, чего я хотел в тот момент — увидеть лицо. То, которое уже видел раньше…       Хрупкое женское тело лежало на мне, только сейчас в этом не было ничего романтическо-эротического. Спутанные волосы насыщенно красного оттенка упали мне на глаза, частично закрывая обзор. Придерживая девку, несмотря на исходящий от неё жар, я перекатился на бок и приподнял голову, пытаясь получше рассмотреть её. Легкое летнее платье со знакомым узором, немного порванные босоножки на небольшом каблуке… Ощущая, как ускорилось сердцебиение, откинув пальцами красные патлы, я приподнял лицо знакомой незнакомки за подбородок и заглянул в приоткрытые глаза. Зеленые, как и ожидалось. Но отражалось в них абсолютное непонимание происходящего. — Юля? — по-моему, это чуть ли не первый раз, когда зову её по имени.       Она старается сфокусировать на мне взгляд, но получается неважно. Он затуманенный, подёрнутый легкой дымкой. Сам не знаю, зачем, продев руки под плечи Труженицы, слегка тряхнул её. — Кто… т-ты? — скрипящий полушепот доносится до моих ушей. Неудели не узнаёт? — Ты умудрилась меня забыть? — да, самое время для усмешки. — Я Леви. Заноза в твоей заднице, если хочешь.       Мдам, сказал тоже. — Леви… — Она медленно посмотрела в сторону, помолчав, пытаясь переварить полученную информацию. Видимо, сегодня кроме меня здесь есть ещё один тормоз. — Пожалуйста… помоги мне…       Произнеся просьбу буквально на выдохе, наша благодетельница в прошлом закрыла глаза, не в силах пока сделать что-либо другое. Её тело немного обмякло, голова чуть запрокинулась назад. Ну что, Леви, пришло время вернуть должок?       Пар от тел двух титанш быстро почти рассеялся, шум других людей, на который я сам ранее перестал обращать внимание, снова вернулся. Подхватив Труженицу на руки, поднимаюсь на ноги, и первое, на что наткнулся взглядом — удивленные глаза Смита. Бойцы за его спиной продолжают выполнять приказ, который, по сути, уже особо не имеет смысла, и валят подбегающих титанов со всех сторон. Несколько из них временами пялятся на нас, вообще не понимая, какого черта тут происходит. Но нашему командору сейчас на это как будто похуй. И я, наверное, могу его понять. Быстро отдав новый приказ находящимся ближе всего людям — погрузить кристалл с Леонхарт в повозку, закрыв его от солнечного света, — Эрвин пришпорил коня и рванулся в нашу сторону. Я спустился вниз, держа Юлю, по-прежнему пребывающую в не самом лучшем состоянии, и Смит, спешившись, подбежал к нам. — Это невозможно…       Пф, он действительно может говорить подобное после всего, что с нами происходило ранее? — От неё не так просто отвязаться, смирись с этим, — сам не понял, к чему это сказал. — Наверное, это к лучшему, — командир слабо улыбнулся, посмотрев на лицо Труженицы, которое довольно быстро заживало от ран после превращения в титана.       Шагнув вперед, Эрвин протянул было руки, очевидно, чтобы перенять у меня ношу, но я отступил назад. Какого хера? — Хм… — Смит поджал губу, едва заметно нахмурив брови. — Нужно позаботиться о ней, — он кивнул на повозку, которая предназначалась для раненых. — Только вот как объяснить другим эту «заботу»?       Чувствую, наврать нам придется с три короба. Ведь правда слишком похожа на бред. Впрочем, для Эрвина пиздеть — вполне привычное дело. Всё во имя Человечества, тц.

***

      Этот день уж слишком быстро закончился. Наверное, подобное ощущение из-за его насыщенности событиями, полным разбродом в моей голове и целой кучи мыслей о том, что же делать дальше. Всё шло по сраному канону, который мы со Смитом конечно, и так собрались поменять, но даже в наши планы не входил фактор в виде появления «благородной самоубийцы». Да еще и в таком обличии. Дело не то, чтобы пахло — уже откровенно воняло грядущим пиздецом. Или я с какого-то хера стал пессимистом, рассчитывающим только на несчастливый финал? Тревожный сигнал, учитывая, что обычно не особо далеко смотрю в будущее.       Как бы там ни было, солнце, наконец, закатилось, всех прибежавших на зов Женской Особи титанов с грехом пополам замочили, хоть и не обошлось без раненых и нескольких смертей. Но это не сопоставимо с тем, что могло бы быть, следуй всё по изначальному сценарию. Может, появление Труженицы здесь действительно не такой уж плохой вариант событий?..       Чтобы нам задавали поменьше лишних вопросов, Смит предложил разместить Юлию в отдельной повозке, куда не мог входить никто, кроме нас двоих. «Пленницу» было решено связать и сделать вид, что мы с ней ранее знакомы не были. Пока она лежит в несознанке, трудностей быть не должно. А вот когда очухается, придется ей как-то объяснить, какого черта, собственно, происходит (мы бы ещё сами знали). И попытаться придумать для неё правдоподобную историю, надеясь на то, что наш цирк на выезде, состоящий из трех артистов, сможет достойно отыграть весь этот спектакль. — Это же просто потрясающе! — Очкастая от восторга аж подпрыгивает, периодически толкая меня локтем в бок. — Целых два пойманных шифтера! Да еще и девушки! Какой простор для экспериментов!       Я, Ханджи и еще несколько человек сидим у костра в ожидании позднего ужина. Смит куда-то свалил еще полчаса назад, но что-то мне подсказывает, он не так уж далеко… — Тебе их на растерзание ещё никто не отдавал, — надо бы поумерить пыл Четырехглазой, пока она не рванулась «ради науки» расчленять Юлию или пытаться отколоть кусок от кристалла Леонхарт. Впрочем, последнее наш майор сделает в любом случае. — Ты не понимаешь, — отмахнувшись, продолжала стукнутая. — Это огромное открытие для нас! Мы ведь не знали точно, есть ли подобные Эрену, это были лишь гипотезы. И вот он ответ! Нужно непременно установить, откуда растут ноги у всего этого! — Из жопы, как положено, — этот разговор ещё в начале меня нервировал. А идиотско-восторженный тон голоса Очкастой так и вовсе сродни назойливому писку комара над ухом в темноте.       Не успел я задаться вопросом, почему я один должен отдуваться за себя, Труженицу и Смита, пытаясь заткнуть дуло Четырехглазой, как наш командир нарисовался слева. — Она очнулась, — коротко выдал тот, и Ханджи вновь подскочила, пытаясь встать, но в итоге неловко плюхнулась на задницу. — Отлично! Зададим ей парочку вопросов!       Как трудно побороть желание зарядить майору подсрачник. Но я не бью женщин. Вроде как. — Не сейчас, Ханджи, — Эрвин остановил ее жестом, покачав головой, и та замерла, приоткрыв рот и проглотив вопрос, который так и просился наружу. — Леви, ты со мной, — кивнул в сторону повозки. — Но, но… — плотина любопытства Очкастой дает трещину. — Почему ему можно, а мне… Что происходит?! — Я объясню позже.       Да неужели?       Спиной чувствую недоуменно-прожигающий взгляд Четырехглазой, но даже если бы и хотел, не могу обернуться и позвать её с собой. — Она узнала тебя?       Смит покосился на меня, но сохранил кирпичное выражение лица, идя дальше. — Да, но в первые секунды смотрела как на незнакомца. Её память быстро возвращается. Даже не знаю, насколько это хорошо в нашей ситуации. — Почему? — Что он несет вообще? — Потому что ей придется убедительно сыграть другого человека.       Как это связано? Мы уже успели убедиться, что врать она умеет не хуже самого Эрвина. С этим проблем не должно возникнуть. Хотя…       Мы забрались в повозку, где Труженица находилась уже в полусидячем состоянии. И руки её всё также оставались связанными за спиной. Услышав шум, она тут же устремила на нас взгляд и даже слабо улыбнулась. — И снова здравствуйте…       Раны на лице зажили, выглядит вполне здоровой, если можно применить в данном случае это слово. Глядит на нас по очереди без враждебности, а даже с каким-то теплом. — Очухалась?       Усмехнувшись, садится ровнее, подвигав плечами: веревки на её руках я по привычке затянул как надо, даже не подумав сделать это чисто для вида. — Да, вроде того. Только никак не могу найти в памяти причину, по которой связана. Может, напомните мне, а, дженпельмени? А то я запуталась между сном и реальностью.       Ты не одна такая.       Смит парой шагов сократил расстояние между собой и Труженицей. Присев на корточки, он как-то извиняюще улыбнулся ей. Ну да, манеры принца на белом коне при нём и во сне, и наяву, и даже на толчке, я уверен. — Это вынужденная мера. Теперь ты гостья в нашем мире. Но твое появление ещё придется оправдать. — В каком смысле? — Юля вопросительно приподняла бровь, а потом повернула голову ко мне, очевидно, ожидая пояснений хоть от кого-то из нас. — Мы не сказали никому о том, что произошло. В такое дерьмо никто не поверит.       Вряд ли так стало понятнее. — Погодите-погодите! — недопленница тряхнула спутанными космами. — Даже если всё в секрете, какого дьявола я связана? И… где вы вообще меня нашли?! — Ты сама отыскала нас, — Эрвин положил ладонь на её плечо. — Превратившись в титана, ты обезвредила Женскую Особь и достала из её тела кристалл с Энни Леонхарт.       От такого потока информации в паре предложений, наверное, и у меня бы крыша начала вращаться. Улыбка с оттенком недоверия вполне красноречиво выражала хаос в голове благодетельницы. — Чего?! Какого ещё титана? Я… охх… Хорошо, допустим, я не сдохла по первоначальному плану… Но с чего вдруг титаном-то стала?! Что за шутки за двести?!       Хмм… как объяснить другому происходящее, если сам ничерта не понимаешь? — Очередной блядский сбой.       Я сказал первое, что пришло в голову, и оба сидящих напротив тут же уставились на меня. Причем с одним и тем же выражением лица вроде «с этого места поподробнее?». — А ведь это вполне может оказаться правдой, — Смит задумчиво потер подбородок. — Но если так, то вполне возможна очередная встреча с этим сверхразумом, или чем бы оно ни было…       Только этого нам для полного счастья и не хватало. — Сбой… — Труженица вздохнула, опустив голову. — Мне никогда не понять этого. Распоряжаться чужими жизнями, чтобы всё было как должно?.. А какое оно, это сраное «должно»?!       Хороший вопрос. Надо бы задать его этой бело-синей херне, если надумает заявиться. — Не стоит отчаиваться раньше времени, — Эрвин улыбнулся так, будто он-то как раз всё знает. И это… бесит. — Пока ты здесь, мы защитим тебя.       Сказано громко, но, по сути своей правда. Вся запланированная ложь будет направлена именно на это. — Даже если у вас получится, — я слышу тяжелый усталый вздох. — Выходит, мне осталось всего тринадцать лет?       Как странно. За то время, что она лежала здесь, мне даже не пришла в голову эта мысль. — Я думала, что умру тогда. Но, наверное, ещё не исполнила предназначенного мне…       Кто может знать, когда нам положено подохнуть? Есть ли вообще какой-то план, задача, которую мы должны исполнить, и только потом отойти в мир иной, или что там за этой гранью? — Это похоже на безумие, — титано-человеческая гуманистка по очереди посмотрела каждому из нас в глаза. — Но раз уж я в этом участвую, вы можете на меня рассчитывать. Вот только… скажите, что нужно делать? Потому что сама разобраться во всем этом я точно не смогу.       Не беспокойся. Ты явно стукнутая, тебе будет проще.