Система "Реабилитация" для первосортного злодея

Хуань Юэ Лянь стоял коленями на холодных и сырых камнях, сложив ладони в молитвенном жесте перед именной табличкой и зажженными палочками благовоний возле нее. Несколько свечей горело рядом, освещая темное помещение без единого окна. Эта комната находилась глубоко под землей и сюда никогда не попадал дневной свет. Она была похоронена глубоко в недрах горы Чушань. Заклинатель медленно поднялся, бессильно опустив ладонь на нефритовый зеленый гроб. Вот уже четыре года прошло с тех пор, как Старейшина Чушань был убит и обращен в прах. И вот уже четыре года Хуань Юэ Лянь каждый день навещает его прах, спрятанный здесь, молясь о том, дабы душа его брата возродилась в новой жизни. Пальцы на его руке невольно сжались, а глаза зажмурились болью. Когда заклинатель вновь открыл их, в его взгляде читалась лишь жестокая ненависть и желание мести. Когда он выбрался наружу, возле отстроенного наново поместья Старейшины Чушань, его уже ждал ученик в зеленых одеждах. — Учитель, Вы вернулись, — молодой юноша вежливо склонился. — Старейшина Хэньшань просил передать, что он отправился исследовать близлежащие города на наличие следов Безликого демона. — Хорошо, — Хуань Юэ Лянь кивнул, — он взял кого-либо из моих учеников с собою? Пик Еваншань славился своими лекарями, а без них не обходится ни одно серьезное происшествие и уж тем более поиски Безликого. — Да, Старейшина Хэньшань забрал в свой отряд двоих: девушку по имени Тай Мэй и юношу Ю Ланя. — Что же, пускай, — Хуань Юэ Лянь нахмурился. Он знал, что Сиян Хон Ше не успокоится и даже спустя четыре года будет стоять на своем. Он до сих пор не смог принять того, что Фань Шен Ву мертв, продолжая твердить, что "этот негодный лис просто спрятал свою душу!". Когда Старейшина Еваншань собрал глав всех пиков, что бы сообщить о гибели Шен Ву и о своем решении скрыть это от глаз и ушей всего мира, Хон Ше взорвался несдержанным криком: — Что за чушь ты несешь! Разве мог какой-то никчемный демон убить это Злое Божество!? Я ни за что не поверю в эту ересь! Когда же он рассказал ему подробности и показал именной талисман без чернил, тот все еще не доверял. Хуань Юэ Ляню пришлось отвести его в свое поместье и спуститься глубоко в подвал. Там он и явил Хон Ше закованного в цепи Призрачного Змея, что жалобно шипел, каждый миг норовя вырваться из оков и прокусить клыками собственную плоть, что бы свести счеты с жизнью. Однако и здесь заклинатель напрочь отверг слова Старейшины Еваншань, сложив руки на груди: — Это не его змей. — Я понимаю, что тебе тяжело, но нужно смотреть правде в глаза, — Хуань Юэ Лянь тяжело вздохнул, горестно качая головой. — Хон Ше, Шен Ву в самом деле мертв... — Я сказал тебе, это не Его змей! — заклинатель в багровых одеждах в ярости схватил Хуань Юэ Ляня за воротник, начав бешено трясти с каждым словом. — По-твоему кто я такой!? Сколько лет я враждовал с этим проклятым Фанем!? Больше двух сотен лет я знаю этого треклятого лиса! — Хон Ше, успокойся. Я знаю его так же хорошо, как и ты, — Хуань Юэ Лянь положил ладонь на запястья заклинателя, дабы тот унял пыл и отпустил, однако он не собирался. — Нет, не знаешь! — Багровый змей пылал диким гневом, смотря в глаза человека перед собой. — Если бы знал, ты бы не назвал этого Призрачного Змея его собственностью! — Но он действительно... — Нет! Сиян Хон Ше оттолкнул от себя заклинателя, сжав в негодовании кулаки. — Он терпеть не мог змей! Он ненавидел красный цвет! Он никогда не держал домашних животных и терпеть не мог детей! Хон Ше разъярялся все сильнее с каждым словом срывая свой голос в гневе, будто пытаясь противостоять неведомо кому. — Фань Шен Ву никогда не желал иметь учеников и ни за что бы не стал няньчиться с ними! Он попросту считал их слишком хрупкими для себя! Он ненавидел горькие напитки и всегда прятал похабные книжицы у себя в бамбуковой хижине в лесу! И он никогда бы не позволил себя убить какому-то ублюдочному демону!! Хуань Юэ Лянь замер, в неверии смотря на сереброволосого заклинателя перед собою. — Хон Ше... ты ... — Заткнись! Он жив! Старейшина Хэньшань судорожно смахнул багровым рукавом невидимую влагу со щек, уставившись на Призрачного Змея. — Я не знаю, почему однажды он так изменился и начал проявлять невиданную заботу о своих "неугодных" паршивцах, которых прежде не подпускал и на треть ли! Я не знаю, почему он внезапно оставил себе это существо! Его словно подменили... Возможно, после очередной нашей схватки он повредил рассудок, но этот Призрачный Змей никак не может быть его! Он ненавидел красный цвет! Хуань Юэ Лянь, кажется, начал понимать, к чему клонил Хон Ше. Багровый змей окончательно потерял остатки терпения, ударив кулаком в стену за спиною и вскричав: — Цвет, что нравился Фань Шен Ву — белый! Старейшина Еваншань нахмурился. — Но я собственными руками собирал пепел из его одежд и своими глазами видел, как этот змей спас нескольких учеников в его догорающих покоях, — Хуань Юэ Лянь потер в раздумьях пальцами подбородок. — Мне плевать! До задницы эту рептилию! Она принадлежит другому человеку, но точно не ему! — Ты же не хочешь сказать, что Шен Ву внезапно стал этим другим человеком? — Старший брат, видимо, повредил свой слух, — Сиян Хон Ше сжал в злости кулаки, силясь сдержать свой гнев и пытаясь придерживаться норм приличия, — я именно это и сказал. Сейчас, вспоминая те слова Хон Ше, Хуань Юэ Лянь действительно начал сомневаться. Пусть в тот раз он посчитал все лишь за нежелание заклинателя смириться с потерей, но сейчас, если в самом деле задуматься, то Шен Ву определенно вел себя, как совсем другой человек последние несколько лет. Что уж говорить о том, что он никогда прежде не интересовался сборниками Лунтьяна, всякий раз предпочитая творения более традиционного написания и с участием женщин. Возможно ли, что все это время Старейшиной Чушань был некто другой? Хуань Юэ Лянь нахмурился. Он действительно был слеп. Когда Бай Сюэ очнулся с первыми лучами солнца, его поразило ужасом от всего недавно произошедшего. Птицы весело пели за окном, а заклинатель безжизненно лежал в полнейшей апатии и неверии. Волосы его встали дыбом в самых неприглядных местах от одной мысли, что вчера он переспал с собственным учеником! Мо Юн Мин же абсолютно спокойно спал рядом, обнимая заклинателя до непристойного властно и не жалея силы рук даже во сне. Шен Ву побледнел. Воспоминания вчерашней ночи прерывистыми кадрами пролетали перед его глазами, то внезапно обрываясь, то дико смущающе замедляясь. Некоторые моменты он помнил отчетливо, такие как багровые яркие глаза над ним, что томно смотрели из-под черных полуопущенных ресниц, а вот некоторые, где он терял рассудок от избытка удовольствия— напрочь отсутствовали. Видимо, именно на них он столь несдержанно закрывал глаза, не в силах больше выносить подобных сжиманий и терзаний на себе. Когда Бай Сюэ в ужасе осознал, что отныне в праве называться обрезанным рукавом, то готов был провалиться под кровать и продырявить собою пол. Синий ясный взгляд перевелся на мирно спящее лицо полудемона рядом, чьи черные пушистые локоны длинных волос столь неуклюже спадали на густые ресницы и бледные щеки. Лисьи уши и хвост Мо Юн Мина уже давно и бесследно исчезли. Мысленного послав к чертям собачьим все рамки приличного и благопристойного, которые уже давно были для него безвозвратно стерты, Бай Сюэ приподнялся на локте и мягко убрал непослушные пряди волос за аккуратное и довольно симпатичное человеческое ухо своего черного лиса. Теперь ему казалось, что в этом мире он самолично нарушил все пределы постыдного: сотворил с ребенком непотребства, едва тому исполнилось семь лет (пусть сознание Юн Мина и принадлежало двенадцатилетнему подростку), избаловал его, позволяя спать подле себя и обнимать по ночам, а в этот раз даже докатился до того, что столь безрассудно позволил ему творить со своим телом все, что заблагорассудится. И что хуже всего, последнее действительно случилось добровольно... "Черт! — он выругался в душе, обливаясь горькими слезами. — Знал бы, что до этого опущусь — ни за что бы не баловал этого ребенка так сильно! Вы только посмотрите, в какого лиса он вырос! — Бай Сюэ горестно прикрыл глаза, с тяжким сердцем признавая: — Он действительно вырос в чертовски прекрасного черного лиса, перед которым не смог устоять даже его собственный учитель..." Ресницы Мо Юн Мина затрепетали, заставив сердце заклинателя неровно пропустить удар и нервно сглотнуть. Не хватало еще, что бы он проснулся и обнаружил его пальцы у себя возле щеки. Однако, полудемон продолжал крепко спать, сжимая собственного пленника в объятьях и в детской привычке прижимаясь носом к плоской и теплой груди. Бай Сюэ невольно улыбнулся. Этот полудемон в самом деле все еще тот же маленький Мо Юн Мин, о котором он так любил заботиться и негодный нос которого постоянно искал учительскую шею или грудь, что бы зарыться. Не сдержавшись, он опустился, опираясь рукою на циновку и оставив невесомый поцелуй на дрожащих черных ресницах. Слегка улыбнувшись и проведя ладонью по черным волосам Мо Юн Мина, Бай Сюэ аккуратно выбрался из его рук, в спешке запахивая на себе неуклюже наброшенные красные одежды. Это действительно была единственная чистая одежда, которую он мог на себя одеть. Бросив взгляд на разбросанные по полу белую мантию, обувь и повязку на шею, он хмуро потер подбородок, тут же все собрав в охапку и бодро вынося на улицу. Спустя немногим больше получаса стирки в чистом, влажном и прохладном снегу все вещи заклинателя были без единого пятнышка и уже свисали на веревке между домом и деревом неподалеку, а белая ткань тонкими полосками обвивала шею. Отряхнув руки одну об другую и довольно оценив свою работу, Бай Сюэ вернулся в дом, что бы приготовить завтрак. Мо Юн Мин по прежнему спал, а взгляд синих глаз зацепился за голые спину и плечи. Посчитав спешку с завтраком не столь важной, как здоровье своего ученика, он отложил морковь и нож обратно на стол, подойдя к стогу соломы и бережно укрыв свернувшегося клубочком Мо Юн Мина. Приложив ладонь ко лбу, он удовлетворенно улыбнулся, убедившись, что температура спала до нормальной и теперь Мо Юн Мину абсолютно ничего не угрожает, а значит, самое время вернуться к готовке и своей роли "белоснежки". Его глупый ученик ни за что не должен узнать своего учителя. Когда Мо Юн Мин проснулся, в доме никого не было. На столе стоял еще теплый завтрак, Ву Цин вновь вернулась в изначальную форму цепи, обвиваясь вокруг руки полудемона, а красные одежды были аккуратно сложены на стуле. Едва он вспомнил прошедшую ночь, как яркий румянец вспыхнул на щеках Мо Юн Мина, а хитрая улыбка непременно озарила лицо. Его в самом деле не отвергли, вместо этого приняв и даже позволив продолжить свои посягательства. Более того, он отчетливо помнил, как Бай Сюэ проявил собственную инициативу, охотно зажимая его в объятьях. От одной мысли о подобном сердце полудемона наполнялось странным теплом, что расплывалось по всему телу, словно поток теплого вина, которое застилало взгляд разума, не позволяя узреть истины. О своем же учителе, который бросил его, словно вшивую собаку, и за год медитаций наверняка ни разу не вспомнил, Юн Мин так же пожелал окончательно забыть. Бай Сюэ в спешке бежал по улице, сломя голову и скользя по влажному от утренней росы льду, при этом используя свою палку вместо лыжной палицы на крутых поворотах. Белые одежды путались, мешая ногам как следует разогнаться, однако задница заклинателя явно ощущала, что погоня за ним только нарастает, поэтому тот не смел останавливаться ни на миг. — Стой, окаянный! — Остановите этого ублюдка!! — пятеро мужчин внушительной и массивной наружности гнались за ним, размахивая угрожающе кулаками и не менее пугающими примитивными дубинками. И хоть умереть он не мог и к боли так же был устойчив, Бай Сюэ определенно не желал более быть избитым!! — Прошу прощения, — он легко обогнул женщину средних лет с корзиной белья в руках, развернувшись на кончиках пальцев и тут же поспешно рванув за соседний поворот. — Шустрый, как бродячий пес! Ловите его, ребята! — мужчина со шрамом на глазу грозно запыхтел, со злости разломав собственную дубину об заледеневшую землю. — Да, господин! Четверо мужчин не самой приятной и весьма изувеченной внешности с громким боевым ревом кинулись в погоню с новой силой. Гнев одноглазого разбойника никто не желал испытывать на собственной и без того избитой шкуре. Когда бежать становилось крайне утомительно и трудно, Бай Сюэ подумывал сдаться им по доброй воле, дабы те выпустили свой гнев и отвязались от него наконец, однако подумав получше, тут же отбросил эту затею. Во-первых, будет нехорошо, если кто-то из жителей обнаружит его бессмертие, что определенно принесет множество проблем. А во-вторых, если Мо Юн Мин узнает, что он так позорно сдался, тогда это будет очередная страница стыда в его толстом сборнике! К счастью, из-за поворота перед взором заклинателя появилось отличное высокое дерево в саду какого-то доброго человека. Хорошенько разбежавшись, Бай Сюэ с силой ударил палкой в лед, оттолкнувшись и взлетев. Как и ожидалось, четверо громил с громким криком вылетели из-за того же поворота и в полнейшем увлечении погоней пробежали мимо, даже не удосужившись поднять голов. — Ну наконец-то, — заклинатель стер холодный пот со лба, постепенно отдышавшись и не торопясь слезать. Он уселся поудобнее на ветках дерева, откинувшись на них спиною. Мало ли, вдруг некто из этих горилл додумается вернуться да проверить. — Господину заклинателю нравится взбираться на деревья? — улыбчивый женский голос мягко прозвучал внизу, заставив Бай Сюэ чуть ли не свалиться от неожиданности. Под высоким деревом безлистого клена стояла хозяйка того самого двора, куда он только что запрыгнул. Осмотревшись по сторонам и не заметив поблизости преследователей, он виновато сложил ладонь перед собою, слегка поклонившись: — Прошу прощения, госпожа. Мне действительно неловко за то, что вломился к Вам во двор. — Ничего-ничего, — женщина благосклонно улыбнулась, помахав ему ладонью, — Вы можете спуститься и спрятаться у нас в доме. Уважаемый заклинатель ведь гость Мастера Мо, значит и наш гость тоже. — Это весьма щедро с Вашей стороны, но я лучше откажусь, — Бай Сюэ благодарно улыбнулся, мысленно изумившись гостеприимству этих людей и подумав, что просто "гостем" он уже со вчерашней ночи быть явно перестал. — Благодарю госпожу за беспокойство, но будет нехорошо, если эти люди доставят Вам неудобства из-за меня. Шен Ву спрыгнул с дерева, скрывшись за изгородью и уйдя прочь. Он действительно не хотел, что бы те, кто гнались за ним, причинили вред этой милой женщине. Однако, стоило заклинателю пройти несколько чжаней и оказаться на пустынной улице, как из-за очередного поворота чья-то тень выскочила перед ним, а крепкая рука вонзила нож в живот. — А ты шустрый, заклинатель, — мужчина со шрамом на глазу жутко ухмыльнулся. Это оказался босс тех четверых, о котором он так не вовремя успел забыть. Шен Ву стоял, безэмоционально уставившись на холодное лезвие в своем животе и багровое пятно, что расплывалось цветком на белоснежных одеждах. Он чувствовал боль, но был абсолютно равнодушен к ней. Лишь неприятная тошнота подкатывала к его горлу с металлическим вкусом крови, а ощущение лезвия внутри себя откровенно раздражало. — Как ты нашел меня? Из губ заклинателя скатилась тонкая кровавая капля, оставляя за собою алый след и спадая на снег. Одноглазый главарь разбойников ядовито ухмыльнулся: — Как бы быстро ты не бегал, твои ноги всегда будут оставлять следы. Провернув лезвие в горячей окровавленной плоти грубой рукой, он желал увидеть боль и предсмертную агонию на бледном лице человека перед собою, однако тот по-прежнему спокойно стоял, лишь тихо вздохнув. — Вот как. Ясно, — Шен Ву подумал, что действительно не учел этого, по привычке ухватившись пальцами за подбородок в раздумьях, как бы в будущем ему этой неприятной детали избежать. Он в самом деле попался слишком глупо, оборвав свои следы прямо у дерева. Глаза мужчины с опасением уставились на заклинателя, не желающего умирать. Он определенно ранил его, так почему же тот ведет себя столь непринужденно? Бай Сюэ нахмурил брови, бросив на разбойника уничтожительный ледяной взгляд. — Что же, благодарю за объяснения. А теперь будь добр, убери свой нож из моего желудка. Это весьма неприятно, знаешь ли. — Какого черта?... — одноглазый испугался, будто перед ним стоял не живой человек, а призрак. Его рука судорожно рванула рукоять на себя, заставив грубое лезвие покинуть человеческую плоть вместе с брызгами темной и горячей крови. Человек в белых одеждах лишь слегка покачнулся. Разбойник в немой дрожи отошел на два шага назад, не веря собственным глазам. Бай Сюэ сглотнул подступившую к горлу кровь и поудобнее перехватил свою палку в руке, а затем с размаху быстрым выпадом ударил ею одноглазого в живот. — Больно, не так ли? Разбойник выронил нож и закашлялся кровью, судорожно согнувшись в несколько раз и отступая дрожащими ногами назад. — Да кто ты такой, мать твою!? — темные и полные злого ужаса глаза смотрели на заклинателя, что спокойно вытер рукавом кровь со своего лица и был все еще живее всех живых. — Какая разница, кто я? — Бай Сюэ сделал шаг вперед. — Ты преследовал меня со вчерашнего дня из-за того, что я торговал без разрешения и отбирал этим ваш хлеб, верно? Одноглазый отступил на шаг назад. — Верно! — взрычал в ярости тот. — Каждый торговец обязан платить налог за свое место торговли! — Как любопытно, — съязвил Бай Сюэ, — а если он не в силах оплатить деньгами, то должен платить жизнью, так что ли? Одноглазый прикусил язык. — Значит тот, кому все торговцы должны платить — это ты? — тонкая бровь Бай Сюэ в надменном удивлении взлетела вверх. — Да... — разбойник вынужден был отвести взгляд, признавая свое поражение. Одного удара палки этого заклинателя хватило, что бы переломать ему нижнее ребро. Бай Сюэ сделал очередной шаг вперед, заставив разбойника отступать снова. — И сколько же стоит такая торговля? — всерьез спросил он. — Десять монет... — сквозь зубы ответил тот. Бай Сюэ зло улыбнулся. За десять монет можно было безбедно жить больше трех месяцев целой семье. — Мне кажется, это слишком много для тебя одного, — ухмыльнулся заклинатель, подходя к тому на расстояние протянутой руки. Едва разбойник успел сделать снова шаг назад, как легкий мимолетный свист коснулся его ушей, а палка в руке человека в белых одеждах мгновенно оказалась приставлена к его шее. Он даже не успел заметить, когда тот ее поднял, как ее неожиданно острый конец оказался у его глотки. Синие яркие глаза излучали холод и безразличие на ровне с презрением. — Как думаешь, я смогу уплатить этот налог, оставив тебя в живых? Стоит ли твоя жизнь хотя бы одну монету? Единственный глаз разбойника исказился ужасом. Человек перед ним был истинным демоном в людском обличии, чей морозный взгляд мог покрыть инеем даже душу. — Д-да... сможешь, сможешь! Только опусти свою палку! — А мне вот кажется, что твоя грязная жизнь не стоит и ломаной ракушки, — Бай Сюэ брезгливо поднял концом палки подбородок разбойника, затем очертив ею на шее полукруг удавки и оставил кровавый тонкий след. Благодаря духовной силе даже самая тупая палка может оказаться острее любого меча. Взгляд одноглазого наполнился паникой и неверием о грядущей смерти. Рука заклинателя опустила палку, ткнув несильно ею в грудь того и оттолкнув на шаг назад. — Я не собираюсь пачкать руки об таких как ты, кто обдирает людей до нитки. Тем более, что никакого налога в этом городе на торговлю на самом деле нет. Разбойник нервно сглотнул. — Так ты отпустишь меня? — Отпустить? А кто ты такой, что бы отпускать тебя? — ледяной голос звучал открытой угрозой. Бай Сюэ безразлично посмотрел на человека перед собою, сменив голос презрительным: — Я тебя не видел раньше и не вижу сейчас. И надеюсь, что впредь ты так же не станешь попадаться мне на глаза. Не дожидаясь ответа, Бай Сюэ огрел того палкой по голове, заставив бессознательно рухнуть на землю. Когда же заклинатель, пошатываясь, выходил из-за поворота, зажимая рукой кровоточащую рану в животе, на дороге перед ним стоял молодой человек в черном плаще и в золотой маске лиса. И хоть его лицо было скрыто, Бай Сюэ мог поклясться, что тот смотрит на него пристальным взглядом, будто уже давно ожидает его здесь. Черный капюшон и золотая маска искусной работы полностью скрывали черты его лица и уши, не позволяя рассмотреть даже оттенок кожи. Как показал опыт, ничего хорошего символ лиса Бай Сюэ и его ученику еще не принес, по этому и сейчас, увидев незнакомца с подобной маской, он подсознательно сжал палку крепче в руке. Поскольку незнакомец до сих пор молчал, он решил начать первым: — Вам что-то нужно от меня? Из-под плаща молча поднялась правая рука в такой же черной кожаной перчатке, указав на живот заклинателя. Только после этого Бай Сюэ вспомнил, что все таки был смертельно ранен и сейчас выглядел как оживший труп или неупокоенный призрак. Шен Ву нахмурился. Этот незнакомец в черном плаще был слишком подозрителен и молчалив. Казалось, будто он желал скрыть все, что только возможно: лицо, волосы, цвет кожи и даже свой голос. Он явно не хотел раскрывать свою личность, но при этом не выглядел враждебно. — Мы знакомы? — сделал вторую попытку Шен Ву. Золотая лисья маска наклонилась в раздумьях вниз, а затем сперва кивнула в соглашении, но после медленно замотала дважды в стороны в отрицании. "Что значит "и да, и нет"? Как это понимать?" — Бай Сюэ все больше путался в размышлениях, но не имел ни единой догадки, кто бы мог быть перед ним. Человек в плаще сделал несколько шагов к нему, подходя вплотную. Бай Сюэ стоял на месте, даже не думая отступать. Умереть он не может все равно, боли не боится да и враждебности от этого незнакомца не ощущает и вовсе, по этому и отходить ему было незачем. А вот упускать шанс сорвать маску он не желал, так что остался спокойно стоять в ожидании, что же намерен сделать этот человек, что очевидно не был удивлен его бессмертию. Рука незнакомца невесомо коснулась раны заклинателя и Бай Сюэ почувствовал на себе знакомое тепло от простейшего заклятья исцеления, коим когда-то научился пользоваться сам. Однако, подобным навыком обладают практически все относительно сильные заклинатели, так что это не могло дать ни единой подсказки о личности этого человека. Он лишь убедился, что тот не был ему врагом и обладал огромным запасом сил, мгновенно исцелив смертельную рану столь слабым заклинанием. — Ты знаешь, кто я? — догадался Бай Сюэ. Лисья маска медленно кивнула. Шен Ву покрылся холодным потом. Какую его личность знает этот человек? Старейшину Чушань, синего огонька Бай Сюэ или же изначальную — Янь Сюньи? Однако, кого бы из них не знал этот незнакомец, он определенно не собирался причинять вред. — Если мы знакомы, тогда зачем ты скрыва...? — Бай Сюэ оборвался на полуслове, заметив, как у человека дрожит рука в черной перчатке. Тот мгновенно спрятал ее обратно под плащ. Он понял, что допрашиваться было ошибкой и так же передумал срывать лисью маску с его лица. Человек, что стоял перед ним, был выше него на целую голову и шире в плечах, но его рука дрожала в нервных переживаниях. Он определенно боялся раскрывать свою личность. — Хорошо, я не стану спрашивать, — вздохнул он. — В таком случае, что тебе от меня нужно? Кем бы ты ни был, ты ведь нашел меня по какой-то причине, верно? Лисья маска дважды замотала в стороны. — Как "нет"? — опешил Бай Сюэ. — Тогда зачем ты пришел сюда, предстал передо мною и сейчас залечил рану? Лисья маска слегка наклонилась, молчаливо всматриваясь в заклинателя. — Я действительно не знаю, кто ты, и понятия не имею, как разговаривать с тем, кто не говорит и слова, — Шен Ву сурово сдвинул брови, нахмурившись. — Я благодарен за твое лечение, но может объяснишь, зачем ты это сделал, если ничего не хочешь взамен? Незнакомец опустил голову, размышляя. А затем неуверенно кивнул. — Ну что же, отлично, сразу бы так. Так что я могу для тебя сделать? Вместо ответа рука незнакомца мгновенно оказалась за спиною заклинателя, притянув Бай Сюэ за плечи к себе и крепко прижав в объятьях. Шен Ву потерял дар речи, едва устояв на ногах от удивления. Он был вынужден признать, что подобного не ожидал бы ни от кого-либо ему знакомого. "Понятия не имею, кто этот человек, но если это все чего он хочет, то мне не сложно подыграть, — с этими мыслями успокоив свое ошеломление, он решил обнять того в ответ, тихо похлопав ладонью успокоительно по спине. Однако, что-то было явно не так. Его спину обхватывала лишь одна рука незнакомца, в то время, как сам Шен Ву не ощущал присутствия второй нигде больше. Нахмурившись в подозрении, он провел ладонью по левой лопатке незнакомца в сторону плеча. А затем его ладонь опустилась, ухватившись за пустой рукав под плащем и с ужасом ощупывая его. — Так он однорукий! У него действительно нет левой руки от самого плеча!" Незнакомец резко отстранился, отступив на шаг назад. — Кто же ты в самом деле такой?... Лисья золотая маска опустилась, в нежелании говорить. Шен Ву сдвинул брови. Он не помнил ни единого однорукого персонажа ни в оригинальной новелле, ни среди тех, кого он повстречал в этом мире. Кроме того, от этого человека подозрительно исходил запах ароматных трав. Он устало вздохнул, по привычке закрыв глаза и потирая переносицу пальцами. Он просто не знал, что еще у него спросить, дабы как-то узнать истинную личность. Незнакомец вновь подошел, ухватив заклинателя за руку и отняв его ладонь от лица, сжал ее в своей. Едва Шен Ву хотел спросить, что на этот раз он имел ввиду, как человек в черном плаще склонился у его уха, еле слышно хрипло прошептав всего два слова: — Береги себя. А затем отстранился и ушел прочь, мгновенно исчезая и растворившись черным туманом в воздухе. — Что за черт?... — Бай Сюэ оторопело застыл на том же месте, где и стоял. Это был не человек? Как он мог рассеяться подобно призраку? Но Шен Ву определенно чувствовал, что незнакомец перед ним был жив и излучал ауру заклинателя. К тому же... — Как это понимать?... — Бай Сюэ раскрыл ладонь, что до этого держал в своей руке незнакомец. В ней лежал небольшой круглый багровый шарик, похожий на стеклянный. Рассмотрев его поближе, Бай Сюэ обнаружил множество белых светящихся крохотных точек внутри. Этот шарик был поразительно похож на черную таблетку душ Сянь Шэня. Чем больше он узнавал, тем сильнее терялся в догадках и мысленно крыл все происходящее благим матом. — Мать вашу... Какого черта вообще происходит? — он зло сжал оставленный ему подарок, думая, стоит ли рассказывать Мо Юн Мину о сегодняшней встрече. В итоге решив пока повременить с откровениями, Бай Сюэ спрятал алую пилюлю в рукаве. — Мастер Мо! Мастер Мо! — деревенский житель в тревоге колотил по деревянной двери ветхого дома, стирая холодный пот со лба и в панике оглядываясь по сторонам. Когда полудемон открыл дверь и окинул вопросительным взглядом мужчину, тот готов был упасть ему в колени, в мольбе хватаясь руками за подол одежд: — Мастер Мо! Спасите мою жену! — Что случилось? — Она.. она..! Ее душу украли демоны! — Демоны? — Мо Юн Мин нахмурился. Он лично ставил на каждый дом в этом городе свиток, которого должна сторониться любая нечисть, так как подобное могло случиться? — Мастер Мо! Умоляю, спасите ее! — Пойдем, — он поднял мужчину с колен под локоть, следуя за ним и строго велев: — Покажешь мне свою жену и расскажешь в подробностях, как это произошло. — Конечно-конечно! Пойдемте, Мастер Мо! Когда Бай Сюэ вернулся домой, Мо Юн Мина там не оказалось. Обрадовавшись, что тот не увидит его в неприглядном окровавленном виде, он был вынужден вновь одеться в багровые одежды, перед этим забинтовав свою рану, и заняться очередной стиркой собственного платья. Едва заклинатель управился с этой задачей и принялся искать нитки, что бы залатать дырку от ножа, как в дом влетел Юнь Лан, при этом находясь в своей демонической форме волка в синих одеждах. — Господин! Беда, господин! Господин... — Юнь Лан с интересом оглядел Бай Сюэ, — ... в чем это Вы одеты? — Кхм... это не важно. Что случилось, Юнь Лан? И где ты потерял Юнь Гоу? — Бай Сюэ отложил свои рваные одежды, в ожидании смотря на черного волка-оборотня. — Он послал меня за Вами, господин. На город напали теневые демоны. Они нападают на людей и поедают их души! — Что? Какие еще теневые демоны? — Шен Ву задумался, обхватив пальцами подбородок. И только затем вспомнил: — Ты, случаем, не о Шихунши говоришь? — Да, это они, господин! — Тогда это крайне странно. — О чем Вы? — Шихунши — слабые демоны и они способны поедать лишь души мертвых. Проще говоря, лишь те, которые не имеют телесной оболочки. Как же тогда они могут нападать на живых людей? — Нет, господин! — Юнь Лан яростно замотал волчьей головой. — Эти демоны вовсе не слабы. Те, от которых мы отбивались, были очень сильны! Они уже сожрали больше двух десятков душ селян! Юнь Гоу остался там, и сейчас дерется с ними! Шен Ву помрачнел. — Это слишком странно. Он мгновенно снял с себя верхнюю багровую одежду, аккуратно сложив и натянув свою дырявую белую, что все еще была мокрой после стирки в снегу. А затем ухватив рукою палку, направился прочь из дома, кратко скомандовав: — Пойдем. Покажешь мне, что это за сильные Шихунши, которым не ведомы страх и грань дозволенного. Когда Мо Юн Мин пришел в город вслед за мужчиной, тот взвыл не своим голосом, ухватившись за голову руками. Посреди дороги лежали без сознания десятки людей, упав ровно там, где они стояли. — Не-е-ет! Дорогая! — мужчина закричал, бросаясь стремглав вперед по улице и в ужасе устремившись к своему дому. Однако, когда он распахнул дверь и вбежал в опочивальню, молодая женщина, лежащая на кровати с закрытыми глазами, уже не дышала и постепенно начинала остывать. Когда Мо Юн Мин вошел внутрь, мужчина сидел на кровати, трепетно держа супругу за руку и в слезах тихо разговаривая с ней. Он гладил ее нежное холодное лицо, проливая горькие слезы скорби и с улыбкой приговаривая утешительные слова: — Не волнуйся, дорогая, я с тобой. Я с тобою... Я буду всегда рядом, что бы не случилось, — мужчина склонился, бережно обняв свою жену и прижавшись лицом к ее прохладным щекам. Его взгляд с болью уставился на Мастера Мо, что стоял в дверях и больше ничем не мог помочь. — Мастер Мо... мне жаль, — мужчина горько улыбнулся, — мне действительно жаль, что мы с моей дорогой больше не сможем пригласить Вас к нам на чай. В следующий миг молодой человек, обнимающий мертвую супругу, вспорол себе живот драгоценной заколкой, которая до этого была в волосах женщины. Он лег рядом на кровать в ожидании последнего вздоха и обнял ту, с которой прожил бок о бок вот уже восемь лет. Глаза мужчины закрылись, а лицо озарила спокойная улыбка, он пожелал разделить с ней как жизнь, так и смерть. Мо Юн Мин сжал кулаки в бессилии, склонив голову в поклоне. — Покойтесь с миром. Когда он вышел из дома и проверил пульс тех, кто безжизненно лежал на улице, то не обнаружил ни единого живого. Больше двадцати мертвых тел лежали посреди улицы и ни у одного из них не было ни единой раны. Из них попросту вытянули жизнь. Едва Мо Юн Мин поднялся с колен, как со стороны улицы послышался полный ужаса женский крик. — Демон!! Здесь демон!! — женщина прижала к себе ребенка, в ужасе смотря на рыжего пса, что стоял в одежде на своих двоих лапах и достигал размерами крепкого мужчины. — Да не демон я! — Юнь Гоу отбивался палкой от черной тени, что пыталась схватить его за шею. Она приняла форму человека и выросла в размерах до двухметровой, а теперь еще и приобрела вполне не призрачные белоснежные клыки. Юнь Гоу чертыхался в душе. — То есть демон, но не тот!! Мать вашу, они еще и зубы имеют! Рыжий пес-демон отскочил назад, едва увернувшись от выпада теневого Шихунши, что стал еще свирепее и начал пытаться укусить оборотня не только за шею, но и за что придется. Юнь Гоу несколько раз удачно попал палкой по новоявленным клыкам тени, заставив ту противно визжать в ярости. — Юнь Гоу! В сторону! Едва рыжий пес-демон услышал знакомый голос и послушно отскочил влево, как Шихунши, который почти вымотал его, был мгновенно разнесен на куски ударом толстой деревянной палки. — Господин! Вы пришли! Бай Сюэ перехватил удобнее палку, обернувшись к рыжему псу-оборотню, которому помогал подняться Юнь Лан. — Что здесь происходит? Почему здесь столько ненормальных Шихунши? — Мы не знаем, господин, — Юнь Гоу помотал головой, — когда мы бродили по улице, то внезапно заметили необычную тень за человеком в белых одеждах, а потом началось все это. — Мы сперва подумали, что это Вы, господин, — Юнь Лан поддерживал пса под руку, — но у того человека был другой запах и у него не было Вашей палки. От него несло металлом и ржавчиной. Сердце Шен Ву похолодело. Тот, что носит белые траурные одежды и от которого исходит запах крови, что так похож на ржавчину. Тот, что приносит смерть везде, где ступает его нога — это мог быть только один человек. — Где Юн Мин!? — Шен Ву в панике схватил обоих оборотней за воротники, тревожно смотря им в глаза. — Мы не встречали его, господин, — ответили оба, виновато опустив морды. Шен Ву взбесился, желая зарычать, подобно зверю. Он отпустил двоих оборотней, грозно прогремев: — Сейчас же найдите его!! Если с его головы упадет хотя бы один волос, я спущу ваши чертовы шкуры на меховые подстилки!!! — Но, господин, мы всего лишь оборотни... — Юнь Лан опасливо поджал волчий хвост, отступив на шаг назад. Он прекрасно знал, что им двоим не справиться даже с одним Шихунши. Ясный синий взгляд Шен Ву заледенел ненавистью, а за его спиною начали подбираться трое новых теневых Шихунши. — Г-господин.... за Вашей спиною... — коготь Юнь Гоу судорожно указывал вперед, но глаза заклинателя продолжали сурово смотреть на двоих оборотней. — Мне плевать, как вы это сделаете, — заклинатель с силой ударил концом палки в обледенелую землю, вызвав искры льда и призвав позади себя огромную призрачную рысь, что мгновенно раздавила три тени меховыми лапами, словно мыльные пузыри. Оба демона-оборотня застыли в трепетном ужасе. Только сейчас они вспомнили, что перед ними был вовсе не обычный заклинатель, а тот самый Снежный демон. — Вы двое должны оберегать его больше, чем собственную жалкую жизнь! Шен Ву отвернулся, сформировав на руке небольшой снежный вихрь и пустив его по воздуху в поисках Сянь Шэня. — Господин, — Юнь Лан набрался смелости и подошел к Снежному демону, сжав волчьи лапы в кулаки и требовательно посмотрев на него. — Позвольте спросить, насколько Вам важна жизнь того полудемона? Шен Ву не сдержался, замахнувшись посохом в сторону волка. Юнь Лан зажмурился в ожидании удара, но палка в раздражении ударила в землю возле его лап. — Его жизнь важнее моей! Такой ответ тебя устроит, ублюдочный ты пес!? — бледное лицо исказилось яростью, а рука, держащая палку, готова была ее раздавить. — Да господин, — Юнь Лан ухмыльнулся в оскале и вернулся к рыжему псу. — Если жизнь господина Мо дороже Вашей, тогда мы сочтем за честь отдать свои за него! — Хватит тратить время! За его жизнь отвечаете головой! А теперь прочь с глаз, идиоты!! — Да, господин! — Юнь Гоу и Юнь Лан одновременно выровняли спины, склонившись в поклоне и, мгновенно став на все четыре лапы, убежали в другой конец улицы. Шен Ву вздохнул, едва не скрипя зубами от нарастающей злости. Этот сукин сын посмел объявиться в городе и напасть на его жителей, наверняка пытаясь выманить этим его и Мо Юн Мина. Эта дрянная сволочь будет вечно преследовать их, силясь сломать обоих. Шен Ву прикрыл глаза, сосредоточившись на снежном вихре. Спустя менее минуты он обнаружил Сянь Шэня, что с дикой усмешкой на лице направлялся к лесу, а за его спиною неуклюже передвигалось более полусотни аномальных Шихунши. Едва стоило ему вновь увидеть эту чертову дикую улыбку, как перед глазами восставали картины прошлого. Те самые, где этот ублюдочный Высший, прозвавший себя Сянь Шэнем, безжалостно полоснул ржавым серповидным лезвием по глазам Мо Юн Мина. Те самые, где он вонзал в грудь его ученика лезвие за лезвием, ожидая умрет ли тот от еще одного клинка. Шен Ву подпрыгнул, оседлав призрачную рысь. Едва стоило Снежному демону опуститься на ее загривок, как дикая кошка с ревом молниеносно сорвалась с места, в одном прыжке преодолевая более десятка домов. Юнь Лан и Юнь Гоу мчались на всех четверых, уловив запах Мо Юн Мина и переглянувшись, оба кивнули друг другу, разбежавшись в стороны. Как говориться, бегство — самая лучшая из тридцати шести стратегем. Мо Юн Мин бежал по улице на встречу услышанному женскому крику, однако внезапно ощутил приближающихся двоих демонов и был вынужден остановиться. Ву Цин мгновенно вылетела из его рукава, угрожающе извиваясь вихрем вокруг. Из-за угла вышел рыжий пес-демон, скаля клыки и согнув спину в боевой стойке. — Ты? Что ты здесь делаешь? — эту блохастую псину Мо Юн Мин ожидал увидеть меньше всего. — Что это значит? — Господин Мо, прошу прощения. Я не могу пропустить Вас дальше, — Юнь Гоу опустился на четыре лапы, сгорбив спину и угрожающе оскалив клыки, преградил дорогу полудемону. Ву Цин возмущенно зазвенела, начав резво извиваться и делать выпады острым концом, будто разозленная кобра. — Разве ты не служишь дагэ? — изумился полудемон, удерживая цепь в руке. — Именно наш хозяин и приказал уберечь Вас любой ценой, господин Мо. По этому я не могу позволить идти Вам дальше, — Юнь Гоу издал приглушенный предупреждающий рык, вонзив когти в землю. Мо Юн Мин нахмурился. — Уйди с дороги, псина. Раз Бай Сюэ сделал нечто подобное, значит одними лишь Шихунши, пожирающим души, здесь не обошлось. А поскольку эти твари вьются лишь вокруг сильнейших демонов, столь огромное их количество означало, что Бай Сюэ встретил кого-то равного по силе Высшему. — Прошу меня простить! — Юнь Гоу в громком рыке сорвался с места, устремившись в сторону полудемона столь быстро, что тот едва успевал приказать Ву Цин атаковать не по жизненно важным органам. Железная цепь мгновенно вылетела из рукава своего хозяина, со свистом рассекая воздух прямо в направлении бегущего оборотня. Юнь Гоу ускорился, в самый последний момент перед встречей с цепью оттолкнувшись от земли в сторону и сменив траекторию на девяносто градусов, он в одном прыжке добрался до медленного полудемона, ухватив того за плечо когтистой лапой и оттолкнув с силой назад. Мо Юн Мин ожидал удара, по этому приготовился отбиваться, однако он не ожидал толчка, от чего легко утратил равновесие, начав падать спиною назад. Юнь Гоу мгновенно увернулся от следующего выпада глупой цепи, что в погоне за добычей забыла о собственном хозяине, спутав того собственными звеньями. — Давай, Юнь Лан! Как только рыжий пес-демон скомандовал, черный волк-оборотень выскочил из-за поворота, набросив на неуспевшего упасть Мо Юн Мина старую рыбацкую сеть, что он нашел в одном из опустевших домов. Спутанный полудемон громко рухнул на землю. Ву Цин жалобно зазвенела, попавшись в ловушку вместе с Мо Юн Мином и начав в панике извиваться. — Так держать, — рыжий пес удовлетворенно потрепал черного волка по пушистой щеке, подняв связанного полудемона и перекинув через плечо, словно мешок с овощами. Два демона-оборотня рванули прочь на всех парах. — Вшивые псины... Отпустите меня, сейчас же! — Мо Юн Мин брыкался, силясь вырваться, однако он оказался связан слишком крепко. — Просим прощения, господин Мо, — Юнь Гоу пытался отдышаться, высунув язык и в спешке убегая как можно дальше за пределы города с ношей на плече. — Хозяин приказал защитить Вас любым способом. А с нашими силами лучший выход — это бегство. — Да неужели!? Вшивые собаки! И вы оставили своего хозяина там сражаться одного!? — негодовал Мо Юн Мин, норовя ударить оборотня даже в связанном состоянии. — Жизнь господина Мо превыше жизни хозяина, — кратко прорычал черный волк, бегущий рядом. — Это так же был его приказ. Мо Юн Мин разозлился пуще прежнего. — Какого черта.... я сказал вам двоим немедленно отпустить меня! — он сжал рыбацкую сеть в руках, окончательно потеряв самообладание и выпустив наружу поток черной демонической силы. Сеть мгновенно превратилась в клочья, разлетевшись в стороны, а резкий взрыв черной энергии отбросил в стороны двоих демонов. Услышав, что Бай Сюэ снова собрался сражаться в одиночку, Мо Юн Мин окончательно взбеленился, возвращаясь обратно в город и при этом оторвав от себя звенящую Ву Цин, бросил ее на землю, угрожающе приказав с кровавым блеском в глазах: — Найди и защити дагэ. И только попробуй отползти от него хоть на цунь! Голыми руками разорву тебя на мелкие ошметки! Цепь послушно уползла прочь, молниеносно извиваясь по дороге с невиданной скоростью, оставляя после себя лишь пыль. Мо Юн Мин поспешил следом. Юнь Лан с трудом оторвал спину от земли, приняв сидячее положение. — Эй... Юнь Гоу, тебе не кажется, что они друг друга стоят? Рыжий пес-демон все еще лежал на земле, хмуро прорычав. — Не знаю, стоят ли они друг друга, но случись что-то с этим чертовым полудемоном — и от нас даже шкур не останется. — И что ты предлагаешь? План с побегом провалился. Юнь Гоу точно так же оторвал спину от земли, сев и лишь затем встав на ноги. — Что-что....ясно же, что! Остается догонять! Лучшая защита — это нападение! Так что поднимай свою задницу, Юнь Лан, и пошли за этим недоумком! Белая фигура пятого Высшего почти достигла леса, а черный хоровод из стонущих и воющих Шихунши плелся шествием вслед за ним. Снежная призрачная рысь оттолкнулась от земли, воспарив и затмив своей тенью демона в траурных белых одеждах. Шен Ву спрыгнул с призрачного загривка, сжав палицу в руках на подобие клинка и яростным криком бросившись с воздуха прямиком на демона. — СЯНЬ ШЕНЬ!!!! Тот лишь ухмыльнулся еще более безумно, остановившись и повернувшись лицом к стремящемуся к нему с самых небес заклинателю. Деревянный посох с невиданной силой обрушился на демона в белом, заставив того с бешеной скоростью отлететь вперед спиною в самую гущу леса на два ли и сломать собственным телом более тридцати деревьев на своем пути. Шен Ву вложил в удар достаточно сил, а сила притяжения усилила его еще в несколько раз. Он готов был отдать все оставшиеся жизни, включая свою собственную, лишь бы уничтожить эту тварь! — СЯНЬ ШЕНЬ! ПОДНИМАЙСЯ МРАЗЬ! — он шел между сломанных стволов деревьев и треснувших веток, в ярости приближаясь к белоснежной фигуре, что неспешно поднималась с земли, отряхивая с себя грязь и деревянные щепки. На демоне не оказалось ни единой царапины. — Ко мне! — Шен Ву призвал призрачную рысь, что уже успела разбросать и изничтожить всех теневых Шихунши, что мозолили его глаза, подобно бельму. — Ха-ха-ха! Какой забавный дух, — Сянь Шэнь с безумной улыбкой уставился на призрачную рысь. — Интересно, откуда он у тебя? Эй-эй, Янь Сюньи, скажи мне. Скажи мне, поведай, как же тебе удалось превратить все те души в силу? Даже я не смог использовать их никак, кроме запасных жизней. Так как же ты, простой человечишка, не проживший и единой сотни лет, сумел преобразовать их в энергию? — Заткнись! Людские жизни тебе не расходный материал!! — Бай Сюэ сделал выпал вперед, ударив палкой прямо в голову демона, однако тот без малейшего напряжения остановил ее всего одной рукой. — Ха-ха-ха! Неужели? Ха-ха, а не ты ли их используешь даже сейчас заместо расходного материала? Бай Сюэ оскалился в насмешке. — А не ты ли запихнул в меня первую таблетку и растерял вторую? — Снежный демон замахнулся палкой во второй раз, — или, может быть, тебя злит то, что я растрачиваю те жизни, что ты столь тщательно собирал и создавал в виде пилюли для себя самого? Когда палка ударила во второй раз, Сянь Шэнь поперхнулся, больше не сумев остановить ее рукой, а на его щеке красовался кровавый порез. Как и ожидал Бай Сюэ, демон, что пытался свести с ума пленников методом боли, оказался сам слишком уязвим собственным разумом. — Неужели это тебя задело? — Бай Сюэ ухмыльнулся. — Или, может быть, тебя задело то, что ты утратил свое тело, а никто из заклинателей и твоих учеников даже не заметил подмены? Палка нанесла удар вновь, пробив грудь Высшего демона насквозь. — Ты настолько отстранился от них, что они даже не смогли разглядеть и узнать тебя получше, Фань Шен Ву! — Бай Сюэ с силой вытащил палку, с ненавистью смотря на демона перед собою. — Или не пожелали узнавать, так как ты просто изводил их своей ненавистью и холодом. Ты даже получил прозвище Злого Божества за свой дурной нрав! — Ха... Ха-ха-ха!!! Фань Шен Ву? Злое Божество? О ком ты говоришь? — демон в белых траурных одеждах поднялся на ноги, безумно ухмыляясь и мгновенно проткнув Бай Сюэ насквозь ржавым клинком, припрятанным в рукаве. Ему даже показалось, что у этого пятого Высшего какой-то фетиш на ржавое железо, коим он обожает утыкивать тела, превращая в подобие кактусов. — Мое имя — Сянь Шэнь! А все то, что ты назвал — это всего лишь неудачное прошлое, которое вскоре окончательно и бесследно исчезнет во времени! — Прошлое — это прошлое. Оно не изменится и никуда не исчезнет, — Бай Сюэ вытащил из живота ржавый клинок, зло уставившись на Сянь Шэня, — как и жажда мести за всю боль, что ты причинил мне и моему ученику. Деревянная палка с громким свистом заехала Высшему демону по черепушке, сбив того с ног и раскроив висок. Бай Сюэ хотел истерически смеяться: этого демона даже не задел удар, протащивший его по земле два ли, но раскроил висок обыкновенный удар палкой с размаха. — В идиотском мире и правила идиотские, — хохотнул Снежный демон, подавившись собственной кровью и откашлявшись ею. Внутри него вновь погасло значительное количество душ, а оставшиеся Бай Сюэ попросту больше не желал считать. Сянь Шэнь лежал под пнем одного из поваленных деревьев, не двигаясь. Бай Сюэ же отчетливо понимал, что так просто все не закончится и просто осел на снег, ожидая, когда эта тварь соизволит подняться. Внезапно у его ног знакомо зазвенела Ву Цин, бережно проползая под одеждой и зажимая тело Снежного демона так, что бы остановить кровотечение. — Спасибо, но это лишнее, — улыбнулся Бай Сюэ, поглаживая звенья той под одеждой. Он впервые чувствовал усталость, желая прикрыть глаза. Наверное, его количество душ в самом деле сократилось слишком значительно, раз дошло до такого. Бай Сюэ достал из рукава красный шарик, оставленный незнакомцем, вертя его между окровавленных пальцев. Может ли тот человек быть еще одним из Высших? Но тогда кто? Он знал о троих Высших, а значит оставался только Дремлющий Сторож Преисподней. Только о нем фактически ничего и никогда не упоминалось в сюжете, и только его Бай Сюэ еще не встречал. Но почему-то ему казалось, что это не он. Тот незнакомец вовсе не выглядел, как Высший, скорее напоминая обычного заклинателя. От размышлений Бай Сюэ отвлекли множественные предсмертные стоны со всех сторон. — Снова эти твари.... — он был вынужден подняться, выставив перед собою палку и приказав Призрачной рыси атаковать на поражение. Их окружило еще около сотни аномальных Шихунши. Однако, прежде чем Бай Сюэ успел подпустить к себе хоть одного теневого демона, из-за его спины вылетел длинный и тонкий меч, излучающий багровое сияние. Он пронесся бумерангом вокруг заклинателя на сорок чжаней вперед, ловко изничтожив каждого Шихунши в мгновение ока и послушно вернувшись в руки своего хозяина. Перед Бай Сюэ вновь предстал молчаливый незнакомец в черном плаще с золотой лисьей маской на лице. Однако теперь с его головы упал капюшон и Бай Сюэ смог разглядеть хотя бы длинные черные волосы, что были переброшены через плечо и связаны в низком хвосте. Снежный демон не сдержал насмешки над самим собой. Что так, что эдак, а он все равно не мог понять, кто же в конце концов стоит перед ним. Незнакомец спрятал меч в ножны на поясе и обернулся к нему. В несколько шагов оказавшись возле Снежного демона он вновь проделал единственной рукою тот же самый трюк с заклинанием исцеления, сохранив Бай Сюэ на одну жизнь больше. — Благодарю, — единственное, что смог сказать заклинатель, не в силах понять мотивов этого человека. — Я снова твой должник. Лисья маска замотала отрицательно в стороны. Создавалось впечатление, что человек перед ним готов был сделать все для него, чего бы тот не пожелал. Бай Сюэ задумался. У него попросту не могло быть подобных последователей, ведь за все свои жизни он ничего столь великого и благого не сделал. — Ты уверен, что не перепутал меня с ним? — он указал на лежащего Сянь Шэня, что постепенно начинал приходить в себя. В ответ Снежный демон фактически ощутил кожей, как черная ненависть начала сгущаться вокруг человека в маске, едва тот посмотрел на Сянь Шэня. "Видимо, не перепутал ",— Бай Сюэ нервно сглотнул. Этот незнакомец в черной одежде явно превышал по силе как пятого Высшего, так и его самого. Так откуда же у него подобные знакомые? Бай Сюэ определенно этого не знал и был в глубоком замешательстве. Когда же пятый Высший очнулся и поднялся на ноги, незнакомец стал между ним и Снежным демоном, мгновенно достал свой меч, пылающий духовной силой багровых оттенков, и нанес молниеносный удар. — Ты еще кто такой? — Сянь Шэнь беззаботно стоял и смотрел на человека в маске перед собой. Он даже не успел понять, как его рука от самого плеча отвалилась отрубленной конечностью на снег. Бледное лицо исказило болью и ненавистью. Пятый Высший зажал кровоточащее плечо, отпрыгнув на несколько чжаней назад. — Интересно... Как же интересно!! Ха-ха-ха!!! — демон в траурных белых одеяниях, что окрасились багровым, с безумной ухмылкой смотрел на человека в лисьей маске. — Эй-эй, кто ты такой? Откуда у тебя столько силы, а? Я не слышал, что бы среди демонов объявился шестой Высший, так кто же ты? Незнакомец молчал. Он стал в боевую стойку, перехватив меч в руке и тут же сорвавшись с места, начал черед выпадов и атак на Вечно Скорбящего Палача. Бай Сюэ пришлось протереть глаза в неверии. А затем еще раз. И еще... Нет, он в самом деле не видел ни движений, ни траектории клинка этого человека в маске! Что означало, этот незнакомец действительно превосходил его по силе в несколько десятков раз! И что более удивительно, Сянь Шэнь так же не видел его ударов и едва успевал уворачиваться от них, фактически проигрывая в каждом выпаде. Когда человек в лисьей маске нанес очередной удар по ржавому клинку Вечно Скорбящего Палача, тот разломался на двое, а багровое лезвие безжалостно разрезало Сянь Шэня наискось от плеча до живота. — Ха-ха, действительно силен.... Ха-ха-ха!!! Отлично!!! В следующий миг из тени Вечно Скорбящего Палача начали вылезать огромные Шихунши, которые в отличии от прошлых имели клыкастую пасть, белесые глазные белки и источали ужасающий запах гнили. Бай Сюэ поморщился, зажав нос рукой. В самом деле отвратные существа. Однако, пугало то, что они все продолжали появляться, распространяясь вокруг, подобно инфекции, а человек в черном плаще продолжал бездействовать и молча стоять. Он будто чего-то ждал, но чего именно Снежный демон понять не мог. А когда число аномальных Шихунши превысило вторую сотню, Бай Сюэ начал не на шутку паниковать. — Уважаемый, может стоит перейти из ожидания в нападение? — он подошел к человеку, перехватив поудобнее палку в полной готовности к сражению. Тот беззаботно пожал плечами, мол "как пожелаешь" и просто с размаха выбросил в воздух свой меч, заставив тот закружиться вихрем и точно как в предыдущий раз — снести головы больше половины Шихунши за раз. Бай Сюэ потерял дар речи и едва удержал свою челюсть от неблагоприятного падения. Теперь понятно, почему этот человек беззаботно стоял! Ему прикончить их — все равно что рукой взмахнуть в прямом смысле слов! Когда клинок вернулся в руку хозяина и тот спрятал его в ножны, Сянь Шэня перекосило яростью. Вечно Скорбящий Палач терпел безоговорочное поражение. Внезапно в небе появилось несколько теней, что быстрым полетом стремились прямо к ним. Бай Сюэ смог рассмотреть красные одежды заклинателей, что парили на своих мечах и спешили присоединиться к бою. — Кажется, у нас гости, — не удержался он от комментария. На миг ему показалось, что незнакомец в маске презрительно фыркнул на счет появления этих "гостей". Сянь Шэнь же наплодил еще более жутких Шихунши, начав отступать в глубь леса. Бай Сюэ уже хотел броситься вслед за ним, как внезапно знакомый голос Мо Юн Мина заставил прирасти его ноги к земле. — Дагэ! Дагэ, ты в порядке? — полудемон в спешке прибежал к заклинателю, осматривая того с ног до головы. Едва багровые глаза увидели огромное пятно крови на белых одеждах в области живота, как чернота мгновенно покрыла лицо Юн Мина. — Юн Мин, не волнуйся, со мною все в порядке, — Бай Сюэ привычно положил ладонь на черную макушку, нежно и успокаивающе погладив. — Кто стоит рядом с тобой? — алые глаза полудемона недобро прищурились на человека в лисьей маске. — Ах, это.... — Бай Сюэ сообразил две вещи: первая — он действительно не знал, как представить незнакомца, вторая — Сянь Шэня он безнадежно упустил. — Это просто хороший человек. Он мне очень помог, — решил выкрутиться он, рассеяв Призрачную рысь, дабы та не привлекла ненужное внимание заклинателей из пика Хеньшань. Более того, Бай Сюэ сейчас заметил во главе процессии самого Сиян Хон Ше, по этому решил поторопиться. — Одним словом, это долгая история. Пойдемте скорее домой, а то вскоре здесь будет слишком многолюдно. Бай Сюэ попытался взять незнакомца и Мо Юн Мина за руки, что бы увести прочь, но первого рядом не оказалось. — Что? Уважаемый....? Едва Снежный демон обернулся в поисках того, как звонкий удар клинка обрушился на Мо Юн Мина, успевшего отбить его золотым наручем. — У дагэ весьма странные понятия о хороших людях... — Юн Мин нахмурился, отскочив от неизвестного в маске и призвав Ву Цин, начал атаковать сам. Бай Сюэ оторопел. "Какого черта!? Нет, ну какого черта!? Если ты мне не враг, тогда какого, мать его, лешего ты нападаешь на моего ученика!?" — заклинатель бросился к двоим дерущимся, едва не матерясь вслух. — Остановитесь сейчас же!! Когда Хон Ше спрыгнул с меча и вернул его в ножны, он даже не удостоил взглядом троих в стороне, сразу бросившись вглубь леса и приказав ученикам разобраться с остальными. Голос и надменный злорадный смех, которые он слышал, заклинатель не мог спутать ни с чем. Когда Багровый змей все же догнал Вечно Скорбящего Палача, тот выглядел весьма жалко и потрепанно. — Стой! Сянь Шэнь остановился, по прежнему стоя к заклинателю спиною. — Это ведь ты, — Хон Ше сделал несколько шагов вперед, положив руку на здоровое плечо Сянь Шэня. — Почему ты здесь и в таком виде? Почему ты... не вернулся, Шен Ву? — Уважаемый заклинатель, видимо, ослеп, — демон в белых одеждах отбил руку Хон Ше со своего плеча, обернувшись к нему лицом. — Мы с Вами не знакомы. Мое имя — Сянь Шэнь. Хон Ше зло ухмыльнулся. — А как же, расскажи свои басни еще кому другому! Уж я то способен узнать твой вечно безумный смех, который не покидал тебя с самого основания пика Чушань, — Багровый змей толкнул кулаком Сянь Шэня в плечо. — А еще ты как был сумасшедшим идиотом, так им и остался. — Сочту за комплимент, — скривился в злорадной ухмылке пятый Высший. — Меня интересует только одно, — Хон Ше сменил лицо на полное праведного гнева, — скажи, кто посмел сотворить подобное с тобой? Сянь Шэнь рассмеялся. — Ха-ха-ха! Сотворить? Да ты, верно, шутишь! Именно благодаря этому я смог преодолеть все грани дозволенного и обрести силу, в разы более своей прежней! Сиян Хон Ше нахмурился. — Силу, говоришь? Ты стал демоном, Шен Ву. И подобное тебя устраивает? — Я стал Высшим, Хон Ше. И это меня более, чем устраивает, — Сянь Шэнь оттолкнул от себя заклинателя, отойдя на шаг назад. — И не забывай, что теперь меня зовут Сянь Шэнь. Или же, если пожелаешь, можешь величать меня Вечно Скорбящим Палачом. — Вечно Скорбящий Палач? — Хон Ше сжал в злости кулаки. — А разве не ты когда-то хотел избавить мир от всех этих страданий? И теперь ты сам стал Палачом, приносящим беды. Ради чего, Шен Ву!? Сянь Шэнь зло ухмыльнулся, отвернувшись от заклинателя и уже уходя прочь, ответил абсолютно спокойным тоном: — Видишь ли, Хон Ше, я просто понял одну истину. Только познав страдания, этот мир обретет спокойствие. И только тот, кто испытает достаточно боли — перестанет ее чувствовать. Багровый змей растерял последние слова. — Ты сошел с ума, Шен Ву... Вечно Скорбящий Палач рассмеялся, отдаляясь от заклинателя все больше и уже почти скрывшись с глаз, бросил на прощание: — Если я сошел с ума лишь сейчас, то этот мир обезумел уже давно. Бай Сюэ встал между двумя, расставив руки в стороны. — Прекратите сейчас же! Оба! Незнакомец послушно спрятал меч, а Мо Юн Мин намотал на руку Ву Цин. Поскольку все это время человек в маске бил плоской стороною клинка, Мо Юн Мину ничего не угрожало, однако все же это было похоже на избиение младенца. — Я действительно не понимаю! — кипел заклинатель. — Почему ты так настроен против Юн Мина? Юн Мин, ты что-то сделал этому уважаемому? Полудемон сложил руки на груди, вскинув вопросительно бровь. — Дагэ, видимо, шутит. Я впервые вижу этого недонос... кхм, уважаемого. Бай Сюэ хотел взреветь праведным гневом. — Тогда почему вы оба начали сражаться? Уважаемый, Вы имеете что-то против Мо Юн Мина? Если так, не могли бы Вы по-умерить свой пыл? — Бай Сюэ дождался, пока незнакомец кивнет. — Весьма благодарен Вам, — вздохнул он с облегчением. Однако, едва Бай Сюэ отошел в сторону, дабы поднять выроненную палку, как человек в маске беспардонно подошел к полудемону сзади, с силой пнув того под зад. — Тебе жить надоело!? — Мо Юн Мин вновь призвал Ву Цин, заставив ее атаковать наглеца, однако тот ловко схватил цепь рукою и, притянув ее к себе и тем самым подтащив полудемона, с силой пнул его снова. — Уважаемый!!! — Бай Сюэ разозлился хорошенько огрев палкой того по спине. — Прекратите его лупить, будьте добры! Человек в маске был вынужден остановиться и зло посмотрел на полудемона, а затем в негодовании помотал головою, будто ругая ребенка. — Кто ты вообще такой? — едва не зарычал Юн Мин, силясь вырвать Ву Цин из его руки. Неожиданно, из-за маски послышался охрипший и немного шершавый мужской голос: — Заткнись. Ты действительно слепой идиот. Бай Сюэ окаменел. Нет, он не узнал этот голос, но он казался ему невыносимо знаком. Настолько, что он готов был поклясться, что знает этого человека под маской лиса. Пока заклинатель был в замешательстве от вновь услышанного голоса, однорукий еще раз от души пнул полудемона, при этом отпустив цепь и заставив того зарыться головою в снег. Полудемон подняться не смог, сапог человека в маске наступил на его спину, придавив к земле. — Ты глупец. Считаешь, что достаточно силен, что бы быть рядом с ним? — Что?... О чем ты? — Мо Юн Мин поднял голову, с непониманием и опасением смотря на золотую лисью маску. — Ты не достоин даже смотреть на него, — охрипший голос человека звучал откровенной угрозой. Его единственная рука ухватила полудемона за ворот, подняв со снега и поднеся к маске столь близко, что бы можно было услышать даже шепот. А затем Мо Юн Мин услышал всего несколько тихих и отчетливых слов. — Ты убил своего учителя. Ты убьешь Бай Сюэ. Ты. Убьешь. Его. Своими. Руками. Кровавые глаза Мо Юн Мина расширились в неверии. — Нет... Что ты несешь...!? Человек в маске брезгливо отпустил полудемона, заставив рухнуть на землю, и тут же склонился, запихнув в его рот небольшой округлый шарик и заставив проглотить. — А ты знал, что жизнь подобна бесконечному сну? — Ты повредил рассудок? Что за дрянь ты дал мне? — Пока не увидишь, не поймешь. — Кха-кха!...Увижу что!? — Юн Мин закашлялся, ухватившись за горло. В его глазах начинало расплываться и темнеть. — Один бесконечный кошмар, который никогда не повторится вновь.