Alpha School

      На улице кромешная темнота, но внутри двух человек бурлит лишь свет и любовь, сейчас, именно в этот момент, они вместе спустя долгое время разлуки. Вот так лежать в обнимку и слушать дыхание друг друга — полнейшее удовольствие.       — Я чувствую его, — тихо прошептал Чанёль, легонько прикасаясь к округлому животику.       Бэкхён не мог скрыть улыбки и подарил её человеку, которого он так любит.       — Наконец-то мы, как прежде, вместе, — Чанёль поравнялся с Бэкхёном глаза в глаза. Лежать вот так вместе и снова рассматривать каждые миллиметры лица своей родственной души очень трогательно. — Я так жалею о том, что нам пришлось пережить, Чанёль, прости, что решил все за двоих, прости, что не рассказал и поступил эгоистично по отношению к тебе…       — Бэкхён, чшшш… Сейчас все уже хорошо, не волнуйся, все теперь в прошлом…       Глубокая ночь за окном, но они продолжают лежать и держаться за руки. Так не хотелось расставаться, но они понимали, что, если утром Чанёль не вернётся к себе в палату, его будут ждать неприятности, поэтому, совершив усилие над собой, Пак покинул палату омеги, не забыв подарить ему поцелуй перед сном.

***

      — Как себя чувствуете? — во время утренней проверки спросил врач. Он проверил состояние Бэкхёна и опять попросил сдать анализы для заключительных результатов.       — Хорошо, — Бэкхён не прекращал улыбаться, ведь вчерашняя встреча с Чанёлем согревала не только сердце, но и того, кто находился под ним. Малыш начал двигаться чаще, чем радовал папочку. — А когда я могу вернуться домой?       — Где-то в обед результаты всех анализов будут готовы, и тогда я точно могу сделать заключение о том, можно ли вас выписывать или нет. Отдыхайте, — закончил врач и улыбнулся, покидая палату.       Не успела дверь закрыться за мужчиной, как в дверном проёме показалась макушка. Чанёль с улыбкой на лице зашёл внутрь. Он был ещё в больничной одежде, что означало, что его врач ещё думает о возможной выписке.       — Что делают мои солнышки? Как спалось? — Пак подошёл к омеге ближе и нежно поцеловал. — Что врач сказал?       — Привет, если честно, не выспался. Малыш мне пол ночи не давал спать, видимо, решил устроить себе гулянку. Всё хорошо, ждём…       — Я еду домой уже после обеда, — вдруг сказал Чанёль, не прекращая смотреть в глаза парню, — Если тебя не выпишут, я буду обязательно приходить к вам.       Бэкхён кивнул и опустил глаза. Казалось, что все налаживается, но было то, что не давало дышать в полную силу. Что-то, что тревожило его не один месяц, и это совсем не было связано с Чанёлем.       — Хорошо, буду ждать, — Бэк кивнул, Чанёль видел, что настроение парня изменилось, и попытался узнать причину, но тот сразу ответил, что все хорошо.       — Ты все ещё обижаешься на меня? — единственное, что пришло в голову Паку, ведь другой причины для такого поведения омеги он не видел.       — Нет, ты что, дело в отце… Наверное, тебе Кенсу рассказал, что Чунмён мой настоящий отец, а не тот человек, которого я считал своим родителем. Я ещё несовершеннолетний и все ещё являюсь его сыном, я еще его сын по документам. Это меня тревожит. Мне кажется, что было бы легче, если бы мы решили все спокойно, без слез и криков, но в результате я здесь с неприятным чувством в груди.       Чанёль все это время внимательно слушал. Да, Кенсу все ему рассказал. Когда он узнал, он был немного шокирован такими новостями. Чего ещё они не знали?       — Хочешь я поговорю с ним?       — Он не будет с тобой говорить, он такой человек, что никого не будет слушать, кроме себя любимого. Я привык за это время, но, знаешь, каким бы он плохим ни был, я считал его своим отцом всю свою жизнь…       — Я тебя понял, но я попробую, — Чанёль увидел, что настроение Бэкхёна улучшилось, и сам же улыбнулся. Впереди его ждёт разговор с человеком, с которым ранее ему не удавалось встречаться лично. Будет сложно, но на этот раз он сделает все, чтобы Бэкхён больше не чувствовал себя плохо. Больше он не совершит такой ошибки, Пак обязательно сделает Бэкки счастливым. За то время, пока они сидели вместе, в палату принесли завтрак для омеги. Чан решил не мешать парню и вышел, чтобы вернуться к себе и собрать вещи, которые ему принёс ранее отец, и, конечно же, самому позавтракать. Бэкхён во время завтрака скидывал ему фотографии еды, которую он не хотел есть, чем очень веселил альфу. Наличие огурца в тарелке не впечатлило Бэкхёна. _bobohu_: В этом салате есть огурцы, терпеть их не могу! real__pcy: Да? Да как они посмели подать тебе огурцы, совести у них нет! _bobohu_: Малыш требует нормальной еды, хочу домой, чтобы нормально покушать. real__pcy: Когда вернёмся домой, я обязательно тебя угощу чем-то вкусненьким.       Бэкхён не прекращал улыбаться, ведь Чанёль вёл себя так же, как и раньше. Такой же заботливый и весёлый. Такого Пак Чанёля он и полюбил. Ближе к вечеру он узнал, что его выписывают. Это порадовало парня. Чанёль написал ему, что уже дома и заберёт его вечером из больницы. Омега не мог дождаться возвращения домой, а вот Пак ещё должен был сделать кое-какие дела.

***

      На улице был конец ноября и на земле лежал тонкий слой снега. Холодный ветер бил в лицо, но это никак не портило планы альфы. Мотоцикл мчится по дороге с небывалой скоростью. Пару минут, и он уже на месте. От Кенсу Чанёль узнал адрес, по которому раньше проживал Бэкхён. Огромный дом, где воспитывали его парня, дом, где его Бэкки страдал и получал не так много любви, сколько он заслуживает. Это тот дом, который он хотел посетить ещё до окончания школы, тот дом, который Бэкхён покинул, чтобы начать жизнь заново.       С горем пополам ему удалось пройти во двор: пришлось сказать напрямую, что он сын Пак Чжунёна и желает поговорить с господином Бёном. Тот лично открыл ему дверь, чему Пак очень удивился. Мужчина был не в лучшем состоянии. Его волосы обрели полностью седой оттенок, а на лице была уже не маленькая седая борода.       «Неужели он так себя запустил после того, как Бэкхён ушёл? Неужто жалеет?» — подумал Чанёль и зашёл в дом.       — О чем вы хотели поговорить? — Бён прошёл в гостиную и сел на огромный диван, настраиваясь на разговор.       — Меня зовут Чанёль, и я хочу поговорить по поводу Бэкхёна, — после того как старший Бён услышал имя своего «сына», он изменился на лице.       — Не желаю говорить о нём, он такой же, как его… — Бён не договорил и опустил голову. — Он ушёл, и больше я не желаю говорить о нём, поэтому прошу вас покинуть мой дом и не питать ложных надежд, что я вам что-то расскажу.       — А я не хочу слушать Вас, это я хочу рассказать вам, чтобы вы поняли, что совершили.       — А ты вообще кем являешься Бэкхёну? А? — мужчина встал с дивана и подошёл к Чанёлю, который так и стоял, не садясь.       — Я отец ребёнка, которого носит Ваш сын, — уверенно сказал Пак, не разрывая зрительный контакт с мужчиной.       — Значит это ты обрюхатил его, — седоволосый мужчина начал смеяться, пока его смех не прервал его же кашель, — он мне не сын, поэтому…       — Послушайте, у Бэкхёна скоро срок и он нуждается в поддержке. Да, вы не его отец, но вы должны понимать, что вы единственный человек, который остался у него, вы видели, как он растёт, вы видели его первые шаги, вы слышали его первые слова, вы его воспитали, конечно не так, как хотелось бы, но именно вы, являетесь тем человеком, которого Бэкхён считал своим отцом почти семнадцать лет, — Чанёль продолжал говорить и смотрел, как менялись эмоции на лице у человека напротив него. — Я уверен, что вам известна фраза: «Отец не тот, кто родил, а тот, кто воспитал», задумайтесь над этими словами…       Чанёль вздохнул, он сказал все, что хотел. Наконец, он сделал лёгкий поклон вышел из дома. Он хотел сделать ещё кое-что, что безусловно должно было понравиться Бэкхёну. День выдался очень сложным и напряжённым. Чанёль не был у себя дома пару часов и надеялся, что все уже было готово.       На часах уже вечера, он стоял возле входа в больницу. Бэкхён написал ему, что все документы готовы и он уже спускается. Чанёль целый день не мог дождаться, чтобы вновь обнять его. Он так соскучился. Как он жил раньше без омеги? На этот вопрос он может только сказать: «Невыносимо сложно».       И вот, двери открываются, сначала вышел Чунмён с сумкой в руках, а следом и Бэкхён с улыбкой на губах. Чанёль не мог сдержаться и побежал навстречу, чтобы наконец-то обнять, поцеловать своего парня, папу его ребёнка и обладателя его сердца.       — Привет! — громко прокричал Бэкхён, прячась в объятиях альфы.       — Ну я же говорил тебе не бегать, Бэкхён, ну что за ребёнок, — Чунмён медленно подошёл к парням. — Как мило, — сказал он, словно секундой ранее не отчитывал сына за непослушание.       — Бэкхён, я хочу тебе кое-что предложить, — омега сразу отстранился и удивлённо посмотрел на парня. — Переезжай ко мне! Будем жить вместе и ждать рождения ребёночка, я уже все приготовил: детскую комнату и все условия для твоего удобства.       — В смысле? И ты все это сделал за полдня? — удивлённо спросил Бэк.       — Ну, не совсем я, но это не меняет сути, что я хочу, чтобы ты жил со мной. Мне отец подарил квартиру, и я хочу, чтобы ты стал вторым её обладателем. Хочу, чтобы ты стал полноправным хозяином не только моего сердца, но и жизни. Бён Бэкхён, ты выйдешь за меня? — в миг Чанёль опускается на колено перед омегой и достаёт бархатную коробочку синего оттенка. — До встречи с тобой я боялся, что уже никогда не полюблю, теперь боюсь, что влюбился навсегда. Хочу быть с тобой не минуту, не месяц, а целую жизнь. Бэкхён стоял и не знал, как реагировать на это. Он был шокирован и немного выпал из жизни.       — Ч-Чанёль… — только и успел выговорить Бэкхён, прежде чем расплакаться и броситься в объятия парня. Этот день обязательно станет для них особенным. — Да, да, да, Чанёль, я выйду за тебя!       Нежный поцелуй, и на тонком пальчике оказывается прекрасное золотое кольцо, что ловило отблески уличных фонарей.       — Я конечно извиняюсь, молодые люди, а не слишком ли вы быстро все решили? — вдруг заговорил Чунмён. — Чанёль, ты точно хочешь взять в мужья Бэкхёна и заботиться о нем, ребёнке до конца своей жизни?       — Да, господин Ким, я готов! Я готов был ещё во время учёбы в школе, я очень люблю его, — Бэкхён, затаив дыхание, слушал ответ Пака. — Я делаю это не из-за того, что Бэкхён в положении, а по зову сердца. Хочу встречать с ним рассветы и закаты, я знаю, что мы молоды и совсем ещё глупы, но посмотрите, как он счастлив, разве не этого хотят родители для своих детей?       — Чанёль, ты умный парень и я понимаю тебя. Впереди будет много чего, что вам нужно будет пережить, и я хочу, чтобы вы были счастливы после того, что вам пришлось испытать. Вы заслуживаете счастья.       — Спасибо, господин Ким, — Чанёль сделал поклон и подарил улыбку мужчине, который позволил ему заботиться о своём сыне. — Бэкхён, так ты переедешь ко мне?       Омега не знал, что сказать. Он развернулся и посмотрел на отца.       — Что ты смотришь на меня? Ты уже принял решение, и здесь и думать не нужно, переезжай к нему, со мной все будет хорошо, я буду проведовать вас иногда, и вы будете заезжать ко мне. Ты уже живёшь для себя, ты умный мальчик, Бэкхён, я хочу чтобы ты был счастлив!       Недавно Бэкхён радовался, что может просто вернуться домой, но теперь он узнал, что сегодня он едет не просто домой, он едет в свой личный, совместный дом. Неожиданный поворот событий, а в груди от него только теплее. Неужели в его жизни начинается белая полоса? Неужели все плохое позади? Неужели он сможет жить, как все люди? Неужели он будет счастлив? Впереди его ждёт тяжёлый период, который он проведёт вместе с родными ему людьми, а сейчас он едет в свой новый дом. Дом, где будет писаться их новая история, дом, где не будет боли и страданий, а только счастье, радостный смех и… любовь.