С этой кровью, добровольно отданной

На следующее утро Гарри тупо уставилась на свой завтрак, недоумевая, почему она решила, что должна немедленно проделать этот очищающий ритуал с Гермионой вчера. Она уже устала, но когда Гермиона сказала, что нашла очищающее заклинание, Гарри с головой окунулась в книгу. После занятий она прокралась в кладовую Снейпа со своим плащом-невидимкой и взяла необходимые ингредиенты. Затем они приступили к приготовлению зелья (что, как ни странно, заняло совсем немного времени — всего два часа). После этого они приступили к ритуалу, который занял еще полтора часа. Они как раз заканчивали, когда Снейп нашел их, выглядя абсолютно разъяренным. Гарри была физически и магически истощена в этот момент, ритуал забрал довольно много магии. А потом ее лично проводили в кабинет Дамблдора. Она была на все сто процентов уверена, что вот-вот потеряет все очки своего факультета. Второй день подряд она засиживалась допоздна и была почти уверена, что у нее вот-вот взорвется голова. Она хотела провести этот дурацкий ритуал, в первую очередь для того, чтобы спать больше, а не меньше! И вдобавок ко всему, она вспомнила, что сегодня вечером у нее была встреча с Амбридж. «Последние два дня были тяжелыми», — размышляла она. Она была так поглощена своей головной болью, что не заметила совы, прилетевшей с почтой. Во всяком случае, до тех пор, пока ей на голову не упало письмо. Она села, совершенно ошарашенная. Кто будет посылать ей письма? Все, кого она знала, сейчас сидели в этом зале. С любопытством она подняла его с того места, где он лежал на столе. Это был темно-синий конверт, запечатанный красным воском в форме змеиной головы. «Ну, это совсем не похоже на дурное предчувствие», — подумала Гарри, прежде чем открыть его. «Дорогая Гарри, То, что вы сделали вчера вечером, было довольно грубым. Полагаю, вы не одобряете нашу связь. Однако, я должен сказать, что ритуал, который вы провели, неожиданно хорошо на мне сказался (хотя сомнительно, что вы добивались именно этого). Но это не меняет моих долгосрочных планов. С наилучшими пожеланиями.

Темный Лорд»

Гарри уставилась на письмо, читая и перечитывая его с нарастающей паникой. Неужели это была шутка? — От кого это письмо? — спросила Гермиона, пытаясь заглянуть ей через плечо. Гарри быстро спрятала его под мантию, чем вызвала удивленный взгляд Гермионы. — Да так, не важно, — ответила Гарри немного напряженным голосом. В ее бессонном, бредовом состоянии Гарри внезапно охватила мстительность. Она посмотрела на стол и увидела, что черная сова, доставившая письмо, клевала бекон. — Оставайся здесь, я напишу ответ, — сказала Гарри. Сова ухнула, прежде чем проглотить целый кусок бекона. На самом деле это было довольно впечатляюще. Гарри схватила перо и пергамент из сумки, ее рука начала строчить ответ. «Дорогой…» Гарри огляделась вокруг. Она не хотела, чтобы кто-то читал через ее плечо, когда она писала это, и выяснил точного получателя. Поттер продолжала: «Дорогой Разрушитель Снов и Всего Хорошего, Если вы называете меня «довольно грубой», то, возможно, вам следует пересмотреть все то, что вы делали со мной на протяжении всей моей жизни. В самых простых выражениях, мой дражайший враг (и даже с вероятностью, что это прозвучит по-детски), вы начали это. Так что не приходите ко мне ныть и плакаться о том, что вы считаете «грубым». И вообще, пошли вы. Мне вообще не следовало вмешиваться в ваши планы. Надеюсь, вы задохнетесь и умрете.

Гарри»

Она вычитала его, кивнула, сложила и отдала сове. Она ухнула и улетела, видимо, достаточно сытая. Гермиона, которая смотрела, как она яростно пишет, выглядела обеспокоенной. — А мне вообще стоит спрашивать? — Будет лучше, если ты этого не сделаешь, — фыркнула Гарри. Честно говоря, ей уже надоело, что люди используют ее. Ею пользовались Дурсли, пользовался Волдеморт, и, вероятно, пользовался Дамблдор. Она так чертовски устала от этого. Она весь день была в плохом настроении, и это даже не считая того, что сегодня вечером ей предстояло отбывать наказание. Направляясь в кабинет Амбридж, Гермиона быстро сказала ей: — Удачи! — Спасибо, — сказала Гарри, направляясь к двери. — О, Гарри, проходи, присаживайся, — произнесла Амбридж своим отвратительным девичьим голоском. Гарри уже была готова заколдовать ее. — Сегодня вы напишете для меня несколько строк. — Что вы хотите, чтобы я написала? — Хм. Вы напишете: «Я не должна лгать». Гарри была озадачена этим. — Сколько раз? — спросила она, потянувшись за сумкой. — Ну, скажем так… Столько раз, сколько нужно, чтобы смысл впечатался, — сказала Амбридж с самодовольным видом. — Хорошо, — пробормотала Гарри, закатывая глаза и протягивая руку за сумкой. — О, не беспокойтесь о своем пере. Вы воспользуетесь моим пером, специальным, — сказала Амбридж, вставая и осторожно обходя стол, чтобы вручить Гарри перо. Гарри взяла его и стала ждать. — Мгм, вы не дали мне никаких чернил. — Они вам не понадобятся, — ответила Амбридж. Гарри вздохнула и прикоснулась пером к пергаменту. «Я не должна лгать», — писала она. Но ничего не произошло. Она написала снова. И еще раз. По-прежнему ничего. Она начинала сильно раздражаться. Она попыталась снова, в четвертый раз, издав разочарованный звук. Амбридж подошла к ней с абсолютно невозмутимым лицом. — Да? — она жеманно улыбнулась. Гарри помахала пером у нее перед носом. — Ваше дурацкое перо не работает. Это какая-то шутка? — она встала, чувствуя, что это пустая трата времени. — Если вы не собираетесь воспринимать эту отработку всерьез, профессор, то и я тоже, — сказала она, повернувшись на каблуках и выбежав из комнаты. Она покинула кабинет, оставив Амбридж с потрясенным выражением на лице. Вернувшись в общежитие Рэйвенкло, она обнаружила Гермиону, сидящую среди большой кучи книг, которые были открыты вокруг нее. В этом не было ничего необычного, за исключением того, что она выглядела как призрак. — Гермиона, что случилось? — спросила она у подруги. Гермиона подняла голову, ее взгляд был затравленным. — Гарри, ты в порядке? Твоя отработка прошла нормально? Ты чувствовала себя странно или неудобно в последнее время? Не в своем уме? Гарри медленно подошла, озабоченно нахмурив брови. — Мгм, я в порядке, Гермиона. Отработка была глупой, но ничего страшного. Почему ты спрашиваешь об этом, Герми? Все в порядке? — О, Гарри, — произнесла Гермиона, вставая и обнимая подругу. Казалось, она вот-вот расплачется. — Гермиона? — Гарри действительно начала беспокоиться. — Мы действительно должны были провести больше исследований по этому ритуалу, прежде чем использовать его, — сказала Гермиона, ее голос был полон слез. Услышав это, Гарри встревожилась еще больше. — Но, почему? Гермиона отстранилась, глаза ее блестели от слез. — Ты же могла умереть! Мы могли бы убить тебя! — Гермиона, успокойся, ладно? А теперь расскажи мне подробнее. И вот они сели на край кровати Гермионы, и последняя все объяснила. — Гарри, этот ритуал чрезвычайно силен. Настолько мощный, что… Ну, он полностью очищает тебя, верно? — Гарри кивнула. — Но он также полностью очищает все темные мысли, темные намерения и темную магию. Люди не все светлые, Гарри. У всех нас есть немного или много того и другого. Даже если у тебя есть только небольшая часть темной магии или что-то в этом роде, она полностью разорвет тебя на части. Это могло бы буквально расколоть тебя пополам. — Но если… Если бы мой шрам был проклят, разве это не означало бы, что во мне есть темная магия? Гермиона покачала головой. — Это совсем другое дело. Ты получила этот шрам, но не по своей воле. Вот почему он исчез под действием ритуала, в конце концов. Но он также атакует врожденную темную магию. Если бы она у тебя была, ты бы наверняка умерла. — Но этого не случилось, я в порядке. Видишь? Я здесь, живая. Гермиона покачала головой, снова заливаясь слезами. — Но разве ты не понимаешь? Это постоянный эффект, Гарри. Вот почему Дамблдор сказал, что это подозрительно! Ритуал питается темной магией, чтобы выжить. Вот почему он защищает тебя от дальнейших атак темной магии и вредных заклинаний. Если он не получит достаточно темной магии, он начнет пожирать твое магическое ядро, чтобы выжить, если ты сама не обеспечишь его чем-то другим. Сердце Гарри учащенно билось, и ей казалось, что она не может дышать. — Есть ли способ остановить это? Гермиона покачала головой. — Пока не знаю, но я не перестану искать. — А Дамблдор… Дамблдор должен знать об этом, верно? Вот почему он так испугался, когда Снейп рассказал ему?.. Гермиона только кивнула, безутешно глядя на нее. — Это действительно нехорошо, — невозмутимо ответила Гарри. В этот момент вошла староста и сказала Гарри, что профессор Флитвик хочет поговорить с ней. Отлично. — Гарри, мне сказали, что сегодня вечером ты вышла от профессора Амбридж, не закончив отработку? — Я так и сделала. — Могу я спросить, почему? — спросил профессор Флитвик, явно испытывая неловкость. Он не умел дисциплинировать своих учеников. С другой стороны, большинство из них следовали правилам. Большинство из них. — Ну, она велела мне писать строчки. Сказала, что я могу воспользоваться одним из ее перьев, и отказалась дать мне чернила. Очевидно, я не могла писать без чернил, и это действовало мне на нервы. И я ушла. — А, понятно. Да, это не имеет особого смысла. Я спрошу ее об этом. Но выходить с отработок недопустимо, мисс Поттер. Двадцать очков с Равенкло и отработка завтра со мной, чтобы компенсировать это. — Да, сэр, — сказала Гарри. Отработки у профессора Флитвика были легкими, так что она не слишком возражала. Прискорбна была потеря очков. К счастью, несмотря на беспокойство, что ее магию буквально съедят заживо, в ту ночь она спала довольно хорошо. Никаких тревожных снов, никаких помех. Было очень приятно наконец-то хорошо выспаться.