Crying demon

      Слышу твой голос, звучащий настолько далеким, что тебе стоит повторить несколько раз. Мне так хочется о многом с тобой поговорить, но все слова теряются в тумане, стоило мне увидеть твое обеспокоенное лицо. Руки сами тянутся к тебе, прижимая как можно ближе. Прямо к сердцу.       Слышишь, как оно бьется?       Я здесь, рядом с тобой.       Все еще рядом, утопая в твоем тепле.

***

       Фриск дрожит, но вовсе не от холода, который пронизывал ее до нитки. Она не понимает почему, но каждый шаг требует для нее неимоверной, почти нечеловеческой силы. Оглядываясь, она замечает Азриэля, что печально смотрел высь.       Его взгляд был наполнен задумчивостью и отрешенностью, словно он не принадлежал этому миру. Несмотря на это он уверенно шагал вперед, по дороге, легко минуя препятствия. В последнее время она ловит себя на мысли, что они отдалились друг от друга. И причина была очень проста — они начали взрослеть и видеть мир другими красками. Но Фриск не хочет, чтобы все растворилось, подобно дыму в воздухе. Она желает, чтобы все было как прежде и не было этой натянутой атмосферы, что сдавила ее легкие.        Девушка чувствует себя немного странно. Понимает, что лишняя сейчас и нахождение ее рядом с ним лишь недоразумение, а мысли стремительно возвращается к тем жутким видениям.       Дриимурр выдыхает и качает головой, стряхивая ненужные мысли. Краем глаза он замечает Фриск, что склоняет голову к земле, рассматривая свои руки. Было ли это иллюзией для нее или же жестокой реальностью, когда она встретила эту фигуру, что так похожа на ее сводного брата.       Подобные мысли выветриваются мгновенно, когда она чувствует ее руку на своем плече. Девушка поднимает свой взгляд на него, чтобы увидеть его обеспокоенные глаза. — Ты действительно в порядке?       Девушка легко кивает в знак положительного ответа, скорее машинально, уверяя скорее себя в этом, чем его.       Азриэль на это выдыхает, едва касаясь рукой ее шелковистых волос. На мгновение успокаивающее гладит их, намереваясь успокоить свою спутницу, после притягивает ее голову к своей груди.       Фриск чувствует биение его сердца и душа наполняется немыслимой теплотой. Она слышит, как разрывается ее сердце, когда-то омытое болью.       И тогда она осознает, насколько теплым было его тело, обжигающее ее с ног до головы. Она теряется в своих мыслях и жалеет о том, что боится принять небольшую истину — страх прожигает ее душу, когда мысли, столь навязчивый клубок пробегает в ее голове.       Он здесь ради нее. Глупо было думать иначе, когда надоедливые мысли все так и не хотели ее отпускать.       Фриск крепче сжимает его рубашку в своих руках, когда навязчивый страх окутывает ее. Страх того, что она может его потерять в этом мире и монстр из ее сознания станет наяву перед ней. Но девушка этого не допустит, даже когда слышит отголосок того, что скоро все изменится, когда запах праха больно ударил ее по ноздрям.       Каждый шаг все так же давался ей с трудом — такое ощущение, что ее ноги стали невыносимо тяжелыми. Но чувствуя поддержку совсем рядом, становиться не так тяжело. Фриск не может понять, почему ей хочется сбежать, запереться где-то и просто свернуться калачиком, продолжая шагать вперед.       Шаг за шагом она пыталась оставаться решительной и не подавать больше виду, что ее что-то беспокоило.       Внезапный запах гари окутал ее тело. Ноги подкашиваются, утопая в пепле, оставленным огнем. Усталость пытается ее сломить, встретиться с холодной во мгле землей не дает сильная рука ее сводного брата.       Азриэль смотрит на нее с неподдельным беспокойством. Он что-то говорит, но девушка не слышит его слов — в голове отбивается ярый мотив бьющегося сердца. Все, что она может — следовать за ним, сжимая его ладонь со всех силой, которая у нее осталось, не имея силы вырваться и убежать.       Запах гари становиться невыносимым, заставляя ее судорожно кашлять.       Мир замирает, окрашиваясь в серые тона, а голос пропадает вовсе, когда она замечает вдалеке одинокую фигуру ее матери, захлебываясь в слезах, притягивая плащ короля. Фриск не нужно объяснять простую истину, чтобы понять то, что происходит. Девушка осознает причину ее боли и потерянности совсем недавно.       Глаза слезятся, но не от дыма, едко щекочущего ее глаза. Азриэль оседает на землю, совсем рядом, приобнимая дрожащее тело своей сводной сестры, понимая. Он пытается быть сильным для них, но стыдливо опускает голову, замуровавшись в волосах дорого для себя человека.       Он разделяет с ней боль, что-то нашептывает, а Фриск не слушает, захлебываясь в слезах. Они не знают, сколько просидели, прежде чем королева окидывает их заплаканным, полный боли и печали от потери, взглядом.

***

      Санс проводит рукой по своему черепу, всматриваясь в хмурые облака. Ему не нравится то, что происходит вокруг него. Слишком много событий. И отвратительный осадок так и остался в его голове с того момента, как он встретил ее.       И почему-то совсем неприятно то, что ее взгляд его преследует с того момента. Парень немного жалеет, когда не пытался ее догнать, узнать причину и…       Но чувствует, что не получил бы ответов на свои вопросы. Как горько это не было, но это было правдой, едко проедающей его мозг.       Первая их встреча в этом таймлайне было отнюдь странной, потому что она не помнила его. Было странно общаться с ней, но куда более болезненно потерять ее тут.       Скелет выдыхает, окутывая паром морозный воздух. Он чувствует режущий холод, хотя раньше не ощущал подобного, даже в самой холодной части Подземелья. Закрыв глазницы, Санс вновь пробегается по последним событиям, пытаясь найти ответ. Он видит ее цветущую улыбку, подобно сказочному ангелу. В груди тот же час все предательски с тоской щемит и мысль о том, что он хочет вернуть ее воспоминаниях в этом мире возрастает. Глубокий вдох и ангел сменяется демоном с жаждой крови глазами. Она улыбается все так же, но окутанной пылью и кровью павших.       Санс резко распахивает глазницы, а образ все так же перед глазами, что так плотно засел у него в голове, поэтому вытряхнуть его сразу не получается.       Оглядываясь, он замечает на секунду красные глаза и образ хрупкой девушки. Парень делает шаг навстречу, как его иллюзия разбивается вдребезги, смеясь другим. — Санс, — Фриск не может скрыть боли, разрывающей ее сердце.       Он пытается у нее спросить, но, только попытавшись, ответ сам находит его. — Папы больше нет. Азгора больше нет.       Она дрожит и, всхлипывая, закрывает свое лицо руками. Она оседает на землю, тяжело дыша, а он не перестает на нее смотреть, пытаясь уловить фальшь. Но ощущает лишь разъедающую его душу боль под действием того, что это все правда.

***

— Мама, — он сам не узнал свой голос.       Ториэль вздрагивает, что-то шепча вслух, сжимая в руках пыльный плащ. Женщина смотрит на своего сына, даже не понимая, что именно он сейчас стоит напротив нее. Его объятия сильные, надежные, не дающие ей уйти далеко в свои мысли, поток своего сознания. Но она не чувствует ни тепла, ни своего сына. Она слышит лихорадочно-бьющееся сердце и голос мужа зовущего ее.       Ториэль содрогается, не видя ничего, кроме детей улыбающимся ее мужу. Король гладит каждого и звонко смеется, приглашая их на чашечку чая. Оборачиваясь о слегка удивляется, но быстро его выражение лица сменяется легкой улыбкой.       И женщина не понимает почему, но улыбка мужа, становится ярче тьмы. Она не понимает, что произошло до конца, ощущая под своими пальцами его плащ. Мисс Дриимурр понимает, что все это нереально и мертвые никогда не восстанут.       Вдыхая полной грудью, она чувствует пыль режущую ее нюх. И в тот момент она может слышать своего сына, что так отчаянно ее зовет. Опуская взгляд, глаза начинают слезиться, потому что она понимает, что это все была иллюзия.       Азгора больше нет, и его улыбка больше не осветит этот мир.       Ториэль чувствует себя неживой, хотя слышит сердце и свое дыхание. Она бы сказала мертвое. — Мама, — молящий шепот достигает ее ушей, заставляя ее дрожать, как осиновый лист на ветру.       Азриэль не отпускает ее, нежно гладит по гладкой шерстке, шепча то, что велит ему сердце и душа. Женщина слушает, но боится отпускать образ мужа из своей головы, как и голос, поэтому их голоса сливаются.       Ториэль боится, что может лишиться и сына. То, что останется одна в этом мире. И осознание этого, заставляет ее вцепиться в его одеяние, всматриваясь в его черты. Азриэль не против. — Папа, всегда останется с нами, — он говорит твердо, решительно, будто бы верит в свои слова.       Женщина ничего не говорит. Бывший принц замолкает, стирая указательным пальцем остаток ее слез.       А запах праха до сих пор витает в воздухе настолько сильно, что они не чувствуют присутствие Фриск и Санса, что так и не решается посмотреть в сторону Дриимурров или что-то сказать, чтобы развеять атмосферу.       Он касается их, невесомо, даже не смея улыбаться, но во взгляде читается глубокое понимание и сожаление.       Фриск же просто смотрит в серое небо, когда через мгновение полил резкий дождь.