Традиции/Traditions

— Учитель, — она слегка потрясла Энакина за плечо, чувствуя вину за то, что пришлось его разбудить. После случившегося в той пещере прошлым вечером он как никто другой нуждался в отдыхе. Как только Энакин наконец очнулся на каменном полу, ему хватило сил подняться, чтобы вернуться в деревню, но теперь на это потребовалось уже вдвое больше времени. Само путешествие прошло в полной тишине — никто из них не хотел обсуждать то, что произошло, зато было над чем подумать. В одном она оказалась права: это уже не просто ha'a'neh eh det turu. Они прибыли в деревню уже после заката, и Энакин буквально вырубился от изнеможения, в то время как Асока еще долгое время смотрела в потолок, прежде чем сон настиг и ее. — Что такое, Шпилька? — застонал он. Если он и испытывал сейчас боль, то явно не физическую. — Прости, что разбудила, но я должна уйти с отцом на весь день, чтобы подготовиться к охоте, — быстро сказала она. — Ты один здесь справишься? Энакин перевернулся на другой бок и сонно моргнул, пытаясь разглядеть ее. — Конечно, а почему нет? Из-за той пещеры! Она почти сказала это вслух, но вовремя проглотила колкость. Что бы оно ни значило, вчерашнее видение не должно было стать причиной их ссоры. — Тогда ладно… увидимся потом, — Асока сжала губы и повернулась, чтобы уйти. Когда-нибудь ей все же придется пересилить себя и вывести его на откровенный разговор, но не сегодня. — Асока, — выдохнул Энакин, когда она почти вышла из хижины, но сразу же обернулась на его голос. — Береги себя. Поняв, что это все, что он хотел ей сказать, Асока кивнула и выскользнула на улицу, вдыхая свежий утренний воздух. Потеряться в попытках истолковать видение было так легко. Тем более после того, что произошло после самого видения. Она сомневалась, что сможет забыть то яркое пламя, которое потянулось к ее листу от листа Энакина, и какой бесполезной была попытка спасти его от самоуничтожения. Это никогда не исчезнет из ее памяти. Однако сейчас нужно было отбросить подобные мысли и сосредоточиться. Охота намечалась завтра, и если она сегодня не усвоит уроки отца, то не проживет достаточно долго, чтобы как-то повлиять на видение. Прежде чем исчезнуть, старейшина сказала, что дерево наградило их знаниями, проблеском будущего. И то, как они оба поступят, определит, произойдет это или нет. Поэтому она была полна решимости не допустить вторую часть видения. Подавив желание заползти обратно в хижину, обнять Энакина и, может, даже поцеловать, она пошла прочь. Конечно, с ним все будет хорошо. Он справится. Во всяком случае, он пытался убедить всех вокруг в собственных силах, явно не выдерживая и половины того, о чем говорил. Если бы Энакин только знал, что она видит его насквозь. Откроется ли он ей хоть когда-нибудь? Перед глазами вновь предстал горящий лист, но Асока встряхнула головой, пытаясь сделать глубокий вдох. Сосредоточься. Она подняла глаза и встретилась взглядом с отцом, который обнимал ее мать, пока та нежно целовала его в щеку. Может, все же стоит поцеловать Энакина?.. Она направилась к родителям, пытаясь расслабиться и сменить поток мыслей на что-нибудь другое. — Все хорошо, de'he'ren? — с беспокойством спросила мать. — Я в порядке, — быстро ответила Асока. — Уверена? — мама взяла ее за плечи и посмотрела в глаза. — Мать всегда знает, когда ее ребенок переживает. — Я... Мне надо многое обдумать, — она опустила взгляд. — Точно, пещера видений. Как все прошло? — Ядиган, дорогая, неужели ты не видишь, что она не хочет сейчас об этом говорить? А нам еще нужно идти. Солнце уже впереди, — вмешался отец. — О, конечно, — согласилась мама и нежно провела ладонью по ее щеке. — Удачи вам. — Спасибо, — ответила Асока. Отец перекинул через плечо сумку и протянул ей вторую. Она оглянулась и увидела, как мама машет ей рукой, и, не успев передумать, она подбежала к ней и крепко обняла. — Ты сможешь присмотреть за Энакином? Вчера ему было не очень хорошо. — Конечно, дорогая, — понимающе ответила Ядиган. — Пещера видений оказывает огромное влияние, но помни: ничего из увиденного не высечено в камне. Время — дар, и если тебе не нравится то, что было в видении, ты всегда можешь это изменить. — Иногда Энакин такой упрямый. — Как и все мужчины, — улыбнулась мама. — Иди, отец уже ждет. С твоим ke'leh все будет хорошо, — Асока очень наделась, что мама была права, но ведь та и не видела, что осталось от того листа. Они направились на юг через луга, останавливаясь только для того, чтобы Сарон указал ей различные ориентиры, которые помогут завтра выследить добычу. У акулов была репутация грозных хищников, поэтому Асока предполагала, что найти их будет очень легко, но, может быть, после стольких охот их осталось не так уж и много. Она уже знала, что акулы сами по себе были одиночными животными и встречались друг с другом разве что только для спаривания. Они не жили и не охотились стаями, вот почему их было так сложно найти. Отец не собирался рассказывать ей об охоте все, поскольку цель их сегодняшнего путешествия состояла в разведке местности. Намеки, советы, подсказки… но все остальное зависело лишь от того, насколько усердно она тренировалась. Она вспомнила, как в тринадцать лет охотилась на акула в группе. Эти звери предпочитали прятаться в холмах и лесах, но их можно было встретить и на открытой местности, если трава туру была достаточно высокой. Обычно акул нападал уже тогда, когда становилось слишком поздно, чтобы среагировать. Однако теперь ее отец постоянно отвлекался на всякие растения, указывая на какие-то цветы и рассказывая о них. Асока наслаждалась этим местом, изучая местную фауну. Почти все на Шили обладало таким разнообразием, которого никогда не было на привычном Корусанте. Ей все еще было трудно полностью открыться и свободно разговаривать со своим отцом. В голове крутились тысячи вопросов, но она боялась, что и так уже слишком сильно привязалась к нему. И если честно, это начинало беспокоить. Это ее родители, ее семья. Почему же нельзя иметь к ним привязанность? Это ведь не означало, что она бросит все и сбежит домой, на Шили, оставив позади обязанности. Привязанность в ее понимании заключалась в том, что родители просто будут иметь большое значение в ее жизни, и все. Что в этом неправильного? Другие люди тоже много для нее значили. Например, Энакин… С наступлением утра остановить поток мыслей о нем становилось все труднее. Она знала, что Энакин не был в зоне ее ответственности и вполне мог сам о себе позаботиться, но то, что произошло в пещере видений, на самом деле потрясло его гораздо сильнее, чем он хотел бы признать. — Я вижу, ты чем-то озабочена, de'he'ren, — сказал отец, когда они уселись в тени на вершине холма, чтобы перекусить. — Прости, — пробормотала Асока, подняв глаза и ощутив на себе его проницательный взгляд. — Ты уже думаешь, как убьешь акула, или о чем-то другом? — Ты веришь в судьбу? — внезапно спросила она. — Веришь, что у каждого в жизни есть предназначение? Он мягко накрыл ее ладонь. — Да, — несколько минут отец молчал, словно глубоко о чем-то задумался. — Я плохо знаком с вашей «Силой», но я точно знаю, что есть что-то, что связывает всех нас, и не только с теми, кто рядом, но и со всеми остальными в галактике. И мне кажется, что это «что-то» иногда зовет нас, куда-то или к кому-то ведет, и лучше знает, в чем именно мы нуждаемся. Насколько ни было тяжело мне смотреть, как ты уходишь с джедаями, в душе я знал, что ты была призвана странствовать. Что есть что-то, что зовет тебя прочь от Шили. Возможно, звезды нуждались в тебе больше, чем мы. Я не хотел тебя отпускать, как и твоя мать, но потом Хома Зи привела нас в пещеру видений, и мы столкнулись с истиной. Иногда наши желания и обязанности не совпадают, но именно в такие моменты мы понимаем, что в тот или иной раз стоит отдать все в руки вселенной, и она сама приведет нас туда, куда мы стремились. — Я боюсь, что не пойму, когда придет время это сделать, — прошептала Асока. — Ты обязательно поймешь, — ободряюще сказал отец. — Мы с матерью видели твое будущее. Ты призвана пройти трудный путь, но была рождена для того, чтобы его преодолеть. Пусть каждый удачный и неудачный опыт послужит тебе уроком, чтобы приобрести все необходимое для выживания, — он взял ее за руку и нежно сжал. — И твоя «Сила» всегда будет с тобой.